КорсетЪ

Препаршиво было Эрасту Фандорину на душе. Хуже не придумаешь. Как же так?! Как, как все могло сложиться так?.. Иван Францевич, шеф… Иван… не хотел его убивать, он дважды (дважды!) откладывал заряженный пистолет, пребывая в не меньшем душевном раздрае, чем он сам. А не заряженный, который тот ему дал, страшно представить, сколь отчаянно про себя надеясь, что Фандорин не нажмет курка, направив на него ствол, и то, как настойчиво тот ему втолковывал про самооборону! Как он обрадовался тому, что Эраст выжил, что они смогут работать и дальше вместе. Быть по одну линию фронта. Они с ним верные своей присяге солдаты одной и той же войны с преступностью. Вдруг, прямо в разгар битвы, оказавшиеся под разными знаменами. Что за нелепость и какой ужас! И не исправить больше ни-че-го. Все кончено. Тогда как все могло быть по-другому. Если бы не его непростительная глупость, все ставшие ему близкими люди могли бы быть живы, быть по-прежнему с ним, еще очень долго! Особенно… шеф… самый-самый из всех когда-либо близких. Не в силах более сдерживаться, Эраст вновь разрыдался, в голос, взахлеб, не боясь любопытства соседей, что могли высунуться из расположенных рядом квартир, не стыдясь и не стесняясь своих слез. Которые не сразу позволили попасть ключом в замок, открыть и запереть дверь, проморгаться в, так сказать, прихожей. И только тогда увидеть, что он в своем «хомячьем» закутке не один. Что перед ним призрак, Фандорин бы ни на секунду не поверил, даже если бы дух Бриллинга не тыкал в него «пушкой». Призраки так не делают, это он мог сказать точно. Хоть и не сталкивался с такой аномалией раньше. «Но как?! Что?!.. Ты живой?!!». – так и осталось невысказанным. Выстрел. Призрачно-тихий, такого соседям прямо за стенкой не расслышать. Второй. Третий или уже четвертый?.. Почему, в таком, случае, он все еще жив? Точно жив?.. Да вроде да… - Феноменальная у вас везучесть, Фандорин, что ни говори. – фыркнул Бриллинг, словно отмахнувшись от чего-то досадливого кидая оружие на типа столик и засовывая руки в карманы пиджака. – Что? Не ждали? Эраст судорожно сглотнул вмиг покрывшимся наждаком горлом и несколько раз торопливо, послушно кивнул, только теперь и веря, и не веря собственным глазам. Шок, он такой. - Ждали, что я буду говорить, как обычно, опять пущусь в пространные разъяснения, вместо того, чтобы просто и без затей сразу спустить курок? – покровительственно и снисходительно, но, прежде всего, совершенно умопомрачительно, усмехнулся Иван Францевич Бриллинг, с силой сунув сжатые в карманах ладони глубже. Качнулся на мысках, с нарочитой обреченностью вздохнул и продолжил. - Вам сколько раз повторять, Фандорин, чтобы вы абсолютно ничего не принимали на веру без доказательств? Запомните уже это, умоляю, задолбало повторять. Никогда не видели в театре или хотя бы в цирке, как протыкают шпагами и прочими колюще-режущими предметами, литрами пуская томатный сок? В кино точно должны были видеть. Вы пульс у меня догадались прощупать, сами, лично? Можете не отвечать, я уже, знаете ли, в курсе, что нет. А вот все остальное, вами увиденное, действительно было моими люди. Тут Фандорин все и понял. Окончательно. До работы он сегодня так в итоге и не добрался, что не удивительно. До той самой работы, где спокойненько продолжал руководить шеф. Пришедший по его душу алкающим возмездия привидением. Еще и пистолет третий, волшебный раз, как в сказке, нарочно буквально под руку ему подложил, а своих так из карманов и не вынимает. Ну и фиг с ним со всем! Лиза это конечно хорошо, но Бриллинг это так прекрасно, что как без него вообще, спрашивается, дальше жить? Когда, оказывается, все еще можно. Было бы, если бы. Не вот это вот все. Так и жениться не придется, чего, с некоторых пор, Эрасту исключительно расхотелось делать по более, чем очевидным причинам, а сказано было лишь ради того, чтобы спасти девушку от смерти, разжалобить эту маньячку, с детства тщательно промывавшую Ивану мозги. Сумбур у Фандорина в мыслях творился не меньший, чем был до того раздрай на душе. Но ничего, не впервой ему было действовать интуитивно. Как подсказывали чувства. Порывисто шагнув к Бриллингу, он с силой схватил его за отвороты пиджака и безумно-страстно прильнул к его губам. И будь, что будет… пусть себе стреляет или чего у него там припрятано за пазухой, образно выражаясь. А ничего такого не было, разумеется. Излишне уточнять, что если бы Бриллинг хотел попасть, ему бы хватило первого же выстрела. А еще он просто знал все заранее, просчитав наперед, что успеет подумать про себя Фандорин, прежде чем ринется к нему в горячие объятия. Так же на все наплевав, как и он сам. *** Уместиться вдвоем в Фандоринских, с позволения сказать, апартаментах было сложно, но они с Бриллингом справились даже с такой, казавшейся немыслимой, задачей.