Без тебя смысла нет

Я ждал тебя,

Я всегда ждал тебя.

      Потребовалась неделя, чтобы Антон выздоровел и пришёл в себя. Всё это время Арс был рядом, чтобы заботиться о нём. Он приходил днём, после работы, и торчал у чужой постели, пока Шастун и позднее время на часах его не выгоняли.       Но темы их прошлого они не касались. Каждый раз, когда Попов намеревался её затронуть, парень осаждал его, говоря, что не готов сейчас это обсуждать. Арс не настаивал. То, что Антон вообще говорил с ним и даже позволил на одну ночь остаться, уже было огромным достижением.       В понедельник парень вернулся на работу, в свой привычный для лета график. До сентября оставалось всего ничего, а значит, и количество рабочих часов, как и зарплата, сильно сократится. Арсений продолжал заезжать за кофе, радуясь, что лёд тронулся и Антон хотя бы не пытался убить его взглядом каждый раз, когда видел.       Сегодня утром было непозволительно много машин, из-за чего Попов приехал в заведение на 15 минут позже обычного, а учитывая дальнейшие пробки, нехило так опаздывал на работу. Он забежал в кафе и подошёл к прилавку, здороваясь с Шастом, который без лишних слов протянул ему его любимый кофе, который тот пил изо дня в день.       —Спасибо. Как ты себя чувствуешь?       —Уже хорошо, спасибо.       Арс кивнул каким-то своим мыслям и хотел было развернуться в сторону двери, но всё же уточнил:       —Антон, у тебя же послезавтра выходной?       —Да.       —Ты не хотел бы, может..., —мужчина замялся, как школьник у доски, —Сходить куда-нибудь вместе?       Арсений не рассчитывал на положительный ответ, поэтому очень удивился, когда услышал нерешительное, но согласие.       —Ладно.       Губы тут же растянулись в улыбке, на что Антон слегка фыркнул и отвернулся, когда услышал чересчур радостный голос:       —Тогда до встречи.       А Антон задумался, не совершает ли он очередную ошибку.

***

      С тех пор как Антон устроился на работу, Ира каждый день приходила за стаканчиком какао, даже если у парня был выходной. Наверное, можно было сэкономить кучу денег, не тратя их так постоянно, но надо отдать должное, напитки там готовят божественные.       Казалось, уже весь персонал знал девушку, а она всё никак не могла привыкнуть и каждый раз застенчиво улыбалась и кивала, когда у неё спрашивали «вам как обычно?».       Особенно её приходу был рад Саша. Он уже пару месяцев не может позвать девушку на свидание или хотя бы нормально поговорить с ней, без заплетающегося языка и потных ладошек. Но вечно так продолжаться не могло, поэтому он собрал всё своё мужество в кулак и начал действовать, когда Ира в очередной раз заглянула в заведение.       —Слушай, ты.., —он замялся, смотря в глаза девушке, что заинтересованно приподняла бровь и улыбнулась, —Ты не хотела бы как-нибудь сходить со мной на свидание?       Саша был симпатичным молодым человеком, всего на год старше ребят. Его карие глаза создавали контраст со светлыми волосами и бледной кожей, что делало его ещё красивее. И девушка бы тут же согласилась, если бы не одно «но».       —Я бы с радостью пошла с тобой на свидание, но…, —она горько улыбнулась, —Я не могу.       Её живот был почти не заметен, особенно если не акцентировать на нём внимание, а просторная одежда, которую носила Кузнецова последнее время, и вовсе не давала никаких намёков на её положение. Заметив погрустневшего парня, она пояснила.       —Я беременна.       —Прости, я не знал, что у тебя кто-то есть.       —У меня никого нет, кроме ребёнка.       —Тогда почему ты ставишь крест на своей личной жизни?       Было грустно осознавать, что это её реалии. Реалии, в которых она не может быть эгоисткой, теперь она принимает решения за двоих.       Заметив чужое смятение, Саша решил пойти издалека. Ребёнок не пугал его и не отталкивал. Его отчим (папа, если быть точнее, у слова «отчим» уж слишком негативный окрас) появился в их с мамой жизни, когда мальчику было всего два года, и принял его, как родного. Он показал ему, что такое отцовская любовь, когда родной отец ушёл, оставив беременную женщину одну.       —Хорошо, давай сходим куда-нибудь как друзья? —предложил Фомин. Девушка слишком плотно засела у него в голове, чтобы отпускать её вот так просто.       —Тогда да, —усмехнулась Ира, —Хорошо, я согласна.

***

      Вечером Арсений подъехал к чужому дому за пятнадцать минут до назначенного времени. Он сидел на переднем сидении, не решаясь выйти, и пытался не прокручивать в голове различные сценарии их свидания.       Попов боялся. Переживал, что Антон не придёт. Или придёт, но будет вновь холоден с ним всё это время. Переживал, что они не смогут нормально поговорить, что всё же потерял парня навсегда. И даже его согласие на свидание не отгоняло эти мысли.       Шастун тоже места себе не находил. Думал, зря он на это согласился, зря ввязывался в это снова. Хотя, может, они выяснят нерешённые вопросы и станет легче, это же ни к чему не обязывает.       С такими мыслями он вышел из парадной, сразу замечая стоящего возле машины Арсения с сигаретой в руках.       —Не знал, что ты куришь, —отметил Антон, заставляя мужчину вздрогнуть от неожиданности.              —Редко, —ответил тот и потушил сигарету, —Только когда нервничаю.       —Ты сейчас нервничаешь?       —Да, —честно ответил Попов и слегка прикусил нижнюю губу.       Антон на это ничего не ответил, поэтому Арс молча открыл дверь пассажирского сидения и жестом попросил парня сесть.       —Куда мы едем? —спросил Шастун, когда они выехали загород, —Надеюсь, ты не убьёшь меня и не закопаешь моё тело в лесу.       —Увидишь, почти приехали, —усмехнулся мужчина и на пару мгновений отвернул взгляд от дороги, —И я бы придумал что-нибудь более оригинальное.       —Не сомневаюсь, —съязвил Антон, чем вызвал лишь очередную улыбку собеседника.       Шаст не особо следил за дорогой, поэтому слегка удивился, когда они подъехали к берегу Финского залива. Погода в конце августа была идеальной, было тепло, но не слишком солнечно, так что можно было комфортно себя чувствовать на улице и не щуриться. Они вышли из машины и, пока Арс доставал что-то из багажника, Антон разглядывал местность. Что-то щёлкнуло в его груди, когда вдалеке он увидел здание.       Очень знакомое здание.       И только сейчас до него дошло, что они были в Репино, прямо на берегу у того самого места, куда ездили с классом осенью десятого класса. Именно здесь он признался своим друзьям, что влюблён. Именно здесь он сам себе в этом признался.       Из размышлений его вытащил чужой голос, заставив развернуться и увидеть мужчину с пледом и термосом в руках. Все мысли улетучились из головы, не оставляя ни одной вменяемой. Антон шёл рядом с мужчиной, который вёл его всё ближе к воде, а затем оба остановились и постелили красный клетчатый плед прямо перед огромным камнем, прячась от людей, которых и так почти не было поблизости.       —Знакомое место, —зачем-то произнёс парень, принимая их чужих рук термос с его любимым зелёным чаем.       —Тогда я понял, что ты мне по-настоящему небезразличен, —признался Арсений.       Шаст лишь опустил голову, разглядывая песок по ногами, и молчал. Молчал, потому что в голове всё так же было пусто, и он понятия не имел, что на это ответить.       —У нас выпускной неподалёку был.       —Знаю, —ответил Попов, —Ты, кстати, отлично смотришься в костюме.       —Ты был там? —почему-то эта догадка казалась очень странной и невероятной.       —Я не мог такое пропустить.       Антон пытался найти в глазах напротив хоть малейший признак лжи, но не находил. Там были лишь искренность и раскаяние. Он поверить не мог, что это правда. Выпускной был чуть больше года назад. Почему не подошёл, не попытался поговорить тогда, раз, по его словам, ему было так плохо? Почему ждал два грёбанных года, чтобы ворваться в его жизнь снова?       —Почему сейчас? —спросил парень, но, увидев непонимание в глазах Попова, уточнил, —Почему ты появился только сейчас? Прошло два года, Арс, Два года, —он выдержал небольшую паузу, —Так почему сейчас?       —Я боялся.       Антон ожидал продолжения, но, не получив его, будто сорвался с катушек. Снова.       Это Арсений хотел поговорить. Это он маячил перед глазами с просьбами, чтоб его выслушали, а сейчас что? Он клещами должен тянуть из него ответы?       —Чего ты боялся? Чего?       —Что ты не захочешь меня видеть, что тебе лучше без меня.       —Опять ты решаешь за нас двоих, —он был близок к тому, чтобы сорваться на крик, абсолютно не обращая внимание на посторонних, —Я умирал без тебя, Арс, всё это время умирал. А ты ебаный эгоист.       —Я знаю, прости меня, пожалуйста, —в его голосе было столько боли, что Антон поумерил свой пыл и сделал глубокий вдох, —Но мне потребовалось много времени и сил, чтобы понять, что за счастье нужно бороться, а не бежать от него. Я трус и слабак, который из-за собственных загонов отказался от самого дорогого в своей жизни. Я причинил тебе много боли, но очень хочу это исправить. Пожалуйста, позволь мне быть рядом, позволь любить тебя. Я больше никогда тебя не брошу, клянусь. Ты самое ценное, что было и есть в моей жизни. Даже если ты не обращаешь на меня внимание, я заслужил. Всё заслужил, но пожалуйста. Дай мне ещё один шанс.       Последние слова он произносил почти шёпотом. Скулы сводило от того, что Арс до последнего пытался сдерживать свои эмоции. Он был готов к любому ответу Антона, но не к тому вопросу, что услышал.       —Что у тебя было с Эдом? —спросил Антон неожиданно даже для самого себя, но этот вопрос волновал его уже долгое время. Тогда Арс что-то объяснял, но не вдавался в подробности, из-за чего полная картина не складывалась, а сейчас хотелось уже сложить этот пазл и забыть о нём раз и навсегда.       Арсений опешил от такого неожиданного и резкого вопроса, но ответил. Не мог не ответить.       —Он был в одиннадцатом классе, когда всё началось, —произнёс Попов, а парень его внимательно слушал, —После уроков мы остались в кабинете одни, в общем, мы переспали тогда. Я никогда не испытывал к нему чувств, в отличие от него, но я сразу дал понять, что кроме секса между нами ничего не может быть. Он был не против, —Арс сделал паузу, —Потом об этом каким-то образом узнал директор, были разбирательства и прочая хрень. В итоге он выпустился, меня оставили, но сказали, что ещё один промах и уволят. Так и случилось. До Новогодних каникул я с ним не виделся ни разу, мы не общались, а потом он появился, пытался вернуть, говорил, что любит. А я тебя любил.       Антон слушал, не решаясь перебивать или уточнять что-то. Было видно, что эта тема обоим неприятна, но, если у парня были вопросы, их нужно было прояснить.       —Я всегда тебя любил.       Они сидели очень близко друг к другу. Ещё немного и соприкоснулись бы бёдрами. Эта близость одновременно и пугала, и волновала. А когда Антон повернул голову в сторону Арса, из лёгких будто снова выкачали весь воздух.       —У тебя хоть немного остались чувства ко мне? Помимо ненависти и призрения. Или я тогда окончательно всё испортил?       Парень закусил губу, не переставая сверлить взглядом глаза напротив. Ему хотелось поверить, хотелось вновь окунуться в омут с головой, но он боялся, что в следующий раз больше не сможет оттуда вынырнуть.       —Ты всё испортил, —Антон пытался сохранить спокойствие и сказать это максимально безразлично, но голос всё же дрогнул, как и мышцы на лице Попова.       Он смотрел на Арсения, наблюдал за его сменой эмоций. Если поначалу у него во взгляде читалась надежда, то сейчас глаза предательски поблёскивали от боли и отчаяния.       —Но даже после всего, что было, после всей этой боли, я всё равно люблю тебя. И я ненавижу себя за это, —усмехнулся Шастун, —Ты был моей первой любовью, я тогда надеялся, что станешь и последней. Но только я не подумал, что надо быть точнее в своих желаниях. Ты ушёл, а любовь осталась. Видимо, и правда последняя, потому что до сих пор я ни на одного человека, кроме тебя, даже смотреть не могу.       Антон всё это время смотрел прямо в глаза напротив, но в один момент не выдержал и опустил взгляд на чужие, слегка покусанные от стресса губы. Арс заметил этот секундный порыв, но ничего не стал делать. Он не хотел отпугнуть парня, не хотел спешить и сделать всё неправильно. Только не с ним.       Но Шастун сам протянул свою руку и уместил на чужой шее, сам подался вперёд и почти невесомо заставил их губы соприкоснуться. Мужчина сначала опешил, не до конца осознавая, что происходит, но довольно быстро ответил с таким же трепетом. Это казалось сном, несбыточной мечтой, которая была всё ближе. Всё ощущалось таким правильным. Словно недостающий кусочек пазла встал на место.       Арсений не знал, куда деть руки, поэтому те просто покоились на коленях. Он по-прежнему боялся, что отпугнёт любым своим действием, будто прямо сейчас парень отстранится или испарится вовсе.       Антону потребовалась всего пара минут поцелуя, чтобы в голову снова начали лезть непрошенные мысли, которые он постоянно пытался отогнать. Он так же несмело отстранился, всё ещё чувствуя на губах этот нежный поцелуй, вкус чужих губ и чужой ласки.       —Я не могу, —он отстранился и так и не решился открыть глаза, —Дай мне время, пожалуйста.       —Столько, сколько нужно.