Фансервис, ёпта!

Вернувшись в свой номер, Юнги быстро сбросил с себя всю одежду и пошёл в душ. Ему казалось, что войдя в номер Чонгука, он сам вывалялся во всей этой грязи и хотелось скорее смыть с себя этот липкий мерзкий осадок. Да, можно было поступить иначе и, наверное, это было бы правильно. Можно было всё рассказать Тэхёну. Переплачет, переболеет и успокоится. Но даже мысль о том, что эти глаза наполнятся слезами, а чистая душа будет оплакивать разбитое в кровавую крошку сердце, сводила его с ума. Он очень надеялся, что Чонгук что-то понял и сделает всё для того, чтобы душа Тэхёна успокоилась, а из этих прекрасных глаз ушло разочарование и снова появились озорные смешинки. Как же можно было променять это чудо на блядские крысячьи потрахушки втихушку. Парень прикрыл глаза, подставляя лицо теплым струям воды, не в силах перестать думать о Тэхёне... О его глазах... Губах... О его ласковых руках... Как же он нежно обнимает... Однажды он прямо со сцены сказал, что те, кто думает, что самое прекрасное место на земле это Диснейленд ошибаются, потому что они ещё не были в руках Тэхёна. В тот момент это было фактически признанием и криком души. Но, бесхитростный и не понимающий намёков Тэхён, принял это за обычную похвалу своего хёна. Впрочем, на что он мог надеяться тогда... В то время эти волшебные глаза его зайчиком-Чонгуком искрились и он просто не замечал никого вокруг. Да и сейчас особо ничего не изменилось. Сука... Чонгук... Как ты мог?! Надеюсь, хотя бы сейчас ты сделаешь всё как надо и исправишь ошибку, пока не поздно. А может он тебя уже простил... Любит же... И сейчас ты целуешь и ласкаешь это безумно красивое тело... Блять... Ну почему с ним сейчас ты, а не я?!! У Юнги скулы свело от желания, когда он представил как кончиком языка раскрывает эти сводящие с ума губы, как проникает глубже, накрывая их поцелуем и его рука сама собой потянулась вниз, медленными движениями заскользив по члену. Он представлял как ласкает, как покрывает поцелуями и проникает в это нежное, жадно отзывающееся на ласку тело, представлял как Тэхён выгибается под ним, как жарко стонет и впивается ноготками в его плечи, и парня захлестнуло с головой. Содрагаясь всем телом он излился в свою ладонь, хрипло выстанывая на пике:“Тэхёнииии!!!" *** За окном просыпался новый день и первые лучи солнца уже пробивались сквозь неплотно закрытые шторы, а Тэхён всё никак не мог уснуть. Он посмотрел на спящего рядом Чонгука и понял, что что-то в его душе, в его сердце, в его чувствах к этому парню изменилось. Словно глаза наконец открылись и он впервые трезвым взглядом посмотрел на их отношения. Ему вдруг остро захотелось смыть с себя его прикосновения, поцелуи, ему оглохнуть хотелось, чтобы не слышать эту ложь, в которую он столько лет верил. Нет, не верил... Просто хотел верить, но всегда знал, что это ложь. С первого ” BTS in the soop” знал. Знал и молчал. Он хотел верить в то, что тогда это было просто разовой ошибкой, совершённой под действием алкоголя. И даже себя винил в том, что произошло. Думал, что мало внимания уделял или делал что-то не так и пытался это исправить, ещё больше окружая Гуки своей любовью. Парень набрал ванну, взбил обильную пену и погрузился в горячую воду, прикрыв глаза. Вчера вечером Чонгук на коленях умолял простить его, клялся что любит больше жизни и никогда больше не сделает ему больно. Просил дать ему один единственный шанс. Плакал, прижимая к своему лицу его ладони и целовал запястья. А когда он попросил его уйти, поклялся что на коленях спустится с их четвертого этажа на улицу и на весь город будет орать как любит его, пока он не простит. Говорил, что завтра вся мировая пресса взорвётся от этой новости, но ему всё равно, и даже если это будет стоить ему карьеры, пусть весь мир знает что он жить без него не может. А он так и сделал бы. Нет, не потому что действительно любит, а чтоб доказать, что будет только так как он сказал и никак иначе. Если он сказал, что хочет его, значит он его получит. Без вариантов. И Тэхён уступил. А потом отвечал на поцелуи, и позволял слетевшему с катушек Чонгуку яростно втрахивать себя в постель. Тот же словно самому себе доказывал, что его Тэхёни по-прежнему принадлежит и всегда будет принадлежать только ему. Он с какой-то сумасшедшей одержимостью вгонялся в него, оставляя на теле засосы, следы от укусов и пальцев, словно покрывая его своими метками. А Тэхён, обречённо закусив свою ладонь, ждал когда эта пытка, которая Чонгуку казалась страстью, закончится. Ему просто до слёз хотелось, чтобы сейчас появился Юнги и остановил это безумие, а потом пожалел и ласково обнимая спрятал от этого блядского мира. Юнги... Перед глазами Тэхёна всплыло как Юнги улыбнулся и подмигнул ему, когда говорил об острове и ему так сильно захотелось оказаться на этом острове только с ним вдвоём. Только они и никого больше. Только это, к сожалению, невозможно... Юнги любит Чимина и даже не догадывается, что его тоже предали. Даже не догадывается... *** — Доброе утро... Ты сегодня даже нас переплюнул, пташка ранняя! Выходные же.. Спал бы да спал... — Сокджин светился как солнышко и, подскочив к Юнги, крепко обнял его сзади. Парень был в отличном настроении, выспался или Намджун сделал его утро таким добрым, оставалось загадкой. — Монь, сделай что-нибудь... Мне кажется, твой парень меня хочет... — Юнги смеясь, уворачивался от объятий. — Отдайся. Это быстрее будет... Проще тебе потерпеть полторы минуты, чем мне полдня этого клеща от тебя оттаскивать, если на сегодня он тебя своей жертвой назначил! — Намджун громко рассмеялся, уклоняясь от летящей в него пачки рамёна. — Чееегоооо?!!!!! Полторы минуты?!!! Ах ты зараза неблагодарная!!! Я теперь снизу только с секундомером в руках буду и посмотрим тогда кто из нас скорострел!!! — Джин носился за Намджуном по комнате собираясь прибить, но поймав только обвил его шею руками и звонко поцеловал губы. — Тихо-тихо... Я ничего не хочу знать о ваших половых трудностях, извращенцы! Я предпочитаю думать, что Моня ночами тебе стихами и прозой башку засирает, а ты ему кулинарными рецептами. — Парень вернулся к приготовлению завтрака, посмеиваясь над сладкой парочкой. — Как ты вообще? Не хочешь поговорить? — Спросил его Джин, немного успокоившись и накрывая на стол. — О чём? — Непонимающе приподнял бровь Юнги. — Мне показалось, что ты вчера на мелких злился... Всё нормально? — Сокджин продолжал пытать, не обращая внимание на предостерегающий взгляд Намджуна. — А они что, приходили к тебе жаловаться со слезами и следами побоев? — Нет.. А на них и следы побоев есть? — Ну значит всё заебок. — Подмигнул парень и переключил внимание на входящих Чимина и Хосока, подавая им тарелки с едой и показывая куда и что ставить. — Вигуки-то будут завтракать или дрыхнут ещё? — Посмеиваясь спросил Хосок, когда парни расположились за столом. — Они вчера знатно... это... пошумели. — А ты откуда знаешь? — Юнги старался, чтоб его голос прозвучал насколько возможно нейтрально. — Как откуда... Они же у меня за стеной... — Хосок хихикнул и хотел что-то ещё сказать, но осёкся, увидев входящих Тэхёна и, обнимающего его сзади, Чонгука. — О, вспомни солнце - вот и лучик! Доброе утро, маньяки! Ребята встретили парней, подшучивая над их бурной ночью, а Чонгук, смеясь, отбивался от них, и только Юнги ничего не видел и не слышал. Он буквально залип на Тэхёне, не в силах отвести от него взгляд и пришёл в себя, только когда тот, вместо того, чтобы сесть рядом с Чонгуком, высвободился из его объятий и подошёл к нему, усаживаясь рядом. Со стороны его сердца. Конечно, Чонгуку это очень не нравилось, только как-то негативно реагировать сейчас совсем нельзя было. Он потом отыграется на нём за эти выкрутасы, но пока между ними всё слишком хрупко и несмотря на все его усилия Тэ остаётся отстранённым и безразличным. А хён носится с ним как с хрупкой драгоценностью, оберегая и защищая. Поэтому сейчас нужно завалить свой отсосальник, стать на время паинькой и добиться чтобы Тэхёни снова начал ему доверять. Только бы Чимин по синей кочерге ничего не выкинул. Чимин и Чонгук сидели рядом, но даже не смотрели в сторону друг друга, от греха подальше. Наоборот оба наперебой пытались привлечь внимание Тэхёна, помня о том, что сказал им Юнги. Чимин вспоминал какие-то смешные моменты со школьных или преддебютных времён, делая акцент на том, что они самые близкие и дружные друзья, дружащие дружной дружеской дружбой. А Чонгук не сводил с него влюблённый взгляд, заливая про то какой он красивый, какое у него доброе и чуткое сердце, и как ему в жизни повезло, что самый прекрасный в мире мужчина выбрал его. Ситуация становилась настолько странной, что Тэхёна начали терзать смутные сомнения. — Вы успокойтесь уже... Задоподлизина с утреца дёрнули что ли из одной кружки? — Растерянно пробормотал парень, не понимая что происходит, и перевёл вопросительный взгляд на Юнги, на что тот скромно улыбнулся и пожал плечами, всем своим видом показывая: "А я-то чо, я ничо, другие вон чо, и то ничо!" Первым над этим "ангелом-хоронителем" звонко рассмеялся Хосок и его смех подхватили все. А Тэхён смотрел на Юнги и думал, какой же ты невероятный... И как же много ты об этих двоих не знаешь. *** Несколько дней отдыха пролетели незаметно, концерты стремительно приближались и парни снова были предельно загружены. Репетиции, участие в шоу, снова репетиции, короткие перерывы на еду и сон, и опять репетиции. Неизвестно когда ещё они смогут выступить вместе, на носу армия Джина, а за ним уйдут и они. Так что всё должно быть на высшем уровне. Увидев, что Тэхён стал чаще улыбаться Чонгуку и его перестало передёргивать, когда тот пытался его обнять, Юнги отошёл в сторону. Если эта иллюзия любви делает его счастливым, значит всё было не зря. Лишь бы этому солнышку хорошо было. Он же не может заставить его перестать любить Чонгука и полюбить его. Ему оставалось только осторожно наблюдать за ним, чтоб никто больше не посмел его обидеть. Юнги не знал, что всё совсем не так, как кажется. На самом деле Тэхён всё чаще думал о том, что он бесконечно устал от этих отношений с Чонгуком, устал от вымотавших его душу качелей и постоянного вранья. Устал напрягаться каждый раз, когда Чимин повисает на нём и думать продолжают ли они трахаться или тогда был единственный раз и сейчас это действительно просто фансервис. Ведь он не раз говорил Чонгуку, что ему их флирт неприятен, и тот клялся, что это чисто игра и они шутя друг с другом заигрывают, по-дружески. Не раз говорил Чимину, что ему не нравится то, что он висит на Чонгуке, но тот начинал возмущаться: — Ты в ком не уверен? В нём, как в твоём парне или во мне как в твоём друге? По твоему кто из нас способен предать твоё доверие?! Лучший способ защиты — нападение. Да вы оба предали, думал он, но вслух не говорил, потому что тогда нужно было бы озвучить, что он всё знает. Чонгука же показное перемирие совсем не успокаивало. Он чувствовал, что тучи над ним сгустились, гуще некуда и на этот раз всё действительно серьёзно. Тэхён совсем отдалился от него. Открыто не отталкивал, но и близко к себе не подпускал и позволял себя обнимать только на людях, при ребятах. При них он мог улыбнуться ему и даже сам приобнять, словно просто поддерживал видимость отношений. Но наедине его добрый и улыбчивый Тэхён становился абсолютно равнодушным. Они спали в одной постели, иногда могли поиграть вместе в игры, посмотреть какую-нибудь комедию и посмеяться вместе, но об объятиях и тем более сексе и речи быть не могло, словно они не пара, а просто соседи по комнате. Чонгук попробовал поговорить с ним на эту тему, но тот лишь безразлично пожал плечами: — Не можешь спокойно спать в моей постели — спи в своей... Или в чьей-нибудь ещё. Ты мальчик взрослый, найдешь с кем... выспаться. Чонгук впервые за все эти годы осознал, что теряет Тэхёна. Если уже не потерял. И он совсем не представлял что нужно сделать, чтобы всё исправить. Способы, которые раньше работали безотказно, теперь просто со свистом пролетали мимо. А заигравшийся в телохранителя Юнги-хён только всё усложнял. Шуга постоянно отслеживал реакцию Тэхёна на его приближение. Если тот не возражал, то хён успокаивался, но если Тэхёна хоть что-то напрягало, он сразу нарывался на жесткий взгляд хёна, а-ля "АТАШОЛ!!!" Он был уверен, что если бы за спиной Тэхёна не было этого питбуля и он не был бы так уверен в том, что его всегда есть кому защитить, то давно перестал бы брыкаться и стал сговорчивее. Его до зубовного скрежета раздражало то, как они стали близки и безумно бесила эта безграничная забота хёна. За столом Тэхён стал садиться только рядом с Юнги и только по левую руку. Тот же прямо надышаться на него не мог и очень быстро всем своим видом обозначил, что Тэхён неприкосновенен, а все ребята это сразу приняли и так же стали относиться к нему с особым теплом и вниманием. Даже подавая Тэхёну чашку с чаем, он сначала проверял, не слишком ли горячо, будто тот сам, блять, не в состоянии попить так, чтоб не обжечься. Бесят оба! А ведь ему самому даже в голову никогда не приходило позаботиться о Тэхёне, наоборот это Тэхён всегда заботился о нём и он к этому привык. Раньше во время прогона хореографии Тэхён смотрел в зеркало только на него, сейчас же он смотрел мимо и Чонгук знал на кого направлены эти взгляды и робкие улыбки. Он знал, что между этими двумя пока ничего нет. Тэхён не опустится до того, чтобы начинать новые отношения не поставив точку с ним. Но то, что между ними что-то зарождается, было видно даже слепому. Похоже, он всё просрал... А если точнее — проебал! В самом прямом смысле проебал! И началось всё не вчера! Он прошёл точку невозврата почти три года назад на съёмках "BTS in the soop", когда они с Чимином нахуярились, устроили дикие игрища и беготню, а потом до утра трахались как сумасшедшие кролики. Той ночью они вместе воткнули нож в спину Тэхёну и вместе же этот нож провернули. Слава богу, что тот ничего не узнал, но каким же ублюдком он себя чувствовал когда следующей ночью Тэхён гладил его, засыпающего, по волосам и шептал, что очень любит его, что наверное мало внимания уделял и расстраивал дружбой с хваранами, шептал что всё исправит и сделает всё, чтоб он с ним счастлив был. Блять, что же делать теперь?! В его душе ещё теплилась надежда, что пока Тэхён не сказал вслух, что хочет расстаться, у него есть шанс что-то исправить. Впереди два концерта и отдых на острове. Он наизнанку вывернется, но сделает всё возможное и невозможное, чтоб удержать и снова завоевать доверие. Всё будет хорошо. *** — Я скучаю по тебе... — Чимин присел на пол рядом с Юнги во время небольшого перерыва в репетиции. — Не рассказывай мне. Я не твой психолог и не хочу знать о твоих душевных терзаниях. — Парень даже не посмотрел в его сторону, он еле заметно улыбаясь, наблюдал как Тэхён играет с Хосоком в ниточки. — Ну не будь ты таким злым. Я знаю, то что я натворил простить невозможно и понимаю, что ты не захочешь больше быть моим парнем. Но нам обоим нужен секс, мы взрослые парни и это нормально. Если хочешь, мы можем встречаться без обязательств. Нам ведь было хорошо вместе... — А у меня что, блять, руки закончились? — Юнги заметно дёрнулся, когда заметил, что брошенная Джином в Моню кепка чуть не задела Тэхёна, но увидев, что она пролетела мимо, снова расслабился. А Чимин, проследив за его взглядом, произнёс: — Выйди из своих фантазий, ты всё равно его не получишь... Он по Чонгуку умирает и никогда не будет твоим... Так всегда было и так всегда будет. — Ты всегда умел поддержать и подарить надежду! — Усмехнулся Шуга, и тут же, уже серьёзно добавил. — Ну значит на левой ладони напишу "Тэхён", на правой "V" и буду счастлив. Тебя это ебать не должно. — Маньяк! — Чимин тихо вздохнул и пошёл на своё место, увидев как Хосок хлопает в ладоши, сгоняя ребят для продолжения репетиции. *** — Моня, Монь... Я похож на тунца? — Сокджин смеялся и кривлялся, продвигаясь за Намджуном по проходу их самолёта. Наконец-то концерты остались позади и уставшие, но счастливые ребята вылетали в Гонолулу, откуда их должны были отвезти на остров. Все были в хорошем настроении, в предвкушении долгожданного отдыха и новых впечатлений. Впереди было шесть часов полёта и, рассаживаясь, парни спорили о том, во что можно поиграть вместе.. — На клоуна-заебашку ты похож, дурачок неугомонный! — Умилённо смеясь, Намджун пытался усадить Джина, которого прямо распирало от бьющей фонтаном энергии. Юнги занял место со стороны прохода, оставляя место у окна для Тэхёна. В аэропорту он слышал, что Чонгук сказал тому: "Ты будешь сидеть рядом со мной! Слышишь? Ты же сядешь со мной?" Но что ему ответил Тэ, услышать не успел. — Монь, вы уже столько лет вместе, а ты ещё не узнал где у него выключатель? — Парень хотел оглянуться на Намджинов, но увидел входящих Вигуков и тёплый взгляд Тэхёна на него и на место рядом. После концертов, на которых Чонгук фактически открыто проявлял свои чувства к Тэхёну, тот немного оттаял и Гуки показалось, что всё самое страшное уже позади, осталось лишь островом закрепить и всё будет как раньше. И ему очень хотелось утереть нос Юнги, поэтому он специально сел у окна в кресло напротив и потянул за руку Тэхёна, пытаясь усадить того рядом. Он планировал весь полёт обнимать и целовать его на глазах хёна, чтобы тот понял, что сколько бы его парень не злился на него, и сколько бы Юнги его не защищал, Тэ всё равно всегда будет любить только его. Но всё пошло не по плану. Тэхён мягко, но уверенно высвободил свою руку и обойдя столик, сел на любимое место, слева от Юнги. А рядом с Чонгуком тут же плюхнулся Хосок и что-то весело рассказывая, начал разглядывать и запихивать в рот закуски, которые заботливо приготовил для них экипаж. И вот уже Чонгук из-под кепки наблюдает, как Юнги с Тэхёном о чём-то переговариваются, смеются что-то показывая друг другу в телефонах, наблюдает как его парень, устав, положил голову на плечо хёна и прикрыл глаза, а тот смотрит в окно, поверх его головы и старается не шевелиться, думая о чём-то своём. Нет, он просто так не сдастся, рано ещё белый флаг выкидывать, подумал парень, и тут же испугался своих мыслей. Ведь за последний час он ни разу не подумал о самом Тэхёне, словно это не его парень, которого он любил всю свою осознанную жизнь, а всего лишь кубок победителя в войне за его сердце с Юнги. И, похоже, эту войну он уже проиграл.