Спаси меня!

       Утро добрым не бывает, по крайней мере у Антона так точно. Отец опять начал буянить, а на часах только шесть утра. Вставая с кровати, он накинул на себя одеяло и пошёл на кухню, чтобы узнать, что происходит.        Выйдя с комнаты, он увидел осколки, как он понял, это была тарелка, точнее то, что от неё осталось. На стене было мокрое пятно, капли которого стекали, окно открыто, а стул почему-то перевернут.        – Андрей, что происходит? – на диване в гостиной сидел пьяный отец, которого тошнило прям на пол. Не поднимая глаз на сына, он что-то бубнил себе под нос, в перерывах между рвотой. Наконец закончив, он поднял глаза на укутаного в одеяло мальчика, стоящего и смотрящего на него. В его глазах читался гнев, только Шаст не понимал из-за чего.        – Мелкий паршивец, нужно тебя больше пороть – Поднимаясь с дивана на ноги, он пошёл в сторону парня, немного шатаясь и вытирая рот рукавом. – Ты испоганил всю мою жизнь, если бы не ты и не твоя тупая мамаша, у меня бы сложилась жизнь иначе, это ТЫ во всём виноват, это из-за тебя я бухаю! – Последние слова, он сказал с такой ненавистью, что его глаза налились кровью, а руки дрожали, от сжатых кулаков. Он подошёл ещё ближе к Антону и шепча ему на ухо, своим хриплым от пьянки голосом, сказал – Лучше бы я в тот день и тебя убил, вместе с твоей мамашей.        После этих слов, у Антона заслезились глаза, а сам он начал дрожать. Не выдержав всего этого, он скинул с себя одеяло и оттолкнул от себя "отца", после чего ударил его, со всей силой которая у него, была в живот, от чего тот упал на пол.        – Ты не заслуживал маму, она была прекрасной и любящей, а ты мерзкий, вонючий, алкаш. Я буду молиться, чтобы тебя машина сбила, когда ты будешь идти за очередной бутылкой! – После этих слов, он забежал в ванную комнату и закрывшись там, присел возле ванны, оперевшись на неё спиной, он обнял свои ноги и тихо заплакал, вспоминая маму. В мыслях мелькало, то время, когда у них всё было хорошо, когда они вместе с ней и папой гуляли по парку, как ходили в кафе, то время когда мама обнимала его, пока помогала в домашнем задание. Так же он вспомнил тот день. Тот злополучный день, когда его родного человека не стало.        Он пришёл домой с учёбы и сразу направился к себе в комнату, чтобы сделать домашнее задание и отдохнуть от тяжёлого дня, но когда лёг на кровать, сразу уснул. После пару часов сна, парень проснулся, за окном было уже темно, а на кухне мама что-то громко кричала и ругалась, как потом выяснилось ругалась она с отцом, за то, что узнала, что он ей всё это время изменял, так ещё и пришёл домой пьяный под ручку с какой-то девушкой, которую поцеловал прямо перед мамой, которая открыла ему входную дверь. Шастун мало, что помнит с того дня, всё было как в тумане, единственное, что он навсегда запомнил, это окровавленный нож, папу который держит его в правой руке и бездыханное тело мамы на полу. Он тогда вышел из своей комнаты , ведь услышал крик мамы, после которого та резко замолчала. А ему тогда было только пятнадцать лет, он мечтал отметить восемнадцатилетие в кругу семьи, чтобы они все вместе, поехали в Питер, но к сожалению всё резко поменялось.        Вот он, семнадцатилетний парень, сидящий в ванной, рыдая и подумывая прямо здесь закончить свою жизнь. В его голову лезут самые худшие мыслы, но он уже не может, он не выдерживает. Антон встаёт, с помутнённой головой и направляется к шкафчику, который находится над раковиной, открывая его, он берёт бритву. Дрожащими руками он ломает её и достаёт из неё лезвие, закатывая рукава кофты, в которой он спал, всё также дрожащими руками, проводит лёгкий порез, будто пробуя, на вкус, новая рана немного щиплет, но так спокойно становиться на душе, что не останавливаясь, делает ещё четыре пореза. Шастун не глупый мальчик, он не порезал запястье, всё таки умирать ему пока рано, насколько бы тоскливо ему не было и насколько бы плохая его жизнь не была, он хоть и хочет покончить с собой, но он слабый духом, поэтому порезал только предплечье. Теперь на его руке, красовались пять новых ран, на которых уже выступили капельки крови. Поднося руку к открытому крану, он смыл их и смотрел, как прозрачная жидкость сразу преобрела красный оттенок, для него это было таким завораживающим, что простоял он так минуты две, держа руку под краном и просто смотрел на воду, которая преобрела уже свой естественный цвет. Вытерев руку полотенцем, от влаги и опустив рукав, он медленно открыл дверь и вышел из ванной комнаты.       На полу всё так же лежали осколки, возле дивана была рвота, которая провонялась уже на всю квартиру, а на стене красовалось уже высохшее пятно какого-то пойла, но единственное чего не было, так это отца. Ни в его комнате, ни в прихожей.       Время уже перевалило за восемь часов, Шаст не знал сколько просидел так в ванной, но знал одно, нужно всё таки пойти в школу. Как бы ему не хотелось, но Димка обещал сегодня прогулять некоторые уроки и пойти гулять. Зайдя в комнату и взяв только самое необходимое, а это портфель с одной ручкой и тетрадкой, которая была на все случаи жизни, надел вчерашнюю толстовку с джинсами и конечно же взял пачку сигарет. Понимая, что дома никого, он достал не глядя сигарету и закурил прям в комнате, даже не открывая окна, ему то какое дело, квартира и так провонялась всем чем только можно, поэтому от одной сигареты ничего не будет. Сидя в кресле которое стояло напротив кровати, он наконец-то расслабился, вдыхая дым, который медленно, почти щекоча, поступал в лёгкие. Закинув голову и смотря в потолок, он размышлял о том, что только что произошло. Спешить было не куда, на первый урок он и так опоздал, а пока дойдёт до школы, закончиться и второй. Поэтому докурив сигарету, он потянулся за второй.        – Что это только, что было? С чего вдруг, Андрей накинулся на меня и стал проклинать – посидев ещё немного в размышлениях, которые так ни к чему не привели, решил, что пора всё таки выдвигаться в школу. Стряхнув пепел в пустую чашку, которая лежала на столе и сделав последнюю затяжку, выкинул туда же бычок.        Несмотря на всё случившееся, на улице была прекрасная погода, сентябрь только начинался, птички пели, а солнышко светило так ярко, что Антон даже зажмурился. На часах было около девяти, значит второй урок уже начался, смысла идти на него не было, поэтому решив немного прогуляться, направился на детскую площадку возле школы. По дороге, он рассматривал магазинчики, людей вокруг себя, хотя их было немного, ведь все были уже на работе. Смотрел на небо, которое удивительным образом было без единого облака. На птиц которые летали и ещё не успели перелететь в тёплые края, а так же, он слушал музыку, которая совсем не подходила под окружение, ведь была она очень грустной, её можно было назвать даже депрессивной. Шастун вообще любил такие песни, они вроде как успокаивают, не нужно под них танцевать или же петь, под такие песни можно только, тихо про себя подпевать.        Через пару десятков минут, дойдя всё таки до детской площадки и усевшись на свою любимую качелю, он достал пачку Винстона и на ощупь вытянул из неё сигару. Курил он постоянно, когда скучно, когда грустно, когда поссорился с кем-то. У него это была зависимость уже, он не представлял жизни без них. Сидя и смотря в никуда, думая о радости жизни, пришёл к выводу, что этой радости ему не видать, всё слишком плохо становится, раньше отец только пил, а сегодня он перешёл черту.        – Не хочу сегодня домой приходить, нужно будет попросить Димку, переночевать у него или же в крайнем случае, на улице спать буду – размышляя вслух, он и не заметил как к нему подошла какая-то девушка.        – Привет, сигареты не найдётся? – перед ним стояла, девушка по виду одного возраста с ним, низкая, миниатюрная с пшеничными волосами и серыми глазами – Парень?        – А, извини, я задумался просто, сейчас дам – смотря на неё, он достал пачку и протянул девушке напротив себя. Она чем-то цепляла, но он так и не мог понять чем.        – Я Оксана, а тебя как зовут? – взяв сигарету, она протянула руку в знак приветствия, смотря прямо ему в глаза и улыбаясь такой чистой и неподдельной улыбкой, что парень, забывает все проблемы, которые у него произошли.        – Я Антон, по прозвищу Шаст – расслабившись и начиная немного улыбаться, смело пожимает протянутую ему руку, с ярким маникюром на ней.        – Ты чего такой грустный сидишь? – то ли ей скучно было, то ли действительно интересно, Антон так и не понял, но ответил он без энтузиазма и можно даже сказать сухо, всё таки как бы он не хотел признавать, но тема семьи, была болючей для него. Он старался закрыться, пытался отстраниться и даже можно сказать, выключить все эмоции, но как бы не старался, у него не получалось. Смотря на песок и разглядывая траву которая пробивалась через него, всё таки решил ответить.        – Оксан, не бери в голову, всё таки это не твои проблемы, к тому же мы только познакомились – он посмотрел прямо в глаза девушки, пытаясь хоть немного улыбнуться, но улыбка вышла кривой и не искренней, из-за чего девушке только интереснее стало, что же случилось у этого бедного парня.        – Антон, мы же не знакомые люди, правильно? А незнакомому человеку проще открыться, так откройся мне и расскажи, что у тебя случилось, может даже полегчает, а я расскажу почему я сейчас не в школе, а на детской площадке гуляю – нехотя он всё таки согласился, надеясь, что ему правда полегчает, после того как выскажется.        – Ну если ты правда хочешь это услышать, тогда ладно – смотря до сих пор в песок, он улыбнулся уголками губ – тогда слушай, когда мне было пятнадцать, мой отец начал по немного пить, сначала это было раз в неделю, после тяжёлой неделе, потом всё чаще и чаще, а одного раза, он пришёл домой пьяный с какой-то женщиной, хотя мама была дома. Он тогда с ней поцеловался не лестничной клетке, а мама всё это увидела, когда открыла ему дверь – после этих слов, Антон притих, Оксана не настаивала, не начинала подгонять, а просто тихо смотрела ему в глаза и ждала когда он продолжит, через несколько секунд и несколько глубоких вдохов, Шастун продолжил – так вот, из-за всего случившегося начался скандал, я всего не слышал, я тогда спал, но проснулся когда мама закричала так сильно, что наверное все соседи услышали. Когда я вышел из комнаты, увидел отца с ножом и маму валяющейся на полу, после этого случая, меня с отцом гоняли по прокуратурам, у меня брали показания, но отец дал взятку ментам и всё это дело замяли, записав, что на маму напали где-то на улице, а свидетелей не было и убийца сбежал. Хотя, вот он, убийца, живёт сейчас со мной под одной крышей. Сегодня вот очередной инцидент был, после пьянки начал ломать квартиру, а потом куда-то смылся – от всего этого у Оксаны отняло язык, она могла только смотреть на парня и тихо, в уме жалеть, ей хотелось так сильно обнять его, чтобы ему хоть немного стало лучше. Встав с качели и став напротив Шастун, она взяла его за руку и потянула к себе, они обнялись. Таких теплых объятий, Антон не испытывал, в душе он радовался и очень сильно благодарил девушку, что она не прошла мимо, а выслушала и даже поддержала, ему даже не верилось, что такие люди остались, у него только Дима был и то, только из-за того, что вместе в детском саду росли. Объятия продолжались довольно долго, но всё таки нужно было их прекратить, всё таки не будут они стоять тут вечно.        – Спасибо тебе, большое – не сумев больше ничего сказать, он отстранился от девушки и смотря ей в глаза, улыбнулся – Ты обещала рассказать мне, почему прогуливаешь, так что говори, теперь моя очередь тебя слушать.        – Та у меня всё просто, я выиграла какую-то олимпиаду с математики, как мне сказали, это была городская олимпиада и из-за того, что я заняла первое место, мне предложили на год, перевестись в лицей. Честно, мне не хотелось переводиться, но родители настояли, они вообще пекутся из-за моих оценок, поэтому я как собака на привязи. А сегодня решила порвать свою цепь и прогулять занятия, но как я поняла не зря это сделала, нашла себе как минимум знакомого – Антон всё это слушал, не отрывая глаз от девушки, он только сейчас увидел синяки под глазами и уставший вид, скрывающейся под энергичной маской.        – Слушай, а пойдём гулять, я сегодня должен был прогулять школу с другом, мы можем зайти сейчас и забрать его со школы, как тебе такая идея? – Оксана даже подскочила после этих слов, она настолько была радой, что не могла сдержать эмоций.        Дойдя до школы, Антон попросил Оксану постоять за забором, а сам направился на поиски Димы. Перемена должна была вот-вот начаться, так что решив немного подождать в коридоре, сел на подоконник и коротал время в телефоне. До звонка оставалось пять с лишним минут, так что играя в игру, он и не заметил как к нему подошёл какой-то человек.       – Молодой человек, а что вы тут делаете? – голос был до боли знакомым, но Шастун никак не мог вспомнить его. Оторвав глаза от телефона, всё о чём он мог только думать, вмиг улетучилось. Перед ним стоял некто, кто будоражил своими небесными глазами и прогрызал дыру внутри, заполняя всё пустое, своим обжигающим океаном. Перед ним стоял он, тот самый Арсений Сергеевич. Забыв все слова на свете и попытавшись сформулировать мысль, он начал бегать глазами по коридору, надеясь, будто там, где-то, найдёт ответ.        – Я в туалет выходил, вот решил тут посидеть, подождать звонка – неловко улыбнувшись, он вжался в подоконник, пытаясь найти потерявшуюся уверенность в нём.        – Ты выходил в туалет с портфелем? – учитель сощурив глаза, осматривал ученика сверху донизу и конечно же не верил сказанным словам.        – Э-э, да, с портфелем, не люблю оставлять его в классе, мало ли что.        – Допустим, почему тебя не было вчера, на дополнительном занятии? – пытаясь не смотреть в глаза, которые так манили его по неизвестный причине, сказав первое попавшееся, что пришло ему на ум.        – У меня живот заболел, вот и отпросился, наверное испорченную булочку купил в магазине – отговорка конечно такая себе, но хоть что-то –думал он про себя, смотря на ботинки учителя, ведь если смотреть в глаза, то все мысли уходят из головы, а уши начинают так жечь, что становится жарко во всём теле.        – Хорошо Антош, отговорки у тебя действительно хорошие, врёшь ты отлично, если тебя завтра не будет в школе, я позвоню твоим родителям и придётся разбираться уже с директором. – уже повернувшись уходить, он остановился и в последний раз оглядел ученика сидящего на подоконнике – Чуть не забыл, с окна слезь, мартышка, ты находишься в учебном заведении – От этих слов, у парня всё лицо загорелось, но с окна он всё таки слез. Смотря на спину учителя которая уходила дальше по коридору, он мог только и думать, как назвал его учитель. Буркнув себе под нос, что вовсе он не мартышка, стал ждать эти несчастные секунды до перемены.        Звонок на перемену, коридор заполонили школьники, как будто сейчас час пик в метро. Из класса вышел Дима и уже направлялся в следующий кабинет, как его окликнул Шастун. Не слушая Диму, который уже начал материть друга, перебил его.        – Димка! Сорян, что не пришёл в школу и тебе пришлось тухнуть все эти уроки, но я пришёл тебя спасать и даже не один – улыбаясь во все тридцать два зуба, он говорил с такой радостью, что Дима даже не понял ничего выше сказанного, потому что он говорил, с такой скоростью, что даже начал немного задыхаться, от нехватки кислорода.        – Остановись, вдохни и скажи теперь всё медленно, а то я нихрена не понял.        – Та, что тут говорить, тут показывать нужно, пошло скорее, она тебя уже заждалась.        – Она? – взяв друга под локоть, не отвечая ни на один из вопросов, он повёл его из школы, к тому самому забору, где ждала девушка.        – Вот, знакомься, это Оксана. Оксана, это мой друг Дима, мы с ним с садика знакомы – ставя парня напротив девушки, он смотрел на них, так как будто их сватает и улыбаясь во весь рот, ожидает их знакомства.        – Привет, я Оксана, учусь в лицеи который возле вас. Рада с тобой познакомиться – от неё так и веет дружелюбной энергетикой, что хочется забыть обо всём и обсуждать, только самые бессмысленные вещи, ходить гулять и ни о чём не думать.        – Привет, Оксан, мне Шаст конечно ещё не успел ничего про тебя рассказать, но он был таким взолнованным, что я аж испугался. Теперь я вижу от кого он набрался, ты такая... жизнерадостная. Может пойдём куда-то?        – Пошли, только я не знаю куда, можем в кофейню пойти, если хотите, как вам идея? – она смотрела на Диму такими горящими глазами, что даже переступала с носка на пятку, ожидая ответа.        – Мне нравится идея, Дим, пошли?        – Та пошли, куда я денусь от тебя – ребята улыбнувшись направились в кофейню возле школы. Пока шли, они обсуждали всё, что только можно, будто знали Оксану несколько лет. Придя на место, они заказали себе по кофе, но не Антон, ведь денег у него не было, а воровать он не любил, да и не было у кого.        Посидев в кафе пару часов и обсуждая всё новые и новые темы которые не заканчивались, ребята всё таки решили начать собираться, ведь были уже сумерки.        – Слушай, Дим, можно я у тебя сегодня переночую? – Антон смотрел такими щенячими глазами на Диму, будто вот-вот ляжет у ног, чтобы выпросить одобрение хозяина.        – Шаст... Тут такое дело, у меня сегодня не получится переночевать, ко мне сегодня бабушка с дедом приехали, поэтому места нет, извини. А, что у тебя случилось? – по лицу Димы было видно, что он обеспокоен за товарища, но впустить к себе он не мог, как бы ему не хотелось.        – Та всё окей Дим, я понимаю, просто хотел устроить ночёвку – Оксана решила не вмешиваться, она прекрасно знала всю ситуацию, но решила промолчать, посчитав, что они ещё не настолько близки.        Расходясь по домам, друзья попрощались и Антону ничего не осталось, как идти на его любимое место. Фонари уже горели, ведь было далеко за восемь, а кончик носа начинал неприятно пощипывать от холода, укутавшись потеплее насколько это было возможно, ведь на нём была только толстовка, парень надел наушники, где включил любимую песню.       Дойдя до качели, он закурил, затянулся настолько сильно, что лёгкие неприятно закололи, а голова закружилась, но на душе стало так хорошо, настолько легко, что он перестал чувствовать холода, от которого начинало трясти. Смотря в даль, где виднелся только одиноко стоящий фонарь. Ему вдруг всплыло воспоминание, где он стоял совсем один возле фонаря, под дождём и плакал, в тот день он потерялся, пошёл гулять с друзьями, которые завели его куда-то в подворотню и ударив забрали мобильник, ему тогда было где-то восемь. Тогда к нему никто не подошёл из людей, все были "занятые" слишком, куда-то спешили и не замечали одинокого мальчугана, всего растрёпанного и промокшего до нитки, только один подросток к нему подошёл, помог ему, отвёл в какой-то магазинчик и купил шоколадку, а после каким-то образом нашёл его дом и отдав в руки мамы, скрылся, будто его и не было, но Шастун помнил его голубые глаза, такие чистые и наивные, что он думал будто он ангел, который спустился ему помочь.        Улыбнувшись, глядя на всё тот же фонарь, он сделал ещё один затяг. На улице начинало моросить, но он даже не думал уходить, ему здесь было хорошо, только это место его грело, он здесь провёл слишком много времени из своей жизни, столько воспоминаний которые грели его душу. Из этого транса, его выбила рука на плече, настолько тёплая, что чувствовалась через кофту.        – И снова молодой человек один, чего сидишь тут, мокнешь, ты должен ещё завтра в школу пойти, ты мне обещал – обходя ученика, учитель сел на качелю возле него и смотрел то на парня, то на сигарету, которую Шастун не успел докурить.        – И вам добрый вечер, сижу, смотрю на фонарь, любуюсь его красотой – явно язвительно ответил парень, хотя даже не планировал этого делать. Он и сам не понял почему так сказал, может у него обида осталась из-за прозвища. Сделав затяжку, он перевёл взгляд с учителя, на фонарь, не желая продолжать разговор.        – Ты если сейчас не выкинешь сигарету, я заставлю тебя её съесть, вообще-то не прилично курить возле учителя, к тому же ты ещё школьник – не ожидав такой реакции, он удивился, но решив не спорить с учителем, пошёл выбрасывать её, предварительно затянув в последний раз. На этот жест мальчугана, Арсений только неудовлетворительно покачал головой из стороны в сторону, но не стал ничего говорить – Антон, скажи пожалуйста, почему уже десятый час, а ты не дома?        – Арсений Сергеевич, у меня к вам встречный вопрос, почему уже десятый час, а вы здесь сидите? – повернув голову к учителю, он посмотрел прямо ему в глаза и улыбнулся уголками губ, всем своим видом показывая, кто тут главный.        – Я хожу и смотрю, чтобы такие школьники как ты, не сидели где-то, а были дома, с родными – "родными" какое же отвратительно слово, наполненное ложью и лицемерством. От одного этого слова Антона коробило, он ненавидел его, семья самое худшее, что только было в его жизни.        – Арсений Сергеевич, я думаю ВАМ не стоить лезть в мою жизнь, вы не знаете ничего про меня и про мою семью – Шастун посмотрел на него с таким раздражением, что его изумрудного цвета глаза, стали настолько тёмными, что напоминали черный нефрит. От такой реакции парня, учитель приоткрыл рот, он не понимал из-за чего он так разбушевался, единственное, что он мог сделать, это только смотреть, он растерялся.        – Я наверное пойду, до свидания – вставая с качели и накинув на себя капюшон, он направился к выходу с площадки, как за спиной услышал громкое и командное.        – Стой! Подожди, не уходи – остановившись, стоя спиной к учителю, он слушал и ждал, что будет дальше – Сядь, давай поговорим, тебе есть куда идти? – не желая поворачиваться, Антон только коротко ответил «нет» – Хорошо, давая ты сядешь и мы просто поговорим.        Развернувшись на сто восемьдесят градусов, он всё таки направился к учителю, нехотя сев на качель, он стал рассматривать учителя, который в этот момент пытался подобрать слова, чтобы не задеть новую рану. Заметив на учителе футболку, которая выглядывала с под куртки, Антон чтобы перебить молчание, вдруг заговорил.        – Вам не холодно?        – Прости, что? – этим вопросом он ещё больше озадачил и без того удивлённого мужчину.        – Ну я заметил, что у вас только футболка и лёгкая куртка, а на улице дождь, поэтому решил спросить.        – А, нет мне не холодно. Может тебе мою куртку дать? Я вижу что ты весь дрожишь, у тебя от этого не будет температуры? – не дожидаясь ответа на свой вопрос, Арсений подошёл и приложив руку ко лбу парня, поняв, что тот был обжигающе горячим – чёрт, та ты весь горишь – снимая с себя куртку, он накидывает её на плечи Антона, не слушая никаких отказов. Шастун на все эти действия только и мог, что тихо сказать «спасибо».        – Ты сказал, что тебе некуда идти, ты можешь объяснить мне почему? И давай, пока ты будешь мне объяснять, мы дойдём до моей машины, там есть обогрев – Антону хоть было и неловко из-за всего этого, но промокать ещё больше, он не хотел, хотя куда больше. Поэтому встав, они направились к машине, которая была в пару метрах от них.        Сев на переднее кресло, Антон только сейчас уловил нотки кофе и дорогих духов, которые доносились от куртки, из-за холода он почему-то их не замечал. Зубы дрожали, а тело неприятно трясло.        – Ничего, сейчас станет потеплее – и действительно, после того как учитель включил обогреватель, в салоне стало почти что, жарко – Антон, тебя выгнали из дома?        – Не знаю, возможно.        – Хорошо, у тебя есть дом? – мужчина был уже на взводе, он хотел услышать конкретный ответ, чтобы знать, что делать, но единственное, что он видел, так это только дрожащего парня пожимающего плечами и смотря будто сквозь этот мир. Сцепив зубы и не показывая своих эмоций, Арсений спокойной сказал – Антош, молчанием ситуацию не исправить, мне нужно знать, что с тобой делать, звонить в полицию или куда звонить? – Антон даже не слушал, погрузившись в свои мысли, он не знал, был ли у него когда-то дом, есть ли он сейчас и куда ему идти, ведь жар становился сильнее, а тело начинало ломить и клонило в сон.        Из царствия морфея, его пробудил звук мотора, похоже учитель решил куда-то поехать, но парню настолько было всё равно, что он и дальше продолжил спать. Он слишком устал за эти дни, всего чего он сейчас хотел, так это упасть в мягкую постель и никогда не просыпаться, чтобы хоть немного набраться сил. Живот неприятно сводило, от чего он пару раз просыпался, он не ел уже несколько дней, обходясь только одними сигаретами, в доме еды не было, а денег чтобы поесть нет.        В очередной раз проснувшись, Антон увидел перед собой ворота, за которыми виднелся двухэтажный дом. Заезжая во двор, Шастун начал рассматривал коротко постриженный газон, в котором виднелись маленькие лампы, кустики с деревьями высаженные возле лужайки и в самом углу, деревянную беседку.        – О уже проснулся, вставай, выходить будем – заглушив мотор, Арсений повернулся к парню, на нём и лица не было, весь дрожал, а цвет кожи напоминал мертвеца. Охрипшим голосом Шастун спросил.        – Куда мы приехали?        – Ко мне домой, мне ещё нужно решить, что с тобой делать. Не могу же я тебя на улице бросить, это как-то не по людски, к тому же я твой учитель. Так, что вставай и пошли в дом.        Открывая дверь, Антон увидел, чистоту? Всегда заходя в свою квартиру, он мог только наблюдать тонну беспорядка, плесень в углу и страшную вонь, но тут, тут была чистота, стильный ремонт в приглушённых тонах и приятный запах, напоминающий корицу с чёрным кофе. Где-то из кухни послышался мужской голос, который вывел мальчика из транса.        – Ты будешь чай или кофе?        – Кофе и три ложки сахара, пожалуйста – раздевшись он вошёл в кухню, возле плиты стоял Арсений Сергеевич и что-то шаманил, по кухне витал приятный аромат кофе, на столе лежали фрукты, а на холодильнике висела фотография ребёнка, маленького, крохотного, на вид лет пяти.        – Это Кьяра, моя малышка – голос у учителя почему-то был грустным, не таким каким должен быть, при упоминание своих детей, его брови нахмурились, а кончики пальцев дрожали.        – Почему у вас голос грустный, разве вы не должны улыбаться, когда говорите про неё?        – Та не бери в голову, долгая история – разворачиваясь к парню, он ставит на стол две кружки с крепким кофем и блюдце с печеньем – Шастун, я не хотел тебя будить в машине, поэтому хочу сейчас спросить, что у тебя случилось, что ты был сам на улице, в такой поздний час? – подавившись кофем, Антон перевёл взгляд на учителя. В его глазах он увидел волнение, уголки бровей были подняты вверх, а рот немного приоткрыт в ожидание ответа.        – Арсений Сергеевич, пообещайте мне, что кроме вас никто больше не услышит, что я сейчас скажу – дождавшись кивка, он сделал глоток кофе и начал свой рассказ, опуская подробностей. Учителю не стоило знать всего, что происходит у него, но он должен был ввести его в курс дела, хотя сам не понимал зачем ему, хоть что-то знать.        Закончив историю, он сделал последний глоток уже остывшего кофе и посмотрел на учителя, который сидел все эти минуты неподвижно, он видел, что ему было больно за ученика, видел, что тот хотел что-то сказать, чтобы поддержать, но не находил слов. Встав из-за стола, в глазах потемнело, а сознание потихоньку отключалось, он чувствовал, что начинал падать, но ему не дали этого сделать. Он почувствовал руки которые схватили его в пару сантиметров от земли.       Открыв глаза, Антон увидел, перед собой учителя, который был так близко, что его лицо было в пару дюймах от него.        – Блять, Шастун, как ты меня напугал, ты был в отключке несколько секунд, я... Я так перепугался, хотел уже в скорою помощь звонить – в ушах был только гул, вместо слов. В глаза бил яркий свет из-за чего он зажмурился. Попытавшись встать, он ещё раз чуть не упал, ноги были ватными, а в голове неприятно пульсировало – лежи и не двигайся, я тебе сейчас конфету дам и ты её съешь, ты меня понял?        – Та понял я, мне не пять лет всё таки – взяв в рот сладкую конфету, он почувствовал как ему становилось лучше, полежав ещё немного, он сделал вторую попытку встать. Ноги уже начинали слушаться, но голова всё ещё гудела. Присев на стул, он начал разглядывать Арсения, который ходил по кухне, не зная, что ему делать. Всё же что-то решив, он направился куда-то наверх, а спустя пару минут, вернулся к парню с вещами в руках.        – Смотри, Антон, я принёс тебе вещи в которые ты можешь переодеться, наверху я постелил тебе кровать, на тумбочке положил таблетки, по одной штуке и стакан с водой. Твоя задача, переодеться и выпить таблетки, завтра в школу ты не пойдёшь, я договорюсь. Ты можешь сам встать или тебе помочь? – учитель волновался за него, для него это чувство будто впервые. Ему было так странно и неловко одновременно, что на щеках появился румянец. Он чувствовал благодарность за всё что для него сделали. Но не подавая ввиду, взял вещи и направился вверх по лестнице.        Дом учителя был огромным, на первом этаже была арка которая ввела в гостиную комнату, справа от прихожей располагалась кухня. На втором этаже была ванная комната, в которую Шастун по ошибке зашёл, думая что это спальня. Ещё две двери которые были прямо по коридору и неприметная дверь, в конце пути, которую он даже сначала не заметил. Он попытался её открыть, но ручка двери не поддалась, обозначая, что делать тебе тут нечего. За спиной он услышал мужской кашель, обернувшись, Антон увидел учителя, со скрещеными руками, который облокотился на стену.        – Твоя спальня слева от тебя, а ту дверь не трогай, ты ещё слишком мал, чтобы знать, что там находится – его взгляд был холодным, настолько, что по коже пробежались мурашки.        – Извините, Арсений Сергеевич, мне просто стало интересно, что там находится – опустив голову, он пошёл в свою комнату, не желая встречаться лицом к лицу с учителем. Закрывая за собой дверь, он наконец выдохнул. Теперь он в безопасности, находясь совсем один со своими тараканами. Переодевшись и выпив таблетки, которые небрежно лежали на тумбочке, Антон мог закурить, рассматривая комнату. Аккуратно заправленная кровать, высокий шкаф под самый потолок, стол и стул, который стоял в углу комнаты и красивое зеркало во весь рост. Комната выглядела пустой, без картин, без полок с всякими безделушками, даже без занавесок. По ней видно было, что до него, здесь никто не жил или жил, но когда-то очень давно, не оставив ничего за собой.        Стряхнув пепел через окно, Антон мог наконец лечь в постель и расслабиться. Сегодня у него произошло много событий из-за чего, он очень устал. Как только коснулся подушки, он окунулся в царство Морфея, забыв обо всём.