Жизнь похожа на шипы

Кто знает с какого момента наступает конец жизни. Все говорят, что жизнь заканчивается тогда, когда наступает смерть. Но может это произойти, когда сердце ещё бьётся? Может ли понятие: "Моя жизнь окончена" — иметь не только значение смерти? Люди устроены сложно и это проявляется в их чувствах, мыслях, желаниях. Человечество может размышлять, делать выводы и предполагать. Разве животным это дано? Они просто живут, подчиняясь своим инстинктам. Люди умны и находчивы, но в некоторой степени эгоистичны. Сложно найти человека, что будет жертвовать собой ради других. Может поэтому такие добряки не живут долго? Они слишком чувствительные, сострадательные, поэтому и уязвимы. Все давно поняли, что быть добрым во всем невозможно, ведь кто-то воспользуется и сломает весь твой светлый мирок. В меру быть злым, в меру быть добрым—это сохранит жизнь и спасёт душу. Однако душа Чифую страдала. Он не был добрым или злым, не был обманут или ненавистен кем-то, но всё же был сломлен. Кроме людей, что живут вокруг, в редких случаях обращая внимание на проблемы других, были куда существенные проблемы. Жизнь не состояла только из мнения людей, но и ещё из собственных желаний и мечтаний. У парня, что давно решил кем стать отобрали не только это, но и всё остальное. Кроме того, что он потерял шанс что-то изменить в своей жизни в лучшую сторону, он потерял тех с кем дружил. Мацуно сложно встать, сложно встретиться со значимыми людьми и посмотреть в их глаза. Но он сожалел о своём выборе, о поступке, в котором были виновны его эмоции. Теперь он потерял всё, чем дорожил. Но почему? Вина ли это Чифую? Да, отчасти так и было. Это он решил так поступить, но во всем остальном были виноваты окружающие люди. Может если бы он не сожалел, то виновниками всех бед были остальные, но не он. Парень понимал, что это его решение и ему нести этот тяжкий груз. Он мог бы прибежать обратно и сказать, что это ошибка, но разве это не странно? Бежать обратно, поджав хвост, когда указал прямым текстом свою точку зрения и решение. Омега все эти два дня был погружен в свои мысли, не замечая свою мать и Пек Джея, что так и норовил привлечь к себе внимание. Проблема заключалась в том, что все изменились вовсе не из-за того, что он омега— они ведь не знали об этом. Всё было также как и раньше, просто множество решений и судьба сложили всё так, чтобы Мацуно думал, что мир резко изменился. Все живут так как и раньше, ощущают мир и улыбаются. Это он изменился. Он стал не только омегой, но и совершал то, чего раньше бы не сделал. Разве стал бы ревновать Майки, если бы узнал, что он омега? Разве произошло бы изнасилование, если бы он был бы бетой? Чифую понял всё и эта правда была слишком тяжёлыми кандалами на руках и ногах,тянущими его вниз. Госпожа Мацуно сидела рядом. Её лицо было худым, а глаза потухшими и уставшими, как и у самого Чифую. Только если женщина жила, то её сын предпочёл спрятаться в своём мире и не вылазить. Парень ел, но очень мало, в школу не желал идти, а вставал с кровати только по нужде. Разве это жизнь? Он будто бы перестал существовать и была лишь его оболочка, что выполняла все обыденные действия, иногда разрешая говорить. —Никто не изменился… Голос был тихим и охрипшим. В нем была печаль и только она. —Только я поменялся… —Чифую. Перебила его неожиданно женщина, но блондин не подал вида, что слушает. —Ну хочешь сходим сделаем аборт. Её голос дрожал, а глаза предательски слезились. —Я знаю, что ты не желал быть омегой, но я не хотела, чтобы ты совершил то, о чем бы потом жалел. Госпожа Мацуно любила его и сделала бы всё что могла. Она была готова нянчиться с ребёнком своего сына, пока тот бы продолжал жить своей молодостью. Женщина дорожила сыном и не могла позволить потом ему сожалеть об аборте,ведь много может быть последствий. Как бы он не хотел отрицать, но он уже не бета. Вдруг ему когда-то захочется завести семью? Вдруг он найдёт человека, который будет им дорожить? Можно бы было пойти на этот шаг, если бы течка появилась бы вовремя и сам бы он был с рождения омегой. Но его организм ещё развивается, поэтому аборт мог бы сказаться плохо на нем. Может быть наступит облегчение, но не факт, что через несколько лет он не будет сожалеть. —Чифую… Она коснулась поверхности его одеяла, проведя ладонью по его руке. Казалось что сын её совсем не слушает, но это было не так. Как бы он не хотел, но он не мог так рисковать. Чифую множество перечитал манги на подобную тему и понял, что все проблемы возникают именно после решений, построенных на эмоциях. Ему нужно решить самому, в спокойной обстановке. Он должен взвесить все плюсы и минусы, но среди всего преобладали последние. —Хочешь я вместо тебя расскажу твоим друзьям? Они ведь тебя любят… Если не она, то могут ли помочь тот же Такемичи или Кейске? Женщина знала, что Чифую прислушивался всегда к Баджи и это была бы надежда. Но её сынок слишком переживал из-за реакции, поэтому точно не согласится на подобное. —Зачем перекидывать на них мои проблемы? Голос не был испуган, а даже как-то холоден. Голубые глаза прожигали стену, не пытаясь обернуться и взглянуть на обеспокоенную мать. —Почему сразу проблемы? Разве тебе не будет легче? Она придвинулась ближе, поглаживая спину своего ребёнка. —Да и я не считают это проблемой, через всё можно пройти. —Похоже, у тебя не было проблем, которых ты перешагнуть была не в состоянии. Госпожа Мацуно замерла, как и её руки. Она не смогла что-то ответить не потому что ничего не приходило в голову, а потому что было бы слишком неуместно и жестоко говорить ему о своих проблемах. Когда умер муж, вся жизнь перевернулась с ног на голову. До сих пор перед глазами возникал образ её перед зеркалом с ребёнком на руках. Никто не поможет…она это поняла, как только осталась одна. Все горазды сочувствовать, но как только речь идёт о помощи, то обрывают все концы и меняются в лице. Никто ей не помог… Никто не протянул ей руку помощи… Она не хотела, чтобы и у Чифую не оказалось такого человека. Его просто не могло не быть, ведь рядом были такие замечательные друзья. Но он не мог переступить через себя, а она не вправе его заставлять. —Чифую…тебя надо поставить на учёт или же… Слова оборвались. Она не могла сказать "аборт", ведь и так часто об этом думала. Если одна жизнь не удалась, то почему нужно калечить другую? Можно было бы спросить у него, но это глупо и опасно. Женщина встала и некоторое время смотрела на Чифую, размышляя о своём. Было бы хорошо, если бы он смог принять себя или кто-то бы помог ему, а не только она. Ведь многие просто считают поддержку матери обязанностью, но никак не чувствами и беспокойством. Было грустно от этой мысли, но она собралась с духом, чтобы выйти из комнаты и оставить ребёнка одного. Это рискованно, но ей нужно продолжать работать, чтобы зарабатывать деньги. Женщина будет волноваться и успокоится только тогда, когда вернётся домой и увидит всё ещё совсем живого сына. Мацуно выпал из мира и все те мысли, что совсем недавно тревожило его неожиданно испарились, оставляя после себя лишь пустоту. Комочек шерсти, запрыгнув на кровать хозяина, улёгся рядом молча, стараясь не тревожить его. Чифую лишь аккуратно коснулся своей ладонью его мягкой шерсти, постепенно засыпая, ведь так хочется на время исчезнуть из этого мира в своих сновидениях. *************** Баджи все эти дни был на иголках. Он нервно постукивал ногой по полу, старательно выводя в тетради иероглифы, попутно погружаясь в свои мысли, не слыша звонкого голоса преподавателя. Альфа волновался и только стоило ему вспомнить Чифую, то перед глазами возникал тот его образ, который раньше ему был чужд. Кейске пытался с ним увидеться, но какого же было его удивление, когда он не застал парня в своём классе, а на вопрос где Мацуно он слышал о том, что тот не пришёл в школу. Вначале ему подумалось, что бета приболел, но потом он вспомнил, что тот слишком часто прогуливая якобы из-за своей болезни. Может ли быть, что причина была в другом? Баджи надеялся, что это не он виноват в этом. Парень за ним бегал, а он продолжал его отталкивать и вот сейчас он на собственной шкуре теперь через это проходит. Но он думал больше о состоянии Чифую, что решил пропасть из школы именно после того разговора. Альфа решился признаться, но так не вовремя его объект воздыхания испарился. Да теперь все мысли о нем и он не мог найти в чем-то успокоение. Он бы с радостью на ком-то сорвался, избил или вовсе накричал, но разве это не по-детски? Сейчас жизнь казалась как никогда сложной и представляя будущее он каждый раз вздрагивал и бледнел. Что он будет делать если больше никогда не увидит его? Вина и обида на себя будут гложить его всю оставшуюся жизнь, ведь он не попытался, струсил и не смог признаться. Баджи не думал, что так страшно кому-то открыть свои теплые чувства. Второй день и он не обращает внимания ни на звонки, ни на голоса или же замечания преподавателей. Даже слыша неприятные шуточки от Майки он не впадал в гнев, вводя друзей в заблуждение. Они видели, что что-то поменялось в капитане Первого отряда и понимали почему. Глупый не поймёт, что происходит сейчас в его жизни. Возвращаясь домой он желал поскорее спрятаться в комнате, чтобы не встречаться со своей матерью. Её слова в последнее время слишком больно калечили сердце, поэтому он её избегал. Но всё равно щепетильного разговора нельзя было избежать. —Ну так что? Ты уже решил? Сидя за своим столом и делая старательно вид, что он что-то учит альфа не слышал материнский голос. Её скрещенные руки и нахмуренный взгляд сразу выдали её настрой. —Кейске, я же тебе сказала! Ты не помнишь, что в прошлый раз устроил?! Она до сих пор помнит гон своего сына. Он всю комнату разнёс, из-за чего она даже вначале подумала, что он сошёл с ума. Рёко просто хотела, чтобы подобного не повторилось, да и не только из-за этого. Ей было бы намного приятнее и спокойнее осознавать, что Кейске с кем-то встречается, кого-то любит и оберегает. Страх материнского сердца в том, что Баджи навеки останется один, а она не сможет потискать внучат. Может это и эгоистично, но разве она желает ему зла? Можно сказать, что это был просто предлог для того, чтобы он поскорее нашёл себе омегу. —Почему ты молчишь? Ты знаешь сколько я в прошлый раз потратила денег на восстановление твоей комнаты?! Её голос постепенно переходил на истеричный крик и это ложилось осадком на душу Баджи. Она не замечала того, что бывает грубой и доставучей, думая, что именно сын чего-то не понимает, а сама она отличная мать. —Если ещё раз я через такое пройду то!! Но её голос оборвался, с громким криком её сына, что даже от напряжения сломал в руке ручку пополам. —Да хватит! Ты мне мешаешь! Кейске не хотел быть грубым, но Рёко вынуждала его быть таким.Женщина на это пуще прежнего начала злиться, подходя к сыну ближе и вырывая книгу из его рук,показательно крутя ей перед носом альфы. —Чем я мешаю?! Ты ведь давно забил на учёбу! Ты даже не собираешься взяться за голову! —Да что с тобой не так! Воскликнул черноволосый и встал с места, возвышаясь над своей матерью, смотря сверху вниз прямо в её глаза. Женщина даже не дрогнула, продолжая, как орлица, прожигать его взглядом. —Почему ты так зациклена!? Такое чувство, что тебе нужны отношения, а не мне!! —Что?! Рёко была зла и для омеги выглядела устрашающе. Из-за её внешности и грубых черт лица, а также из-за характера многие её избегали, ведь та была страшна в гневе. Но Кейске жил с ней под одной крышей и привык к постоянным придиркам. Не поймите не правильно. Она может быть заботливой и нежной, но иногда её "забота" переходит все границы. —Как ты со мной разговариваешь?! Я ради тебя стараюсь! —Если ради меня, то просто забей! Его слова прозвучали эхом по комнате и наступила тишина. Напряжённость и злость испарились, оставляя после себя неприятное послевкусие. Его мама не дрогнула в лице и лишь цыкнула, принимая своё поражение. Но она не остановится, а просто временно отступает, чтобы это не перешло в ещё больший конфликт. —Ладно, можешь если что брать свой любимый рамен. Сказала с иронией она, направляясь к выходу под внимательный взгляд карих глаз. Женщине оставалось только перешагнуть порог комнаты, но неожиданно она замерла, оборачиваясь и смотря на Кейске спокойно. —Кстати, я давно Чифую не видела. Поссорились? Её слова заставили маску треснуть, из-за чего альфа опустил свою голову, ничего не говоря. —Ясно. Миритесь, а то такой хороший мальчик. Жаль, что его друг такой оболтус как ты. Она вышла, закрывая за собой дверь. Её последнее умозаключение вовсе не обидело Кейске, ведь он привык выслушивать подобные шуточки. Раньше он очень принимал их близко к сердцу, но постепенно начинал понимать, что таким образом она просто хочет снять напряжение. Рёко очень сложный человек и её трудно понять. Но все ощущения и обида после разговора всё ещё были. Альфа уставше осел на стул, свисая руки. Он правда не хотел ничего учить, да и просто бы не смог, ведь все мысли были о Мацуно. Он вроде бы решался, а потом всё то рвение исчезало без следа. Может быть завтра он вновь загорится идеей признаться Чифую в своих чувствах, но это будет завтра, а пока он просто будет размышлять о жизни, как и о своём друге, что решил пойти другой дорогой нежели раньше. ************* Одиночество иногда может быть как раз кстати, но для других оно подобно оковам, что сдерживают внутри и давят со всех сторон. Чифую же в нем был сполна и ощущал себя хорошо, если не прекрасно. Время от времени его, конечно, посещала печаль из-за разлуки, а тишина угнетала. Однако он вскоре подавил это чувство, начиная думать о всем что угодно, но не об бывших друзьях. "Сколько я уже здесь лежу?" Мацуно перестал чувствовать удовольствие от мягкости кровати и тяжести одеяла. Он привык к этим ощущениям, поэтому они притупились. Ему бы хотелось выйти на улицу, но слишком большой был риск встретить знакомых и просто попасть в неприятности. Послышалось мяуканье, а после быстрый топот маленьких лапок по паркету. Хоть кто-то веселился, в отличии от вечно хмурого блондина. Время от времени голубые глаза цеплялись за тёмный силуэт Пек Джея, но как только тот пропадал с зоны видимости, то он вновь начинал пялиться сквозь стену. Его мать работала, а он здесь отслеживается, не пытаясь принять свою участь или как-то изменить положение дел. Когда позвонили со школы, то в сердце закралась вина, ведь он пообещал Котору-сану, что сдаст экзамен на высший балл. Но сейчас ему ничего не хотелось, а то рвение не было таким уж важным, если Чифую так легко его отпустил. Вся голова была жирной и неприятной на ощупь,но как бы не было противно от самого себя он не мог поднять свою пятую точку и доковылять до ванной. Это слишком долгий процесс для которого нужно приложить усилия, а разве сейчас силы какие-то у него есть? Он может только поесть и попить, вновь следом впасть в своё сознание. Одежда также не была первой свежести. Парень не пытался поменять её, если бы раньше, только ощутив неприятный дискомфорт, тут же бы начал примерять домашнюю одежду. Голубые глаза смотрели на запястья, что покоились на подушке. Пальцы словно застыли в слегка сжатом положении, а кожа была бледна и нежна. Омега задумался над тем, как его руки продолжали оставаться такими ухоженными после всех тех драк и ран.Только сейчас он смог обратить на это внимание, думая, что это какой-то бонус от того, что он омега. Парень слышал о том, что у них раны заживают намного быстрее, а шрамы получить очень трудно. "Как же раздражает…" Стать фарфоровой куклой или быть обычным пареньком, что увлекается боями—выбор, конечно, очевиден. До ушей донеслась вибрация, исходящая от телефона. Блондин безразлично перевернулся на другой бок и потянулся к громкому предмету, попутно размышляя кто бы мог ему звонить, если всех он заблокировал. Даже сердце почему-то начало чаще биться от какого-то страха, но увидев незнакомый номер он смог успокоится. Почему-то парень ощутил разочарование, из-за чего скинул звонок, кладя телефон рядом. —Звонят всякие… Он был недоволен не понятно чем. Неужели он надеялся, что ему позвонит кто-то из друзей и ощутил горечь, когда этого не произошло? Или же его бесил тот факт, что какие-то незнакомцы будто бы специально звонят в самый неподходящий момент. Чифую было хотел перевернуться, но замер на полпути, слыша вновь вибрацию телефона и видя тот же номер, что звонил минутой ранее. Это посеяло что-то неопределённое в душе подростка. Кто-то целенаправленно ему звонит и этого "кого-то" можно назвать либо упрямцем, либо человеком которого он знает. Парень метался и не мог решиться взять трубку, беря как-то осторожно мобильник в руку. С каждой секундой становилось всё страшнее и труднее нажать и принять вызов, но убедив себя в том, что приняв звонок он ничего не потеряет—он решился. Вибрация пропала, а на экране всплыли цифры. Чифую не прислонил телефон к уху, а поставил на громкую связь, не пытаясь начать разговор. —Мацуно-кун? Голос женщины казался одновременно знакомым и чужим. Парень пытался понять, откуда ее слышал, но в памяти ничего не могло всплыть,но не успел он что-то ответил, как женщина продолжила. —Это Аика Имаи. Помните меня? Её тон был спокоен и уважителен по-сравнению с прошлым разом. Но сейчас почему-то эта особа не вызвала злости и обиды. Он был к ней равнодушен, ведь знал её только из-за одной неприятной встречи. Может если бы позвонил кто-то из его друзей, то он не был бы таким спокойным. —Конечно. Хотите ещё чем-то меня просветить? Сразу было понятно, что Мацуно не был настроен на разговор и хотел бы, чтобы он поскорее закончится, но Аика вовсе этого не хотела. —Не думаю, что это тебе нужно. Ты ведь и так всё уже понял. Она говорила словно провидица, вызывая у Чифую злость и непонятный стыд. —Я не хочу сейчас быть психологом, а хочу быть простым собеседником. Обещаю, что копаться в тебе не буду,если ты сам того не захочешь. Имаи говорила правду и хотела только помочь и выслушать ребёнка, что потерял стимул к жизни. Это хорошо, что он ещё разговаривает, а могло бы быть всё намного хуже. Мацуно вначале эта идея показалась абсурдной. Зачем ему с кем-то разговаривать о своих проблемах, когда он со своими друзьями свою жизнь не был в состоянии обсудить. Но потом поняв, что этот человек далеко от него, не может прочесть эмоции или как-то соприкоснуться с его пространством—волей не волей согласился, ведь чувствовал, что это ему было нужно. Почему он должен отрицать что-то настолько очевидное? —И о чем Вы хотите поговорить? —Зачем такая формальность? Я хочу быть собеседником, поэтому просто обращайся на "ты". Парню не нравилось подобное, ведь это вызывало неловкость и неуверенность в совершенном выборе. Но он только промолчал, продолжая слышать слегка искаженный голос своего психолога. —Чем-то занимаешься? Я вот недавно решила попрактиковаться в кулинарии и знаешь что? Получается у меня неважно. Женщина говорила расслабленно и даже как-то весело. Её слова были быстры и четки, выдавая некоторое нетерпение и радость. —Чем я могу заниматься? Мацуно перевернулся на спину, оглядываясь по сторонам. Он будто бы пытался найти что-то что могло его зацепить. —Да неужели просто отлеживался в кровати? Зачем ты так калечишь свою молодость! Она вовсе его не упрекала, а просто подшучивала и это блондин понимал, хоть не был с ней хорошо знаком. —Какая тут молодость…вскоре стану взрослым, хотя… Его рука автоматически оказалась на животе, но на этот жест он не обратил внимание. —...скорее всего, я уже стал им. —Да ну? В этих двух словах было море иронии и некоторой издевки. —Уже можешь принимать важные решения? Понимаешь, что правильно, а что нет? Не даёшь эмоциям контролировать свою жизнь? Парень опешил от стольких вопросов, на которые не надо было отвечать. Такое чувство, что над насмехаются. —К чему ты это? Ответ был спокоен, хоть Чифую и чувствовал некоторую обиду и злость. Почему так сильно задели её слова? —Я слышала, что у тебя будет пополнение. —Вы же говорили, что не будете касаться моей личной жизни. Лицо поморщилось, а сам он был готов сбросить звонок, чтобы не слышать больше этого человека. —Но ты ведь сам спросил почему я это говорю. Поэтому считай, что я просто отвечаю на твой вопрос. "Безумная женщина" Так легко всё провернула в свою пользу, воспользовавшись его минутной слабостью. —Как ты относишься к своей беременности? —А тут не так всё ясно? Раздражённо спросил блондин. —Хочешь аборт? Это твоё окончательное решение? —Да! Зачем мне ребёнок, которого я не планировал?! Она задаёт слишком глупые вопросы, так думал подросток, не замечая твёрдости и некоторой поучительности в её голосе. —Но если будет аборт, то ты потом не сможешь, даже если захочешь, завести ребёнка. Это заставило парня на секунду по медлить, но вскоре он также грубо продолжил: —И что с того? Я с самого начала не хотел быть омегой, так чего я должен страшиться, что стану бесплодным? Ему даже было бы в радость в будущем не беременеть. —Это ты сейчас так говоришь, а потом может будешь жалеть. —Ключевое слово "может". Выплюнул омега, а Имаи парировала: —Шанс 50/50.Но ты ведь любишь читать сёдзё мангу? И наверное понимаешь многое о чувствах и том, как они быстро меняются в зависимости от жизненных ситуаций. Блондин призадумался, не понимая к чему она клонит. Она шла кругами, но если призадумался, то можно было в её словах найти прямой подтекст, но сейчас готова Чифую была пустой. —Почему ты исключаешь тот факт, что твои чувства поменяются и ты потом не будешь жалеть? Жизнь непредсказуемая штука и такая сложна. Её голос был задумчивым и постепенно парень тонул в её мыслях и плыл по течению, не смея прервать этот поток. —Я обычно советую людям жить сегодняшним днем, не вспоминая прошлого и не думая о будущем. Но когда нужно принять решения мы невольно задумываемся над тем, как сильно повлияет на будущее оно. Сердце стучало умеренно, но дыхание замерло, а пальцы слегка сжались в кулак. —Ты же сейчас говоришь на эмоциях эти слова. Может ты и говоришь, что принял это решение на трезвую голову, но душа у тебя мечется из стороны в сторону. Это нельзя назвать поступком взрослого человека. —Вы хотите сказать, что я поступаю неправильно?! Парень сорвался на крик, но тут же умерил свой пыл услышав следующее. —Что правильно, а что нет? Я не могу тебе на это ответить, но это ведь ещё и твой ребёнок. Ты взрослый телом, но ребёнок душой. Тебе сложно и я бы поддержала бы твоё решение, если бы оно не несло таких колоссальных последствий. Раздалась тишина. Аика перестал говорить, давая обмозговать услышанное и принять свое решение. Она не надеялась на то, что омега изменит свое решение, но если он подумает над этим, то это уже будет хорошо. Её дело донести и как-то помочь, облегчить ношу. —Но я не хочу этого. "Мне страшно…" Женщина понимала, что он подразумевал под этими словами. Ей было его жаль, но если она покажет это, то все те слова могут стать бессмысленными. —Верно,ты этого не хочешь. Кто бы хотел носить ребенка от насильника? Тон вновь звучал как-то иронично и весело. Она быстро переходила со серьёзного голоса, на более шуточный лад. Парень видел, что она старается как-то снизить его негатив с этой неприятной ситуации. Но ему было страшно. Он не знал, что его ждёт, как сильно изменится его жизнь, если всё-таки он сохранит жизнь этому ребёнку. Если бы он был бы один, то решение было бы об аборте и он бы не думал о другом, но с ним рядом была его мать,что готова нянчиться с его ребёнком лишь бы он был счастлив. —Но я не понимаю… Он вспоминал тот день, который вызывал отвращение от самого себя. Ему было больно, обидно и он ненавидел этого человека, но за всеми этими эмоциями он не мог не упомянуть об удовольствии от ощущения близости с ним. Чифую боялся этого человека, ненавидел, но тело тогда вперемешку с болью готово было покрываться мурашками от приятных касаний чужих рук. Альфа был грубым и страшным, жестоким и опасным, но иногда омеге удавалось найти что-то нежное в его движениях, поцелуях, касаниях.Тогда он задавался вопросом:"Какой же на самом деле этот ублюдок?" —Я не понимаю…мне очень трудно и… —Так и есть. Твоя жизнь перевернулась с ног на голову—ей нельзя позавидовать. Но я вовсе не пытаюсь тебя порицать и поучать. Я просто хочу, чтобы ты задумался ещё больше над этим и знал, что ты вовсе не один. Мацуно было хотел что-то сказать, открывая рот, но тут же закрывая. Он знает и без того, что не один. —Я вас услышал. Голос звучал будто бы автоответчик. Парень, не ожидая следующих слов Имаи, сбросил трубку, чувствуя опустошение. Теперь он действительно запутался и не знал, что теперь делать. Аборт казался уже не окончательным решением, а глаза хоть и были наполнены пустотой, но в них была глубина, которую не каждому удавалось постичь. Разлегшись на кровати омега тяжело выдохнул, пока светлые пряди скрывали его закрытые глаза. Когда он думал, что все о нем забыли, когда он думал, что рядом с ним осталась лишь мать неожиданно позвонил человек, с которым он встречался всего лишь один раз. Может это и было её профессиональное задание, но кто бы захотел звонить подростку со своими колоссальными проблемами и таким упрямым характером? Он всё ещё считал, что она лезла не в свое дело, но выговориться и просто обсудить его дальнейшую жизнь было приятно. Будто бы кто-то ещё озабочен его судьбой. —Не один?... Кроме своей матери он пытался кого-то ещё представить и это был Мичи и Кейске. Каждый раз думая о них душа пела, а на устах появлялась короткая улыбка, что тут же исчезала. Они повздорили, разорвали друг с другом отношения, но воспоминания всё ещё были и они потоком поступали в его голову,отображаясь яркими картинками. Сердце защемило, а к горлу подкатила ком, но слезы не шли. Зачем ему плакать если всё уже было позади? Он уже с ним не погуляет как раньше и не поговорит от души, ведь он виноват…но и понимал, что ещё вина была на них. Может быть Ханагаки всё ещё остался добрым другом, но Баджи слишком не вовремя начал весь этот спектакль. Это по-детски? Скидывать свою вину на них, потому что не смог признаться сам? Но почему бы когда-то не побыть капризным ребёнком, а не отличником, хорошим сыном, преданным другом. Свернувшись в комочек парень прикрыл глаза вновь погружаясь в свои воспоминания и мечтаний, которые никогда не наступят. *************** Кейске был вне себя от ярости. Каждый день, не видя Мацуно он впадал в гнев связанным с беспокойством. Он даже не мог до него дозвониться, ведь тот просто вычеркнул его из своей жизни, заблокировав номер телефона. Будучи на собрании он успел уже вдоволь избить насильников, что раздражали лишь своим присутствием. А как же он злился, когда те пытались скрыться или залечь на дно. Никто не смел подойти к капитану у которого лицо было похоже на дьявола. Его пронзительный взгляд, что смотрел в душу, хмурые брови и видимые клыки из-за оскала многим давали призадуматься прежде чем попытаться подойти к нему. Только Майки вёл себя как обычно и иногда перекидывался с Баджи несколькими фразами, получая отворот-поворот. Тот был наоборот в некоторой степени вначале рад тому, что Мацуно ушёл, но потом он начинал понимать, что не все поддерживали его настрой. Поэтому вскоре он и сам впал в уныние, перекрывая его за маской спокойствия и безразличия. —Как-то все поменялись то ли из-за предстоящей битвы, то ли из-за Мацуно. Даже Такемичи ходил опустив нос, из-за чего сегодня альфе пришлось быть здесь без своей пассии. —У Кейске из-за того и того проблемы. Дракен хорошо понимал друзей. Иногда, конечно, чтобы что-то заметить нужно время, но всё-равно его подозрения мои предположения бывают очень точными. Манджиро потянувшись и свесив одну ногу, с удовольствием и усталостью проговорил: —Согласен. —Кажется он был неравнодушен к Чифую. Решил дополнить Мицуя, задумчиво смотря на Баджи, что продолжал буравить взглядом дерево, сидя на провинившихся, что постанывали от боли, пытаясь выбраться. —И ты туда же! Воскликнул младший Сано, не понимая почему вначале об этом заладил Шиничиро, а потом и сам Мицуя. Неужели глупость передаётся воздушно-капельным путем? —Вполне возможно. Согласился Рюгуджи, стараясь не замечать возмущения и удивления в глазах главы. —Да вы сошли с ума! Альфа знал, что Чифую миленький и красивый. Мог бы стать моделью или айдолом, если бы захотел. Но он же бета, хотя в последнее время почему-то он начал в этом сомневаться, ведь до сих пор помнит незнакомый аромат, что появлялся стоило прийти Мацуно. Тут то он начинал постепенно соглашаться, думая, что что-то здесь было не так, а точнее, что паренёк что-то недоговаривал. Майки раньше был напряжен стоило увидеть Чифую в зоне видимости и поэтому он не замечал этот запах и не мог сопоставить его с ним. Но сейчас, когда его не было и когда все начали вести себя странно он начинал постепенно что-то подозревать. Парни удивились тому, что Манджиро резко замолчал, задумчиво поглаживая пальцами подбородок. Его глаза сосредоточено смотрели куда-то в землю, а от прошлого возмущения ни осталось и следа. —А может ли быть, что Чифую омега? Спросил неожиданно он, поднимая взгляд и видя как эти двое между собой серьёзно переглянулись, а после прыснули в кулак. —Кажется нам до твоего сумасшествия далеко. Усмехнулся Дракен, а Мицуя добавил: —На тебя Шиничиро плохо влияет. —Мой брат как раз таки знаток в омегах! Никогда его чуйка не подводила и сам он тогда упомянул об этом. Слова друзей его не обидели и не рассмешили. Теперь всё казалось ему серьёзным, ведь если всё так и есть, то понятно почему парень начал себя так странно вести и отдаляться. Но что-то было ещё кроме этого и он был готов сделать всё возможное, чтобы раскрыть эту тайну. —Я решил! Альфа резко встал, а лицо его было серьёзным. Это даже удивило Такаши и Дракена, но прежде чем они что-то попытались сказать их глава упорхнул в сторону и исчез среди людей. —Что-то у меня плохое предчувствие… Прошептал Мицуя, хватаясь за свои плечи. —У меня тоже… Смотря в толпу проговорил Рюгуджи, воспринимаю недавние слова Майки уже по-другому. Может быть всё и так. Если бы с самого начала Мацуно был бы омегой, то они бы сразу в нем её распознали, но он же был бетой, поэтому мозг и вера в то, что он был бетой притупили мысль, что Мацуно стал омегой. Это звучало как-то нереально, но он проверит это и обратится к человеку, что может больше всего знать. Разве Эмма не увлекается статьями и сайтами моды, может среди всего этого она что-то вычитала интересное. —Кажется пора заканчивать наш сбор. Проговорил Дракен и вскоре все начали расходиться, но среди этих людей ни Рюгуджи, ни Такаши не смогли найти главу и капитана Первого отряда, что, возможно, ушли раньше, чем было позволено. ************** Баджи, спрятав руки в карманах штанов уже подходил к дому, но неожиданный отклик заставил его обернуться, притормозив. Это был Майки, что, подобно таракану, перебегал резво с одного места в другое, успевая всем капать на нервы. —Что-то ты рановато решил покинуть собрание. Его тон был шутливым и Кейске знал чем это потом заканчивалось. Он не хотел продолжать быть с ним рядом, желая наконец прийти домой и отдохнуть. —Что ты пристал? Что задумал? Майки бы точно не стал бы так просто за ним следить и его преследовать. Ему что-то нужно было от него и это видно в его тёмных глазах, что освещали лишь уличные фонари. —Разве не очевидно? Хочу поддержать друга в его трудный период. —Себя поддержи. Период прошёл, а карликом остался. Черноволосый не был настроен и рад поддержке. Да и обычно Майки вовсе не подставлял своё плечо, а нагло его убирал, чтобы человек упал ещё сильнее в грязь. —Ох, какие банальные шуточки. На что-то другое мозгов не хватило? Он не комплексовал из-за своего роста, но шуточки по этому поводу к себе не принимал. Манджиро мог бы преподать ему урок, но Баджи и так было сложно, зачем всё еще больше усугублять? Кейске на это лишь оскалился и нахмурил брови, показательно отворачиваясь и начиная стремительно отдаляться. Однако это поведение вовсе не поставило светлого в тупик, что, продолжая улыбаться, последовал резво за ним. —Кейске! Кейске~ Не думал капитан Первого отряда, что будет когда-то ненавидеть свое имя. Ему просто хотелось побыть наедине, но почему-то никто не может его просто оставить,поэтому он просто игнорировал назойливого друга. —Кейске! Там Чифую!! Воскликнул неожиданно младший Сано и Баджи тут же начал оглядываться по сторонам, показывая свое удивление и нетерпение. —Где?! Но не увидя никого на улице кроме друга и услышав его задорный смех, альфа понял, что его надули. Он стрельнул глазами в его сторону, сжимая кулаки и ощущая себя неловко, хоть смущение появилось в виде злости, но Майки знал, что тот испытывал на самом деле. —Чёрт, карликовая такса ты. Даже обозвать у него получилось неважно, из-за чего светловолосый ещё больше рассмеялся, хватаясь за живот. Баджи лишь обеспокоенно заозирался по сторонам, надеясь, что никто не решит пройти мимо них в такое неловкое время. —Блять! Да ты серьёзно влюбился в Мацуно! Почему я не замечал? Вначале альфа замер, но после вновь принял злобный вид, пытаясь всё опровергнуть. —Да что ты несешь?! Я знал, что тебя в детстве уронили, но не думал что всё настолько плохо! Но Майки сделал вид, что это не услышал, постепенно успокаиваясь и вытирая капельки слёз, что норовили покатиться по щекам. —Как я могу называться другом и не увидеть этого? —Да я же сказал, что всё не так! Боже, да вся семейка Сано сумасшедшая! Черноволосый не собирался это больше слушать. Он боялся, что сейчас начнутся шуточки и упрёки, поэтому было хотел убежать и отступить, но друг нагло преградил ему дорогу уже смотря более серьёзно и не как человек, что сейчас начнёт над ним прикалываться. —Когда ты понял это? Хоть вопрос и звучал слишком не определённо, но Баджи понял, что тот хотел узнать и не мог решиться ответить. Он знал, что если тот к чему-то прицепился, то не отцепится—и его нельзя переубедить. Поэтому альфе лишь оставалось отвести взгляд и задумчиво почесать затылок, пытаясь вспомнить, когда именно он стал таким неравнодушным к Чифую. Как бы не хотелось говорить, но ему придётся открыть душу хотя бы ему, ведь любовь слишком больно впилась в сердце. Да и Манджиро был его другом детства, поэтому точно должен понять, когда лучше не стоит над ним шутить. —Может четыре месяца назад…Я не знаю… Он правда не знал с какого момента его сердце начало биться чаще рядом с ним и когда все мысли и желания стали связаны с Чифую. Он лишь начал подозревать любовь, когда залип на парня, смотря то на его губы, то в его пленительные голубые глаза. Хотелось коснуться губ и увидеть в двух океанах что-то похожее на взаимность. —Жесть… Проговорил младший Сано и был готов сквозь землю провалиться. Все эти четыре месяца, а может даже больше Кейске был влюблен, а он этого не видел? Неужели собственная любовь ему так вскружила голову, что до остальных не было ему никакого дела. —Но почему ты не сказал?! Я мог бы помочь, да и Эмма! С одной стороны он понимал, что не каждый сможет поделиться своими чувствами с другом, но Майки же был тем кто поведал, что чувствует к Мичи так почему он не мог и сам рассказать?! —Я не знал какая у вас будет реакция…да и сам не до конца верил, что мне может понравиться бета…это ведь неправильно и странно… Может это ситуация красноречиво говорит, что в человеке понравился его внутренний мир, а не оболочка и тем более пол. Но ему было уже наплевать, когда желание быть рядом с Чифую становилось сильнее. —Нашёл из-за чего беспокоиться! Его слова удивили Баджи, что прямо так и видел, как друг весь сжался и был очень подавлен. Стыд и Майки—это два несовместимых понятия, но сейчас он испытывал первое, ведь успел ляпнуть ранее о том, что слова Шиничиро шутка и полная ложь. Когда он шел за Кейске то всё ещё надеялся на то, что ему просто кажется и любовь к Чифую, как и подозрение в том, что он омега вовсе беспочвенны. Может альфу что-то другое беспокоит, например Казутора, а Мацуно решил воспользоваться новыми духами и что-то типо того. —Блять, да я сойду с ума! Если один вопрос был решен, то другой всё ещё остался. Однако слишком нереально всё это звучало, да и было бы глупо ляпнуть про это влюбленному голубку. —Это я должен говорить! Ладно, я пошел! Черноволосый не хотел оставаться здесь ещё надолго, поэтому вскоре воспользовался задумчивостью Майки и бесстыдно сбежал, оставляя его одного. Когда же альфа оказался слишком далеко, то Манджиро как-то грустно улыбнулся, понимая всю сложность ситуации и чувств Баджи к Мацуно. —Какая же у них драма… **************** Кейске очень тихо зашёл внутрь, закрывая дверь очень аккуратно, стараясь не делать лишних движений, что могли бы разбудить горгону. В последнии дни его мама стала куда более упрямой и прямолинейной. Приходя каждый раз домой он был готов выслушивать её упрёки и советы. Такое чувство, что Рёко оживает лишь тогда когда он дома, а в остальное время она то ли спит, то ли не существует. Вокруг темно, хоть глаз выколи, но свет было опасно включать, как и делать громкие звуки. Кейске неспешно снял ботинки, слыша шелест одежды и свое тихое дыхание. Оперевшись рукой о стенку он уже поставил второй ботинок, но неожиданно яркий свет ослепляет его на пару секунд и альфа морщиться, перекрывая лицо свободной рукой, попутно пытаясь сдержать равновесие и шипя: —Какого черта… Но слова уже вышли прежде он опомнился. Вскоре Баджи убрал руку, утыкаясь в фигуру матери, что строго прожигала его глазами, скрестив руки на груди. Волосы у неё были распущены, а на плечах красовалось полотенце, которое будто бы вскоре будет его лупить. —Какого черта ты так поздно? Решила подловить она на его ошибке, но вместо ответа получила глубокий и уставший выдох. Альфа спокойно перешагнув ступеньку хотел было пройти мимо, но рука на плече его остановила. Хватка его матери была твёрдой, как и взгляд карих глаз. —Куда намылился?! Опять твоя банда?! Я же сказала перестать туда ходить! Сколько бы она не говорила, но ничего не менялось. Она это понимала, но не могла прекратить постоянно напоминать о своём желании. Баджи раньше казалось, что он единственный во всем виноват постоянно из-за таких упрёков и "советов". —Я устал, давай завтра. Кейске пытался быть спокойным и поэтому аккуратно убрав женскую руку, посмотрел на свою мать, что не поменялась в лице, приподнимая бровь. —Устал? А знаешь как я устала тебе говорить одно и тоже! Я же тебя просила сходить на свидание, а ты! Она не договорила и насупилась. Казалось что если она что-то ещё скажет, то это будет звучать громче и грубо. —Я же тебе говорил, что меня это не интересует. Кейске начинал закипать, но сдерживался. Хотелось закричать, хотелось противостоять, но Рёко была слишком упрямой и ей что-то объяснить это как пытаться поймать воздух. —В смысле не интересует? Женщина успокоилась и уже по-другому посмотрела на своего сына. —Ты ведёшь себя как маленький. Не интересует, а когда возникнет потребность, то что будешь делать? —Ты так говоришь, будто бы мне омега нужна лишь для удовлетворения себя. Её слова, мысли казались черноволосому глупыми. Иногда она излагалась так странно и непонятно, что вызывало отвращение не только к себе, но и к ней. Он просто не может понять, как человек может говорить что-то подобное. —Я не то имею в виду…боже… Коснувшись пальцами висков она поняла весь смысл сказанных слов и почувствовала себя злодейкой. —Я просто хочу видеть рядом с тобой омегу. Разве это плохо? Скулы Кейске заиграли, а в глазах возник огонёк ярости. Откуда она бралась? Каждый раз, когда Рёко говорила об омегах ему неожиданно становилось плохо, а сердце наполнялось злостью. Он любит Чифую и одна мысль о том, что он не может быть омегой вызывает у него неописуемую боль. Может если бы он был бы ей он бы смог признаться и встречаться спокойно с ним, но он бета, поэтому трудно даже представить между ними отношения. Но он желает лишь Мацуно и не может смотреть на других. —Плохо, мама! Это очень плохо! Воскликнул злобно Баджи, пока его глаза наполнялись кровью. Женщина аж отшагнула назад, но страха не показала, ведь знала, что сын никогда не поднимет на неё руку и тем более не посмеет причинить ей вреда. —Знаешь почему плохо? Кулаки были сжаты, а его фигура казалось могла в любой момент развалиться. В его голосе читалась боль и обида, что заставило Рёку просто слушать и молчать. —Потому что этого никогда не будет! Я никогда не смогу быть с омегой, потому что люблю бету! Слова Майки о том, что это не проблема, беспокойство об Чифую и никуда не уходящая любовь поглотили его и выплеснулись наружу на мать, что даже не знала, что сказать. В коридоре повисла тишина, а женщина не двинулась с места, ощущая себя странно. Она не знала, что чувствует её сын, поэтому так настаивала. Но это не было оправданием тех грубостей и "просьб". —Ты счастлива? Твой сын никогда не сможет быть с омегой! Но это ведь никуда не убрало проблему? В карих глазах читалось что-то на подобие надежды, но она тухла с каждой секундой молчания Рёко. Кейске опустил голову и его тёмные пряди спрятали лицо, которое скривилось в печали и обиде. Ну а на что он надеялся? Неужели думал, что мать, что так желала видеть подле него омегу, поддержит и скажет, что всё в порядке, как и Манджиро? Сравнил друга детства и свою мать… дурак… Такой дурак… —Ясно… Прошептал спокойно черноволосый и стремительно прошёл мимо своей матери, из-за чего лёгких ветерок обдал её лицо и правую сторону тела. Только тогда она пришла в себя и повернулась в момент за своим сыном, что начал копошения в своей комнате. Она тут же побежала внутрь, видя как Кейске собирает вещи, кидая совершенно хаотично в небольшой чемоданчик. Сердце сжалось от неприятного предчувствия. —Что ты делаешь?! Она могла бы спокойно это сказать, но вновь сорвалась и не смогла сдержать свой порыв непонятных чувств. Рёко же не хотела говорить это так громко и истерично, но всё равно это сделала. —Ухожу! Разве не видно?! Крикнул разозленно её сын, закидывая майку в чемодан, но женщина не позволила, начиная разгружать вещи и всячески мешать ему. —Ты никуда не пойдёшь! Что ты удумал?! —Блять, да ты хоть раз меня можешь просто выслушать и просто сделать так, как я хочу?! Баджи вырвал из её рук свои вещи, видя как мама стала красной то ли от злости, то ли от смущения. —Ты как со мной разговариваешь?! Не только сказал, что никогда не будешь с омегой, но и собрался уйти! —А почему мне не уйти если я с тобой чувствую себя плохо? Он подошёл, становясь к ней напротив. —Почему я должен жить с человеком, что каждый день меня упрекает, злит, управляет в конце концов! Баджи было перед ней стыдно, ведь он разрушил её мечту видеть сына с какой-то милой омежкой. Ему было стыдно, что он её сын. Он не только плохо учится, но и заставляет её беспокоиться, заставляет краснеть перед её подругами, что любят обсуждать не только своих детей, но и других. Иногда у него возникала мысль, что зря он вообще родился, ведь именно он сдерживает её от создания новой семьи. Зачем ей такой сын, на которого она и так часто злится? Может ему просто исчезнуть? —Я ведь не подхожу под твои стандарты! Я ужасный сын, которым даже нельзя похвастаться! —Кейске! Прекрати! Ей было невыносимо это слушать и в любой момент она была готова заплакать. Как всё дошло до этого? Она уцепилась за его руку, настолько сильно, что могла разорвать одежду. —Я никогда так не думала! Я просто устала! Я бы никогда! —Хватит обманывать… Перед глазами пронеслись воспоминания. Кейске был тогда маленьким и, будучи совсем юнцом, подрался с одним мальчиком. Тогда его матери пришлось извиняться перед злой женщиной, что во всем его обвиняла, хотя это её сын первым начал. Он помнит, как Рёко тогда его отругала, говоря несколько слов, что навсегда отпечатались в сознании: "Почему у меня такой сын? Разве это я заслужила?". Хоть тогда он это не воспринял никак, но сейчас эти слова как кстати всплыли. Да и было множество моментов, когда его мама высказывалась в подобном ключе. Когда он с трудом решал математику, разбирал английский и иероглифы — каждый раз она говорила какой он непутевый и что должен стараться лучше и он старался, чтобы осчастливить её. Но в конце концов он не выдержал и на всё забил, принимая слова Рёко как часть своей жизни. Баджи вырвал руку и тут же побежал из комнаты, слыша скорые шаги госпожи Баджи, что явно не собиралась его так просто отпускать. —Кейске! Крикнула она, но альфа не обращал на ее мольбы никакого внимания, надевая обратно свои ботинки, чтобы после выйти из квартиры. Женщина цеплялась за его плечи, руки, преграждала путь к двери, но это было тщетно. Что может сделать обычная женщина перед альфой, что был сильнее её и выше. Она не успела и сообразить, как Кейске оказался за дверью, даже не удосужившись закрыть за собой дверь. Она побежала за ним вслед, крича его имя, но тот живо исчез из поля зрения. Ей оставалось только озираться по сторонам, пытаясь распознать в темноте фигуру своего сына. Даже свет не мог помочь и вскоре она разбитая вошла в квартиру, закрывая за собой дверь, но не замыкая ещё веря в то, что Кейске придёт и они смогут поговорить. Женщина обещала себе, что будет спокойна и рассудительна, не будет злиться, а тем более как-то ущемлять его выбор. Но где-то в глубине души она понимала, что Баджи в эту ночь не вернётся… ***************** Манджиро не спал и отсиживался на диване, попутно щелкая телевизор, лёжа на боку и наслаждаясь чипсами. Слова говорящих проходили мимо ушей, а чипсина так и не дошла до рта, замирая около губ. Вскоре Майки и вовсе надулся, отодвигая пачку с лакомствами от себя подальше. —Почему меня вообще это должно волновать!? Перевернувшись разозленно на спину он возмущенно смотрел на потолок. Его беспокоило всё, что связано с Кейске и Чифую—у первого вообще было много проблем не только с Казуторой и Чифую, но и со своей матерью. Страшной женщиной, однако, она была. Поэтому, наверное, он не приходит в гости к Баджи и старается не гулять около его дома. Послышались шаги, а после вскоре открылся холодильник и по нему начал шариться Шиничиро, что во всю глотку заорал: —Кто съел мой йогурт?! Это ты, Эмма?! —Ой, блять. Ругнулся тихо Манджиро и тут же спрятал стаканчики от йогурта под диван, принимая более менее расслабленным вид, пока старший брат встал около дивана и упёрся руками в боки, смотря на младшего с подозрением. Майки сделал вид, что не заметил его присутствия, заводя руки за голову и посвистывая известную только ему мелодию. Но вскоре младший "заметил" присутствие старшего Сано и в немного грубой форме проговорил: —Что? Диван не отдам! —Мне не он нужен, а то что под ним. Совершенно спокойно сказал альфа и тут же присел на корточки, пока Майки начал пытаться его отвлекать, перебирая все варианты событий в голове. —Ты был прав, Шиничиро! Воскликнул альфа и это заставило темноволосого отвлечься и поднять свой взгляд. —Баджи признался в том, что любит Чифую! Представляешь? Как тебе удалось это понять?! Манджиро сделал заинтересованный вид, хитро улыбаясь, но этот план сработал и Шиничиро забыл о том, что хотел что-то посмотреть под диваном, горделиво поднимая подбородок. —А я говорил, а вы нет, да нет! Не зря меня много раз отвергали. Неожиданно гордость собой сменилась депрессией. Казалось что они начали болезненную для него тему, но вскоре он с ломанной улыбкой произнес: —Как хорошо, что Имауши меня не отверг—настоящий друг! —Теперь парень. Усмехнулся младший, видя посветлевшее лицо Шиничиро. Он помнит, как тот весь растрепанный и запыханный ворвался в его комнату, с ярким блеском в глазах. Как оказалось его брат, будучи на грани срыва, совершенно не задумавшись над своими словами предложил Имауши встречаться. Тот,как не странно, тоже не подумав сразу согласился. Вакаса вовсе не смущался и не пищал от радости, а просто спокойно выдал "Хорошо", крутя палочку губами и смотря куда-то в даль. Вот такое необычное признание. —Но всё же… Неожиданно Шиничиро принял строгий вид и Майки напрягся, видя как одним махом его брат достаёт из-под дивана стаканчики от йогурта, крутя ими прямо перед носом младшего. —Почему ты жрёшь мою еду? Манджиро надул щеки и скрестил руки на груди, падая на мягкую поверхность, начиная говорить совершенно ни в чем не раскаявшись. —Чужое вкуснее своего. Повисла не долгая тишина, которая была прерван коротким "Правда?" от старшего, что совершенно неожиданно для Майки схватил его чипсы, заставляя того обеспокоенно вздрогнуть и приподняться. —Может мне тогда твои чипсы съесть. "Чужое вкуснее своего" ~ Подловил старший, замечая возмущение в глазах своего брата, что тут же на него накинулся, пытаясь отобрать пачку. Старший как можно дальше убрать чипсы, пока младший его повалил на пол, пытаясь забрать свою еду. Они ругались между собой, крутились и злились. Пока Шиничиро упирался рукой в его голову, пытаясь ногой отпихнуть надоедлевое дитя, то тот тянул свою руку к пачке, щипая и иногда легонько ударяя. Двое братьев даже не услышали звонка. Они продолжали выяснять отношения, пока Эмма, стоя на лестнице, наблюдала за их перепалкой, тяжело вздыхая. —Отдай! Это моё!!! —Йогурт тоже был моим! Но это тебе не мешало его сожрать! —Какие они всё-таки дураки. Выдохнула Эмма, пока в дверь продолжали доносится звонки. Они бы так и продолжили спорить, пока из кухни не послышался строгий голос их деда: —Откройте эту штопанную дверь, пока я вас на гарнир не пустил! Как ни странно, но они замерли и тут же замолчали, смотря в сторону кухни и видя улыбающуюся девушку, что, клацнув по экрану телефона, сделала забавное фото, где Майки тянул за волосы Шиничиро, а тот же упирался рукой в его лоб, корча болезненное лицо. —Эмма! Черт, удали! Воскликнул старший Сано и встал с места, забывая о чипсах и Майки, та же, хитро улыбнувшись, подмигнула, говоря кокетливо "Нет" и тут же давая драпу, заставляя и самого Шиничиро погнаться за ней вслед,пока младший с осторожностью взял свои чипсы, прижимая, как родное дитя, к своей груди. —Теперь вы в безопасности и плохой дядька вас от меня никогда больше не отберёт. Но новый звонок в дверь выводит парня из своих дум. Светловолосому не хотелось вставать и идти, но новый злой крик их деда, заставил поднять свою пятую точку и пройти к выходу. Он не знал, кто будет за дверьми, но считал, что звонить чуть ли не ночью было слишком. Поэтому он уже настроился на злобный лад и был готов прогнать любого, кто посмел потревожить его вечер. Взявшись за ручку двери, резко открывая её, парень не сразу решил посмотреть на человека, начиная с угрожающих слов: —Ты заранее заказал гроб, а то я сейчас… Но только успев поднять глаза он замолк и удивлённо замер. Перед ним стоял подавленный Баджи, что неловко смотрел в сторону, как какой-то провинившийся щенок. Но глаза даже под тусклым свечением лампы можно было увидеть. Они были наполнены горечью и чем-то ещё, что, увы, Майки не смог разобрать. —Кейске? Через некоторое время смог выдавить из себя Манджиро, пытаясь понять, что он тут делает, но Баджи и без этого решил пояснить. —Можно я у тебя переночую? Он не вдавался в подробности, да и Майки не спешил расспрашивать. Парень лишь отшагнул в сторону, давая пройти своему другу, что тут же прошёл мимо его. Тёмные глаза смотрели изучающе на спину капитана Первого отряда, что казалась нынче не такой огромной. —Спасибо. Решил бросить слово благодарности альфа, снимая с себя ботинки и стараясь держать свое лицо. Ему вовсе не хотелось плакать, но он не хотел начинать жаловаться и злиться, ведь всё-таки именно он потревожил своего друга и по-совместительству босса. —Да ничего. Ты будешь спать на полу. Поставил перед фактом светловолосый живенько, но вовсе не радостно, проскакивая мимо Кейске, что не понимал, что изменилось в нём. Обычно он слишком радостный и оптимистичный, но сейчас казался серьёзным, что было лишь характерно, когда они сражались. Но он не решился спросить и лазить по его мыслям, когда свои он не мог привести в порядок. Баджи было хотел пройти в зал, но знакомый голос дедушки Сано остановил его. Парень развернувшись увидел знакомые морщины и улыбку на лице с седой бородой и добрым взглядом. Но эти глаза никогда не смогут его обмануть, ведь этот старик был способен на многое, в особенности давать пиздюлей. Он давно сюда не приходил, поэтому было как-то неловко начинать разговор, но меры приличия всё ещё нужно соблюдать. —Здравствуйте, Сано-сан. Поклонившись сказал Кейске, видя одобрительный кивок. —Либо ты стал менее взрывным, либо ты меня до сих пор боишься. Слова "бояться" в словаре Баджи не было, но слово "осторожность" можно было сюда приплести, поэтому он со злостью и недоумением поднял голову, замечая ухмылку старика. —Вот оно! Тот взгляд с которым ты творил в детстве незабываемые вещи! —Дедааа, отстань от него. У него и так бед полное ведро. Попросил Манджиро, плюхнушвись обратно на диван и начиная хрустеть чипсами. —Я же говорил тебе не жрать эту гадость! Мансаку переключился на своего внука, что дало передохнуть Баджи. Но он не решился сдвинуться с места, не понимая почему. Он видел, как Майки начал бегать вокруг дивана, показательно хрустя "гадостью", что так презирал дедушка Сано. "Старый, да удалый" Подумал Кейске, ведь он для своего возраста слишком шустрый. —Надоел! Если сейчас же не выплюнешь о деньгах можешь забыть! —Хорошо! Воскликнул альфа и было хотел выплюнуть еду на пол, где был чистый ковёр. Старший тут же покраснел то ли от страха, то ли от злости. —Остановись! Боже, моё сердце. Мужчина схватился за грудь, слегка отшагивая назад, пока Майки сделал лицо кирпичом, продолжая кушать свою вкусняшку. Баджи было хотел подбежать и помочь старику, но, похоже, Манджиро надоело следить за всем этим спектаклем. —Хватит притворяться! Я на это не поведусь! Однажды он попался, тоже после имитирования чуть ли не смертника. Но второй раз он будет умнее и безжалостней. —Ты тут умирай, а я побежал. Усмехнувшись бросил светловолосый и тут же побежал по лестнице наверх, пока Мансаку пригрозил в его сторону кулаком, злобно что-то бубня. Баджи же было интересно наблюдать за всем этим представлением. Он в какой раз убедился, что лишь переступив порог дома Сано можно уже наблюдать за представлением. —Что за внук! Совсем обленился и стал не пойми чем! Пожаловался старик, а после мимолетно посмотрел на Кейске, проходя медленно и молча мимо его. Это было странно, ведь тот будто бы делал вид, что его нет, но на самом деле Мансаку прислушался к словам Майки и решил не трогать пока что этого бедолагу. Но всё же альфа ощущал себя странно. Может это было из-за того, что он впервые за долгое время в доме Сано, либо из-за резко возникшей тишины, после громких криков. Однако Кейске не собирался здесь задерживаться и поэтому решил пойти наверх. Только схватившись за перила и ступив на первую ступеньку лестницы альфа проникся воспоминаниями. Он почти что всё детство провел рядом с Манджиро и тогда он был без забот и тревог. Поэтому тронув царапину на покрытым лаком дереве он провел по ней большим пальцем, ведь эта линия появилась после того, как они оба чуть не грохнулась с лестницы. Тогда они очень испугались, а после как же на них ругался Мансаку, чуть ли тягая за уши. Сейчас же он это вспоминает с улыбкой, хотя тогда он пытался забыть об всем этом и спрятаться. Поднявшись наверх он тут же встретился с протяжным коридором. Сразу глаза привлекли две слегка приоткрытые двери, однако из которых была комнатой Эммы, а друга Майки. Баджи ясно слышал голос девушки и Шиничиро и поэтому тихо и живенько хотел было прокрасться мимо открытой двери, ведь как-то видеться не хотелось, а тем более мешать их бурному обсуждению. Но как всегда бывает — вовремя выходит старший Сано, что выглядел очень даже спокойно, но увидев Кейске тоже удивлённо замер, пытаясь понять не кажется ли ему. —Кейске? Спросил Шиничиро, а тот же как-то уставше вздохнул. Неужели бывает такое, что один и другой решили спросить вовсе не то "Что он тут делает" или "Почему пришёл", а просто сказать его имя с вопросом. —Вы точно с Майки братья. Утвердил он и ничего более не говоря прошел в комнату Манджиро, что, как ни странно, уже успел всё постелить своему другу. —Что это? Он не верил, что обычно ленивый и не обходительный Майки мог сделать нечто подобное, но увидев его хмурые брови и некоторую обиду он сделал более благодарный вид. —Спасибо тебе. Почему-то другие слова, кроме благодарности не хотели его посещать. Нет, он правда был ему признателен за всё, но всё равно даже если ему протянули руку помощи, то на душе было как-то тяжело. —Ай, блять! Не надо мне это! Я делаю это не за бесплатно! Теперь черноволосый узнал в этом существе своего друга. —И что мне нужно сделать? —Ты и так должен знать~ Пропел светлый и сев на кровать, подмяв под себя ноги, он смотрел на альфу, как кот наевшийся сметаны. Вначале тот не понял, что он имел в виду, но немного поразмыслив пришёл к выводу: —Дораяки? Тот же выжидающе на него продолжал смотреть, пытаясь ещё немного направить. —Покупаю неделю тебе дораяки. Майки сузил глаза явно негодуя от слов своего друга, что тяжело вздохнул, выдал: —Месяц. Парень радостно подпрыгнул к альфе и ободряюще похлопал его по плечу. —Какой же ты щедрый! —Но сейчас я на мели, поэтому всё не сразу. —Ничего страшного. Накапают проценты~ Баджи было хотел ударить его, но передумал, ведь не хотелось бы ночью оказаться на улице, а его друг, поверьте, мог запросто его вышвырнуть за двери. —Да-да, как хочешь. Скинув с себя надоедливую руку он принялся снимать с себя куртку Тосвы и штаны, будучи раздраженным. А тот же на радостях плюхнулся на свою кровать, положив руки под голову и напевая что-то под нос. Когда же Кейске оказался под одеялом, то удовлетворенно выдохнул, ощущая себя уже лучше, хоть и терзали сомнения по поводу своего побега. Только вспомнив испуганное лицо матери и представив, что она себе сейчас места не находит, то к горлу подкатывал ком. Но он старался об этом не думать, но как всегда бывает, чем больше "пытаешься" не думать, тем бурлили сильнее об этом мысли. "Как же меня всё задрало" Подумал Кейске, хмуря брови и играя скулами. Перевернувшись на спину он раскинул по сторонам руки, смотря прямо на потолок, как и сам Майки. Только лицо последнего больше выражало задумчивость, чем прошлую радость. —И всё же, почему ты не признался, а решил его как-то от себя отгородить? Решил неожиданно прервать тишину младший Сано, переворачиваясь на бок в сторону Кейске, упираясь рукой в голову, пытливо смотря на друга, что никак не отреагировал на его вопрос. —Разве это сейчас важно? Я слишком проебался во всём. Не только в дружбе и Чифую, но и в отношениях с матерью. Ему казалось, что сейчас он является самым глупым и невезучим человеком в мире. —А сейчас попытаться признаться? Или ты уже ничего не чувствуешь к нему? В его голосе проскользнула издевка, что заставила Баджи приподняться и со злостью взглянуть в его тёмные глаза. —Люблю! Если бы не любил, не думал бы об этом! —Если бы любил, то бы взял с самого начало всё в руки, а неприкрывал трусость за беспокойством о будущем Мацуно. —Что?... Альфа не понял, что тот имел в виду своими словами. Но чем больше он думал об этом, тем слова казались точными и болезненными. Он права думал о том, что будет чувствовать Чифую, но намного сильнее он боялся изменений и отказа, что могли повлечь разрыв отношений. Но что он сделал в конечном итоге, если боялся этого?—разорвал первый отношения, не пытаясь объясниться перед Мацуно. Сейчас он себе был противен. Кейске прикрыл лицо рукой, пытаясь скрыть свой стыд и неловкость. Неужели он был настолько эгоистичным, что так поступить, чтобы самому не упасть в грязь. Чем больше он живёт, тем больше узнает о себе. Это так неприятно и страшно. —Я тоже подумывал не сближаться с Такемичи, но в конечном итоге не захотел прослыть трусом, что решил всё бросить не попытавшись. —Ты не понимаешь… Уставше произнес Баджи, ведь его ситуация намного сложнее и запутаннее. —Я всё понимаю. Я знаю, как страшно и сложно признаться в любви. —Но Чифую, ведь… —Опять оправдываешься. Строго перебил Манджиро, заставляя Баджи тут же закрыть свой рот и продолжать слушать: —Знай, что если любишь, то всё равно признаешься. Конечно, после этого могут быть необратимые последствия, но лучше сразу всё расставить, чем потом думать о том, что было бы если бы я открылся. Когда Майки стал экспертом по признаниям и любовным делам? Может это Эмма ему про это рассказала, ведь она была очень смелой в отношениях с Дракеном—она была инициатором, которым можно восхищаться. Поэтому Баджи чувствал себя ещё не увереннее, осознавая, что девушка оказалась намного смелее и твёрже его. Он мог столько раз признаться, но каждый раз хоть и твердил о том, что скажет Чифую, что любит его, но стоило тому развернуться к нему спиной—отпускал его, не пытаясь погнаться следом. —Поэтому я даю тебе три дня открыться Мацуно! Это не обсуждается! Поставил перед фактом его друг, а Баджи лишь выдав тихое покашливание всё-таки молча согласился. Наверное, у него появился ещё один стимул выполнить обещанное. —Я постараюсь… Сердце бешено колотилось стоило ему только представить момент признания Мацуно. Его черты лица, глаза, при виде которых хотелось просто утонуть и поверить, что существует в мире что-то настолько прекрасное. Боже, а его улыбка была подобна утреннему солнцу, от которого тут же становилось тепло и уютно. Если Чифую примет его чувства, после всего что он сделал, то как он будет себя чувствовать? Неужели настолько счастливым, что можно взлететь в небо от переполняющих ощущений. —Но я кое-что ещё хотел с тобой обсудить. Голос Майки выдергивает его из своих мечтаний и тогда Баджи снова встречается с двумя серьёзными обсидианами. —Ты замечал в Мацуно что-то странное, тот же запах, например? Кейске задумался над его вопросом. Он много заметил перемен в Чифую, но ему казалось, что это могло произойти из-за него, но вскоре он себя мысленно ударил по голове, ведь это звучало как-то глупо и лицемерно. С чего вдруг ему думать, что все проблемы Мацуно связаны с его холодным отношением? —Он стал более угрюмым и неразговорчивым. Проговорил черноволосый, слыша нетерпеливых голос друга: —А запах, что с запахом? Тот аж присел на кровати, пытаясь в любой эмоции Кейске найти скрытый подтекст. Такие расспросы могли бы удивить кого угодно в особенности Баджи, ведь недавно они обсуждали любовь, а сейчас конкретную личность. —Он был… Альфа вспоминает до сих с трепетом тот прекрасный аромат, что будоражил его воображение и нос. Он был настолько прекрасен и притягателен, из-за чего Кейске боялся сорваться. Он и так любил Мацуно за всё: за характер, болтливость, улыбку, внешность—а тут ещё запах, который пытался управлять им и заставлять думать о чем-то большем, чем позволено. Каждый раз стоило увидеть Чифую он желал его обнять, присвоить, а запах стал будто бы дополнительным рычагом к своеволию. —Запах был очень приятным и мне казалось, что я… Он замолк, но даже так Манджиро понял, что тот имел в виду. Казалось в карих глазах появилось озарение, но всё ещё были кое-какие сомнения. Кейске не хотел думать, даже размышлять о том, что парень которого он любит на самом деле омега. Они ведь столько времени провели вместе, столько раз протягивали друг другу руку помощи—он что кое-что не знает о нем? —Может ли быть, что он омега? Решил вслух произнести немой вопрос Кейске Майки, слыша тут же категорично "Нет". Это удивило Манджиро, ведь кто был бы несчастлив услышать о том, что бета которого любишь на самом деле омега? Похоже были исключения. Но Баджи не был против этого—он просто не хотел наделять себя мнимой надеждой. Да и ему было всё равно кто на самом деле Мацуно—он любил его просто за что он есть, большего ему было не надо. Также Чифую ему ничего о подобной не говорил, да и, как говорилось ранее, они прошли через многое и он бы с лёгкостью распознал в нем омегу. —Но запах, разве ты его не чувствовал? Спросил удивлённо Манджиро, сомневаясь в адекватности и дееспособности своего друга. —Чувствовал, но Мацуно и до этого увлекался всякими пахнущими штучками. Раздражённо и серьёзно ответил Баджи, осознавая некоторую неуверенность в своих словах. Чифую правда пшикался и благоухал всегда—любой запах исходящий от него нравился Кейске. Но нынешний был в сто раз сильнее и настолько притягивающим, что просто нельзя было оторвать взгляда. —Но! Хотел было возразить Манджиро, но его перебил альфа: —Как бета может стать омегой? В его словах была ирония и полное неверие. —Может он до этого был омегой, просто ты не замечал. —Я с ним в одну баньку ходил, что я там мог не заметить? Этот разговор начинал раздражать. Как они вообще плавно перешли на эту тему? —Да я точно знаю! Даже Шиничиро его спутал с омегой! —Я его больше знаю! Ведь чуть ли не каждый день с ним проводил вместе! Казалось что в комнате стало вмиг нечем дышать. Двое парней на друг друга злобно смотрели, явно не желая уступать свою точку зрения. —Не зря ты олень. Вначале делаешь, а потом думаешь! Говоришь херню, а потом размышляешь над словами собеседника! Воскликнул Майки, видя как Баджи скрипнул угрожающе зубами. —Не зря ты пиявка! Прицепишься, а потом хуй отцепишь! Они начали метать искрами в друг друга и это могло бы перейти в драку, но скрип двери, а после появившаяся Эмма заставила альф вмиг успокоиться. Девушка была спокойна и изучающе смотрела то на одного, то на другого. Её даже не смущал тот факт, что у Кейске был обнажен торс. —Что случилось, Эмма? Спросил Манджиро, принимая более менее расслабленным вид. Та же прикрыла за собой дверь и села на свободный стул. Она выглядела словно какая-то богиня, что снизошла до смертных. Её осанка, уверенное лицо и движения, что выдавали элегантность и утонченность. Волосы были собраны в свободных хвост, что покоились на плече, а лёгкое платье прикрывало всё, что видеть было не дозволено. —Я тут услышала, что вы про любовь разговариваете~ Тут же просияла она вмиг превращая б в обычную девочку-подростка, что интересуется всеми сплетнями и людьми. —Скорее о тупизме Баджи. С презрением посмотрел в сторону друга Майки, встречаясь со злым взглядом карих глаз. —Что тебе надо? Грубо спросил Кейске, но на самом деле эта грубость предназначалась вовсе не ей и она это понимала, поэтому продолжила с яркой улыбкой. —Я уже всё знаю! Знаю, что ты влюблен в бету и знаю, что ваши отношения находятся в опасности! Она вздернула подбородок, касаясь пальцами своей груди, выдавая свою уверенность и целеустремлённость. —Поэтому я помогу, чем смогу! Вначале нам нужно обсудить, как тебе извиниться и что делать в критических ситуациях. Баджи словно попал на лекцию по примирению и признанию в любви. Эмма была словно учителем и профессионалом в этом, поэтому с одной стороны можно ей довериться, а с другой она ведь являлась сестрой Майки. Поэтому на всякий случай Кейске с осторожностью посмотрел на Манджиро, что, встретившись с его глазами, приподнял светлую бровь. —Что за критические ситуации? Спросил черноволосый, замечая огонёк пробежавший в её глазах. —Когда вы наедине и чувства не могут оставаться запертыми, тогда наступает цунами! Мацуно будет злиться, кричать, ненавидеть, а может даже презирать себя, поэтому главное, что нужно тебе сделать это… Она показательно замолчала, пытливо смотря на Баджи, что продолжал молчать. —Извиниться, обнять и оказать поддержку. —А если я не смогу его обнять, то просто извиниться? Переглянувшись с кивающим Майки спросил альфа, видя испуг и злость в глазах девушки, что и самого его заставило испугаться. —Не в коем случае! Если ты просто будешь извиняться, то это будет менее эффективно! Ты в курсе, как омегам приятно, когда их обнимает любимый альфа? Эмма мечтательно раскраснелась, хватаясь за свои щеки и словно влюблённая наивная что-то петь под нос. —Это сильнейшее оружие. Ну в крайнем случае, чтобы успокоить можешь его поцеловать хотя бы в щечку. Сто процентов он сначала зависнет, а потом засмущается. Голова Баджи начинала болеть. Он аж упёрся пальцами в виски, прикрывая уставшие глаза. Недавно он с одним обсудил это, а сейчас другой член семьи Сано пытается как-то повлиять на его мнение. —Эмма… Выдохнул альфа и посмотрел прямо в её глаза, что были настолько чистыми и невинными, что нельзя даже подумать, что это дама когда-то оседлала Рюгуджи. —Чифую бета и не факт, что он вообще примет мои чувства. —Примет, не волнуйся. Уверенно ответила девушка, из-за чего Кейске впал в ступор. —Он за тобой бегал? Бегал. Он тебя уважал? Уважал.От восхищения и дружбы до любви пару шагов. Она встала и слегка наклонившись, уткнулась пальцем в лоб Баджи, что поморщился. —Да и, судя по-всему, ваш Чифую стал омегой. Альфа ничего не хотел говорить, пока Майки соглашался со словами Эммы. —Я ему об этом говорю! А он говорит, что этого не может быть. —Ещё как может, хоть и редко. Сказала девушка и села вновь на стул, видя удивление не только в глазах Баджи, но и Манджиро. —Я могу только представить, что он сейчас чувствует. Был бетой, что распланировал себе жизнь и неожиданно стал омегой. В её голосе можно было прочесть некоторую жалость, хоть она не была лично знакома с Чифую. Неожиданно она хлопнул в ладоши, выводя альф из своих мыслей. —Поэтому тебе вдвойне нужно быть осторожным и нежным. Представь, что твоя любовь находится на краю обрыва и в любой момент, по собственному желанию, может упасть вниз. Что ты должен сделать? Кейске чувствовал как внутри сердце всё сдавливало. Голова и вовсе пухла от такого разговора и странной информации. Он, правда, задумался над её словами, но тут же поспешил отогнать все мысли, раздражённо бубня и располагаясь под одеялом. —Спокойной ночи! Надеюсь все на утро будут со свежей головой! Этот вечерок казался слишком безумным на события и разговоры. Кто бы мог подумать, что кто-то вообще в Чифую распознает омегу, хотя…может если бы это было бы так, то его шансы могли бы возрасти. "Чувствую себя ублюдком каким-то.." Он будто бы пользовался проблемой его, хотя и не до конца верил в предположения его друзей. Кто вообще на здравый рассудок подумает об этом? —Продолжай отрицать! Но в интернете, да и от знакомых я слышала про подобное. Эта информация не беспочвенная. Она была недовольна реакцией Баджи, но не решила будить новый вулкан, пока старые не потухли. Поэтому вскоре перекинувшись парой словечко с Майки она вышла из комнаты, закрывая за собой дверь. Черноволосый полностью оказался под одеялом, выглядя со стороны даже забавно. Но Манджиро лишь выключив свет поплелся к своей кровати, ведь и так мозгового штурма хватило его другу, что теперь не мог выкинуть Мацуно из головы. ***************** Каждый день был похож на предыдущий. Всё время он отлеживался в кровати и бежал в туалет либо по нужде, либо чтобы очистить желудок. Чифую был истощен морально и физически. Даже Пек Джей его не мог отвлечь в полной мере, оказываясь вскоре за дверью. Хотя слова Аики как-то и помогли, да и она сама часто звонит, чтобы просто поболтать, но от этого не становилось легче. Всё пытали его вытянуть из болота, а он просто не хотел. Даже Котору-сан ему названивал и присылал всякие задания, желая скорого выздоровления. Это было приятно, но разве можно выздороветь, когда всё тело пронизано болезненным воспоминаниями и отвращением к себе. Он винил всех и себя в том числе. В дверь постучали и вскоре в комнату зашла госпожа Мацуно, что некоторое время постояв около входа, сделала ещё пару нерешительных шагов. Женщина не знала о чем с ним разговаривать. Если они и болтали, то в основном говорила именно она, а сын либо игнорировал, либо просто молча слушал. Она лишь надеялась, что со временем всё устаканится, но почему-то с каждым днем ей всё более труднее в это верилось. —Чифую, ты не знаешь где Кейске? Госпожа Баджи интересуется. В ответ донеслось лишь молчание, но через пару минут омега всё-таки сумел сказать. —Я же говорил, что мы больше не общаемся. С чего меня должно волновать, где он ходит? Хоть он так и говорил, но думал совершенно о другом. Где Кейске и почему он так неожиданно решил уйти, раз его мать звонит и спрашивает о нем. Ох уж эта неоднозначность, почему нельзя если ненавидишь, просто ненавидеть, а если любишь, просто любить. Почему это всё смешивается и разрывает тело и душу на мелкие кусочки. —Еще, госпожа Баджи сказала, чтобы вы мирились….ты ему дорог, Чифую… На глазах стояла пелена и в любую секунду она была готова расплакаться, но сдержала эмоции и лишь выйдя из комнаты дала слабину. Парень слышал её тихие всхлипы и его глаза на миг стали печальными, но потом вновь равнодушными. Все эти дни тянулись неимоверно долго и тоскливо. Но даже так он надеялся на какое-то чудо, надеялся, что в этот раз судьба его пощадит и вышлет помощь. —Я схожу в магазин! Крикнула со стороны прихожей женщина и вышла из квартиры, закрывая на несколько поворотов дверь. Она была одета по-домашнему с тёплым платьем до щиколоток и волосами заплетенными в небрежный пучок. Держа сумку поближе к себе она поспешила в магазин, иногда оглядываясь по сторонам в надежде увидеть знакомое лицо или какой-то знак. Но кроме незнакомца и редко пробегающих животный никто не попадал на глаза. Она шла не спеша, переходя дорогу попутно наслаждаясь свежим воздухом, оставляя беспокойства позади. Но как бы она не хотела, но о сыне не могла забыть, поэтому на её лице нельзя было обнаружить улыбку, которая обычно была на её лице. Женщина выглядела задумчиво и лишь изредка цеплялась взглядом за некоторые мелочи. Как будто и она становилась похожей на Чифую. В магазине было прохладно и не так много посетителей. Некоторые и вовсе в компании семьи выбирали всякие вкусности, чтобы вместе после насладиться. За ними было приятно наблюдать, но тем больнее понимать, что они бы могли бы точно также с мужем и Мацуно гулять и наслаждаться семейной атмосферой. Но этого никогда больше не будет. Взяв кочан капусты она внимательно его начала рассматривать по сторонам, пытаясь найти погрешности, но удовлетворенно кивнув она положила к себе в корзину, идя строго по списку. Она не спешила, но и не тормозила. Со стороны можно было подумать, что она является экспертом по выбору продуктов, но она просто наслаждалась процессом покупок, даже если это были простые продукты. Дойдя до кассы госпожа Мацуно залезла в сумку, доставая кошелёк, не оглядываясь по сторонам. —Вам нужны пакеты? —Да. Она была спокойна и даже строга, не понятно к кому. Расплатившись и всё разложив по пакетам она решительно вышла из магазина, ощущая тяжесть из-за нагрузки. До ушей тут же начали доходить разговоры людей или просто сигналы автомобилей, но даже это не привлекло её внимания. Однако неожиданная лёгкость и ощущения кого-то рядом способствовало тому, что женщина оглянулась видя перед собой Такемичи и мальчика, что с целью помочь взял пакеты себе. —Здравствуйте, госпожа Мацуно. Поприветствовал Ханагаки, а женщина ещё не придя в себя кивнула, шепча что-то тоже типа приветствия. Но неожиданно она пришла в себя и было хотела забрать себе пакеты, но Манджиро быстро отступил, говоря совершенно серьёзно: —Я понесу их, мне не тяжело. Дальнейшее сопротивление было бы глупо и поэтому она смирилась, вежливо улыбаясь. —Спасибо, а вы? Она не знала этого альфу, поэтому выжидающе посмотрела на Мичи, что тут же начал представлять. —Госпожа Мацуно, это Манджиро, Майки это мама Чифую. —Приятно познакомиться. Кивнула женщина, как и сам младший Сано, что решил дополнить. —Я бы с радостью поклонился, но если это сделаю, то рискую поцеловать землю. Ханагаки возмутился, но Майки вовремя отступил, обгоняя их. Госпожа Мацуно же над этим посмеялась, начиная идти, но омега не поддерживал её веселья, ведь сейчас было вовсе не до этого. —Как поживаете? Как там Чифую? Он мог бы попозже задать этот вопрос, но Мичи был слишком нетерпелив и обеспокоен. Он заметил как на миг ресницы и уголки губ матери его друга дрогнула, но вскоре она ответила немного печально, но не так драматично: —Всё нормально, но есть свои проблемы. Можно было бы рассказать Такемичи как лучшему другу Чифую о том, что в его жизни происходит, но это было бы неправильно. Разве имеет право она провозглашать тайну, которая тяготили её сына без его согласия? —Можно тогда к вам зайти? Я просто хочу с ним увидеться. "Да ради бога заходите" Сказала она бы так раньше, но сейчас всё было по-другому. Слишком опасно впускать в нынешнем состоянии её сына его друзей, ведь больше всего он беспокоился именно о том, что они подумают о его изменении пола. —Думаю, не стоит. Чифую очень устал и занимается уроками. Ханагаки не видел Мацуно в школе и понимал, что здесь что-то не так, но лезть глубже было неуважение по отношению к его матери, что явно беспокоилась о своём ребенке намного сильнее, чем они. Верно, потеряв мужа, она не желала потерять и сына, что был дороже ей своей жизни. Если он уйдёт, то и она последует следом—такой её видели со стороны близкие и друзья Чифую. —Хорошо, но можете передать ему вот это. Парень протянул аккуратное письмо в конверте. Не сказать, что оно было обычным, но простоватым можно было его назвать. Однако женщина, словно сокровище его взяла в руки, смотря на парня с благодарностью. Может это письмо как-то поможет. —Не волнуйся, я обязательно передам. Между ними будто бы наладилась новая ниточка, связанная с Мацуно. Они оба желали ему всего самого наилучшего, но уже был близко дом, что означало, что скоро последует расставание. Дойдя до двери квартиры Майки положил пакеты около двери, улыбаясь приподнятому настроению Такемичи, удовлетворенно у встрече и выполненному заданию. —Спасибо вам большое. Поклонилась в знак благодарности она, получая подобное в ответ. Но неожиданно о чем-то вспомнив она поменялась в лице с беспокойством спрашивая: —А вы не знаете где Кейске? Просто его мама спрашивает о нем, вот и теперь я беспокоюсь. —Так он у меня дома. Как ни в чем не бывало ответил Манджиро, закидывая руки за шею, делая расслабленным вид. Госпожа Мацуно и сама смогла выдохнуть, благодарно кивая. —Спасибо вам, письмо я обязательно передам. Обратилась к Ханагаки, что лишь помахал рукой в знак прощания. —До свидания. Сказал он и вместе со своим парнем они ушли, пока она сама начала переносить пакеты в дом. Закрыв за собой дверь и вытерев одним движением намокший лоб она некоторое время смотрела на пакеты, упершись руками в боки. Но вскоре, вспомнив о письме, она посмотрела в сторону комнаты Мацуно. Коридор в той стороне был темнее обычного, поэтому первым делом она решила разобраться с письмом, а потом уже с пакетами. Постучав тихо по двери она вошла, видя всё то же положение, что было и когда она шла в магазин. Голубые глаза продолжали смотреть куда-то в стенку, словно на кровати лежал вовсе не человек. —Чифую, тебе Такемичи передал письмо. Она вначале улыбнулась, но тут же убрала улыбка не видя никакой реакции на эту новость. Поддержав некоторое время письмо в руках она положила его на стол, не желая продолжать видеть такое состояние Мацуно. —Если хочешь почитай. Вдруг там что-то важное…и…Такемичи про тебя спрашивал.. Постояв немного на месте она собралась выйти, но прежде снова посмотрела на сына. Закусив губу она вышла, тихо и медленно закрывая за собой дверь, как будто парень спал. Оставшись совсем один блондин встал с кровати и безынициативно подошёл к столу, где лежало письмо. С одной стороны ему было интересно, а с другой вдруг там что-то неприятное и злобное. Но если эта записка от Ханагаки разве ему нужно беспокоиться? Тот уж точно никак не посмеет его обидеть или оскорбить. Ему было страшно, но протягивая дрожащую руку он всё-таки коснулся письма, разглядывая его со всех сторон. Оно было обычным и таким не примечательным, но что-то в нем было, что заставляло сердце быстро стучать и желать его раскрыть. Проведя пальцами по белой поверхности парень его раскрыл, что означало, что выхода больше нет, как и дороги назад. Пройдя и сев на кровать омега вынул письмо, откладывая куда-то конверт в сторону. Он помедлил, но раскрыв тут же узнал в этих слегка резких и аккуратных иероглифах почерк его друга—Ханагаки. Омега игрался письмом в руках, стараясь глазами не читать содержимое, будучи ещё неуверенным. Но некоторые иероглифы ему всё-таки удавалось разобрать и он вскоре всё внимание переключил на этот лист бумаги. "Давно не виделись, Чиф. Как поживаешь, что делаешь, почему не приходишь в школу? Я понимаю, что ты мне не ответишь и не разблокируешь, поэтому это письмо останется обычным листом, но мне это даже и не нужно". Эти слова звучали резко, но почему-то нельзя было оторваться. Каждая строчка как будто бы затягивала. "Я всё ещё не понимаю, почему ты перестал хотеть со мной общаться, но понимаю, что была причина. Ты бы никогда подобного не сделал просто так. Даже придумывая ужасные и смехотворные планы ты составлял их будучи в чем-то уверенным. Но всё же мне кажется, что разорвать нашу дружбу было лишним…." На лице Мацуно появилась горькая усмешка, что вскоре пропала со следующими строками. "Мне правда очень хочется тебе помочь, но кое-что я понял за всё это время. Ты чего-то боялся, не так ли? Даже отвергая меня ты боялся чего-то связанное со мной. Это точно не Майки, ведь раньше же ты как-то уживался рядом с его дерзким и едким поведением. Неужели что-то случилось настолько плохое, из-за чего тебе плохо и…может это прозвучит странно и грубо, но может тебе стыдно? " Пальцы сжали письмо, из-за чего оно слегка помялось. Руки начали дрожать не понятно от чего, но, взяв себя в руки, омега усмирил свои чувства. "Знаешь, мы давно общаемся и дружим, поэтому я могу назвать себя настоящим другом, что тебя хорошо знает. Я знаю, что тебя сложно подкосить—ты погрустишь некоторое время, но потом снова будешь улыбаться. Мне так жаль, что я не могу тебе помочь, ведь проблема, которая тебя коснулась настолько ужасная, из-за чего ты стал таким. Есть ли здесь моя вина? Сколько бы я не думал об этом, но ответа не нахожу, из-за чего смею предположить, что это может даже быть связано не с нами—мы лишь следствие твоей проблемы. Я просто хочу сказать, что я до сих пор считаю тебя своим другом и надеюсь, что ты меня тоже. Я не очень хорошо умею утешать, но высушить готов всегда". Мацуно не заметил как начал кусать свои губы, пытаясь вникнуть в последнии строки и несколько раз их перечитывая. Он чувствовал исходящую от письма поддержку и ему, правда, стало легче, но ещё чего-то не было. Ему было мало и это злило. Нужно что-то такое, что не заставит его повернуть вновь на дорожку одиночества и самобичевания. Но что же может помочь? "В твоё отсутствие многое произошло. Тосве объявила войну Вальхалла, а зная их—они будут сражаться не честно. Немного жутко, но Манджиро говорит, что всё будет хорошо. Хотя может и он об этом переживает? Ещё мне снится один и тот же сон—он связан с тобой. Я не понимаю и многие фрагменты не могу припомнить, но считаю это странным….Я даже Майки об этом не рассказал, поэтому можешь считать себя человеком, который узнает о нем". Сон,что связан с ним. Разве это не звучит интересно? "В этом сне ты всё дальше и дальше, а докричаться до тебя попросту невозможно, ты будто бы спишь или просто меня игнорируешь. Это неприятно и во сне я чувствую себя просто ужасно, как будто бы меня предали. Я вовсе не говорю о наших нынешних отношениях, не пойми меня неправильно—я просто поделился этим странным сном. Боже…как же неловко-то…" Это было в репертуаре Такемичи: пишет то о чем думает. Это с одной стороны хорошо, но с другой может возникнуть неловкость, которая будет неприятная не только ему, но и собеседнику. "Я надеюсь, что ты немного воспринял мои слова и задумаешься. Я всё ещё хочу с тобой дружить и если хочешь можем сделать вид, будто бы не было тех ссор и недопониманий. Как предложение? Я хочу быть уверенным в твоей безопасности и не могу спокойно жить, пока думаю о том, что ты делаешь и как живёшь. Странно, когда мы дружили таких мыслей у меня в голове не было. Ты ведь там ничего такого не вытворяешь? Пожалуйста береги себя, а то моё сердце не выдержит. Теперь заговорил, как какой-то старикан. Но правда… будь осторожен и не думай…ну… ты сам, наверное, понял о чем". Чифую взаправду понял, что тот имел в виду. Иногда приходили мысли покончить со своей жизнью, но он не мог решиться. На словах звучит легко, но в действительности не так. Это очень страшно, настолько, что ноги замирают, а руки резко отказывают. Правду говорят, кто пойдёт со здоровой головой на прямую смерть? Можно ли назвать людей, что погибли от своих рук безумцами? Но раз они пошли на это, то видели в смерти выход? Это слишком сложная тема, которые не все хотят затрагивать. "Ещё раз повторюсь. Я считаю до сих пор тебя своим другом и не обижаюсь. Разве можно злиться на человека, который на самом деле не хотел сделать тебе больно? Я помню как ты меня пихнул и помню испуг и желание помочь в твоей недолго протянутой руке, поэтому ты не сможешь оправдаться и посчитать мои слова выдумкой" Он вспомнил тот момент и ему стало совестно. Но слова поддержки и прощение смогли усмирить его тревогу. "Давай снова дружить! Твой лучший друг, что не бросит в беде—Такемичи" Несколько раз перечитав последнюю строку омега отложил письмо в сторону, валясь на кровать обессиленным и запутанным. Нет, слова Ханагаки были прямы, словно стрела, но поступки Мацуно и желание его всё бросить и встретиться с другом были слишком неожиданным. В душе бушевали новые, забытые ощущения, но он не мог так запросто довериться. Кто знает сможет ли он продолжать с ним ладить, после всего произошедшего. Сможет ли он сделать вид, что ничего не было и продолжить, как в ничем не бывало дружить с Мичи. Вдруг он снова выпадет в свои мысли и переживания и снова его ранит. Ему в последнюю очередь хотелось как-то обижать своего друга. Чифую не знал, что делать и поэтому злился, слегка придавливая пальцами виски, будто бы это могло бы как-то помочь решить проблему. Но проходило время, но идеи не было. Голова была пуста, как ваза, что ещё не наполнили цветами и декорациями. Всё слишком сложно, чтобы сказать, что легко. Но как же он скучает по тем давним временам своей беззаботной жизни без страха и секретов, что хранить сейчас уже не было сил. Может зря он вообще скрывает? Может зря он боится о последствиях, что могут случиться? Вибрация телефона отвлекла, но не успокоила. Парень не заинтересованно глянул на телефон, что лежал сбоку от его головы, да так близко, что можно было увидеть кто звонил. И это никто иной как его психолог или же подружка, что выслушает и попытается дать советы. Вначале разговоры с ней он считал бессмысленным и глупыми, но не осознавая этого он начал более спокойно относиться ко всему происходящему. Разве не хорошо, что он уже думает о том, что бы хотел восстановить отношения, если раньше отрицал это и вовсе обходил стороной. Можно сказать, что болтовня с ней приносила пользу. —Да? Приняв звонок спросил Мацуно, слыша её знакомый и такой бархатный голос. Когда она говорила спокойно, то звучала в динамике как какая-то зрелая женщина со своими твёрдым убеждениями, но когда переходила на быстрый и более раскрепощенный лад, то становилась жизнерадостный девушкой в самом расцвете сил. Такая игра с масками не могла не удивить совершенно ещё юного школьника. —Как дела? Произошло что-то новое или ты живёшь ещё в забытом старом? —А вы как всегда начинаете разговор с допроса. Ещё раз посмотрев на письмо Чифую начал безразлично говорить, хоть записка и вызывала у него тёплые ощущения. —Мне друг написал записку. И я подумал, что хочу его увидеть, но это легко сказать, чем сделать. Вновь свалившись на кровать, парень начал смотрел куда-то сквозь потолок, будто бы задумался о чем-то важном, да и Аика не спешила говорить, тоже размышляя над словами. Эта приятная тишина длилась не долго. —Ну это лучше, чем тебе было бы на это всё равно. Только вот—ты ещё опасаешься? —Да. Без утайки ответил блондин, чувствуя своё бессилие в этой ситуации. Он хотел жить как раньше, но это не получиться с его теперешним грузом в виде ребёнка от которого хочется избавиться. Однако даже в этом он становился неуверенным, ведь жизнь его ещё будет, как и будущее. Слишком опасно делать сейчас что-то рискованно, а после где-то в тридцать лет жалеть об ошибке молодости. Да и он сам многое прочёл и понял, что риски слишком велики. —Может я и буду никудышным родителем, что отдал ребёнка в детский приют после рождения, однако это единственный выход. Кто его примет с ребёнком? Да только услышав о том, что он у него есть ухажер испариться, как вода в пустыне. Верно, сейчас Мацуно не исключал факта, что кто-то может ему понравиться среди альф, ведь он уже подобное испытал… Очень неприятный опыт… однако мысли о нем никуда не уходили. Они могли появиться неожиданно, а после остаться горьким осадком. —Решился? Очень смело. Похвалила женщина, но в её голосе не было энтузиазма. Она осознавала всю тяжесть решения и проблемы, что ещё не до конца была решена. —Что насчёт письма, друзей? Хочешь снова с ними общаться? Если да, то вначале тебе нужно перестать слишком трястись из-за секрета. Это было грубо, но прямо. Иногда она обходила, словно змея, темы, но в редких случаях шла в лобовую. —Я думаю. Однако, кажется, меня перестала волновать моя беременность и будущее. —Почему? Короткий вопрос на который Чифую уже знал ответ. —Я так трясся из-за этого, позволял эмоциям взять над собой верх, но сейчас понял, что слезы ничего не изменят. Я как остался омегой, так и останусь без будущего и совершенно один. —А письмо ничего не говорит? Разве тебе не прислал его друг, который о тебе беспокоится? Блондин усмехнулся, взмахивая рукой, из-за чего письмо вскоре оказалось на полу. —Оно тоже ничего не изменит. Я как был трусом, так и останусь. Оно лишь вызвало капельку теплоты и радости. —От чего? От чего тебе было радостно? Парень сразу не ответил, перекрывая локтем верхнюю часть лица, ощущая как губы начали дрожать. —Потому что кто-то ещё помнит обо мне, как о старом Мацуно. Верно, Такемичи знал старого Чифую и парень хотел, чтобы он помнил его, а не человека, что погряз в своих проблемах, словно в паутине. Он хотел, чтобы среди друзей он был тем же весёлым и оптимистичным Чифую, что мог иногда взболтнуть лишнего или вовсе как-то насолить совсем неосознанно. Лучше так, чем по-другому. —Это глупо, Чифую, хоть я тебя и понимаю. Он до сих пор не может довериться, а она не может помочь ему в этом. —Ага, отлично поговорили. Теперь всё? Блондин поскорее хотел закончить разговор, ведь в какой раз осознавать свою глупость и осторожность было неприятно. —Спасибо тебе за разговор. Неожиданно выдала она, заставляя Мацуно впасть в ступор, а после бросая звонок. —Спасибо? С недоверием переспросил парень, смотря уже на погасший экран. Он не мог понять за что она его благодарила. Хотя зачем пытаться понять её мысли? —Чифую? Голос матери донёсся слишком близко к его комнате, однако парень сориентировался, живо спрятавшись под одеялом и делая вид спящего. Он слышал скрип двери и еле слышимые шаги в сопутствии короткого мяуканья Пек Джея. Котик было хотел забежать в комнату парня, но женщина его взяла на руки, замечая на полу записку. Ее голубые глаза снова уставились на укутанный силуэт сына, что лежал неподвижно. На устах матери появилась короткая улыбка и она вскоре вышла тихо закрывая за собой дверь. Мацуно вёл себя по-детски—он это знал. Просто любой разговор напрямую давался слишком трудно и эмоции начинали зашкаливает, будто бы он находился на грани жизни и смерти. Это состоянии ему претило, поэтому он избегал общения с реальными людьми с глазу на глаз. Но почему-то вновь выйдя из своего кокона взгляд уткнулся именно на письмо друга, которое как бы он не хотел, но не смог поднять, думая, что тем самым даст слабину и совершит глупость, о которой после будет сожалеть. Зачем тешить себя записками и верой во всё хорошее? Разве после всего он может верить в то, что всё наладится и они снова смогут с Ханагаки обсудить темы и посмеяться от души в компании друг друга. Он желал воссоединения, но как говорилось раньше он стал трусом,боясь мнения окружающих. Как же странно оказаться отвергнутым и брошенным, даже если в глубине души ты веришь в другой, более благоприятный исход. Но тревога делает из всего одну огромную гору, что с каждый днем растёт, закрепляясь в земле, словно корни дерева. —Всё сложно…слишком сложно… ************** Сидя за партой Кейске не мог отвести взгляда от тёмных туч, что, словно предвестники катастрофы, нависли в небе, дожидаясь своего часа. Одноклассники никак не могли его отвлечь, как и учитель, которому тоже было всё равно слушают его или нет. Баджи прямо предчувствовал ливень и что-то ещё непонятное, похожее на тревогу. Это небо будто бы отправляло его в далёкое прошлое, где он видел, будучи маленьким, в небе опасных существ и что-то жуткое. Хотя у него были проблемы с матерью, но школа оставалось школой. Зная расписание работы матери можно с лёгкостью прийти домой в то время, когда её нет и собрать кое-какие вещи. Кейске знал, что женщина была строга к себе и работу пропускала лишь в тех случаях, когда просто не могла встать с кровати. Можно сказать он воспользовался её трудолюбивостью. Но он думал кое о чем ещё. Майки строго ему сказал признаться, да и Баджи желал этого, но только как, если Чифую не хочет выходить из дома. Он эти два дня караулил около его квартиры, но безрезультатно—кроме его матери никто оттуда не выходил. Поэтому сейчас он был подавлен. Такое ощущение, что у него наступила чёрная полоса жизни. А эти тучи лишь подчёркивали его непростое время. Вот и сейчас, идя по безлюдному коридору он было собирался выходить из школы, но силуэт преподавателя на время привлёк к себе внимание. Школьники, хватая свои зонтики, выходили из здания под усмешки или разговоры, иногда удивляясь тёмному небу и прохладному ветру, что заставлял поежиться. Учитель и черноволосый было прошли мимо, но голос первого остановил альфу. —Кейске Баджи? Альфа было хотел нахмуриться, но, сделав лицо попроще, развернулся, встречаясь с глазами преподавателя по математике. Он не помнил как его зовут, поэтому лишь кивнул в знак приветствия. Казалось что Котору-сану самому этот разговор не давался легко, ведь Баджи был в его чёрном списке среди учеников. Дерзкий, смелый и непредсказуемый—таким можно было описать Кейске. Однако мужчина не мог ничего сказать про него более, ведь тот не нарушал порядка и одевался более менее подобающе. Но не только в этом было причина его некоторой неприязни к альфе. —Ты в последнее время в облаках летаешь. Когда за ум браться собираешься? Баджи привык к подобным изречениям, поэтому коротко ответил, собираясь разворачиваться. —Никогда. Такое отношение было грубым к преподавателю, но парня это не волновало. С чего ему бояться каких-то учителей? —Может это и хорошо, что вы перестали с Мацуно общаться. Так, невзначай решил кинуть мужчина, пока сам Баджи услышав это развернулся, ощущая неприятное жжение в горле. —Откуда вам знать? Мы с ним были отличными друзьями! —Ключевое слово "были". Ответил серьёзно Котору-сан, а после подошёл ближе к своему ученику, сохраняя строгость и некоторую тяжесть во взгляде. —Я волновался тому, что Мацуно станет таким же, как ты. Не зря говорят: "С кем поведёшься, того и наберешься". Его руки были сомкнуты за спиной, а осанка прямая, будто бы он только что собирался дать честь капитану. Однако вскоре он как-то печально выдохнул, поворачиваясь к недоуменному Кейске, бросая на последок: —Хотя…думаю и ваше расставание не пошло ему на пользу. Альфа видел как тот начал отдаляться и смотрел ему вслед, пытаясь понять смысл всего сказанного и цель. Или учитель просто решил с ним заговорить, не имея задней мысли? Что знает он, чего не знает сам Баджи? —Что за бред… Он устал. Такое чувство, что все вокруг во что-то играют, пока он пытается жить как нормальный человек. Как будто он живёт за пределами мира, не пытаясь включиться в проблему. Может быть конец света близок, а он ещё не знает? "Чувствую себя в последнее время глупо" Оказавшись на улице он ощутил прохладу, что пробиралась под одежду. Но кроме этого в воздухе было что-то ещё, кроме слегка различимых запахов весны. Почему-то Кейске не волновало окажется он промокшим с головы до ног или успеет прибежать к дому Сано. Он шёл быстро. С каждым шагом нарастала ярость, которая в любую секунду могла выйти тайфуном. Альфа оскалился, а потом и вовсе сняв с себя сумку бросил её в стену. "Может это и хорошо, что вы перестали с Мацуно общаться" —Да нихрена! Крикнул Баджи и как же хорошо, что никого рядом не было, потому что могли бы подумать, что он сумасшедший. Он тяжело дышал вовсе не из-за усталости, а из-за злости на себя. Хотелось выплеснуть всю накопившуюся ненависть,поэтому он начал бить кулаками по бетонной стене, которой хоть бы хны. Кожа вся сдержалась, покрываясь ранами и кровью. Ему было всё равно на боль, ведь он привык к ней, как и к дракам. Некоторая кровавая жидкость осталась на стене, слегка прогнувшись от силы Кейске. Когда же всё таки он успокоился, то схватил свою сумку, идя почему-то не в сторону дома Сано, а в направлении своего дома и Мацуно. "Хотя…думаю и ваше расставание не пошло ему на пользу" Баджи пытался выкинуть слова преподавателя, но они как назло засели слишком глубоко, выплывая тогда, когда захотят. Глаза закрылись и он слышал лишь свои шаги и быстро бьющееся сердце. Холод сейчас освежал и придавал сил. Но даже так всё ещё осталось чёрное пятно на его душе. Как его убрать окончательно, как ощутить себя лучше? Но помимо своего сердца и шагов, он услышал стремительно приближение кого-то ещё и поэтому вскоре живо развернулся, ставя руку в качестве защиты, слыша хруст и ощущая боль в руке. Бита, что целилась прямо в его голову развалилась на части, заставляя напавшего отскочить в сторону. Это был человек в капюшоне и в чёрной маске, однако его крута принадлежала Вальхалле. Кейске оскалился, хрусты пальцами рук и опасно скалясь, видя как парень попятился от него назад. —Не на того ты напад сегодня, крысеныш. Угрожающе проговорил Баджи, выпуская свои феромоны и ауру, что казалась страшной и опасной.Человек аж не смог пошевелиться—его ноги дрожали, а сам он задыхался. Он видел как черноволосый постепенно приближается скалясь в ухмылке, явно предвкушая скорую расплату. Альфа был готов занести руку, но заметив движения за спиной незнакомца, парировал удары ещё одного человека. Кейске мастерски уклонялся и наносил сдачи, но тот тоже не был слабаком. Пару секунду и Баджи узнал в нем Казутору, что немного с ним сцепившись отступил, улыбаясь на радостях. —А ты не растерял форму. Даже бы сказал стал сильнее. Его волосы развевались на ветру, а серёжка вскоре выдала дребезжание. Парень в маске отступил, становясь за спиной Ханемии, пока ещё подошёл, словно главный, Шуджи, улыбаясь, как гиена, увидев лёгкую добычу. Он встал подле Торы, пряча руки в широких карманах штанов. Баджи напрягся, осматриваясь на всякий случай по сторонам. —Блин, а так бы было хорошо, если бы мы тебя вынесли! Пропал случай, пропал! Воскликнул расстроенно Ханма, но продолжая опасно ухмыляться, будто кроме этого ещё что-то задумал. —Надо же было быть аккуратней! Зло произнес альфа, смотря на человека в маске, что ощутил вмиг себя крошечным. —Простите… Он осознавал свою ошибку, но даже так кроме слов извинения не смог ничего выдавить. Даже глаза поднять было страшно, поэтому он просто встал на колени, упираясь руками в холодный асфальт. —Чёрт, нельзя ни на кого положиться. Цыкнул Ханма, но встретившись с карими глазами Кейске вновь усмехнулся. —Да не боись, второй раз будет слишком глупо нападать! Да и тем более мы просто мимо проходили и увидели тебя совершенно случайно. —Это должно меня успокоить? Баджи был зол. Такое чувство, что над ним насмехаются, но посмотрев на Ханемию он унял свои чувства. —Откуда мне знать? На тебя же напали, а не на меня. Посмеялся Шуджи, видя как тот же на это даже не дёрнул мускулом, будучи поглощенным чем-то ещё. За этим было интересно наблюдать и поэтому слегка посмотрев на Казутору альфа поспешил пройти мимо Баджи, хлопнув ободряюще по его плечу. —Считай, что это предупреждение и некоторое приветствие. Кейске дернулся и со злостью посмотрел на Ханму, что закинув руки за шею весело улыбался. Он даже не заметил как прошёл мимо его Ханемия, слыша его угрожающий тон: —Здесь мы простые знакомые, а там будем врагами. Его золотистый глаза опасно сверкнули, а сережка всё также дребезжала, стоило парню наклонить голову на бок. Руки были спрятаны в карманах, а фигура расслаблена. Он будто бы был каким-то сумасшедшим взрослым, которому нечего было терять. —Будь очень осторожен сражаясь со мной, если не хочешь оказаться с ножом в спине. Эти слова ранили, но Баджи не подал виду, только кулаки непроизвольно сжались. Было слишком неприятно слышать это от когда-то лучшего друга. Как человек, что едя с ним на байке, вытворяя всякую жуть и радостно улыбаясь стал таким безумцем и безразличны ко всему прошлому. Они было хотели уйти, даже их приспешник, живо пробежав мимо альфы, догонял их. Их спины постепенно удалялись, но оклик на миг заставил вальхалавцев обернуться. —Казутора! Взгляд карих глаз не выдавал ни злость и не капельки страха. Можно сказать, что как будто человек за пару секунд изменился. Его фигура будто бы возвышалась над ними и стала намного больше. —Что бы ты не сделал, я всегда тебя приму! И в битве мы будем сражаться вовсе не с бандами, а друг с другом. Это можно было воспринять как личный вызов. Шуджи над этим посмеялся, внимательно рассматривая реакцию Ханемии, что даже не высказал никакого сопротивления. Он лишь развернулся, продолжая сохранять безразличие. Лишь Ханма решил взмахнуть рукой в знак прощания. —Прощай, смертник! Кейске нахмурился и был бы альфа рядом, то ударил бы со всей силы по его наглой челюсти. Однако ему пришлось лишь прожигать его спину вслед. Когда они и вовсе ушли, то черноволосый провел рукой по своим волосам тяжело вдыхая. —Ну и почему ты так поступаешь со мной… Он был разбит, а приближение схватки не вызывало в нем никакой радости. Раньше он бы с предвкушение ожидал момента с кем-то подрался, но сражаться против своего друга было странно и неправильно. Баджи понимал, что тот оступился, запутался в себе, но как дать понять Казуторе? —Чёрт! Воскликнул альфа, ощущая холодную капельку что коснулась его носа. Разозленно подняв глаза, смотря на небо он понял, что дождь становится сильнее, переходя в ливень. Но разве это его должно напрягать? Как и говорилось раньше ему было всё равно промокнет он или нет. Но злость была и поэтому он зашагал в дождливую погоду по улице без зонтик и места укрытия. Ноги его сами куда-то несли и он даже не задумывался ни о чем. Одежда становилась тяжелее, а все негативные эмоции куда-то уходили, оставляя после сего пустоту. Холодные капли стекали по его лицу, а кожа холодела. Однако остановившись Баджи смотрел вовсе не на небо, а в окно, где было комната Мацуно. Там горел приглушенный свет, но из-за штор нельзя было увидеть человека, которого он так любил. На улице темно, идет дождь, а стоит напротив жилого здания, пытаясь разглядеть что-то в окне. Разве это не звучит странно? Можно подумать, что Кейске стал сталкером, если не каким-то маньяком. Но им двигало что-то непонятное, а именно чувство и желание увидеть Чифую. Вновь оказаться с ним рядом и почувствовать его тепло, запах и увидеть глаза, что запомнили два озера. Он хотел увидеть его улыбку, ведь последнее, что он увидел это было разочарование и боль в глазах. "Чифую…" Откуда у него брались силы? Почему в его голове возникла мысль пробраться к нему домой? Разве это не опасно? Мацуно жил на втором этаже, но Кейске это не волновало. Он как влюблённый дурак начал карабкаться, делая всё аккуратно и тихо. Всё было мокрым и влажным, поэтому нужно быть предельно осторожным, но разве ему не привыкать? В детстве он часто любил лазить так в каких-то заброшках. Баджи не волновался, что упадёт. Он больше переживал за жильцов дома, что могут подумать, что это грабитель решил проникнуть таким способом в их дом. Коснувшись холодных прутьев ограждения альфа чуть было не соскользнул, но удержался. Даже сердце у него не дрогнуло, будто бы оно было опьянено чем-то. Когда он оказался на балконе семьи Мацуно, то слегка размял руки, понимая, что пути назад не было. Кейске ему звонил в дверь раньше, но тот не открывал, поэтому он пошёл на такой отчаянный шаг. Да и разве он в этом сомневался? Кто бы открыл дверь человеку, что решил разорвать отношения? Сердце только сейчас начало быстро стучать. Ему было невтерпеж увидеть Чифую. Коснувшись ручки двери он понял, что та была открыта. Дверь, поддавшись, отворилась и сразу же в нос ударил приятный аромат, который исходил именно от Мацуно. Кейске помедлил, но вскоре вошёл слегка хмуря брови от света. Войдя и наследив альфа поспешил закрыть дверь, чтобы сохранить тепло в комнате. Осмотревшись он никого не увидел, только дверь была слегка приоткрыта, что значило, что блондин куда-то вышел. На столе были разбросаны книжки и тетрадки, исписанные вдоль и поперёк; кровать не заправленная; пол в бумажках и книжках. Сняв с себя ботинки альфа было хотел пройти дальше, но замер, увидев перед собой пушистый маленький клубочек, что, мяукнув, сидел совершенно спокойно. Его золотистые глазки смотрели прямо на Баджи, что не мог пошевелиться. Но вскоре Пек Джей встал и поплелся к незнакомцу, начиная его обнюхивать, а вскоре и вовсе тереться об его ноги и мурлыкать. Кейске не знал, что ему делать, кроме как взять на руки котика и начать его гладить, слыша нежную мелодию. Он думал, что его встретят очень негативно, но из-за пушистого питомца это уже было где-то далеко в мыслях. "Чифую завёл кота?" Слегка обхватив ошейник парень вычитал "Пек Джей", понимая как теперь обращаться к коту. Альфа любил животных и часто их подкармливал, но, увы, взять их домой не мог, ведь мать подобного не допускала. —Пек Джей? Оригинальное имя. Усмехнулся Баджи, но тут же его улыбка исчезла, стоило увидеть на пороге комнаты осторожно стоящего Мацуно. Из-за игры света и теней парень казался куда более бледным и мёртвым. В его глазах читалось недоумение и испуг. Омега явно не понимал, как он здесь оказался, но заглянув за спину и увидев мокрые ботинки парень осознал, что к чему. —А, Чифую. Удивленно проговорил альфа, отпуская котёнка, даже не зная, что ещё сказать. Он было хотел подойти к парню, чтобы лучше его осмотреть, но шаг назад и выставленные руки заставили его остановиться. —Что ты тут делаешь?! Его голос дрожал и звучал как-то неуверенно и испуганно. Парень явно подобного не ожидал, он, конечно, читал о нечто подобном, но не думал, что это произойдёт в реальности. Какой нормальный человек в двадцать первом веке полезет на второй этаж? Похоже, такие люди ещё существуют. —Я хотел тебя увидеть. Его голос был тёплым, будто бы утреннее солнце касалось кожи, принося приятное удовольствие. Но Чифую одернул себя, не давая себя "обмануть". —После того, как бросил? Спасибо, мне хватило встреч с тобой! Он злился, очень злился, но всё ещё не мог со всей уверенность оттолкнуть Баджи. Да он просто сейчас не может видеть его лишь потому что ощущает себя странно рядом с ним. Отвернув лицо и скрестив руки на груди омега нахмурил светлые брови, продолжая: —Уходи. Мы же всё решили. Такое чувство, что они играли сцену из любовного романа. Будто бы они до этого дня долго встречались, но то ли из-за ошибки, то ли из-за случайности решили расстаться, но не могут решиться, хоть и упрямятся. —Не решили. Я должен кое-что сказать.. Сердце колотилось как бешеное, а дыхание стало прерывистым только от вида Мацуно. Он так давно его не видел, из-за чего желал его обнять, как будто тот был наркотиком. —Баджи-сан! Я не могу вас видеть! Просто уйдите, пожалуйста! Чем дольше он здесь, тем сильнее хотелось, чтобы он не уходил. —Чифую, послушай! Альфа схватил его за плечи, не давая сбежать и пытаясь заставить послушать. Может это было и грубо, но другого выхода не было, ведь ему нужно сказать это. —Отпустите! Парень пытался вырваться, цепляясь за его руки, но никак ещё не находя сил поднять взгляда. —Я вас ненавижу, я вас всех ненавижу!Просто оставьте меня в покое! Он кричал, истерил, пихал Баджи, но тот крепко его держал. Только через некоторое время он успокоился, пряча своё лицо на груди альфы, ощущая его хватку на своих запястьях. Ему хотелось плакать, но слезы не шли, только лицо делалось болезненным. —Пожалуйста, просто уйдите… Прошептал блондин, слыша его запах, что пьянил. Он был весь мокрым, настолько, что было холодно, но он не хотел отстраниться, хоть и говорил уйти. —Чифую.. Голос Баджи был нежным и прямо над ним донёсся. —Посмотри на меня. Пожалуйста… Омега закусил губу, махая головой в знак отказа. Он не желал, чтобы альфа видел его таким разбитым. —Чифую… Руки на запястьях расслабились, а сам парень, не осознавая этого, поднял голову, встречаясь с карими глазами, что сейчас казались странными. Почему в его глазах было столько тепла и непонятной любви? Почему Баджи-сан так на него смотрит, отчего даже тело странно начинает реагировать. —Я люблю тебя, Чифую. Голубые глаза расширились, а рот слегка приоткрылся в немом шоке. Парень не понимал правда ли то, что он услышал или это была лишь игра его мозга? —Я тебя любил давно и знаю, что поступил как конченный мудак. Баджи чувствовал вину за всё, что сделал с парнем. Он не должен был так поступать, как друг, а так же как человек, что любит. Ему было неловко в этом признаваться, но становилось от чего-то легче. Мацуно же испугался. Почему он говорит подобное, если не знает, что он омега? Неужели он откуда-то узнал об этом и поэтому сейчас признается в чувствах? Парень не знал куда себя деть, но ответ был очевиден и безобиден. —Я боялся, что ты меня осудишь, ведь ты бета. Поэтому и старался скрывать. "Что?" Чифую молчал, но продолжал слушать и смотреть на всё происходящее по-другому. —Но с каждым днем мне становилось труднее сдерживаться. Мне так хотелось большего, ну и я… Некоторое время помолчав он продолжил: —Решил, что лучше будет с тобой больше не видеться, но это было ошибкой… Мацуно не мог ничего вымолвить. Это было странно. Он почувствовал, вроде, облегчение, а с другой стороны всё казалось ещё более сложнее. Хотелось бы ответить взаимностью прямо сейчас, но если он ответит, то как потом расскажет о своей ужасной ситуации. Но смотря в его глаза он не выдержав спросил одну фразу, которая бы могла всё решить: —Я вам понравился потому что бета? Чифую видел недоумение в глазах и некоторую растерянность, но вскоре альфа задумался, продолжая держать его руки, будто бы боясь, что тот может убежать не услышав всего. —Да нет…мне просто нравишься ты… с тобой просто приятно находиться и…я… ну…хочу быть больше, чем друг. Баджи был смущен, но эта эмоция не так была явна на его лице. Он не думал, что когда-то будет говорить такие смущающие вещи. Казалось сердце Мацуно забилось сильнее, но вместо радости на его лице отобразилась боль и тревога. Омега опустил свою голову, пряча все эмоции, что так не вовремя решили проявиться. —Даже если я омега? Он чувствовал жжение в горле и носу, как и слезы, что катились по щекам. Парень не слышал ответа, но продолжил: —Даже если я омега, который ждёт ребёнка?! Даже если у меня нет будущего?! Он кричал и плакал, но не мог остановиться. Ему было больно и он наконец смог открыться не матери, а другу, человеку которого любит. Так страшно было ему оказаться отвергнутым и брошенным, но он не мог замолчать. —Баджи-сан, мне было так плохо, а вы так не вовремя решили уйти! Вы представляете, что я чувствовал?! Такое ощущение, что я остался один! Один! Меня даже не мог успокоить Такемичи! Омега закусил губу до крови, сжимая свои ладони. Он дрожал, кричал, но не смел поднимать глаз, боясь увидеть презрение. —Мне было так страшно! Мне было плохо и я хотел умереть, но не мог! Я не мог умереть, потому что мне страшно! Ноги подкашивались, но чужие руки держали его на весу, не давая упасть на пол. —Мне было страшно, что вы уйдёте, узнав обо всем. Мне было так плохо… я так хотел стать адвокатом, но в конечном счете моя мечта разрушалась… Неожиданно руки на запястьях разомкнулись, из-за чего парень было повалился на пол, но вместе с ним упал на колени и Кейске, что обнял его крепко-крепко, заставляя замолчать и чуть ли не задохнуться. Его объятья были такими сильными, из-за чего дышать становилось трудно, но почему-то стало легче. Слезы всё ещё шли, но он больше не кричал, а просто всхлипывал, чувствуя чужое дыхание на шее. —Прости меня…прости меня, Чифую. Я не знал…я…. Он не договорил, прижимая парня ещё ближе к себе, слыша его аромат и сердцебиение. Как на Мацуно, что сиял ярче солнца, могло обрушиться такое невезение. А как сам Баджи этого мог не заподозрить, хоть всё было на лицо. Как он мог равнять свои проблемы с проблемами Чифую, чья жизнь перевернулась с ног на голову. Альфа хотел о многом спросить, понять, что он имел в виду под беременностью и как так получилось, но больше он ничего не смог вымолвить. Но так хотелось посмотреть на его лицо, сказать, что он будет рядом с ним всегда и больше не оставит. Однако вместо этого он отстранился, продолжая находиться близко. Его рука коснулась горячей щеки Мацуно, вытирая слезу. Взгляд карих глаз был любящим, что дало понять омеге, что от него не отреклись, что его не презирают. Баджи был близко, а его рука всё ещё поглаживала его щеку. Голубые глаза смотрели в карие, а сердце у обоих билось в унисон. Сейчас они смотрели друг на друга не как друзья, а как люди, что осознали взаимность чувств. Лицо Кейске медленно начало приближаться, пока большой палец руки невесомо очертил контур губ омеги. Альфа постепенно закрывал глаза по мере приближения, как и сам блондин, что дал волю чувствам. Их губы слились в нежном поцелуе, что приносил обоим удовольствие. Руки Мацуно оказались на плечах Баджи то сжимая их, то наоборот поглаживая. Черноволосый наслаждался поцелуем, не налегая на блондина, что постепенно отвечал. Они не были напряжены, а их проблемы отступили на задний план, ведь прямо здесь и сейчас они напротив друг друга совершенно открытые. Даже звёзды, что выглянули через тучи наблюдали за их воссоединением в слегка освещенной комнате. Дождь прекратился, говоря будто бы тем самым, что самые страшные проблемы прошли стороной и Мацуно смог понять и найти то о чем желать даже не смел. Пек Джей же сидел в сторонке, наблюдая за людьми и не решая к ним приблизиться, понимая, а может чувствуя момент, который лучше не рушить. Питомец счастлив, когда счастлив и его хозяин.