В конце они оба умрут?

      -Ты… ты же…- Чонин запинается, стараясь как можно сильнее вжаться в бетонную стену. Его начинает трясти то ли от страха, то ли от холода, из-за того, что уходя он накинул на себя лишь футболку со спортивными штанами для удобства перемещения, не рассчитав погоду.       Хенджин переводин взгляд на парня, самодовольно усмехнувшись. Скрывать что-либо было и правда бессмысленно. Надежда на то, что он выберется из этого ада вместе с Феликсом угасла в тот самый роковой день. Больше ему терять нечего.       

Он смертник, и это факт.

      -Ты мне не интересен. Слишком костляв. – Джинн пожал плечами под тихий смешок Ликса. – Эх, сегодня явно не мой день. Мало того, что пришлось убегать от толпы, так еще и не поем нормально. Ёнбок-и, ты мог выбрать менее худую жертву?       Пустое помещение заполняется заразительным смехом младшего. Он смеется искренне, что в данное время редкость. Хенджин всегда умел выходить из любой неловкой ситуации, заставляя людей вокруг улыбаться. Что уж тут скажешь, тайный талант Хван Хенджина. Этого у него не отнять. Даже смотря в глаза смерти старается отгородить от этого вида всех остальных, отвлекая их, как можно дольше. Чтобы не так болело раненое сердце. Чтобы его маленький лучик счастья под именем Ли Феликс Ёнбок держался.       -Не бойся, Чонин. Пока что, он безвреден. – Феликс кивает младшему, и подойдя ближе к парню садится на корточки, протягивая ему раскрытую ладонь. – Пойдем. До темноты нам тебя еще до дома провести надо.       Ян несмело берет того за руку, все еще немного подрагивая. Нет гарантии, что он вообще выживет, случись какой-то перебой в голове у Хвана. Ли понимает его. Сам порой боится, что это произойдет. Но страх этот лишь основан на быстротечности времени. Он боится, что это произойдет слишком скоро. Что его возлюбленный навсегда покинет его. Больше не скажет «люблю», не улыбнется с утра, и не обнимет.       -А меня ты спросить не хочешь, да? - Хенджин скрещивает руки на груди, немного хмурясь. Идея, чтобы спасти этого мелкого вообще изначально не нравилась ему. Не то, чтобы он не хотел помогать кому либо, нет, просто сейчас это все слишком рискованно. Даже простая вылазка может стоить кому-то из них собственной жизни, не говоря уже о том, чтобы брать под ответственность еще кого-то.       -Нет, не хочу. Пошли уже.       Выйдя за приделы здания, Чонин, под недовольный взгляд старшего, рассказал про местонахождение своего дома, чтобы сориентировать ребят. С какой-то стороны это был необдуманный и очень рисковый поступок. В новом мире принято скрывать место своего перебивания, дабы не нарваться на мародеров, что готовы убить живых, лишь бы набрать больше припасов и выжить самим. Люди, что сбились в группы более защищенные и более сильные. Для одиночек, цель выжить, практически невыполнима, если только у тебя нет подходящей спец. подготовки, как например у тех же военных. Чертова задача со звездочкой. Хенджин часто задумывался над тем, что они с Ликсом просто по счастливой случайности дотянули до этого момента. Удача, грубо говоря. Поначалу им было тяжело. Инстинкты брали вверх, и все, что делалось было словно на автомате. Обходы, проверки запасов, выходы на улицу и конечно же попытки спастись. Жаль только никто не сказал, что этого шанса никогда не было.       -Мы пришли… - неуверенно шепчет младший, опуская взгляд на свои скрепленные руки в замок. Сейчас его отчитают как провинившиеся дитя. Это точно, Сынмин явно по головке не погладит за то, что ушел без предупреждения. -Дальше я сам. Спасибо, что помогли мне.       Парень низко кланяется, собираясь уже зайти в подъезд, как вдруг Феликс кидает короткое «стой», забирая с плеч своего возлюбленного рюкзак. Покопавшись в нем немного, тот отдает одинокую пачку крекеров, что своей яркой упаковкой выделяется на фоне всего остального хлама там. Он еще с самого прихода Джинна заметил приглушенное шуршание пачки, которого не было тогда, когда они выходили. Как оказалось, Хенджин, умница, прежде чем прийти к ним, зашел в парочку магазинов. Улов, конечно, в этой части города не ахти, всего-то пару каких-то блистеров с таблетками, пачка крекеров, да банка фасоли, но и этого будет достаточно.       - Прости, больше не сможем дать.       -Я не могу так…       -Бери пока дают. И постарайся больше не попадаться мертвым на глаза. – вставляет Хван, застёгивая сумку. Скоро стемнеет, поэтому им нужно поспешить домой, чтобы позже не наебнутся где-то на балку, что, как назло, будет лежать посредине плохо освещенной дороги. Все-таки идея выйти из дома сегодня была заведомо провальной. По любому.       -Пока-пока! – Ли машет маленькой ладошкой, провожая юношу взглядом до тех пор, пока тот не скрылся за тяжёлыми дверьми подъезда. – Жалко их как-то… Дети еще.       -Как будто бы мы не дети. Идем уже.       И да, с одной стороны, он прав. Им не так много лет, чтобы считаться полноценными взрослыми, однако они явно старше этих парней. Каждому в этом чертовом городе пришлось отодвинуть за задний план глупые и наивные детские мечты, вместе с переживаниями. Учеба больше не казалась таким уж страшным и неподъёмным грузом. Многие бы отдали все, лишь бы вернуть былое, каким бы херовым оно не казалось раньше. Феликс из таких же. Осознавать, что ты останешься один, без людей вокруг невыносимо. Хенджин. Его единственным спасением был он. Его любовь, боль, и самое настоящее счастье, которое совсем скоро уйдет….       День, когда Хвана укусили, Ликс уже никогда не забудет.       

***************

      

Три недели назад.

      На улицах громко. Сквозь открытые окна доноситься рычание, и редкие крики людей, что еще остались в этом городе. Феликс устало вздыхает, тихо простонав в подушку. Шел третий час с тех пор, как он пытался уснуть. Живот урчал от голода, и нехватки воды. Хотелось вырвать себе внутренности, либо съесть их в конце концов, лишь бы не чувствовать той боли, что есть сейчас. Припасов в доме практически нет. К сожалению, нормальной еды по типу риса или макарон у них и в нормальное время не было. Аренда квартиры била по кошельку обоих, а найти еще одну работу не было возможности.       -Ёнбок-и, - голос Джинна тихий, он учтив даже сейчас, когда знает, что никто в доме не спит. Однако само самочувствие Феликса подталкивает на шепот, дабы не сделать парню еще хуже слишком громкими звуками. – Там на кухне пачка печения есть, давай я принесу.       -Она последняя?       - Их две. А еще упаковка риса. Нашел в самом угу за кастрюлями, понятия не имею как мы ее не заметили раньше. – Хван пожимает плечами, садясь рядом с парнем. Тот в свою очередь укутывается сильнее в одеяло, напоминая сейчас больше гусеницу, что только завернулась в свой кокон, нежели живого человека. Такой же маленький, и такой же хрупкий. – Воды правда нет, чтобы сварить.       -Мм…       Хенджин громко вздыхает, показывая все свое недовольство в данном жесте. Его организм был закален и подготовлен различными голодовками в прошлом, в то время как Феликс никогда не имел проблем с едой и ее принятием. Вот сейчас и мучается, от слишком резкого отказа. Парень поднимается, и неспешными шагами идет в сторону кухни, параллельно бурча под нос о ненужных жертвах младшего, которые нахуй никому не сдались. Еду они в любом случае найдут. Воду наберут в источниках, или закрытых колодцах, что находятся на окраине, прокипятят, и все будет хорошо. Наверное… По крайней мере надежда на то, что вода не заражена все еще есть. До этого момента они пили лишь ту воду, что была в бутылках. Взяв пачку печенья, старший возвращается, заботливо вытащив пару печенек, просунув под одеяло. Феликс стонет громче, отворачивая голову.       - Не надо, хён…       -Ешь я сказал. – Хван стягивает надоевшую ткань, и усадив кое как Ликса, всовывает лакомство ему в руки. – Еще один труп мне в квартире не нужен.       - То есть, если я стану одним из них, ты не позволишь сделать себя таким же? – Он слабо ухмыляется, заглядывая в карие глаза любимого. -А как же все те клятвы?       - Не драматизируй, ешь давай.        Парень вздыхает, и дрожащими руками подносит печенье ко рту, откусывая небольшой кусочек. Знает ведь, что Хван не отстанет, и до последнего будет напирать. Знает как лучше…ага.. Для всех, кроме себя. Когда еда коснулась языка, Феликс инстинктивно начал запихивать в себя все, что есть. Головой он понимал, что так нельзя, что это последнее, что у них есть из доступного, но остановиться просто не может. Желание насытиться хоть чем-то полностью отключило возможность действовать так, как нужно, как правильно. Сейчас, он больше похож на зараженного, что разрывал плоть какого-то незнакомого ему человека, что просто попался под руку. От этого осознания тело вздрагивает как от тока, а из глаз начинают катиться слезы.       

В кого он превратился…

      - Я уж..жас..ен…       -Ты прекрасен, Бокк-и. – блондин пододвигается ближе, пряча в своих объятых содрогающееся тело. Он гладит его по спине, желая забрать все негативные чувства, и сомнения себе. – Все хорошо… хорошо, слышишь? Я найду нам все необходимое. Мы справимся, обещаю…       

*********

      Накинув пустой рюкзак на плечи, блондин последний раз оглядывает прихожую. Нож в кармане, бита в руке – можно в путь. Ёнбок, что проплакал около часа, все-таки смог уснуть, насытившись оставшейся пачкой печенья. К сожалению, этого на долго не хватит, поэтому решение идти за едой было принято незамедлительно. Не факт конечно, что он сможет хоть что-то найти, но выбора нет. Либо так, либо умирать с голоду. Причем им обоим. Выйдя из квартиры, мышцы заметно напрягаются, ожидая внезапного нападения. Кряхтения разлагающихся ходячих заставляют постоянно оборачиваться. Ходить одному страшно, но это куда безопаснее сейчас.       Дойдя до одного магазинчика в их районе, Хенджин осматривается, и зайдя в небольшое помещение, сразу же закрывает нос рукой. Резкий и тошнотворный запах, заставляет на время остановиться. Кажется, здесь лежит труп. Пальцы холодеют, но на страх нет времени. Трупы по всюду, это привычно, нужно только пересилить себя… Пройти дальше, к складу, там должно быть хоть что-то. Парень делает шаг, второй, третий… Его рвет желудочным соком прямо на грязную плитку магазина, и черт бы побрал это все. Так вот только там, дома, его ждет Феликс… Голодный, и истощённый.       -Блядь…       Ступая по полу своими некогда новыми кедами, Хван открывает тяжелую дверь склада, стараясь быть как можно тише. Бинго. На полках все еще стояли не тронутые коробки с какой-то едой, и кое-где валялись бутылки с водой. Он снимает рюкзак, и наспех закидывает туда все необходимое. Вода, консервы, какие-то снеки, все пригодиться. Кажется, сюда люди шли неохотно. Видимо ужасный запах отпугивал их. Либо же эта территория была усыпана зомби, что вылазили из каждого угла. Об этом он как-то не подумал. Да и смысла не было. Главное все быстро взять и уйти от сюда.       Впихнув последнюю бутылку с водой, Хенджин вздыхает, не понимая, как он будет тащить все это добро обратно домой. Рюкзак походный, от того и объём у него намного больше, что соответственно и помогало собирать как можно больше припасов. Ликс забрал его из Австралии у своего отца, который раньше занимался походами и прочим. У него то похожего снаряжения пруд пруди. Так что одним больше, другим меньше.       -Надеюсь Феликс еще спит…       Если честно, он бы и сам с удовольствием уснул. Все эти вылазки морально выматывают. А такой вес на спине заставляет чуть ли не кричать о неудобстве и боли. Его телосложение было довольно-таки хлипким, так что это было и не удивительно в общем-то. Выйдя из магазина тот наконец-то вздохнул полной грудью, забыв на секунду о трупном запахе, и в принципе о происходящем. Свежий воздух немного отрезвлял, но кажется, вся его одежда просто на просто провоняла, так что по приходу домой она отправиться в мусорку.       Из мыслей его выбивает шорох листвы, что больше похож на копошение, нежели простой ветерок. Блондин сильнее сжимает биту, и оглядываясь быстро начинает идти в сторону дома. Лишние проблемы ему не нужны, даже если это и простой человек.       

Людей почти не осталось.

      Звуков становиться подозрительно много, и тревога, что до этого практически не была ощутима начала распространяться по телу с бешеной скоростью. Хенджин не успевает увернуться, когда из-за угла на него набрасывается вонючее тело зараженного, что яро пытается впиться в плоть парня. Куда либо, лишь бы отодрать несчастный кусок. Он валиться на асфальт, сдирая кожу на ладонях. Из-за сильного перевеса за спиной просто невозможно удержать чертово равновесие. Хван судорожно пытается отпихнуть мертвеца от себя, толкаясь коленями ему куда-то в грудь.       -Да блядь, сьеби нахуй! – Блондин хватается правой рукой за обезображенное лицо, в попытке отдалить чертовые зубы от своей шеи, и как на зло, ладонь соскальзывает. – Сука!       Зараженный впивается в ребро ладони, прокусывая ту до крови. И все, это конец. Слезы сами по себе скатываются по щекам. Он плачет, ведь понимает, что выбраться больше никогда не сможет. А Феликс…. Феликс ждет дома. Все такой же теплый, и солнечный. Он ждет его, ведь знает, что старший обязательно вернётся, обнимет, и пообещает спасти.       

Больше нет.

      Лишь мимолетная мысль о Ли, помогла отрезвиться. Хенджин уже не помнит, как отпихнул мертвеца от себя, как схватил валяющуюся биту, и как забил ей его, остервенело раскроша череп, виня во всем именно его, а не свою потерянную бдительность. Все как в тумане. На ватных ногах, он уходит, стараясь все еще не упасть просто по средине дороги, что ведет к любимой квартире, и любимому человеку там. Зайдя наконец в подъезд, он оседает на холодный пол, зарывшись окровавленными пальцами в некогда гладкие и шелковистые волосы.       

Что теперь делать?

      Паника охватывает и без того отключенный мозг. Он подвел, не справился, дал себя укусить. Дал яду продраться под кожу, отравляя кровь и плоть одним своим присутствием. Хван судорожно пытается найти выход. Придумать хоть что-то, что могло бы спасти его, но все тщетно. Нож, что все это время лежал в кармане спортивных штанов неприятно тянет ткань вниз, заставляя обратить на себя внимание. Нож. Трясущейся рукой он достает вещицу, тупо гипнотизируя ее взглядом. Чем он вообще мог помочь при встрече с зомби? А черт его знает. До этого момента он просто успокаивал, даря фантомное чувство защищенности, а сейчас, это был выход. Вариант, до которого человек в нормальном состоянии никогда бы не прибегнул. Он даже и не подумал бы об этом.       Вдохнув побольше воздуха, парень подносит правую руку к лезвию, боясь, и все еще шепча извинения то ли себе, то ли Феликсу, что скорее всего, заметив пропажу сейчас дико волнуется. Сталь неприятно холодит кожу. Стиснув зубы, блондин с силой надавливает на рукоять, прорезая кожу на и без того покалеченной кисти. Хенджин вскрикивает, ощущая тупую боль, что заставляет тело еще больше трястись. Откинув вещицу в сторону, он стал судорожно рыдать, крича на весь подъезд. Рука саднит, сердце готово выпрыгнуть из груди, лишь бы унять свой бешеный ритм… Он не справился.       -Хенджин! – Феликс подбегает к сидящему у стены парню, падая перед ним на колени. Ли еще будучи дома услышал подозрительный грохот, но придал этому значение лишь тогда, когда до слуха донесся истошный крик. Этот голос он не спутает ни с чем. Быстро натянув на себя кеды, и схватив стоящую в углу биту, он пулей выскочил из квартиры, направляясь вниз, где и должен был быть Хван.       - Не подходи! – Джинн отпихивает его от себя здоровой рукой, прижимая к груди правую. Он сжался максимально сильно, не давая парню рядом рассмотреть причину такого резкого выпада. – Уходи, уходи, уходи…!       -Джинни… - Ёнбок осматривает его, только сейчас замечая кровь, и грязь, которыми покрыта одежда. В голове сгладывается пазл, и он, не веря во все это, снова тянется к любимому. – Нет, нет, пожалуйста, скажи, что все в порядке… Нет…       Хван мотает головой. Он неуверенно поднимает ладонь, показывая укус Ликсу, который уже начинает рыдать. Младший аккуратно берет ладонь в свои руки, осматривая ту от начала до конца. Хлынувшая от пореза кровь мешает сфокусировать взгляд на ране, ее приходиться стирать, размазывая по некогда белой коже все сильнее и сильнее.       -Я заражен…       

***********

      

Наше время.

      

Неделю спустя.

      Кроваво-красное солнце освещает улицы, дома, деревья и монстров, что бродят туда-сюда без смысла и счета времени. Для них не важен день, не важен месяц, и погода. Им уже плевать на все. Хенджин сидит на крыше их дома, свесив ноги вниз. Он любуется последним в своей жизни закатом, и от этого, если честно, хочется плакать. Больше он не увидит солнца, больше не сможет беззаботно ходить по улицам, слушая пение птиц, и больше никогда не сможет прикоснуться к Феликсу. Последнюю неделю он даже толком не проводит дома, предпочитая отсиживаться на крыше, либо в подъезде. Его время на исходе. Хван чувствует, как яд распространяется по телу, как оно больше не реагирует на боль. Ему все равно. Последней каплей стал момент, когда в нос ударил запах свежей крови. Ли, что случайно порезался кухонным ножом, даже не придал этому значения, по привычке засунул палец в рот, и продолжил доставать из пачки все необходимое для их бустрого завтрака, в то время как Хенджин, пытался не наброситься на него. Это и стало звоночком. Парень быстро поднялся с места, уйдя на крышу, даже не сказав о причине своего внезапного побега. А Феликс, что проводил его взглядом лишь тяжело вздохнул, сжав маленькие ладони в кулаки. Они оба понимали, что происходит, и каждый старался игнорировать это как мог.       -Так и знал, что ты тут. – Голос из-за спины заставил слабо улыбнуться. Ёнбок… его милый Ёнбок решил прийти попрощаться. – Ну и холодрыга на улице.       -Кажется скоро пойдет снег. – Тихо отвечает Хван, поворачиваясь к парню. – Символично не правда ли?       -Ты снова думаешь о смерти? – Парень садиться рядом, кладя голову блондину на плечо. Тот инстинктивно дергается, стараясь отдалиться. – Да успокойся ты. Дай хоть сейчас побить рядом…       И Хенджин затихает. Понимает ведь, что больше они не увидятся. Что Ли придётся самому искать выход из этого ада, самому жить, и самому добывать еду. По-хорошему, он не должен сейчас думать о других, ведь в человеческой природе заложено бояться за себя, но Хван не может. Он привык заботиться, привык дарить подарки своему солнцу, и видеть его яркую улыбку.       -Бок-и, пообещай мне кое-что. – Старший поворачивает голову, закусывая нижнюю губу. – Пообещай, что убьешь меня сегодня.       -Что…?       Хван снимает с себя ветровку, обнажая почерневшую руку, чернота с которой пошла по шее, он накидывает вещицу на плечи замершего парня, что неотрывно наблюдал за действиями старшего. Ли видит, как серые ремни портупеи обвивают торс, а где-то сбоку весит кобура, с уже наверняка заряженным пистолетом.       -С утра я был в квартире родителей. Ты ведь знаешь, что мой отец полицейский, и что он, в силу своей профессии имеет право на хранение оружия. – Феликс кивает, переводя взгляд прямо в глаза парню. – В ночь, когда все началось он был на смене в участке, но по неосторожности забыл свой пистолет в сейфе. Или же специально оставил, полагаясь на свою чуйку. Я не знаю… Но сам факт того, что пистолет так и остался лежать не тронутым в сейфе, означает, что папа так и не вернулся… Мы оба знали, что когда-то этот момент настанет. Ликс, прошу тебя… исполни мою последнюю волю. Я хочу умереть человеком, а не тварью, что будет пытаться убить тебя.       Хван передает вытянутое из кобуры оружие, про себя умиляясь соотношению размеров маленьких ручек Ли, и самого пистолета. Феликс несмело прикасается к холодному металлу. Он не хочет делать этого. Не хочет расставаться. Не хочет собственными руками лишать жизни любимого.       -Ты такой эгоист… Просить меня о таком, зная, как сильно я люблю тебя…. – Ли, ухмыляется, устало закрывая глаза. Больно. Даже сейчас, ужасно больно.       -Я знаю, солнце…знаю. Прости меня. Прости за это.       Они сидят до самого захода солнца. Каждый думает о своем, но одновременно об одном и том же. Все-таки, жизнь та еще сука. Она никогда не была к ним благосклонна. Хенджин чувствует, как с каждой минутой становиться труднее дышать. Время пришло. Парень медленно поднимается, помогая младшему так же встать, дабы тот ненароком не упал с крыши.       -Я люблю тебя. Ты стал для меня всем, Ли Ёнбок Феликс. Причиной бороться, жить, и даже просто существовать. Спасибо за то, что тогда выбрал именно меня. – Хван улыбается, последний раз проводя по щеке возлюбленного, стирая соленые дорожки слез, и наконец-то отступает на шаг. – Я рад, что умру от твоей руки, Ликси. Выберись от сюда живым.       Феликс тихо вздыхает, направляя пистолет прямо в голову парня. Сейчас или никогда. Он нажимает на курок. Оглушающий выстрел в пустом городе кажется слишком громким. Тело блондина падает, а из лба хлыщет кровь, окрашивая бетон вокруг в алый цвет. Ёнбок опускается на колени, совсем рядышком. Он хочет обнять, прижать парня к груди и больше никогда не отпускать. Истерика подкрадывается незаметно, стоит только коснуться бледного лица, пачкая пальцы, и позже и всю ладонь. Его кровь на руках еще теплая, она дает возможность понять, что еще пару секунд назад человек был жив. Говорил, дышал и чувствовал…. Обойма все еще полная, и держа пистолет в руке очень хочется направить его себе в голову. Младший теряется, стараясь обуздать чувства, и принять единственное верное решение.       Солнце больше не освещает город, а на небе начинают показываться ранее любимые звезды, что они вместе разглядывали, ища созвездия. Маленькие хлопушки опускаются на замерзшие плечи и волосы. Ёнбок поднимает голову вверх, наблюдая за прекрасной картиной. Первый в этом году снег. Первый без него. Зима приблизилась раньше, чем сильно усложняла задачу выжить. Но ничего… он справиться… обязательно справиться.       -Снег пошел… ты прав… как всегда прав. – Он тянет руки верх, ловя маленькие снежинки, что сразу же растают, не давая увидеть всей своей красоты. -Обещаю, Джинни… я выберусь…