Поцелуй со вкусом звёзд

«4:48 утра. Июнь. Ты счастлив.»

。・°°・・°°・。

4 часа утра. Маленькая комнатка, открытое окно, прохладный ветерок и песня “The perfect girl”. Тихие, приглушённые стоны, звуки поцелуев, незаметный шорох постельного белья под их телами и музыка. Все это слилось в невероятное звучание, но они этого не слышали. Джисон и Минхо слышали сейчас лишь собственные сердца, дыхание друг друга и ощущали этот раскаленный воздух вокруг них. Поцелуи были глубокими, напористыми, долгими, жадными и казалось, безумными. Они наслаждались друг другом, пока Джисон не закашлялся. — Сонни, с тобой все в порядке, —спросил Минхо, поглаживая младшего по спине. — Да, все нормально, просто воздуха немного не хватило, — Джисон соврал.— О, смотри, уже рассвет. Хан Джисон, 22 года. Цирротический туберкулёз легких.*

*･゜ﾟ･*:.｡..｡.:*･･*:.｡. .｡.:*･゜ﾟ･*

Эти двое познакомились, когда звёзды падали. Была холодная весенняя ночь, качели и Джисон, качавшийся на них. Он сидел в одной рубашке и джинсах, ветер развевал его темные волосы. На ногах были красные конверсы, запачканные пылью вперемешку с кровью. «Хорошо что кеды красные, — думал парень, — кровь незаметно». На небе сияла полная луна. Она освещала, кажется, целый мир, но только не эту маленькую площадку с мальчиком на качельках. Джисон безумно любил ночное небо, космос и вообще все, что с этим связанно. Но звёзды, кажется, показывали обратное. На улице было чудесно тихо, только редкие всхлипы подтверждали наличие единственной живой души. Ну, по крайней мере, Джисон думает, что он один. За столько времени провождения на этой очаровательной площадке ночами, тут так никто и не появлялся. Ему было очень комфортно в этом месте. Эти качели слышали все его мысли, видели все его слёзы, ощущали, что с каждым днём этот мальчик становится легче в весе. Но помочь они Джисону не могли, а лишь тихо скрипели в ответ, будто говоря: «Прости, мы тут беспомощны». В наушниках звучала песня «After Dark» на полную громкость, поэтому парень не слышал собственный плачь. Но в данный момент ему было плевать, мысли были где-то в межгалактической прострации, тело его растворялось в темноте, в музыке, в чувствах ненависти. К самому себе. Хотел ли Джисон умереть? Нет, никогда. Он слишком миролюбивый человек. Он романтик, обреченный на смерть, но никак не самоубийца. Он слишком нежен для этого мира и слишком много всего перенес, чтобы жить в нем дальше. «За прекрасным всегда скрыта какая-нибудь трагедия. Чтобы зацвёл самый скромный цветочек, миры должны перетерпеть родовые муки.» Джисону было страшно жить дальше, он просто хотел стать маленькой звёздочкой в огромном, красочном Млечном Пути. Звёздочкой, потому что Солнце никогда не вставало на защиту этого хрупкого, на вид, мальчика, никогда не согревало его в холодные дни. Джисон очень чувствителен. И всё его нутро сжалось вмиг от ощущения, что он тут не один. Будто, за ним подглядывают… Парень стянул с себя наушники, стал прислушиваться. Это до ужаса напрягало, но и интерес тоже был: кому это в два часа ночи приспичило выйти, на эту богом забытую, площадку? — Привет, ты чего тут один сидишь? — вдруг раздалось из-за спины. Парень подпрыгнул от неожиданности, ведь как он ни старался, шагов не слышал. Этот незнакомец, словно кот. — Привет? Я, — Джисон быстро вытер засыхающие слезы, — я не один. А ты чего тут делаешь в такое время? Парни глазели друг на друга секунд так десять. Но ощущалось словно десять минут. У стоящего напротив незнакомца (кота) была ослепительная улыбка, что казалось странным, ведь на улице очень темно. «Прямо как солнце» — пронеслось у него в голове, но эта мысль быстро затерялась среди тысячи других, не менее важных. Ситуация до изумления странная. А парень напротив — до восхищения прекрасен. Захотелось смеяться, просто так, просто от абсурдности этого дня. И Джисон засмеялся. Так тихо, но так отчетливо, так чисто и так по-живому. Он снова почувствовал себя маленьким ребёнком, который умеет показывать свои искренние эмоции. Этот солнечный человек-кот все еще стоял напротив и недоумевал, что в нем смешного нашли. Оглядел себя, стряхнул невидимые пылинки, словно маленькие искорки, и тоже засмеялся. Так осторожно, будто боясь спугнуть мальчика напротив. Смех высыпался из них, подобно крохотным конфетти из карманов, разливался по площадке и окутывал все, что на ней находилось: качели, кустики, неисправный фонарь, сумку, брошенную где-то у ног и самих парней. Вспышка. Ещё одна. И ещё. Незнакомец посмотрел на небо и замер. — Звёзды падают, — прошептал тот. Джисон в неверии повернул голову, заглянул на краешек небосвода — и правда, падают. Звездопад прекрасен всегда, он прекрасен таким, какой он есть. Да, это всего лишь галактическое явление, просто падение мертвых тел, но оно прекрасно. Звёзды падали как бешеные, переливаясь миллиардом огней и стараясь обогнать друг друга в бесконечной гонке. И всю эту красоту венчала огромная фиолетовая галактика, которая была так близко, что казалось ее вот-вот можно будет потрогать руками. — Меня, кстати, Минхо зовут, — сказал Незнакомец, не отрывая взгляд от чуда, творившегося в небе. — Я Джисон, — с ноткой слабости и восхищения сказал тот. Двое парней стояли неподвижно, практически не дыша и завороженно смотрели на то, как звёзды падали. Вселенная окутала этих мальчиков, заключила в своих объятиях, смотрела на них с нежностью и любовью, и верила, что Джисон и Минхо не погаснут, а наоборот станут светить еще ярче друг для друга.