Антон, свети ярче

Антон шёл по старинным улицам Петербурга. В живую луна светила чуть ярче, чем в общаге, но всё равно не приносила ни красоты, ни освещения, ничего. Самый обычный белый шар в небе, появляющийся каждую ночь. И почему люди видят в ней что-то прекрасное, необыкновенное? Антон не понимал, хотя раньше, гуляя, мог увидеть чудо даже в самом обычном воробье…Это было так давно, в детстве. Антон частенько вспоминал себя в подростковом возрасте с улыбкой. Вспоминал время пока мама и папа жили вместе, любили его, баловали младшую сестру игрушками, а самого Антона различными шоколадными яйцами. Их было много самых разных, и сюрпризы в них всегда были интересными и особенными. Шастуны много путешествовали и казалось, что так будет всегда. Но потом мать Антона тяжело заболела, а папа смотря на беспомощную и изуродованную болезнью жену, нашёл себе новую. Он ушёл из семьи навсегда. Забыл Антона, маленькую Аришку… И больше не появлялся. Антон же закончил школу, поступил в универ и нашёл работу, чтобы хоть как-то оплатить лечение матери, и жизнь Аришке. Кроме их двоих у парня не было больше никого. Дома 19-го века выглядели величественно. Даже в районах, где уже не светили фонари, и люди покинув улицы, лежали в тёплых кроватях и видели десятые сны. Вокруг было пусто и темно, ни звука ни шороха не было слышно из-за зданий которые стояли так близко друг к другу, что просто не позволяли даже ветру протиснуться сквозь свои бетонные стены. Мрак и темнота сдавила город в его спальных районах, но позволила Антону углубиться в свои мысли без посторонних. Он шёл и думал, как он скатился в эту пропасть? Почему он позволил жизни рушиться у него на глазах? Почему до сих пор так надеется услышать звонок телефона, прижать трубку к уху и услышать отцовское: сынок? Антон корил себя за всё подряд. За то, что не отчислился из вуза и не работал в полный график, за то, что вообще уехал из родного города и оставил маму и сестрёнку одних. Конечно, у него были причины, но… Слишком много “но” крутилось в голове парня. И все эти “но”, казалось, скоро просто взорвут его голову, заставят сдаться, опустить руки, отчислиться, вернуться маме, обнять её… Луну закрыли типичные для Питера дождевые облака. Антон поднял голову к нему, не сложно было догадаться, что вот вот пойдёт дождь. Шастун не спешил уходить, укрыться где ни будь. Он любил дождь и ждал его. В сказках, которые он так любил в детстве все дожди были волшебными, они исцеляли, приносили спокойствие. Вот бы так было в реальной жизни. Если бы только было возможно, заставить эти холодные, грязные капли превратиться в светлые, чистые. Если бы только в мире было волшебство.. Может, жилось бы всем чуть лучше? Антон закрыл глаза.. Он ждал, ждал чуда… Хоть какого ни будь, любого. В душе парня давно умерло всё, но надежда.. Надежда она, ведь, живёт до последнего. До самого конца. Глубокую тишину прервал телефонный звонок. Антон достал телефон из заднего кармана, на дисплее высветилось “Аришка”. Внутри у парня всё похолодело… Ночь, поздняя ночь… Зачем сестра ему звонит? Может.. В голове Антона пробежала мысль о том самом чуде, о той самой надежде. А вдруг врачи сказали, что мама поправилась и Аришка решила незамедлительно сообщить об этом старшему брату.. А может папа навестил их всё таки. Парень ответил на звонок, в ожидании чуда. В динамике послышались всхлипы младшей сестры. Она пыталась что-то сказать, но рыдания не позволяли ей это сделать. Каждый раз начиная фразу она заикалась и снова заливалась истошными криками, и захлёбывалась слезами… На секунду в трубке стало тихо. Ещё через секунду с парнем заговорил неизвестный ему мужчина. – Антон Андреевич Шастун? – Д..Да это я, что происходит? – Ваша мама скончалась. Ваша мама скончалась. Скончалась. Антон замер опустив руку с телефоном вниз. Его лицо застыло, не выдавало эмоций. Не Было слёз, криков и воплей, как это показывают в фильмах. Только отчаяние и пустота. Вместе с мамой умерла и надежда. Рухнуло всё.. Все старания были зря, всё это было зря, абсолютно каждая минута в этом чёртовом городе универе и работе ВСЁ ЗРЯ. Парень не знал куда бежать и что делать…Эмоции не появились, шок был слишком сильный, настолько, что Антон сразу и не понял, что плачет. Что слёз так много, что хватило бы на весь Питер. Пошёл дождь тяжёлые капли не были волшебными. Они с особой силой били парня по лицу и телу. Хлестали похлеще парней из общаги, любящие побить Антона. Прошла секунда, и как ошпаренный Шастун сорвался с места. Впервые за несколько лет ему захотелось выйти из тени и мрака. Он захотел посмотреть на свет города, на беззаботных туристов, на всю эту жалкую мишуру, огни витрин, подсветку зданий. На ближайшей остановке он вскочил в автобус и занял последнее место. Как бы он не старался, как бы он не запрещал себе плакать ничего не получалось. Слёзы предательски катились по его лицу, и никак не хотели останавливаться. До него окончательно дошли те слова, сказанные неизвестным мужчиной. Он всё понял и буря эмоций накрыла его с головой. Боль, жуткая, жгучая боль разрывала сердце на мелкие кусочки. Комок в горле разрывал парню душу, и слёз с каждой секундой становилось всё больше и больше. Антон со всей силы ударил себя в грудь. Он хотел, мечтал выбить все эти чувства, он не хотел ощущать того, что так сильно ранит и заставляет молить о прекращении. Люди в транспорте не замечали его. Они не замечали чужую боль. Никто не подходил и не спрашивал, что случилось…никто не предлагал помощь. Бездушный старый город. Они веселились, смеялись, обсуждали разную чушь, которая не имеет в этой грёбанной жизни никакого смысла! Антону стало гадко и противно… Все все кто был сейчас от него на расстоянии меньше метра не видели, не замечали. А страдания и ужасная мука только нарастали. Они увеличивались в размерах с каждой секундой, пока билось сердце парня. Это было невыносимо. Парень впивался ногтями в кожу. На ней появлялись глубокие царапины алого цвета. Кровь сочилась из следов от ногтей. Парень вылетел из автобуса также быстро, как и влетел в него. Перед ним открылся Невский проспект, во всём своём величии. Изящные дома с самыми различными статуями на них. Каменные холодные лица, видевшие историю, запечатлевшие в своих глазах слишком многое, чтобы оставаться стоять на своих местах, не теряя вида и красоты. Антон снова не понимал, почему они не падают и не разваливаются, от войны, от людских действий, перестроек и тому подобное? Как это возможно? Парень посмотрел вперёд. Плотный поток машин, они летели туда сюда на огромной скорости. Из некоторых громко звучал ужасный кальянный рэп. Ему на смену уличные музыканты, одна из многочисленных групп, заиграли “Я так соскучился”. Плотный поток машин… Антон смотрел на них не отрываясь. А если прямо сейчас на середине дороги окажется человек… Никто не успеет понять, что случилось… Никто не услышит…Все просто проедут тысячи раз по искалеченному телу, выбивая из сердца боль. Плотный поток машин… Никто не успеет понять Кровь - цвета малин Никто не успеет узнать Шаг за шагом - идёт не спеша Наслаждаясь преддверием смерти Чувств уже нет, в глазах лишь слеза Катится, катится в преддверии смерти Шаг за шагом - машины всё ближе А люди вокруг - те статуи с крыши Шаг за шагом… удар…