В твоих объятиях мое спасение

BTS — Love Maze

— Оставшись без тебя я понял, что не хочу… Не смогу так… Чимин сидит в комнате Юнги на его кровати, укутанный в рулетик из одеяла с ног до головы. Он всё ещё дрожит, но ему заметно теплее. Хён его не оттолкнул — это греет куда больше всяких одеял и пледов. — Прости, что не уехал сразу вместе с тобой, я и правда боялся… Сам не знаю, чего именно. — Чим, сейчас ты здесь, и это главное. Признаюсь, без тебя было не так. Я привык. К нам привык, и не пущу тебя никуда. Ты мой, и всё тут, — Юнги протягивает кружку горячего зелёного чая, которую Чимин хватает, еле вытащив руки из тёплой белой ткани. — Т-твой? — Мой, Чимина, — подложив одну ногу под себя, Юнги садится так, чтобы оказаться лицом к лицу. Пока Чимин, смущаясь и краснея, пьёт чай, Юнги смотрит. Смотрит и не может наглядеться. Чёрные волосы младшего спадают на лоб, прикрывая глаза, одеяло спало с макушки и еле держится на плечах, медленно сползая вниз. — Я не могу назвать это просто дружбой, хён, но это чувство… Я думал умру, если снова тебя не увижу. Без тебя всё кажется серым и ненужным… А тот поцелуй… мне же не приснилось? Юнги… Мин забирает полупустую кружку и ставит её на пол. Тянет Чимина за руку на себя, вытаскивая из теплого белого плена, и сжимает в своих объятиях. — Иди ко мне, малыш, — старший врезается губами в губы напротив и сминает их по очереди, пока Чимин, задыхаясь, не приоткрывает рот, в который Юнги незамедлительно вторгается своим языком. Поцелуй не кажется невинным, он показывает, как сильно скучал Юнги и как нуждался. Показывает, что это нихрена не дружба. Какая, к черту, дружба вообще?! — Я люблю тебя, Чимини. Не представляешь насколько… — Юнги придерживает парня за талию, чтобы тот не упал. Чимин же своими бедрами крепче сжимает чужие и льнет всем телом ближе, зарываясь руками в волосы старшего. Льнет так, чтобы ни миллиметра не осталось между. Чтобы под кожу и навечно. Мин смотрит в глаза, слегка приподняв голову, и Пак своим лбом касается чужого. — И я люблю тебя, Юнги-хён, — и сам тянется к уже родным губам, чтобы доказать, что не врёт. — Прошу, зови меня просто Юнги, мне нравится, как моё имя звучит из твоих уст… — Мин падает спиной на кровать, утягивая за собой младшего, который своим носом тут же зарывается в чужую шею, греясь и нежась. Парни молчат, наслаждаясь минутами откровения и спокойствия. Чимину больше не будет холодно, он это точно знает. Как и Юнги уверен в том, что один он больше не останется. Идиллию прерывают звуки фейерверков с улицы и крики толпы под окнами. Чимин слегка дёргается и приподнимает голову, не сразу понимая в чем дело. — С Новым годом, Чимина, — шепчет Юнги, поглаживая младшего по спине. — С Новым годом, — расплывается Чимин в улыбке, но тут же выкрикивает: — Черт, я же без подарка совсем, так торопился, что не подготовил ничего, — дует губы младший. — Ты — мой лучший подарок, мелкий! — смеётся Юнги. — Всё эти побрякушки — глупости, — Мин чмокает Чимина в губы и вздыхает, когда слышит в коридоре знакомый смех Хосока. — Пора тебе познакомиться с моими друзьями, мелкий, это было неизбежно… — Я знал, что меня ждет. Все хорошо, — Чимин встает с уютного и тёплого старшего и садится на постели, пока Юнги поднимается с кровати и идет открывать дверь, в которую уже ломятся.

____

— Юнги, тебя не узнать, друг мой! Да ты же светишься весь, как ёлка. Знал бы, не пришлось бы её пиздить, эх… — Тэхен, будучи пьяным, сидит за столом, который был предусмотрительно переставлен в центр комнаты с ещё одним таким же столом, чтобы все пятеро уместились. Парни притащили кучу пакетов с едой и напитками алкоголем, чтобы встретить Новый год достойно и заодно отметить воссоединение двух глупеньких влюбленных. Тэхен запретил Хосоку и Чонгуку приходить раньше полуночи в общагу, поэтому у них был незапланированный поход в гипермаркет, полный кучи народа. И чего им не сидится дома?! Пока Хосок матерился, выбирая подходящий всем алкоголь, потому что самый нормальный уже был раскуплен, Тэхен и Чонгук были прижаты друг к другу толпой в отделах с продуктами. И Ким был не против, абсолютно точно нет. Гук же мечтал поскорее выбраться отсюда. Когда рядом такой Тэхен, ему хотелось провалиться. Или утопиться... В очереди на кассе старшие остались стоять вдвоем, а Гук, после того, как помог докатить тележку, умотал на улицу, ссылаясь на то, что из-за него алкоголь парням не продадут. А сам вдыхал жадно свежий морозный воздух и пытался остыть, потому что… Пока хён жался к нему сзади, так как «Меня толкают, мелкий, я тут ни при чем», Гук просто сходил с ума. Нельзя было чувствовать больше, чем уже есть! — Отвали, Тэ, давно не получал?! — Юнги шипит, но не злится. — Вот поэтому я и ушёл из этой комнаты! Увольте! Я больше не выдержу этого дерьма! Чимин! Ты лучше скажи, как у тебя получилось?! — Хосок! — кричат два голоса в унисон и оба парня закатывают глаза. — Да ладно вам! Это же и правда интересно! — старшие так и продолжают свои перепалки, пока Чимин давно сидит не за столом, а на полу у кровати, потому что там прохладнее. Чимину вообще уже долгое время жарко. И то ли дело в первом в жизни выпитом соджу, то ли в том, что старшие с таким интересом расспрашивают его обо всем произошедшем в Кунсане. А делиться не хочется. Это их с Юнги сокровенное, личное, только для них двоих. Поэтому он отделывается короткими фразами, а Юнги смотрит на него, благодарно улыбаясь. К Чимину подсаживается Чонгук, тихонько сбежавший из застолья, и протягивает полупустую бутылку. Пока хёны выясняют, кто из них прав, а кто просто идиот, Чонгук заговаривает: — Хотел бы я также… Вы такие милые с Юнги-хёном, а этот… Тэхён-хён не такой… Мне вообще кажется, что ему надоест так же быстро, как и всё началось… Он уедет, а мне страдай… Чимин, ты же не уедешь?! — Чонгук смотрит такими большими глазами, а Пак не знает, что ответить. — Я на пару дней останусь, скорее всего… Не хочу стеснять вас, тут места-то для меня нет. Буду искать квартиру и, возможно, Юнги-хён захочет пойти со мной, не знаю… — Чимин, немного погрустнев, опускает голову и разглядывает уже пустую бутылку в руках. — А то, что ты сказал о Тэхён-хёне, это… Он тебе нравится, да? Вы… вместе? — Да если бы… Он всего лишь… Не важно… О! Придумал! — последнюю фразу Гук выкрикивает так громко, что все оборачиваются на них. — А давайте вместе жить! Ты, Юнги-хён и я! Старшие все равно заканчивают год, и скоро я один тут останусь… А мне не хочется других соседей, вдруг дебилов подселят… — То есть эти двое, — Хосок по очереди тычет пальцами в Кима и Мина. — …для тебя не дебилы? Ай! — за шутку Хоби получает подзатыльник от рядом сидящего Юнги и затихает, потирая макушку. Больно же! — Мелкий, ты не прихуел?! В смысле, переехать?! И в смысле, втроем?! Меня не забыл?! А знаешь, молчи. Чуть позже поговорим, — Ким встаёт, подходит к шкафу, достает куртку и выходит на улицу. — Да что это с ним, — недоумевает Хосок и идёт следом за другом. А Юнги, кажется, все понимает. Поэтому говорит младшим, что они скоро вернутся, пусть не скучают тут, и тоже выходит на улицу. — Злится, как будто я виноват в чем-то, — вздыхает Чонгук. — Знаешь, я же думал, что как в кино будет — романтика, обнимашки… А на деле… Никто и не в курсе, что мы вместе! А может, мы и не вместе вовсе… Всего-то спим друг с другом, ха-х, — Гук ложится прямо на пол звёздочкой. Смотрит в окно и думает, что не такого праздника он хотел. Нельзя ему было пить, только настроение всем испоганил, дурак. — Чонгук-и, не грусти… — Чимин ложится рядом и слегка приобнимает нового друга. Они быстро сдружились, Гук ему очень понравился. Как и Чимин Чонгуку. — Да мне нормально, честно… Просто, у вас с Юнги-хёном все так мило, мне лишь чуть-чуть завидно стало, я и представить не мог, что он может таким быть. — У нас с Юнги только сегодня все определилось… Я накосячить успел, но… Знаешь, иногда надо разговаривать друг с другом. Это спасает… — Чимин поднимается с пола и тянет Чонгука на себя, заставляя тоже подняться. — Поэтому не вешай нос! Тэхен вернётся, и вы обязательно все выясните, может, все будет хорошо, не переживай раньше времени! — Гук кивает болванчиком и обнимает Чимина. — Спасибо, Чим! Не знаю даже, как тебя благодарить… — Зато я знаю! Мне нужна твоя помощь, спрашивать мне больше некого…

_____

На улице немного стихло. Людей стало намного меньше, и лишь голоса трех парней портят идиллию глубокой ночи. — Ты сделал что?! — Хосок почти пищит. — Ребят, ну… Хватит орать! Все были на практике, я один в универе остался на целых два месяца, потому что ну нахуй этот бред! Здесь я был нужнее, то организовать, это сделать… Считай, зачет автоматом! — Не уходи от темы, — спокойно останавливает шарманку Юнги. — Я с мелким переспал, что! Ну, не сразу, конечно… Просто… Вы его вообще видели?! Такой лапушка… — Хуяпушка! Тэхен! Ты идиот, честно тебе говорю! — Хосок хочет ему врезать со всей силы, но Юнги выходит чуть вперёд, не давая этого сделать, и кладет ладонь на плечо Кима, говоря: — Ты попал, дурень. Он же нравится тебе, так? Молчи, вижу, что да. Я это ещё по приезду заметил, ты никогда на чужих кроватях не лежал… В общем. Исправляйся. Гук в тебя по уши и думает, что это невзаимно. Тем более… С твоими способами выражать симпатию… Короче, облажался ты, друг! — И что мне делать? — Поговорить. Извиниться… Признаться, наконец! — Юнги начинает злиться. — Меня жизни учил, а сам-то! — Понял. Пойдемте обратно, холодно стало… Обратно парни идут молча, думая каждый о своем. На третьем этаже они останавливаются между своими комнатами, прощаются, и Хосок заходит в свою дверь первым. Юнги и Тэхен переглядываются, Мин понимающе кивает, и Ким открывает дверь. Младшие сидят тихо и, кажется, будто не дышат. — Чимини, не хочешь прогуляться? Я тебе покажу тут всё… — спрашивает Юнги, пока Тэхен снимает куртку и разувается. — Да, конечно, я с радостью! — Чимин подбегает к двери, не забыв схватить верхнюю одежду, и буквально пулей вылетает из комнаты. Неловко до жути. Ужасно! Потому что Чонгук знает, что Чимин хочет сделать. И Чимин знает, что будет в этой комнате, пока они с Юнги будут прогуливаться. Для этих парней сон на сегодня отменяется до рассвета. В эту ночь Чонгук в слезах жмется к своему Тэхену, потому что выслушивает, понимает и осознает — Ким его любит и не бросит ни за что на свете, ведь Гук чёртов лапушка. В эту ночь Хосок подходит к своему соседу и целует его с таким отчаянием и желанием, что плевать ему абсолютно на все последствия. А из последствий ему достаются лишь ответный поцелуй и шепот в губы: «Я так давно этого ждал, Хоба». И Хосок лишь в ответ бубнит: «Прости, что заставил ждать так долго, Ёнджунни». В эту ночь где-то в другом конце корпуса общежития ходят Юнги и Чимин, держась за руки, наплевав на то, что кто-то может их увидеть. Мин любого на место поставит одним лишь своим взглядом, если надо будет. Но… Юнги ещё не знает, что в эту ночь он получит ещё один подарок. Подарок, который, Чимин надеется, его не разочарует.