Где-то в прошлом

Сегодняшнее утро вполне можно назвать прекрасным. В кой-то веке Гермиона выспалась. Завтракала и наслаждалась атмосферой в доме. Всю кухню заполонил аромат оладушек, яичницы и бекона. Повсюду слышался смех родных, а в руках была чашка бодрящего кофе. Да, это утро точно было одним из самых лучших за последние годы. Не то, чтобы в Австралии было все плохо, просто Грейнджер тянуло в Лондон невидимыми путами, но каждый раз появлялись причины, обстоятельства, которые удерживали ее от возвращения домой. Сначала это было желание побыть подольше с родителями, позже появился Тревис, а там и поступило очень выгодное предложение о работе. Самой же везкой причиной была пустота, которая рвала и метала душу девушки там в родном городе. Гермиона уперто списывала это на последствия войны и все прожитые в ней потери, пытки и боль. Грейнджер выросла в министерстве Австралии до поста главы отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. Именно в этой стране Гермиона постепенно начала забывать о своем происхождении, ведь тут никто никогда не кичился о том, что он превосходит тебя из-за того, что был рожден в семье древнего рода, с серебряной ложкой во рту. Гриффиндорка стала любить себя, уважать свою уникальность и больше не считала себя отбросом общества. Более того, она заставила других уважать себя в равной степени, поднявшись на такую высоту. Однако всеми фибрами души Гермиону тянуло в родные края. Она скучала по проливным дождям Лондона, по своей квартире в маггловской части города, по походам в паб с друзьями, по жизни, которую оставила. В прошлое воскресенье девушка получила письмо, в котором Кингсли просил рассмотреть предлагаемую им должность в министерстве Британии. Грейнджер ничего не потеряет, так как ее обязанности не изменятся, заработную плату обещали поднять выше ее настоящей. Много времени на раздумье тратить не пришлось, Гермиона поняла, что это то, чего она так давно хотела. Бросать свой пост на кого попало, гриффиндорка не могла, поэтому натаскала своего заместителя, а так же передала все дела и все отчеты министру. Она хотела завершить эту главу жизни правильно. Хоть Австралия отпускать Гермиону не хотела, встать между девушкой и домом не могла. **** - Пэнси, ну сколько можно? Мы скупили половину Лондона, скоро несчастным женам аристократов будет нечего выбирать. - проскулила Гермиона, еле передвигая ногами за подругой в сторону очередного бутика. - Грейнджер, перестань ныть. Завтра твой первый выход в свет, ты пропала с радаров общества на четыре года, а не успев приехать, собираешься занять высокий пост в министерстве. Тебя буду пожирать глазами и нельзя допустить, чтобы твой гардероб тебя опростоволосил. - Пэнси резко развернулась и зашипела. - Так что намотай сопли на кулак и перестань вести себя, как маленький ребенок. Гриффиндорка уже чувствовала, как волна раздражения начинает подниматься в ней, поэтому сделала несколько вдохов и выдохов, чтобы не сорваться на слизеринку. Она была уверена, что даже Джинни со своей мании к шопоголизму уступала этой черноволосой надзирательнице. Пока Гермиона договаривалась со своим внутренним "я", что ей действительно все это нужно, из ее рук пропали все пакеты, а вместо них появилась дюжина вешалок с новыми вещами. Пэнси молча развернула гриффиндорку к примерочным и стала ждать. Спустя несколько часов пыток, они наконец сидели в кафе и обедали. Для Гермионы это был глоток воздуха. То как она устала, даже не сравнишь с ее самым загруженным днем, заваленной всеми возможными проектами. И самое тягостное, что день еще не закончен. Мысленно взвыв от данной мысли, она растягивала удовольствие от приторно-сладкого десерта. Через час их ждет салон, куда ее записала Пэнси, чтобы привести "эту гриву" в порядок. Гермиону вполне устраивали ее волосы, да они немного были неконтролируемыми. Ну, как сказать немного, скорее они и вовсе жили своей жизнью. Ну и пусть. Она жила с ними всю жизнь, привыкла, приспособилась. **** - Гермиона, Мерлин, ты как будто сошла с обложки Ведьмополитена. Ты только взгляни на себя. - Завизжала от счастья Пэнси. Такая реакция напугала гриффиндорку. Очень медленно поворачиваясь к зеркалу, Грейнджер боялась открыть глаза и увидеть совершенно незнакомого ей человека, ведь заскоки слизеринки могли быть весьма кричащими. Кто знал, что могла сделать с ней эта женщина в дуэте с неприлично-дорогим стилистом. - Грейнджер, не будь трусихой. Открой уже свои чертовы глаза и посмотри на себя! - взревела Пэнси. Повторять не пришлось, Гермиона решила, что в любом случае убьет слизеринку, поэтому резко открыла глаза и чуть было не уронила от шока рядом стоящую вазу с цветами. В зеркале на нее смотрела девушка с каштановыми ровными волосами, которые доставали ей до копчика, когда раньше из-за своей структуры дотягивались максимум до лопаток. Беспокойная копна волос превратилась в самый настоящий шелк, который струился вдоль ее стройного силуэта. Кажется, девушка даже забыла, как дышать. - Спасибо, Мадам Розмерти. Вы сделали свое дело и Ваш талант выше любых похвал. - засеменила Пэнси, заметив ожидаемую реакцию от подруги. Эмоциональный подъем гриффиндорки чувствовался настолько, что Пэнси решила воспользоваться этим и затащила ту в отдел нижнего белья. Пока подруга не опомнилась, Паркинсон накидала ей в руки несколько соблазнительных комплектов и отправила в раздевалку. Пэнси так гордилась своей работы, что не сразу заметила свою старую подругу Асторию, выбирающую себе обновки. Блондинка подбежала к слизеринке и мягко поцеловала в щеку. В высших кругах общества объятия не приветствовались, Пэнси слишком хорошо помнила. - Пэнси, дорогая, пришла выбрать себе новый комплект? - заиграла бровями собеседница. - Нет, сегодня Поттер останется без сладенького, я пришла за компанию со своей подругой. - Пэнси не хотела сильно вдаваться в подробности, было бы лучше, если Гермиону пока никто не видел, до ее появления в пророке. Слизеринка любовно поглаживала свой едва заметный животик и ждала. - Ах, а я забежала сюда, чтобы обновить себе пару-тройку, хочется чего-то экстремального, ну ты понимаешь. Драко бывает очень агрессивен после работы, только так и получается его успокоить. - На последнем предложении Астория перешла на шепот и захихикала. Представлять любовные утехи этих двоих Паркинсон не хотелось, поэтому экстренно постаралась перевести тему. - Он с тобой? - Пэнси стала искать глазами слизеринца, но не заметив платиновую макушку, перевела свою внимание обратно к блондинке. - Со мной, где-то здесь. Он не любитель долго ходить со мной по магазинам, поэтому мне нужно поторопится. Рада была встретиться, дорогая. Заходи как-нибудь на чай. - улыбнулась собеседница, почему-то от такого излишне светского предложения захотелось волком выть. Пэнси ненавидела это. Все напоминало о ее прошлой жизни, которую она так старалась забыть. **** Драко уже пол часа ждал свою невесту в этом бутике, его уже выворачивало от раздражения. Через час он должен быть на встрече с послом из Бразилии, а не тут возится с ней... Хотелось вбежать в эту раздевалку и вытащить силой эту блондинистую голову. Стараясь как-то выпустить пар, слизеринец расхаживал туда обратно. Шаг. Вспомнил про время, порываясь к наручным часам. Не стал. Убрал руку. Два. Продавщица периодически поглядывала на него и томно вздыхала, словно крича, "возьми меня в одной из этих радевалок". Быть может он и воспользовался бы этим, не торопись он сейчас в другую часть Лондона. Три. Зубы свело от злости, кулаки сжались. Терпение лопнуло. Малфой зверем влетел в первую попавшуюся раздевалку. Его взбешенный взгляд остановился на отражении ни кого иного, как заучки Грейнджер, собственной персоной. Однако на него шокированным взглядом смотрела не та грязнокровка, которую он помнил со времени школы, а стройная девушка, с длинным гладкими каштановыми волосами. Он жадно впивался взглядом в ее стройные ноги, облаченные в капроновые чулки, которые цеплялись за кружевные трусики, плоский животик и маленькая упругая грудь, которую так нереально красиво подчеркивал черный того же комплекта лифчик. Черт, да она просто секс бомба. В штанах резко стало тесно, но что больше ввело его в ступор, то как она прикусила нижнюю губу, как своими карамельными глазами смотрела на него и не шевелилась. Секунда и момент был упущен, эти же самые карамельные глаза стали заливаться черными крапинками от злости, а щеки залились румянцем. - Малфой, а ну немедленно исчезни! - взревела гриффиндорка. Драко продолжал облизывать ее силуэт взглядом, представлял какого это коснутся ее кожи, какой она будет на ощупь? Почему-то он уверен, что самой нежной из всех, к кому он когда-либо прикасался. Представил, как она дрожит от его прикосновений, когда он проделывает дорожку из поцелуев вверх от икры до внутреннего бедра, почему-то Драко былуверен, что она попытается его остановить, но не сможет бороться и больше минуты, как сдастся ему и даст сделать с собой все, что он захочет. Почему-то он уверен, что не стал бы заглушать в своей голове ее стоны окклюменцией, ведь они были бы настоящими, не такими показушными, как у Астории. Почему-то ему кажется, что он уже пробовал ее и хотелось еще. Бред. Бред. Бред. Грейнджер что-то говорила, блондин видел как ее губы шевелятся, как из глаз метают молнии, но не мог разобрать слов. Что-то резко обожгло щеку слизеринца и он на автомате приложил руку к саднящему участку и все наваждение как рукой сняло. Вместо прежнего возбуждения в нем горела ярость, чистая. Хотелось впечатать девушку в стену и прикончить за то, что посмела прикоснуться к нему. И плевать, что секунду назад он хотел совершенно другого. Не важно. Наваждение и только. Обычная фантазия простого среднестатистического мужчины, который был в самом соку своего возраста. Простая физиология. Всплекс эндорфинов и чего-то еще. Такое бывает. Хоть и не должно было случиться именно с ней. - Еще раз прикоснешься ко мне, Грейнджер, и я тебя зааважу! - прорычал Малфой. Как только Драко подтолкнул ее к стене и схватил за горло, то ощутил на себе ее аромат - новый пергамент, карамель и кажется немного корицы. Черт, это сочетание было до боли знакомо. Откуда? Откуда оно могло быть ему знакомым? Снова бред. Глупость какая-то. Или... - Кто подскажет, что это за зелье? - Слизнорт вел сдвоенный урок гриффиндора и слизерина. Драко видел, как обычно, выскочка Грейнджер потянула руку, чтобы ответить. - Да, Мисс? - Грейнджер, сэр. - Поправила гриффиндорка. Подняла свой подбородок. Так похоже на нее. Гребанная заучка, гриффиндорская зазнайка. Ненавистная. Бесячая. Красивая... - Мисс Грейнджер, я Вас слушаю. - Закивал профессор, призывая ответить на его вопрос. Драко раздражался на всю ее правильность, вечное упрямство и зазнайство, суперспособность быть везде и всегда. Гребанная ходячая энциклопедия. Он хотел бы, чтобы ее вообще рядом не оказывалось, никогда, но она как назло показывалась везде, где бы он ни находился. Как будто специально. Среди толпы в большом зале, в классах, в коридорах. Сумасшествие. - Это самое сильное приворотное зелье. Оно пахнет для каждого по своему, в зависимости от того, что нравится. Например, я чувствую... запах яблок, нового пергамента и зубной пасты... мятной. - Грейнджер быстро исчезла за спинами своих сокурсников. На ее щеках расцвел неповторимый розовый румянец. Девушка так сжалась, словно пряталась от чего-то. Будто испытывая стыд. Осознание. Растерянность. Что значит ее амортенция? Но что более важно, что значит моя? Новый пергмент, корица и карамель. Откуда это вообще взялось? Сбросив с себя пелену воспоминаний, Драко потряс головой и отступил от ненавистной ему гриффидорки. В два шага преодолел расстояние до выхода и исчез, оставив после себя такой знакомый, но при этом совершенно чужой аромат.