Virgin

      Я повыше вскарабкалась на высокое дерево под задорные смешки, доносящиеся снизу. Младший Салли нисколько не горел желанием помочь, предпочтя шататься по лесу в поисках подмоги или дожидаться старшего брата с отцом. Подтянувшись на массивную ветвь, я огляделась, распознать вокруг ничего знакомого я не смогла. Ни протоптанной тропинки, ни примятых колосьев вьющейся травы – природа казалась девственно чистой и не тронутой. Кажется, у нас были проблемы. — Ты уже целовалась? — в ближайшей перспективе быть растерзанным танатором Ло’ака не пугало – гораздо больше его беспокоила другая тема: успела ли я в свои семнадцать попробовать то, чего пока не успел он. — Ты не хочешь сам слазать осмотреться? — Ло'ак неряшливо пожал плечами и, окинув дерево скептичным взглядом, отрицательно покачал головой. Ну конечно, потащит он сюда свою драгоценную задницу, а как же. — Я еще не целовался, но, думаю, все может совсем скоро случиться. Не зря же отец брал нас с братом с собой налаживать отношения между кланами.       Он говорил о своей недавней поездке в рифовые края к племени водных На’ви. По его рассказам, там он завел себе подружку, о которой только спроси – Ло'ак готов был молоть языком и день, и ночь, расписывая, какой она была красавицей. — Ты уверен, что она запала на тебя, а не на Нетейама? — Ло'ак недовольно на меня зыркнул после этого вопроса. Мы всегда были хорошими друзьями, так что я подозревала, что только из-за этого я ещё не оказалась пластом лежавшей на земле, сдернутая с ветки за хвост. — Ты уверена, что учишься быть охотником? — не удержался от ответной колкости Ло’ак, взмахивая руками. Я усмехнулась, аккуратно слезая с дерева; мох под моими пальцами неприятно заскользил от влаги, и я неловко приземлилась на задницу.       В чем-то Ло’ак был прав, определённо.       Я быстро поднялась на ноги в надежде, что мои скомканные действия остались незамеченными. Обернулась в сторону друга с горящими глазами, однако, судя по его насмешливому взгляду, видел он все. Очень жаль. Потом эта история обязательно всплывет на каком-нибудь общем ужине и распугнет от меня всех ухажеров. Конечно, не все было столь плачевно: я валилась с деревьев не каждый раз, когда на них забиралась. Да и в обучении я делала успехи, как ни покрути, но порой случались некоторые казусы. Как сейчас. — Ты меня позвал прогуляться, чтоб расспросить о поцелуях? — я с недовольством растерла ладони: все пальцы были черными и влажными. — Или чтобы снова заблудиться и нас разыскивал твой паппи?       Ло’ак скривился. — Не зови его так, это отвратительно, — я снова засмеялась над ним. Каким бы смелым и самостоятельным ни хотел казаться Ло’ак, он был… совсем еще мальчишкой. — Тогда ты верно ждешь своего братика, — я вскрикнула на последнем слове, пародируя звуки из кинокартины, что мы недавно увидели у Норма в лаборатории. Кто бы знал, что человеческие мультфильмы часто носили порнографический характер. Вот на один из таких мы и нарвались, когда исследовали архив сохраненных материалов с земли на планшете ученого. Очень познавательное видео, решили с Ло’аком тогда мы, но нас быстро разогнали от навороченного устройства Норм и Джейк. Стоило ли вспоминать, что это было в высшей степени неловко… — Ты отвратительная, знай это, — Ло'ак развернулся и двинулся в сторону высоких деревьев прочь от меня. Но не дойдя до первого же пары шагов, он остановился и развернулся, обратно следуя ко мне на поляну.       Пусть Ло’ак и не был особенно хорош в ориентировании на открытой местности, он знал простые правила. Первое из них, которого мы решили во что бы то ни стало придерживаться, – всегда быть в лесу неразлучными. Потому даже если мы крупно ссорились, то никогда не расходились в разные стороны, выбирая либо сцепиться в драке, либо же продолжать путь озлобленными друг на друга. Может, оттого мы и дружили так крепко. — Ты хуже, — ответила я, когда Ло’ак наконец остановился напротив меня. Он оскалился и сощурился, больше похожий на котенка, нежели на грозного воина. — Так ты ответишь мне на вопрос, Маурин? — Да, я уже целовалась, — выпалила я. Ло'ак напротив меня в одно мгновение поменялся в лице. Ранее заинтересованный, он был искренне шокирован открытием. — Ты вправду думал, что я не делала этого? Быть может, мне еще старой девой умереть?       Он молча кивнул мне, приложив руки к щекам в притворном удивлении: — И ты мне ничего не рассказала? — сорвался Ло’ак на возмущенный писк. — Как по-твоему я должна была это сделать? — рассказывать Ло’аку об этом было бы странно, учитывая, что первым парнем, с которым я целовалась, был именно его брат.       История казалась мне довольно забавной и местами даже горячей, но я все никак не могла отделаться от чувства неловкости, охватывавшего меня при одном лишь воспоминании. На одном из праздников, проходившим у нас в поселении где-то с полгода назад, мы вчетвером – я, Нетейам, Ло’ак и Кири – наелись бродивших ягод, и, чтобы не попасться на глаза Джейку, который непременно выругал бы нас за пьянство, мы решили быстренько ретироваться, кто куда.       Ло’ак с Кири удрали в сторону загонов с животными – сладкие ягоды напрочь отшибли им мысли о том, что там по ночам было опасно, ведь собственный отец казался им куда страшнее, чем змееволки или танаторы, позарившиеся на зверюшек На’ви.       Мы же с Нетейамом направились в сторону самого близкого к деревне пристанища горных банши. Идея тоже была не из лучших, потому как воздушных змеев во сне все же лучше не тревожить, иначе остаться без пальцев, рук или хвостов всего ничего...       Вспоминая о наших развлечениях, порой я считаю настоящим чудом, что все мы достигли совершеннолетия, имея все конечности без остатка, а главное – живые.       Нам тогда по пути к банши не повезло наткнуться на Нейтири, и мы быстро, пока она нас не заметила, запрыгнули в лачугу, где хранилась куча принадлежностей для полетов. Седла, повязки, маски и доспехи для наездников – все это лежало там, собранное с полей боя или принесенное и отданное в общее распоряжение добровольно. Лачуга, к слову, оказалась невыносимо тесной.       Потому, когда все произошло, навеянное пряным соком и удушающей теснотой, я не особо сожалела. Тогда было до невероятности прекрасно получить своей первый поцелуй с молодым наследником клана, уже успевшим стать охотником, о котором ходили восхваляющие молвы, и настоящим красавцем. Но насколько бы ни был момент потрясающ и приятен, этого больше ни разу не повторялось. О том, чтобы рассказать о поцелуе Ло’аку, речи даже и не шло – как он среагирует, я могла только догадываться, учитывая его непотухающий соревновательный дух со старшим братом. — Привет, Ло’ак, как спалось? А меня сегодня отчпокали: я потеряла языковую девственность, меня засосали, — кажется, Ло’ака и его писклявую пародию меня ничто не могло остановить. Я рассмеялась, все поражаясь тому, что Ло'ак действительно был ошеломлен. — Рассказывай, как это было? — Это было мокро, — не раздумывая, брякнула я жадному до подробностей другу, поглубже вздохнула, возвращаясь воспоминаниями в то время. Что еже можно было сказать Салли-младшему, чтобы он не рассекретил моего напарника в поцелуйных делах – или, точнее даже, деле?       Честно, я не имела понятия, потому как периодически Ло’ак мыслил совершенно не стандартно, приходя к новым умозаключениям за рекордно короткие сроки. Этому парнишке было вредно давать лишнюю информацию. — Он тебя лапал? Вы терлись друг о друга? — Ло'ак не отставал, но я даже в некоторой степени его прекрасно понимала, ведь не было бы у меня этой крупицы опыта, я бы так же налетела на него в аналогичной ситуации. К тому же, я все еще рассчитывала, что когда он начнет сближаться со своей морской девчонкой, то непременно все и сам в подробностях мне об этом поведует. — Нет, мы не терлись друг о друга, — я тряхнула головой, прогоняя воспоминания прочь: если начну много об этом думать, то наверняка так же, как и полгода назад, «хорошенько» загонюсь. Знал Нетейам об этом или, может даже, не догадывался, я ждала его на разговор. Но, казалось, пристыженный самим собой же за то, что я была еще не созревшей, он решил ничего не говорить и не обсуждать. — А хотелось? — Конечно хотелось, Ло’ак. Тебе разве не хотелось потереться о свою морскую девчонку? — друг от неожиданного вопроса смутился. Он, видимо, задумался, прогуливаясь сосредоточенным взглядом по окрестностям и после, наконец, останавливаясь взглядом на моем лице. — Нам нужно бежать, — совершенно серьезно заметил Ло'ак, и я заметила, как его уши пару раз испуганно дернулись, а глаза распахнулись шире в плохо скрываемом страхе. — Ты настолько сильно не хочешь отвечать на мой вопрос? — хмыкнула я. Доводить Ло’ака до каления или же смущения было моим любимым занятием, если не вспоминать о его старшем брате с его потрясающими губами. — Признавайся, ты уже дрочил на нее, испорченный парень? — Маурин, да не в этом дело, — начал поспешно оправдываться он, хватая меня за руку. — Просто, боюсь, мы не дождемся помощи или дрочки, если останемся тут…       Я мигом обернулась: из-за зарослей высоких стеблей к нам медленно подкрадывался палулукан. Высокий и сильный, он двигался практически неслышно, и только переливы света на гладкой черной шкуре выдавали хищника. Крайне повезло, что такой начинающий охотник, как Ло’ак, заметил его скорее, чем он на нас набросился.       Я снова перевела взгляд на друга, крепче сжав его руку. Страх прошелся мокрой рукой по загривку, подняв волосы. — Нам однозначно нужно бежать, — голос ослаб, стоило мне представить, что сейчас за нами помчится такой огромный зверь.       Мы сорвались с места в глубь леса, и одновременно вдогонку нам бросился протяжный вой. Не очень хорошее стечение обстоятельств, потому как обычно нам удавалось в наших приключениях набрести на кого-то из поселения или нас, в конце концов, находил Нетейам. Максимум, на кого мы наталкивались, были змееволки, но, благо, нам хватало сноровки отпугнуть наглых мелких хищников. С танатором мы не имели дела ни разу, а пока не снизошла луна, вероятность того, что Нетейам уже вышел на наши поиски, ничтожно таяла в моей голове.       Ло’ак придержал меня, когда мы залезли на широкую ветвь дерева. Танатор до сюда тоже смог бы достать, но если мы успеем забраться повыше, то нам, возможно, повезёт отсидеться, пока животина не найдет себе новый ужин. — Это приключение стоило того, чтобы спросить, целовалась ли я? — горло драло от быстрого дыхания. Казалось, если мы хоть на секунду остановились бы, то сердце бы выпрыгнуло из груди. — Ло’ак, почему нельзя было просто спросить? — мы карабкались выше и выше по дереву; тонкие ветви неприятно скребли кожу, оставляя за собой легкие красные полосы. Мощный ствол сотряс удар, и мы сильнее прижались к ветви, только бы не свалиться.       Один, второй – я взглянула вниз: мощные когтистые лапы палулукана раздирали ствол в щепки с такой легкостью, что казалось, зверь даже не прикладывал для этого особых усилий. Все было куда хуже, чем я представляла. — Нам придется прыгать, — Ло’ак стоял на пару ветвей выше меня. Его тон окрасился ноткой истеричности, но в остальном он был спокоен. Это радовало.       Дерево под нами снова затряслось от новых мощных ударов, и мы полезли выше. Вот бы перепрыгнуть на другое дерево. Будет замечательно. — Я слышу, как шумит река. Может, повторить подвиг отца? — о, в деревне все знали об этой истории Джейка Салли. Он и сам без особого стеснения не раз рассказывал, как удирал от танатора и угодил прямо в руки Нейтири. Романтично, но вряд ли нам повезет так же. — Ты же шутишь? — Мы просто спрыгнем, что в этом такого? — Ло’ак развел руками, словно только что показал фокус. Я сбито поглубже вздохнула, чтобы сердце в груди наконец успокоилось. — Ладно, — шанс быть придавленными деревом и после сожранными танатором был куда больше шанса разбиться о дно реки.       К тому же, одному из нас, На'ви, лет так двадцать назад, это уже удалось сделать. Думаю, что раз эта мысль уже пришла в голову Ло’ака, то он, если не сейчас, то после, ее обязательно удовлетворил бы бесцельно, прыгая с обрыва в воду.       Ло’ак поманил меня за собой, и мы стали ловко перепрыгивать с ветви на ветвь. Если все сделаем тихо и незаметно, то у реки окажемся куда скорее гнавшейся за нами опасности. Эта опасность не успеет ухватить нас даже за хвост. — Сейчас, — прошептал Ло’ак, крепко сжимая мою ладонь и тут же спрыгивая с ветвей на землю. Больше утащенная его ладонью, чем мотивированная желанием прыгать, я уцепилась следом за ним, и, стоило нам приземлиться, мы дали деру к реке.       Танатор со своим чудо-слухом уже несся за нами. Нам на руку приходилось лишь то, что, будучи мелкими и изворотливыми, мы филигранно петляли меж деревьев, когда огромному зверю приходилось мчаться или напролом, или искать быстрые пути для прохода. Но отчего-то это не сильно нам помогало; я почувствовала, как воздух сделался прохладнее.       Значит, мы уже совсем скоро будем у реки. — Ло’ак, Маурин? — стоило нам выбежать из леса, отчего-то ранее сидевший около крутого обрыва Нетейам подорвался с места. На его красивых руках, на пальцах, застыла грязь – кажется кто-то охотился или, может, уже начал поиски своего неразумного братца.       Он смерил нас взглядом, зацепившись на долю секунды за наши сцепленные руки. Мы с Ло’аком, все еще слишком взбудораженные после бега, вдруг уставились на него. Интересно, слышал ли он крики танатора, что преследовал нас?       Рёв раздался снова, совсем близко – теперь Нетейам точно услышал. Мы с Ло’аком наконец оторвались друг от друга, подбегая к нему. — Придется прыгать, — если бы не приходилось действовать быстро, с адреналином в крови, я была уверена: мы бы с Ло’аком уже свалились в истерику.       Мы по обе стороны от Нетейама схватили его за руки и, в последний раз оглянувшись на лес, откуда уже показался среди пышных растений черный зверь, прыгнули.       Я не знала, чем бы кончился этот день, если бы по наставлению тсахик я пошла по грибы да ягоды, может, и не угодили бы мы в такую ситуацию. Ох, это было бы просто чудесно.       Я плотно зажмурилась, когда холодная вода обожгла разгоряченную после погони кожу. Еще секунда, и все тело вспыхнуло от резкого соприкосновения с холодной водой. Казалось, Джейк Салли не упоминал этого в своем рассказе… Содрогнувшись пару раз и почувствовав под ногами дно, я что есть сил оттолкнулась вверх. Почти в унисон со мной вынырнули братья, и мы вместе перед тем, как отплыть к берегу, обернулись в сторону обрыва.       Здоровенный палулукан, застывший на вершине обрыва, мог перекусить На’ви и даже не заметить этого. Я почувствовала, как волосы на коже встали дыбом от страха.       Чудно, что нам удалось от него улизнуть. Только я доберусь до Ло’ака, я убью его.       Камни на берегу неприятно царапали ступни и руки, когда мы выбрались на берег и от усталости откинулись на спины. Нетейам навис над нами с нерушимой ответственностью и благими намерениями. Сердце в груди билось загнанно, словно вот-вот стремилось наружу. Старший сын вождя не выглядел так, будто только что спрыгнул вместе с нами с обрыва – он был как всегда красив, спокоен и самоуверен. А когда было иначе? Никогда, ответила себе же я на свой вопрос. — Ло’ак, — тот обессиленно повернул ко мне голову, дыша через приоткрытый рот, как рыба, выброшенная на берег. Я со всей возможной силой ударила его в плечо – только вот руки ослабли, и вышло не так самоуверенно, как хотелось бы. — В следующий раз спроси меня в деревне, без побегов от палулукана.       Он махнул на меня рукой, видимо, откладывая разговор до следующего похода в лес. Просто чудесно, в следующий раз мне явно придется брать с собой лук и стрелы. А лучше сразу его старшего брата.       Под озабоченный взгляд Нетейама мы встали и двинулись к деревне. Проблем с ориентацией старший из братьев Салли явно не имел, думала я, плетясь позади и разглядывая его задницу.       Когда мы достигли дома, вечер уже заполнял небо темными разводами и прохлада кусала за косточки, разгоняя нас по хижинам переодеваться и готовиться к ужину. ***       Джейк Салли настиг нас неожиданно, но весьма заслуженно, поняла я, когда мы с Ло’аком перекидывались червяком за ужином. Склизкое чудовище угодило мне в плечо, и я постаралась как можно незаметнее утереться. Судя по взгляду Джейка, он все заметил.       Позади вождя вырос Нетейам уже наготове вызваться защитить младших, как делал это всегда до. Как говорится, благородный и такой красивый, – я усмехнулась, приготовившись получать нагоняй.       Джейк повернулся в сторону старшего сына, и тот под строгим взглядом встал ближе к нам. Сегодня вычитку получали не одни мы с Ло'аком. — Вас видели сегодня, удирающими от танатора, — тон у Салли был уставшим. Конечно, с таким-то выводком сорванцов как не устанешь. — А чего не помогли тогда? — сразу же захорохорился Ло’ак. Ну точно петух, с улыбкой подумала я.       Не помню, сколько раз его уже наказывали за последнюю луну, но явно достаточно, чтобы терпение отца подходило к концу. И Ло’аку вполне себе могли запретить получить своего горного банши на нашей предстоящей церемонии. Мне не было известно, насколько жесток был Джейк Салли в гневе на собственных детей, но отчего-то казалось, что в воспитательных целях он мог отодвинуть становление своего сына охотником.       Дело было плохо. Как Ло’ак собирался красоваться перед морской девчонкой, если у него даже банши своего не было? — Дело не в том, что не помогли, а в вашей безответственности! Вы же прекрасно знаете, кто обитает в лесах и куда соваться не следует, — тон у вождя был строгий, он будто сдерживал себя, чтобы не вырвать Ло'аку хвост. На это я бы, конечно, посмотрела, уже представляя, как вечером буду хохотать, припоминая этот разговор. — Ты, — продолжил он, указывая на младшего сына. — Сэр, прошу вас, — слова сорвались с моего языка раньше, чем я успела придумать оправдание для дружка. Оба брата взглянули на меня.       Если сейчас не заговорить, то отдуваться снова придется Нетейаму, а получать наказание – Ло’аку, как и было постоянно до этого: — Я попросила сходить со мной в лес Ло’ака, потому что одна идти побоялась… — Зачем тебе понадобилось в лес? — Джейк Салли был настойчив. — Мне были нужны травы для моих… — я выступила вперед перед братьями, положив руку на живот. Все внимание главы клана сосредоточилось на мне. Он в ужасе округлил глаза, точно Ло’ак в лесу, когда узнал о том, что я уже целовалась. — Ты беременна?! Когда ты успела? — пролепетал Джейк с ужасом в больших желтых глазах. Я и сама содрогнулась под резкий кашель, маскирующий смех Ло’ака. — Нет, сэр, я не беременна, просто у меня боли, — он все так же непонимающе стоял напротив меня с выражением шока на лице. Я чуть наклонила голову, продолжив тише: — Ну, женские боли, сэр.       Через пару секунд до Джейка Салли наконец дошло, и он заметно расслабился. Вероятно, ранняя беременность его пугала не меньше меня. — Что ж, — он принялся растирать шею пятипалой ладонью, — раз так, то идите спать, — мы в благодарность кивнули, сразу же скрываясь из виду. — Нетейам, проследи, чтобы дошли до постелей, — напоследок бросил Джейк.       Это была отчаянно удачная попытка. Я улыбнулась своим мыслям.       Нетейам послушно повел нас к хижинам: первая на очереди – Ло’ака, и я злорадно усмехнулась другу, когда тот встал у входа, скрестив руки на груди. От него так и сквозило недовольством: — Значит, не говоришь мне, что целовалась, так еще и, что болеешь, молчишь, — мне вмиг стало неловко: хотелось ударить себя по лицу, скрыться за густыми лианами или зарыться в нору. Нетейам рядом задачу только усложнял. — Ло’ак, о такой боли не говорят, — попыталась оправдаться я так, чтобы он понял, но, судя по тому, как остервенело он повертел головой, Ло’ак ничего понимать не желал. — Сегодня так, а завтра ты мне не расскажешь, что напоролась на гвоздь задницей? Тебя поразит инфекция, и что дальше? Ты умрешь девственницей, Маурин, просто потому, что не рассказала мне, — я задумалась: вероятность такого стечения обстоятельств казалась крайне малой. Но все же существовала. Порой наши диалоги были мало складными, зато потом было весьма смешно их вспоминать. — Ло’ак, ты чего-то не понимаешь? — я подошла к нему ближе – еще шаг и мы бы столкнулись лбами. Он отрицательно покачал головой на мой вопрос. — У девушек идет кровь, когда они становятся созревшими.       Наконец-то с него сдуло спесь, его поглотили растерянность и поражение. — Наверное, для тебя это шок? — насмешливо поинтересовалась я. Ло'ак вдоволь поиздевался надо мной, теперь настала моя очередь. — Ты почему мне такого не рассказал, а, герой-любовник? – теперь обвинение прилетело в сторону Нетейама, и тот, явно не ожидавший, попятился на пару шагов, прижав уши. — Мы позже еще все обсудим, — Ло’ак обратился вновь ко мне: — А ты меня научишь целоваться!       Я почувствовала, как Нетейам рядом с нами напрягся после этой фразы.       Очень интересное наблюдение. — Какой научишь, чепух? Иди спать, — закатила под лоб глаза я и отошла от него дальше, дав понять, что пора заканчивать. — Все мне расскажешь, в подробностях, — тут же поправился Ло'ак, виновато касаясь моего плеча, но не меняя твердо настроенного любознательного взгляда. — И то, как после дрочила на того парня в том числе! — Иди уже, — я снова кивнула в сторону двери хижины, но не выдержав, напоследок посмеялась: — Смотри, руки в кровь не сотри, когда будешь думать о своей морской девчонке, — кинула в спину я. Весь день хотела сказать это. Нельзя было упустить такой момент только из-за того, что красавчик Нетейам оказался рядом. Несмотря на это ничтожное оправдание, я почувствовала, как щеки и шею обожгло жаром румянца.       Ло’ак помахал рукой, наконец двигая к себе. Как-никак, приказ отца выполнить был обязан.       Нетейам за братом не последовал, видимо, все же намереваясь проследить, чтобы я дошла до своего дома и улеглась спать, а не усвистела еще куда. Весьма предусмотрительно.       Мы шли молча некоторое время и, как только оказались около моей с Кири хижины, остановились. Нетейам был выше меня, и чтобы посмотреть ему в глаза, когда он оказался напротив, мне пришлось задрать голову. Как на зло, в сознании всплыл наш поцелуй. — Значит, ты целовалась, — он плотнее придвинулся ко мне. Его дыхание обжигало мою щеку. Нетейам был очень тактильным. Конечно, он не делал ничего дурного с малознакомыми, но вполне себе много чего позволял в своем доверенном кругу. То, как мне посчастливилось оказаться в этом его доверенном кругу, я так и не поняла, но, судя по его постоянным прикосновениям, казалось, это было то самое.       Я неловко мялась под его серьезным взглядом. Он проскользнул по мне взглядом, задержавшись на груди, прикрытой плетеным топом.       Что только что произошло? — Я готова к спариванию, — брякнула первое, что пришло в голову, я, и взгляд Нетейама напротив меня стал озабоченным. Ну точно папаша, хмыкнула про себя я, следя за его реакцией. Это лучше, чем если бы я стояла здесь и оправдывалась за свои слова или если бы сказала, что, кроме как с ним, ни с кем больше не целовалась. Кири не входила в счет – ох уж эти девчачьи первые пробные поцелуи… — Можешь сказать об этом на общем собрании. Уверен, найдутся охотники, готовые помочь тебе с этим, — Нетейам злился. Точно злился. Его челюсть напряглась, а уши поджались. Интересно, что именно его так разозлило? — Непременно так и поступлю, — ответила я самое банальное из всего, что вообще можно было сказать. Отчего-то злость подобно волне захлестнула и меня, вместе с этим поднимая со дна подреберья старую полугодовалую обиду. — Но сначала подрочу, вспоминая все свои поцелуи!        Ло’ак, спасибо за отличную фразу!       Ругаться я совсем не умела. Пока не опозорилась еще больше, надо было уходить.       Я резко развернулась в сторону хижины, с явным ощущением того, как мои волосы ударили по его твердой груди. Нетейам ничего не сказал вслед, но я точно чувствовала пару желтых глаз, уставившихся мне ровно между лопатками.       Чертов сексуальный Нетейам Салли, проворчала я, укладываясь спать. Я вспоминала, что кинула ему перед уходом. Но знать о том, что это было правдой, а не просто передразниванием его брата, Нетейаму не нужно было абсолютно. Он и не догадался, решила я, прислушившись к гулкой тишине.       Кири пока не вернулась со своих ночных прогулок после ужина с Пауком, да и, к тому же, стены в наших комнатах были достаточно плотными, чтобы не пропускать шума. Потому переживать мне было не о чем. Но все-таки осторожность никогда не могла быть лишней: вдруг по комнатам поползёт змея, и я так и умру с рукой в трусах? Было бы весьма позорно, если бы меня нашли в таком положении.       Я удобнее устроилась в гамаке и быстро, пока не успела передумать, спустила руку вниз по телу в тонкие ниточки ткани. «Ты просто отвратительная», – хохотал надо мной внутренний голос, но мысли уже вырисовывали сильное подтянутое тело перед глазами. Я кожей ощущала жар, исходивший от него, приникала губами к гулко бьющейся жилке на его шее одновременно с тем, как пальцы проходились по разгоряченной плоти.       Было влажно, горячо и скользко. Я провела пару раз аккуратно пальцами: узел внизу живота сильнее стянулся в сладостной пытке. Осторожно нажала на особенно чувствительную точку, и тело тут же прострелило удовольствие. Второй рукой я огладила грудные полумесяцы, задев напряженные соски.       И, в один момент, стоило мне представить вместо своих рук сильные мужские, стоило увидеть красивое вырезанное лицо старшего сына вождя, склонившегося надо мной, мазнуть взглядом по его телу, нависшему надо мной, как я почувствовала оргазм, накрывший меня единой всепоглощающей волной. Я проглотила его имя вместе с воздухом. Даже кончики пальцев начало покалывать от удовольствия.       Тело трясло мелкой дрожью, голова опустела, а мягкое блаженство расползлось по конечностям сладкой негой.       Да, Нетейам Салли стоил того, чтобы подрочить на него перед сном. ***       Я приземлилась около Ло’ака за завтраком. Кири уже доела свою порцию и нетерпеливо поглядывала в сторону выхода, явно в ожидании, когда же ее ненаглядный человеческий мальчишка появится на пороге. Привязанность, давно переросшую в любовь, можно было разглядеть между этими двоими, только лишь единожды на них взглянув, но никто ничего не говорил, продолжая упорно отмалчиваться за незнанием, что предложить. Если задуматься, это было несколько неловко. — Тут тебе записка, — Ло’ак хитро взглянул на меня, придвинув желтый лист по земле, только я села. Нетейам по другую от него сторону окинул нас заинтересованным взглядом, и мои щеки залились румянцем, когда при его виде я вспомнила о вчерашнем вечере. Только бы они списали причину моего неловкого поведения на неожиданную записку.       Под взглядами братьев я развернула сложенный пополам листок. — Ло’ак, что это? — я в омерзении откинула его подальше. Продержаться еще немного, и он мне обязательно поверит. — Что там, что там? — тут же засуетился Ло’ак с своего места, не решаясь прикоснуться к злополучному листку и не вытягивая из меня ежесекундных объяснений. Кири напротив нас усмехнулась, наблюдая за разыгравшейся сценой. — Там, — я в ужасе округлила глаза, тыча пальцем на листок, который несчастный желтой тряпочкой валялся на земле. — Там отпечаток члена! — Да быть того не может! — Ло’ак быстро, словно от этого зависела его жизнь, схватился за лист и, секунду помедлив в нерешительности, развернул его к себе лицом. Он прикрыл глаза, по его телу прошлась мелкая дрожь перед тем, как он смело распахнул два желтых глаза по очереди, вглядываясь в содержимое адресованной мне записки.       Нетейам подвинулся ближе к нему, так же разглядывая, что такого я там увидела.       Разумеется, никакого члена там найти никто не смог бы. Я весело посмеялась, закидывая пару долек ярко-желтого фрукта в рот. — Ты отвратительная, — Ло’ак обидчиво поджал уши. — Не знал, что тебя так интересуют члены, — пошутил вдогонку Нетейам над братом, и мы, с задором переглянувшись, весело захихикали над смутившимся вмиг Ло’аком. — Нет-нет, вы все не так поняли, — он поглубже вздохнул, скрестив руки на груди и все-таки всмотревшись в листок. Там была короткая и понятная фраза, выцарапанная весьма кривыми буквами. — Его принес Джорах, ну, тот здоровяк, помнишь?       Я согласно кивнула головой.       Джорах был мне знаком, но мы ни разу не общались с глазу на глаз. Он был опытным охотником и до сих пор не нашел себе жену, потому его предложение о встрече на этом листе папируса, не иначе, воспринимать у меня не получалось с иными мыслями. — Кстати, Маурин, это очень важный вопрос! — Ло’ак отложил свой лист с едой, быстро переложив по паре красных ягод мне и брату. Я умилилась и тут же переложила ему и Нетейаму сочные молодые ростки, которые приятно хрустели и, к тому же, если верить Нейтири, были очень полезными. — Какой вопрос? — я заранее прикинула, что буду делать вечером. В принципе, день намечался довольно спокойный, свободный, и сходить на свидание с Джорахом можно было бы. Если бы он, конечно, был в моем вкусе. А так уж вышло, что в моем вкусе был только один парень с нашего поселения, к тому же, весьма недостижимый в своих постоянных делах и куче соперниц.       Я была невероятно избирательной в этом смысле, ровно, как и половина женского населения племени, выбравшая в предмет своего обожания и ночных фантазий Нетейама Салли. — Я запрещаю тебе заниматься сексом раньше меня, — абсолютно серьезный Ло’ак не изменился лице – он так и продолжал пережевывать хрустящие ростки. Я тяжело сглотнула, переглянулась с Нетейамом, но он помогать мне не спешил. Ну разумеется… — Очень жаль, Ло’ак, потому что у меня дальше по расписанию секс с лютоконем, танатором, змееволками и той палкой, что вечером пойдет в общий костер, — я постаралась отшутиться. Неловкость ослабила на мне свои путы, когда я договорила и наконец вернула на лицо улыбку.       Взгляд Ло’ака не смягчился от слова совсем. — Маурин, это очень серьезный разговор, — у него изо рта выпала косточка, а мне захотелось в него чем-нибудь кинуть. — Раз ты теперь созревшая девушка – нам с Нетейамом следует хорошенько позаботиться о твоей чести. — А Нетейам тут причем? — порой логические цепочки, выстраиваемые Ло’аком, были для меня совершенно непостижимы. Как, временами оказываясь таким невероятно остроумным, он еще не сложил два плюс два и не понял, с кем именно я целовалась. — Не могу же я один следить за твоей задницей, — хихикнул Ло’ак, будто я спрашивала несусветную глупость. Нетейам, закончив с трапезой, откинулся на большой корень дерева. Он не спускал с нас глаз, вслушиваясь в разговор и не упуская ни слова, расслабленный, но в то же время готовый к броску. Участия он в беседе не принимал. Но только пока что. Я это поняла по хитро блеснувшим внезапно глазам. — Я не нуждаюсь в няньках, — если Ло’ак будет таскаться со мной повсюду, то плакали мои ухажеры и новые симпатии: ко мне и близко никто не приблизится же! А если со мной будет ходить Нетейам… Мне лучше будет самолично закопать себя, пока это не сделали полчище других девчонок. — Еще как нуждаешься, верно, Нетейам? — я твердо для себя решила: Ло’ак меня бесил. Если так будет продолжаться, то он рискнет быть задушенным мною во сне, даже не занявшись делами, до которых не дорос, со своей морской подружкой. — Разумеется, — неожиданно для меня раздался голос Нетейама. Ласковый и бархатный, он ласкал слух, завораживая. Нетейам усмехнулся, сверкая клыками. В один момент безобидный, а в другой – такой хищник. — Понаблюдаю за твоей задницей, Маурин.       Неоднозначность этой фразы поняла я одна? Кажется, да, судя по тому, как победно вскинулся Ло’ак, радуясь и извиваясь своим тонким телом в танце. — С этого момента, Маурин, никаких тебе потрахушек или поцелуев с непроверенными парнями, — Ло’ак встал надо мной, активно жестикулируя.       Если я сейчас накинусь на него, как быстро нас растащат? А как скоро Нейтири решит освежевать меня?       Вопрос был сомнительным и полным риска. Придется отложить нападение до лучших времен, когда у нас не будет свидетелей и тех, кто нас растащит. — Никаких больше поцелуев, – повторил за братом с улыбкой Нетейам. Интересно, знал ли Ло’ак, что Нетейам в это правило входил как исключение благодаря самому же себе и вся его противосексуальная деятельность в принципе была бестолковой?        Я осмотрела воодушевлённого друга.       Нет, он вообще без понятия.