Не бойся меня

Антон проснулся и молча пошёл в школу. Он не ел, даже не умылся. Родителей дома не было, так что натягивать улыбку не нужно было. Шастуну было даже хуже, чем вчера. Руки, правда, больше не тряслись и плакать не хотелось. Он чувствовал только опустошение. И его это бесило. Не спеша, он дошел в школу. Звонок прозвенел минут пятнадцать назад, но, Шастуна не сильно это волновало. Было, как-то, всё равно. Постучав в дверь и получив выговор, Антон сел за последнюю парту, забив на урок математики. Когда пришло время перемены и все дети пошли в столовую, Шастун вышел на улицу, в надежде, покурить сигарет, которых у него не было. И даже это его уже не волновало. Антон вздохнул, не зная, что делать. Погуляв по парку и решив, что учится он сегодня не будет, Антон вернулся в школу и направился в кабинет Арсения. Встав перед дверью психолога и подняв кулак, чтобы постучать, он застыл в этом положении. Вроде надо просто постучать, но это, казалось, чем-то слишком сложным. Почему ему было так сложно разговаривать с людьми? Он знал, что Арсений не съест его, не побьёт, не поругает. Тогда почему в животе странное чувство страха? Что его так сильно пугало? Он не знал. Не понимал. И его тошнило от этого. — Стучать будешь? Антон мгновенно повернулся, врезаясь в грудь Арсения. — Ой, простите… — Ты уже десять минут там стоишь. Войдёшь? Антон кивнул заходя за учителем. — Чай? — Не откажусь. Арсений поставил чайник, и атмосфера сразу стала более домашней. Нервы исчезли, и Антону стало на много спокойней, пока Арсений не затронул неприятную тему. — Ты нормально спал? — А? Да. — как-то сухо ответил Антон. Арсений налил чай, поставив чашку перед Антоном. — А если честно? — спросил психолог садясь на против ученика. — Настолько я плохо выгляжу? — С виду, как любой, кто зубрил всю ночь. — Ну, так? — Ладно. Рассказывай тогда, что учил. Арсений уставился на Антона, терпеливо ждя ответа. Естественно его не последовало. — Я, ведь, не собираюсь тебя убивать. — Я знаю. — Ладно. В Питер едешь? — Еду. — Молодец. Настала тишина. — Ты хоть ел? — Не самая важная задача. — ляпнул Антон, не подумав. — Понятно. Отбросив бумаги в сторону и убрав чашки со стола, Арсений вновь обратился к Антону. — Давай поговорим. — У меня это не очень хорошо получается. Антон ёрзал на стуле, не зная, куда себя деть. — Тош. Шастун взглянул на Арсения. — Я не смогу помочь, если ты мне не расскажешь, в чем дело. — Может быть, я не хочу помощи? — То, что ты боишься принимать помощь, не значит, что она тебе не нужна. От таких слов прошли мурашки по коже. — Я, ведь, всё-таки, психолог и смогу понять, помочь с тем, в чем ты сам разобраться не в силах. — Но, я даже не знаю, что со мной не так. — Тогда, давай по порядку. Что не так? Антон вздохнул. — Я злюсь. Много. Всё время. Бывает грустно. Страшно. Без причины. Слёзы вновь подступили к глазам подростка. — Я хожу, как пороховая бочка, и не понимаю, почему… Антон быстро вытер слёзы с глаз, стараясь успокоиться. — Ты не знаешь, как распоряжаться своими эмоциями. От того, что ты не понимаешь, как они работают, пытаешься их подавить. Раньше, ты это делал с помощью сигарет или лезвий, а так как сейчас у тебя этого нету, ты больше не знаешь, как с ними справиться. От этого и ходишь, все время, злой. — Ну, и как, с ними справляться…? — Это задача не из лёгких. Нам понадобится много времени, чтобы тебя научить. — Нам? — Конечно. Один ты точно не справишься. Шастун не знал, что сказать. — Мне надо подумать, как тебе помочь. Но, первый шаг ты уже можешь тренировать. — И какой же? — Разговаривать. Делится. Доверять… Антон поморщился. — Да, возможно, сначала это страшно и неудобно. Но, только так тебе станет легче. Я тебе помогу, и у тебя все получится. Моя дверь всегда открыта. Договорились? Антон не был уверен в своём ответе, но в то же время понимал, что другого выхода нет, и, что Арсений совсем не хочет ему навредить. — Договорились. Наверное.