КорсетЪ

Бриллинг был сражен. Наповал. Или, как сказали бы при дворе Его Императорского Величества, сражен и покорен. Стилем Фандорина. Стилем работы Фандорина. Тем, как он ему отдавался. Самозабвенно, ничего не страшась. Стилю, повторимся. Поразить в его годы уже статского советника Ивана Францевича Бриллинга, чего только не навидавшегося и не пережившего, было слишком мало сказать, что непросто. Вероятность этого была равна приблизительно нулю, как карточной комбинации, с легкостью и математически поражающей точностью выкинутой Фандориным. Как потрясающе прозорливо тот переоделся в платье с корсетом! И просто потрясающе. Потрясающе смело тоже. Да и к лицу потрясающе, как не странно бы казалось на первый взгляд. Почти в точности все то же самое можно было сказать применительно к тому, как Фандорин оказался перед ним в трусах. Не на пляже, не в спальне, в конце концов, а в его кабинете и не подумайте ничего такого. Раз уж сам Бриллинг не подумал. Уж что там у Фандорина за дедукция в голове опять защелкала, вновь подсказавшая ему в тот момент столь неординарный ход, Ивану пока оставалось только гадать. Нападения, например, банды ниндзя, не произошло, от которых пришлось бы отмахиваться ничем не стесненными ногами. Даже любопытство разбирает, зачем тому еще могло понадобиться отдавать «костюмеру» брюки, вместо того, чтобы дать себя обмерить или элементарно сказать размер. Не нужно ведь ему это было для того, чтобы таким образом что-то срочно и незаметно вынесли из кабинета начальства, которому первому бы доложили, случайно или нет обнаружив в кармане даже не придумать чего бы эдакого. Корсет, трусы, что может оказаться следующим, Бриллингу было так же не придумать. А не думать об этом оказалось равно невозможным. Завораживало, блин. От раздумий государственного мужа оторвал звонок в дверь. Сразу в дверь, минуя домофон или, для начала, звонок по телефону. Интересно. Соседей снизу он, вроде как, затопить не мог. Пушку, что ли, прихватить? И привет профессиональная паранойя, да ну на фиг. Где-то подсознательно Бриллинг уже подозревал что-нибудь такое. Или хотел? Да какая разница, те же яйца, только в профиль, пардон за каламбур. На его собственном, Бриллинга пороге, стоял и деликатно мялся с ноги на ногу фантастически материализовавшийся из мыслительного процесса хозяина холостяцкой квартирки Эраст Фандорин. Вообще без ничего, кроме как с букетом цветов. - Так бы сразу и сказали. – Бриллинг лишь головой покачал, подавив желание закатить глаза и устремляясь навстречу пожеланию другому, затягивая Фандорина внутрь, властно притягивая к себе и утягивая в долгий, жаркий поцелуй, прижав нежданного гостя спиной к бравурно захлопнутой двери. Не так уж и трудно выяснить, где он живет, все остальное, прямо здесь и сейчас, значительно интереснее. Еле унесший ноги от маргиналов, поимевших неосторожность решить, что пробежка в натуральном, так сказать, виде его остановит, Фандорин чуть в обморок не хлопнулся, внезапно, волею рока, представ в таком виде перед глазами непосредственного начальства. Слава богу, хоть цветы со столика счастливо отлучившейся консьержки под руку подвернулись, пригодились аналогично фиговым листам статуй. Где и куда он бежал, прыгал, лез, полз, Фандорин в точности не мог сказать не тогда, не тем более теперь. Когда вдруг узнал о себе несравненно более интересное. Так же, чтобы не отвлекаться от главного – покерной партии, он сперва скинул штаны, что было быстрее всего и не отвлекало мыслей, и исключительно потом задумался о том, какого хрена творит, но было поздно, соответственно какой тогда смысл об этом вообще думать. О чем поразмыслить было и в эту ошарашивающую до основ минуту. С другой стороны, его никогда раньше не целовал Бриллинг, так что чему уж тут удивляться.