Круги на воде

- Ну и какого черта мы тут оказались? - с раздражением пнула решетку Оливия. - Вот стоило попасть в этот ваш Сторибрук, как неприятности посыпались на мою голову! Они оказались заточены в темнице, которая находилась в подземельях под дворцом какого-то маньяка с подведенными глазами и красной банданой на голове. Плюс к этому лихой вид и куча драгоценностей. Все ясно, Джафар вылез из мультика и отдал их местному и очень богатому разбойнику. Спелись, ничего не скажешь. И когда это Румпельштильцхен успел нажить себе врага в лице визиря Аграбы - Джафара? - Не бей решетку, не поможет, - отозвался хмуро сидящий на полу темницы Бэлфаер. - И без тебя знаю, - огрызнулась в ответ девушка и устало села на пол. - Сколько мы уже здесь? - Прошло двадцать пять часов и четыре минуты, - откликнулся Генри, и увидев непонимающим взгляд Оливии, пояснил, - у меня часы на руке. Точно. Девушка похлопала себя по карманам и обнаружив свой телефон, успокоилась. Она любила внутренние грудные карманы, но, к сожалению, в джинсовые куртках их не делали. Поэтому приходилось брать иголку и кусочек крепкой ткани в руки и вперёд. Отец мальчика хмыкнул, но ничего не сказал сыну. Лишь повернулся к девушке. - Давайте уж время скоротаем, что ли. Мы ведь так и не обсудили наши родственные связи, - и в упор посмотрел на Оливию, - сестра. - Тетушка, - весело вторил ему Генри. На что Оливия сделала страшные глаза и хмыкнула в тон брату. Кажется, мальчик был единственным, кто обрадовался неожиданному прибавлению в семействе. И Оливия не удивится, если он окажется ещё и самым светлым человеком в семье Тёмного. Увы, похоже с дедушкой ему не повезло, как ей с отцом. Отдать родных на погибель ради собственных желаний! - Что-то я не слышу ответное "брат" и "племянник", - приложил руку к уху Бэлфаер. - Или ты нам не рада? Хороший вопрос - рада ли она? - А вы как будто рады, - сложила руки в карманы Оливия. - Жили себе не тужили, пока тут я не нарисовалась с матерью. Представляю что вы почувствовали, узнав, что у Румпельштильцхена есть ребенок на стороне. - Вообще-то, - пожал плечами Бэлфаер, - я от него ожидаю чего угодно. И связь с Эсмеральдой меня не удивила. Видел твою маму - шикарная женщина, перед ней невозможно устоять. Тут я понимаю отца. Но, признаться честно, я сам его толком не знаю, хотя, вот парадокс - знаю его как облупленного. Он слишком ценит свою силу и власть, и ни за что не отступиться от них. Невозможно предсказать каждый его шаг - он сам это не знает. Но суть его отследить можно - он Тёмный и от своего не отступиться. Однажды он предал меня и я вырос без него. И он, чтобы найти меня, совершил многое как в Зачарованном Лесу, так и в Сторибруке. Так что я не удивлен твоему существованию. И даже немного рад - хорошо, когда есть семья и родные. Это дорогого стоит. - Согласна с тобой, - кивнула Оливия. - Семья - это прекрасно. Всю жизнь у меня она заключалась в одной маме, а теперь разрослась так, что не знаю точно всех родственников. И каждый со своей историей, со своими тараканами... Поэтому мне трудно принять это все - когда толком никого не было, а тут навалились все разом. - Тогда просто знай, что тут, в Сторибруке, почти все друг другу родственники, - подмигнул ей Бэлфаер. - Да тут связи у нас, запутаешься, - улыбнулся ей Генри. Оливия улыбнулась им в ответ. Камня на душе это не сняло, но настроение поднялось. Знать свои истоки - это всегда было интересно. И всю свою жизнь девушка думала, что никогда их не узнает, ведь отца она не знала, а ее мама была сиротой... - Расскажите мне о Сторибруке, - попросила она. - Все равно заняться нечем, так хоть время скоротаем. - Давай, но сначала ты расскажи свою, - попросил ее мальчик. - Хочется узнать о тебе побольше. Эта просьба смутила Оливию. Она не любила о себе рассказывать. Не скромничала, нет. Просто рассказывать было нечего. Ее жизнь была самой обычной жизнью, со своими взлетами и падениями. И она рядом не стояла с тем, что пережил тот же Генри. Хоть ему и было всего двенадцать -тринадцать лет, но за эти годы многое ему выпало. Так что рассказывать Оливии было нечего. - Да что там рассказывать, - она махнула рукой. - Родилась и выросла, закончила школу, институт. Работаю вместе со своей мамой, играю на пианино и иногда даю уроки танцев. Вроде бы все. - Так не пойдет! - возмутился Бэлфаер. - Давай поподробнее. И что именно он хочет узнать? Ее жизнь совершенно обычная. - У меня была самая обыкновенная жизнь до Сторибрука, рассказывать нечего. На что Генри немного нахмурился, но сел поближе и сказал. - Поверь, у нас до того, как моя мама сняла заклятье тоже была самая обычная жизнь. А потом все понеслось и завертелось. И мы уже забыли, что это такое - жить обычной жизнью. Я, например, многое упустил из школьной программы, пока был в плену у Пэна на Нетландии. У меня две мамы, а папу, - он посмотрел на отца, - я обрёл совсем недавно. Как и узнал, что мистер Голд - мой родной дед. Звучало знакомо. - Мы с тобой похожи, - она посмотрела на мальчика. Нет, на племянника. Все-таки, Генри был светлым мальчишкой, и, в этот момент, Оливия поняла, что привязалась к нему. И видя его умоляющий взгляд, она улыбнулась и потрепал его по макушке. - Ладно уж, расскажу. - Ура! - он совсем по-детски обрадовался. - Ты родилась в Нью-Йорке или Бостоне? - О, нет, - она встретилась с заинтереованным взглядом Бэлфаера, и решила использовать свои литературные навыки, - Я родилась за океаном далеко отсюда, в городе, которому почти четыре сотни лет и расположенном в самом сердце зелёной долины, где течет самая быстрая и одна из длинных рек в мире... Рассказ ее был коротким, хоть она и постаралась передать его красочно и сказочно. Разумеется, умолчав то, что им знать не стоит. Самое личное и сокровенное, скрытое за семью печатями. Им принесли ужин, судя по времени, указанному на часах Генри, - три плошки с водой и несколько кусков хлеба. Да уж, негусто. - Теперь ваша очередь рассказывать, - обратилась к ним девушка, когда они покончил с едой. - Ну, кто начнет? - отец посмотрел на сына. - Давай ты, потом я расскажу свою, чтобы было честно. Слушать Генри было интересно. Так Оливия много узнала о сказочных обитателях Сторибрука и о трёх заклятьях, наложенными в свое время Реджиной, Питером Пэном и Зелиной. Значит, всё-таки правда, что половина города друг другу родственники. Оливия многое узнала о своей семье со стороны отца и многое из рассказов разрывало сложенные в голове шаблоны - Злая Королева может быть хорошей матерью и пытаться исправиться, а Питер Пэн и есть самое настоящее Зло, который никогда не любил сына и бросил его, чтобы обрести вечную молодость и бессмертие... - Эй, вы! - прервал Бэлфаера (очередь дошла уже до него) ворчливый голос из камеры рядом. - Может хватит? Спать мешает своими признаниями! Тошно уже! Все трое переглянулись. Они оказались не одни в подземных темницах. - Эй, кто здесь? - тут же подскочил к решетке Бэлфаер. - Я, кто же ещё! - ворчливо откликнулся голос. - Может, вместо того, чтобы языком попусту чесать, придумаете как нам выбраться отсюда? - Хитрый какой! - возмутился было брат, но Оливия остановила его жестом руки. - Простите нас сэр, но как ваше имя? И не знаете кто пленил нас? - Имя мое слишком известное, чтобы я его называл, а пленил нас Али-Баба, мерзавец сухопутный. Сухопутный... Похоже там сидел один из пиратской братии Крюка. Да и имя Али-Бабы было очень знакомым. Надо же бедняга сам оказался разбойником! Очередной сюжетный поворот, доказывающий то, что сказки живут по своим законам. - За что же он пленил вас? - Как за что? Проклятьем он страдает, вот что! А тут так вышло, что я тоже как-то страдал от подобного проклятья. И теперь он, крыса сухопутная, хочет узнать как его снять! Но я не скажу ему ни за что на свете! Пусть помучается, как я когда-то! - Любое проклятье можно снять поцелуем Истиной Любви! - тут же вставил свое слово Генри. На что их невидимый собеседник только выплюнул: - Да кто его полюбит-то? Такую образину как он ещё вытерпеть надо! А я целовать его не собираюсь, уж извольте! - Похоже, правды мы от него не добьемся, - посмотрел на них с Генри Бэлфаер и со злостью тряхнул решетку, - и, как назло даже замок отпереть нечем! А вот это идея! Тот сам признавался, что был взломщиком, то есть замок он отпереть сумеет, нужна только отмычка! Оливия тут же отвернула воротник джинсовой куртки, являя миру тонкую золотую полоску заколки, которую она носила на рубашке. Старая, давняя привычка. Кто-то закалывает булавки перед выходом из дома, Оливия же использовала для этого заколку. Как оказалось, не зря. Пусть теперь сослужит службу. Она протянула ему свой талисман. - Попробуй, может подойдёт? Глаза Бэлфаера радостно блеснули. - Думаю да, - и он бросился к решетке. - Ведь как говорится, весь фокус в сухариках... Замок щёлкнул и с тихим скрежетом решетка открылась. - Ура, папа, ты гений! - обрадовался Генри. - Прошу, - Бэлфаер галантно поклонился, пропуская Оливию и протягивая ей заколку обратно. - Дамы вперёд. Улыбнувшись, девушка прошла в коридор к Генри. Слева завозился в соседней камере их невидимый собеседник. - Стойте! Возьмите меня с собой! Бэлфаер снял факел со стены и направился к камере. - Кто ты? И какая нам от тебя польза? Свет факела высветил худого мужчину с седой бородой и патлами. На голове красовалась шляпа со страусиным пером, богатый камзол был изорван. И правой ноги у него не было, лишь деревяшка. Весь его вид один в один совпадал с... - Барбосса?! - подняла челюсть с пола крайне удивлённая Оливия. Хотя, что тут ожидать, здесь тоже Дисней... - Капитан Гектор Барбосса? - Ты знаешь его? - удивлённо повернулся к ней брат. Она переглянулись с Генри, который тоже смотрел эту франшизу. - Как он и сказал, его имя широко известно, - не стала она выкладывать карты. Незачем Барбоссе знать, что он является персонажем выдуманных историй. Да и похоже она знает, какое проклятье наложено на Али-Бабу... Её ответ, как ни странно, но удовлетворил Бэлфаера, который приблизился к пленному капитану. - Какая нам от тебя выгода? Я на своем веку встречался с пиратами, и не скажу, что они держат свое слово. - У меня есть корабль, - ответил Гектор. - Если вы выпустите меня, то я доставлю вас в Зачарованный Лес, откуда уже сможете отправиться домой. Оливия, Бэлфаер и Генри переглянулись. - Не факт, что отец придет за нами, - вымолвил наконец сын Тёмного. - Да если и так, нам все равно нужно домой. Вот только с походами между мирами у нас всегда напряжёнка. - Давай так, - обратилась к пирату Оливия, - мы помогаем тебе выбраться отсюда, а ты поможешь нам найти средство попасть в наш мир, идёт? По канону он был пиратом кодекса и чести. Посмотрим, что стоит его слово в реальности. - Согласен, - кивнул капитан. - Кажется, я слышал что-то о волшебных бобах и знаю, у кого они могут быть. Через руки этого пройдохи много что проходило. Уверен, что и боб у него тоже закалялся... Что же, если он имеет в виду Джека Воробья, то почему бы и нет? Морские приключения заманчивая штука... - Хорошо, Бэлфаер, можешь... - Зови просто Бэй, - прервал её тот, открывая темницу Барбоссы. - Бэлфаер я для незнакомцев. И в упор посмотрев на капитана, он двинулся вперёд. Благо, стражников не было и они беспрепятственно оказались под сводами замка Али-Бабы. На удивление он был светлым и полон зелени. Повсюду были расставлены сундуки и шкафы, лозы винограда увивали колонны. Где-то спереди играла музыка и был слышен хор мужских голосов. Тянуло жареным мясом и пряностями. - Похоже, у кого-то сегодня пир, - потянул носом Барбосса. - Тихо всем, - Бэлфаер утащил всех за один из шкафов - мимо, безмятежно разговаривая, прошла пара разбойников. - Мы слишком выделяемся, - прошептал Бэй, когда они прошли. - Нарядимся под слуг, а нашу одежду положим в корзины, - он кивнул на корзины с зелёными яблоками к которым уже приложился Барбосса. - И вынесем их из дворца. Должно пронести. Увы, не пронесло. Как только Оливия нашла расшитый платок чтобы укрыть голову, как в зал ворвалась стража. Девушка успела лишь тихо скрыться за дверцами шкафа и притаиться, чтобы её не обнаружили. Остальных, к сожалению, скрутили и увели. Святые небеса, и как же их вызволить? Их вряд ли увели в темницы, скорее повели на пир под очи Али-Бабы. И как же теперь ей увести своих родственников и капитана? Расклад был фатальным.

***

Милое сердцу море встретило его теплом закатных лучей. Вдохнув поглубже свежий морской воздух, Киллиан наслаждался моментом. Как же давно он не ощущал привычной качки, не слышал скрежет корабельных снастей и не вкушал ром в своей каюте? Пожалуй, вечность назад, ещё до встречи со Злой Королевой, когда в его сердце была только горькая месть и свободная воля. - Вижу наслаждаешься морским воздухом? - он услышал шаги Джека Воробья, - и как же давно тебя не было на море, капитан? - Не мешай, Джек, - миролюбиво ответил ему Киллиан. - Сгинь, будь добр. - Скажи это морской нечести, - в тон ответил ему Воробей, останавливаясь рядом. - Хоть я и прибыл с того света в свое время, к подобным тварям себя не отношу. - Согласен, - улыбнулся Киллиан, продолжая держать глаза закрытыми. - Ты куда хуже них, Воробей. - Не буду спорить, - Киллиан так и услышал самодовольную улыбку старого приятеля. - Но все же есть твари пострашнее. Например, Гектор Барбосса, в очередной раз увевший мой корабль! - Не кипятись, - лениво ответил ему Киллиан. - Отыщем мы твою "Черную Жемчужину", и Барбоссе наваляем. Он же теперь одноногий. И старый. Сколько лет прошло после той стычки, уж не сосчитать. - Да уж, храбры герои! - фыркнул Джек, - двое молодых на старого и одноногого! - Ты сам так захотел. Лично у меня претензией к Гектору нет. - Ну, разумеется, нет, - саркастично усмехнулся Джек и перевел тему. - Так всё-таки, Джонс, как ты оказался в том мире? Да ещё и так надолго задержался? - Не твое дело, старина, - Киллиан объяснять ничего не собирался, - и сгинь, как я попросил. - Дай угадаю, - тот словно не слышал его слов и лукаво продолжил, - дело в женщине? Киллиан вздохнул и открыл глаза. Повернувшись всем корпусом к Джеку, он посмотрел на него со всей суровостью. - Не лезь не в свое дело, Воробей. Что я делал в другом мире тебя не касается. Это только моя история, и тебя в ней нет. Глаза Джека сверкнули. Этого никогда было непронять. Не от мира сего, он какой-то чудной... - Понял, - ответил он, поднимая руки к груди. - Кстати, красивая птичка. Тоже там обзавелся? Он указал на левое предплечье Киллиана, где раскинула крылья чайка. - Не твое дело, - грубо повторил Крюк, натягивая рукав плаща, чтобы скрыть метку. И прошел мимо него в свою каюту, стараясь не обращать внимание на его притворный в ужасе вид. - Ясное дело, что в женщине, - услышал он напоследок. Раздражённо хлопнуть дверью казалось правильным решением. Впереди их ждала Аграба.