В конце они оба умрут?

      Если вам скажут, что всего за одну ночь мир покатился к черту, какова будет первая реакция? Смех, недоверие, паника или страх. Выбрать одно слишком сложно, а описать то, чего ты не помнишь еще сложнее, ведь мозг просто блокирует травмирующие воспоминания, чтобы жить было чуть легче. По крайней мере так кажется Феликсу, что сидит на подоконнике, и вглядывается в ночную тьму, где то и дело мелькают разлагающиеся силуэты.       

Это все еще люди.

      Шепчет сам себе парень, устало прикрыв глаза. Он пытается убедить себя, хоть и знает, что это бесполезно. Они были людьми до того, как заразится. Три месяца назад, кажется? Хотя, нет... инкубационный период длиться месяц. Значит, для них уже гораздо больше. Как интересно получается. У людей и монстров разный счет времени. Как же тогда так получилось, что Сеул полностью кишит мертвецами? Черт его знает. Это не поддается объяснению и законам природы. Этот вирус искусственно выведен. Возможно, создателем был обезумевший фанатик фильмов и сериалов, что в силу своих возможностей решил провести эксперимент в реальности. Возможно, ученый, который выполнил приказ правительства для истребления численности населения. А возможно, это просто наказания Господа, что решил подстроить все под прихоть несчастных людей, умевших творить такое. Никто толком не знает.       - Ликс, чай стынет. – из кухни слышится слабый голос хёна, что еще минут десять назад позвал младшего к столу. Еды в доме было не много, точно так же, как и воды, однако за время жизни в условиях вечной нехватки они привыкли использовать все более-менее рационально. И все же, даже в таком раскладе парни иногда позволяли себе окунутся в прошлое, и просто выпить чай, сидя в освещаемой лунным светом кухне. Прошло не так много времени с начала эпидемии, но по ощущениям прошла уже целая вечность.       Никто так и не нашел лекарство, да и в такие сжатые сроки сделать подобное просто нереально. Или же, это очередные оправдания, которые нужны лишь для успокоения граждан, что еще остались живы, черт его знает. Лучше не знать правды, чтобы спать спокойнее.       

О них ведь не забыли?

      Ли встает с холодного подоконника, и на ощупь идет к кухне. Их квартира, что находилась на окраине голода, была маленькой, но очень уютной. Ёнбок сам украшал ее еще до начала эпидемии, стараясь как можно больше тепла принести в их маленький мир. Сейчас же, белые стены не украшают гирлянды, что раньше обрамляли холсты написанных картин. Их сняли, чтобы иметь возможность освещать более важные места. Картины покрылись серым слоем пыли, и стали блеклыми. Даже цветы завяли из-за нехватки воды. Их уберечь и не пытались. На небольшом столе одиноко стоит чашка. Ликс недовольно переводит взгляд на парня, что стоит у стены.       -Почему себе не сделал?       -Не хотел воду тратить лишний раз. Она еще понадобится тебе. – Хван улыбается как-то грустно, но быстро прячет это прикрывая ладонями лицо. – Звучит как прощание... боже, прости.       Феликса откровенно коробит от этих слов. Сердце сжимается, но ничего поделать он не может. Только наблюдать, как вера в лучший исход для них двоих медленно угасает. Это несправедливо. Так не должно быть.       -Мм, сядь за стол лучше, хорошо? –Младший наблюдает за неспешными движениями парня. Он скользит взглядом вверх, заглядывая в коньячные глаза. В них сияют звезды, и капля надежды, которую разглядеть удается лишь со временем. Насколько же глубоко он ее спрятал. – Раньше, мы проводили так каждый вечер, помнишь…?       - Разумеется. – Хенджин мягко касается ладонью щеки Феликса, стараясь почувствовать родное тепло, что исходит от горячей кожи. – Я так люблю тебя…       

Любовь порождает привязанность.

      

Привязанность – боль.

      Жизнь не старалась как-то облегчить их судьбу, и вместо этого практически каждый день подкидывала все новые и новые трудности. Феликс переехал в Корею четыре года назад, вместе со своим старшим братом, который буквально заразил его всеми красотами и возможностями этой страны. Не то, чтобы Австралия чем-то не угодила парню, нет. Там, все так же остались друзья, семья и куча воспоминаний, которые он перед сном прокручивает в голове, дабы не забыть.       

Не забыть нормальную и счастливую жизнь.

      Хенджин слабо улыбается, пряча свою боль в чужой шее, когда они ложатся спать. Рядом спокойно, тепло… А ночи здесь громкие и холодные. Мертвецы не унимаются, бродят по городу в надежде на свежую кровь. Днем не так сильно замечаешь эти звуки, ведь пока занят чем-то своим отвлекаешься. Феликс не спит, вслушивается, стараясь понять, как близко они находятся. Завтра бы на улицу выйти. Поискать воды, и может быть лекарств, что остались в заброшенных аптеках, но это слишком опасно. Один он точно не справиться, а таскать за собой Хвана, которому и без этого становится тошно не вариант.       

Пока привыкать…

      Раньше бы они справились. Как справлялись весь этого месяц. Один на стреме, другой берет все необходимое для выживания. При малейшей опасности – бежать. Они все, что осталось друг у друга. Вариант присоединятся к выжившим был не таким уж и плохим на самом деле, но доверять свою жизнь тем, кто так же пытается спасти себя и своих близких был так себе. Людям доверять сложно, а сейчас этого в принципе делать не стоит. Пару раз парни натыкались на одиночек, но и тогда смысла собирать их, создавая свою группу не было. Даже нет, не так, не было желания. Они были в своем собственном мире, где даже посреди зомби апокалипса умудрялись сохранять свои чувства, что были «до». Не это ли счастье? Феликс, скрипя зубами прикрывает глаза, с которых предательски капают слезы. Хоть бы проснутся завтра. Он нужен Джинни, нужен родителям, что скорее всего места себе не находят сидя в Австралии, нужен брату, хоть и не знает, жив ли тот вообще...       

…к одиночеству.

             Чем они блядь заслужили такую жизнь? Чем не угодили всевышнему, что даже попытка выбраться с этого ада была провальной. Когда только все начиналось, ФБР, прилетевшее из США, организовали спасительную операцию по сбору и вывозу здоровых людей в более защищенное место. Туда, где эта зараза не коснулась мирной жизни граждан. Никто не был уверен в том, что такое место существовало, ведь казалось, что так везде.       

Но как же люди ошибались.

      

01.04.2023

12:06

      

Отсчет пошел.

      Открыв глаза, Ликс несмело оглядывает парня рядом. Хенджин еще спит, что не есть хорошим знаком. Мельком взглянув на настенные часы, что, к счастью, еще не перестали идти, он понимает, что уже одиннадцать. В подобной атмосфере, где каждая прожитая минута считается удачей, поспать до обеда непозволительная роскошь. Одно радует, что их квартира остается цела, и находиться на достаточной высоте, чтобы никто не добрался. Хван обычно просыпается самым первым, из-за чрезмерно сильной тревожности, и уже потом будит Ликса, вытаскивая из неприятной и липкой черноты. Сны почти не снятся, а если это происходит, то зачастую они являются кошмарами, связанные с реальностью. Сейчас же все меняется. Медленно, постепенно и очень болезненно. Ли аккуратно поднимается, и стараясь не разбудить старшего тихо идет на кухню. Там, окна выходят на соседнюю сторону, что очень удобно для обзора территории. Именно так можно оценить ситуацию, хотя бы на своем собственном дворе, что дает возможность на некоторое время забыться о мире за его пределами, где улицы кишат разлагающимися зараженными, что оставляют после себя лишь гниль, и трупный запах.       -Ликси… - тихий голос едва слышимый, но настолько родной, что Ли просто не мог пропустить его мимо ушей. Парень быстро подходит к старшему, мягко улыбаясь.       -Привет. – Ёнбок касается блондинистых волос, но его руку быстро перехватывают, поднося кисть к пухлым, но до ужаса сухим из-за нехватки воды губам.       -Не трогай. Они грязные.       Ли хмуриться, борясь с ярым желанием внутри себя треснуть юношу по голове. О чем он говорит вообще? Парень возвращает руку на место, где она была еще пару секунд назад. Ему плевать какая там шевелюра у Хвана. Главное, что его, что он просто рядом.       -Ты дурак раз считаешь, что мне есть до этого дело. – И Хенджин верит. Верит и отдаётся моменту, забыв обо всем. Он ощущает как возлюбленный своей маленькой ладошкой проводит по волосам вновь и вновь. Как играет пальцами с тонкими прядями, перебирая их, даруя все больше и больше бабочек внизу живота. – Я думал сегодня про вылазку. Тебе обезболивающие нужно.       - Нет. – Хван отстраняется, серьезно смотря на Ёнбока. Юноша поднимается с нагретого места, садясь аккурат напротив. – Ты не пойдешь. Никто из нас не выйдет на улицу пока того не потребует ситуация.       - Но ты ведь мучаешься! – Не унимается Ли, пододвигаясь ближе. – Думаешь, я не вижу твои слезы по ночам… Не чувствую, как ты закусываешь одеяло, когда все совсем плохо?       - Это другое, Ликс. Это… другое…       -Нет. Это – только начало. Дальше тебе будет только хуже.       - Несносный.       

***********

      

14.36

      Путь к еще не опустевшему складу аптеки лежал через несколько кварталов наполненных шумом и толкучкой, что решили устроить зараженные по вине одиночки, что решил проявить бесстрашие и выбраться в город. Это не такая уж и редкость сейчас, однако сердце Феликса сжимается от осознания того, что скорее всего человека по ту сторону съедят заживо, оставив труп лежать прямо у двери какого-то магазина, куда раньше могла зайти чья-то любящая мать за продуктами. Ужасная правда, от которой нельзя убежать.       -Нам в обход. Их слишком много. – шепчет блондин, выглядывая из-за угла в метрах ста от места сбора зараженных.       -Мы… не попытаемся спаси его?..       -Феликс. В обход. Сейчас же. – Хван переводит взгляд на парня, указывая кивком головы в противоположную сторону. Пройти им придется немного больше, чем планировалось, однако безопасность Ли для Хенджина сейчас при выше всего. – У меня нет столько времени, чтобы помочь ему.       

Они обещали друг другу выжить.

      

Феликс пообещал.

      -Джинни, прошу... Я не могу уйти зная, что кто-то умирает.       -Блядь, черт с тобой. – Хенджин тяжело вздыхает, на пробу сжав деревянную биту в правой руке. Острая боль разносится по всему телу, заставляя ощутимо вздрогнуть. Если так пойдет дальше, то больше, чем просто отвлечь он не сможет. Максимум выиграет время и сам убежит, если повезет конечно. - Сиди тут. Я поведу толпу за собой, а ты быстро к пацану, уводи к западной части, ближе к стройке. Если же заражен, то бросай его к хуям. Еще одного нам не нужно.       Они кивают друг другу, подтвердив те самым понимания плана. Хван осматривается, и найдя взглядом небольшую деревянную палку, хватает ее. Парень выходит из-за угла, тихо обойдя толпу, отойдя подальше от местонахождения Феликса. Он начинает громко тарабанить палкой по железным прутьям у окон магазинов, тем самым переключая внимания на себя.       -Эйй! Тупоголовые, сюда! - Удары стают все громче, и наконец, когда большинство направились к нему, блондин начинает отступать в противоположную сторону. Он знает эти улицы как свои пять пальцев. Знает куда нужно бежать, чтобы оторваться, но сейчас, пока Ликси и тот пацан еще находятся в видимой зоне этого делать нельзя.       Ведя мертвецов строго в прямом направлении, он то и дело оглядывается, оценивает дальность и по-хорошему слышимость. Нельзя допустить того, чтобы эти твари услышали их. Они, полностью слепы. Ведомые инстинктами туши, сбегаются на лишний шум, который создают люди громко говоря, или же стреляя, если имеется оружие. Это Хенджин понял из свои собственных наблюдений, когда они с Ёнбоком выходили в город, чтобы пополнить запасы. На их глазах заражённые разрывали живых людей, что звали на помощь, не в силах справится с толпой. Зрелище ужасное, но иногда только это и помогает, чтобы понять для себя что-то.       Фелиск следит за каждым шагом блондина, тихонько подбираясь ближе. Он надеется на то, пацан, сидящий в самом углу за контейнерами для мусора, окажется весьма сообразительным, чтобы не заорать сейчас, ибо тогда, все их с Джинни риски пойдут на смарку.       - Эй, ты, вылезай, они ушли. – шепчет Ли, осматриваясь по сторонам. – Только не ори.       Парниша поднимает загнанный взгляд, не веря в свое спасение. Феликс всматривается в юношеские черты лица, чертыхаясь про себя. Он совсем ребенок. Младше самого Ли. Брюнет опускается на колени, находясь теперь на одном уровне с ним. Лисьи глазки красные от слез, они чем-то напоминают глаза Хенджина, хоть и так сразу не скажешь. Лишь при детальном осмотре. Эта особенность слегка веселит Ликса.       -Тебя укусили?       -Н..нет… не успели… - шепчет незнакомец, даже не замечая как слезы вновь предательски начинают капать с глаз. Он не верит в свое спасение, не верит, что еще остались неравнодушные люди, которые могут помочь. И пусть взамен они попросят что-то, плевать, главное, что он сможет вернутся домой. – Спасибо… с..спасибо тебе...       - Пошли скорее от сюда. Хенджин смог отвлечь их, но не уверен, что это надолго.       Ликс поднимается, указывая кивком идти за собой. Здесь не безопасно. Хотя, если ли вообще место, где они могут быть в безопасности? Феликс быстрым шагом идет к давно заброшенному зданию, что окружено высоким забором с прутьями. Мертвецы не могут пройти сюда, ибо открытого куска в заборе нет. Люди, что иногда приходят сюда сейчас просто на просто перелазят его, оставаясь в безопасности хоть на какое-то время. Когда эпидемия еще не грозила нации, Хван часто водил парня сюда понаблюдать за звездами. В этом районе блондин провел чуть ли не большую часть своей жизни до того, как встретил Феликса и они переехали. Родительская квартира находилась в минут пятнадцати ходьбы от сюда, что давало возможность в лет так четырнадцать сбегать сюда, и просто наслаждаться одиночеством. С крыши недостроенного дома открывался самый чудесный и захватывающий вид. Они всегда брали с собой плед, и горячий чай в термосе, чтобы хоть немного согреться. Такое времяпровождение помогало отвлечься от проблем, которые сваливались на голову. Учеба, родители, которые постоянно наседали, и душевные метания на почве собственной неуверенности. Сколько раз они говорили здесь, плакали уткнувшись друг другу в грудь и просто молчали, позволяя ночи расслабить напряженные тела. Все это осталось лишь частью воспоминаний, которые греют сердце каждого их них.       Ли умело перелазит забор, перед этим проследив, чтобы парень успешно приземлился на том конце. Всю дорогу они провели в гнетушей тишине, прислушиваясь к звукам вокруг. Наткнутся на заражённого сейчас было не лучшей идеей. И хоть Феликс мог защититься, имея в руках практически такую-же биту, как и у Хвана, но привлекать лишнее внимания к ним не хотелось. Пройдя в глубь здания, Ли усаживает незнакомца в углу какой-то комнаты второго этажа, пока сам подходит к окну, садясь на подоконник. Он ждет Джинна, надеясь, что с ним все хорошо. Быть виновным во второй раз не хотелось, ведь это именно его идея выйти сегодня.       - Как тебя зовут хоть? – не отрывая взгляд от горизонта спрашивает брюнет.       - Чонин… я тут с другом… Он остался дома.       -Почему один пошел, раз друг есть? – все же повернув голову, Ёнбок вновь начинает сканировать взглядом Яна, что смотрит себе под ноги, нервно дергая край грязной футболки. – Или бессмертным себя почувствовал?       - Я есть хотел. У нас еда закончилась. Думал, что справлюсь… Сынмин спал в это время. Он и так многое для меня сделал, я не хотел...- Чонин прикрыл тяжелые веки, стараясь вновь не поддастся горечи и страху. Снова сглупил. Снова заставил Минни волноваться. Он ведь скоро проснется, и не обнаружив парня рядом забьет тревогу. И если он узнает в какую ситуацию попал младший, то явно будет более осторожен, заставив себя мучится еще больше. Вот черт… - Не хотел, чтобы ему было хуже.       Феликс хотел спросить, что с ним случилось, и почему этот Сынмин, как назвал его парень, должен чувствовать себя хуже, но вовремя заткнулся, понимая, что это не его дело. По сути, они незнакомые друг другу люди, и не обязаны рассказывать о себе. Тем более, вряд ли смогут увидится еще раз. Если бы ситуация была другой, то, возможно, парни смогли бы подружится. В Чонине Ликс видел самого себя. Точнее того, кем он был раньше. До всего случившегося. Такого маленького, светлого ребенка, что познал горький вкус взрослой жизни слишком рано. Думать про это не хочется, но мысли словно не слушаются, заставляя обдумывать все вновь и вновь.       

Что за дерьмовая жизнь?

      - Сколько вам хоть?       -Мне пятнадцать, а Сынмину семнадцать. Мы в одной школе учились, а потом как-то так получилось, что и тут оказались вдвоем… - Чонин замолкает, невольно косясь на лестницу, что находится рядом. Его местоположение позволяет видеть ее сквозь пустые дверные приёмы. Кажется, что-то теперь они тут не одни.       Старший опускает голову, немного хмурясь. Он слышит отдаленные шаги по бетону, что раздаются на первом этаже. Парень сжимает в руке биту готовясь к чему угодно. Сюда могут зайти только люди, но это не значит, что не может произойти такого, что один из них окажется тут. Сердце начинает биться чаще, из-за осознания своей оплошности. Он пропустил тот момент, когда кто-то посторонний смог пройти сюда.       -Феликс? – до боли знакомый голос эхом раздается по-пустому пространству, усилия его громкость. Ли, кажется, забыл как дышать в этот момент. Хенджин... он тут…       -Мы на втором этаже! – в ответ кричит парень, быстро спрыгивая с подоконника, коим служила обычная дыра в стене под не вставленные окна. Шаги становятся быстрее и громче. Чертово сердце готово выпрыгнуть из груди прямо в этот самый момент. Они не виделись всего какой-то час, но как же Феликс скучал.       -Джинни. Ты вернулся. – Ёнбок бросается в объятья зашедшего парня. Он прижимается к нему всем телом, словно желая сроднится с ним. Хенджин усмехается, и аккуратно отстраняет мальчишку от себя. Сейчас не лучшее время для подобных вольностей.       

Теперь его вообще нет.

      - Пацан, ты хоть думай головой в следующий раз черт возьми. – внимание Джинна переходит на Яна, что сидит в углу, осматривая вошедшего. Он сканирует взглядом фигуру, останавливаясь на забинтованной правой руке. Сквозь слой некогда белых бинтов выступает бордовая кровь. Она окрашивает ткань, распространяясь по периметру. Это зрелище по истине ужасающее. Чонин не может сдержать вскрик, прикрыв ладонью рот.       -Ты…ты же…