Против сердца

Вот что я здесь делаю? Риторический вопрос. Сижу в машине перед домом Сандры. Нервно барабаню пальцами по рулю. Главное, чтобы ничего не сорвалось.  Сандра решила спасти сестру от их папаши. Попросила помощи. И я сам вписался. Потому что, девчонку жалко. И что-то очкую. И не потому, что я рискую. Это, вроде, как похищение. А потому, что у нас может нифига не получится и девочку отдадут этому престарелому извращенцу. Вот, как можно заставить молодую девчонку выйти замуж за мужика, который ей в отцы годится? Это даже звучит отвратительно. Сандра решилась ещё в Краснодаре. Вообще, она отца боялась всегда. А тут, что-то в ней переклинило. Может отомстить хочет. Не вдавался в подробности.  Отец запретил ей появляться дома в течение недели. И мы, конечно, не теряли времени даром. Через пару дней более-менее рука зажила, и надо было продолжать работать.  У Сандры связи. Она договорилась с конкурирующим клубом о моем бое, и выступила в роли моего менеджера. Отец ей запретил со мной работать. И она решила идти к конкурентам. И отцу насолила, и нам хорошо. А мне не принципиально. Да, и Сандре, я доверяю.  Контракт не ахти какой. Но и противник ни то ни сё. Сделал его в четвертом раунде. Рановато, конечно. Но он сам сдулся. Новичок.  Но денег нам хватило закрыть долги. И еще купил партию лекарств для матери. Правда, хватит только на две недели. С уже имеющимся запасом, почти месяц. А это уже что-то. У меня есть время, чтобы заработать. Еще на два месяца надо. Потом реабилитация. И как дальше будет, только бог знает. Пятьдесят на пятьдесят. Буду надеяться на лучшее. Дальше, по плану было уговорить Александра Викторовича передумать насчет свадьбы. По-хорошему. Но не случилось. Он взбесился. И решил сбугрить дочку этому пенсионеру. Еще до свадьбы. Пока не сбежала. Снять с себя ответственность, так сказать. Если сбежит, то не его проблема уже. Нам надо было вывести Линду из дома без палева. А как это сделать, когда дом и двор под круглосуточной охраной? Разыграть спектакль, конечно. Когда отец уедет, сделать вид перед охраной, что сестра отправляет Линду к жениху, по сути выполняя приказ отца.  А я в роли водителя. Ну, и охранника, мы решили. Точнее, сам предложил. Что-то не давало покоя мне в этой истории. Поживет пока со мной. Пригляжу за ней.  — Эй, малая… – сказал как можно мягче. Видок у Линды не очень. Того и гляди сейчас разревется. Она посмотрела на меня и я, убедившись, что она в норме и узнала меня, подмигнул и улыбнулся. – Это похищение! И вынужден тебя расстроить, свадьба отменяется… – тут уж не сдержался. Пошутил.  И тут же пожалел. Если до этого, у нее просто текли слезы. То, теперь она начала рыдать в голос. Вот что делать с истерикой у женщин? Я, вообще, без понятий. Всегда теряюсь в таких ситуациях. И ненавижу, когда женщина плачет. Потому что, всегда неискренне. Выпрашивает внимания. Со мной только так было, по крайней мере. Но нутром чувствую, это не тот случай. И наверно, когда женщина плачет, нужно обнять, защитить. Когда это твоя женщина.  Когда плачет чужая, непонятно. Твой промах может привести к катастрофе. Я, не зная что делать в такой ситуации, попытался ее успокоить. Но мои слова должного эффекта не оказали. И она начала дико смеяться. Это еще что?  Вот что за существа загадочные? Женщины. Сначала, она навзрыд ревет. При этом прожигая внутри тебя огромную дыру. Дальше, смеется громко, а потом, вообще, непонятно. Что за звуки? Это плач или смех? И мне кажется, что это я уже из ума выжил. Сандра велела не останавливаться. На всякий случай.  На светофоре протянул Линде бутылку с водой. Она никак не отреагировала. И теперь уставилась в одну точку. К черту всё. Проехав перекресток, лихо свернул на обочину. Включив аварийку, выхожу из машины и пересаживаюсь на заднее сиденье.  Пытаюсь ее немного растормошить. Такое ощущение, что она оцепенела от шока или страха. Такое бывает, я слышал. Напугали девчонку. Говорил же, что надо бы предупредить. На что, Сандра ответила, что актриса из нее хреновая. И охрана догадается.  Набрав в рот воды, брызгаю ей в лицо. И, о чудо! Она отмирает. Через некоторое время. Я выдохнул с облегчением. Добился от нее ответной реакции. Хоть, какой-то. Ее взгляд сфокусировался, и она, посмотрев в глаза, утыкается мне в шею. — Мы же не к Егору Палычу едем? – дрожит и начинает опять плакать. Расшатали девочке всю нервную систему. — Нет, не волнуйся. Ни он, ни твой отец, нигде тебя не найдут. Всё будет хорошо. Для успокоения глажу ее по спине. Постепенно, успокаивается в моих руках. Она пахнет невероятно. И вот, вроде бы, просто аромат яблока. Скорее всего, шампуня. Но это что-то такое, до дрожи знакомое и родное.  И мне, впервые в жизни, не хочется кого-то отпускать. Как будто, отпущу и потеряю навсегда.  Раньше, ничего подобного не испытывал. Никаких теплых чувств. Или трепета.  А тут прям хочется закрыть. Защитить от всего мира. И никогда не отпускать.  Новое и очень странное ощущение. Но я не хочу. Потому что, ни к чему хорошему это не приведет. Сто процентов.  И убедившись, что она успокоилась и в своем уме, отстраняюсь первым.  — Прости… – а молчание нарушает первой она. – Я что-то немного расклеилась. — Тебе не за что просить прощения… – задумавшись ненадолго. – Поедем? А то, мне пришлось сделать вынужденную остановку. — Да, хорошо… Всю оставшуюся часть пути ехали молча. Линда, то и дело, тяжело вздыхала. Но, вроде, успокоилась. Хоть что-то радует. Едем за город. У моего товарища в поселке дом. Он в долгой командировке, просил присмотреть за домом. Там, Линду точно искать не будут. Отсидимся пока. На воздухе придет в себя. Рядом речка. Замутим шашлыки.  По дороге Линда уснула. Натерпелась девочка.  Припарковал машину около дома. И ловлю себя на мысли, что рассматриваю ее спящую. Да. Рассматриваю. А что? Если красивая. Взгляд сам так и притягивается. Светлые волосы с медным отливом на солнце. Растрепались и сейчас закрывают часть веснушек едва заметных на загорелом лице. Изящная шея, и немного выступающие ключицы. Спускаюсь ниже и взгляд натыкается на бабочку. Небольшой кулончик. Я его уже видел. Но сейчас я отмечаю, как он подходит, хоть и детский с виду, к ее образу. К образу нежной и хрустальной девочки.  Очень хочется ее защищать. От всех. От отца. От жениха ее ненормального. От всего мира. И заласкать, зацеловать, заобнимать. Так! Стоп! Куда это меня понесло? Вот нафига ты ей нужен. Безработный. Без жилплощади. Еще и с инвалидом на руках. Она привыкла ко всему лучшему. Так что, остынь. Не сдался ты ей. Да и мне самому это не сдалось. Тоже мне. Пф… — Мы уже приехали? – проснувшись, открывает глаза и осматривается. — Да, принцесса… – ну, вот… Опять. Идиот. Успокойся уже. Выходим из машины. Двор небольшой, но очень уютный. Небольшая беседка, лужайка, качели. — О! Качели! – срывается с места и бежит, с разбегу раскачиваясь на них. – Марк! Идем сюда. Это так весело. Нет. Не будет мне покоя. Потому, что это так мило. Она такая открытая и чистая. И  располагает к себе. Озорная и легкая. И ни капли надменности и высокомерия.  Вот так, просто и по-детски радоваться качелям на лужайке. Где ты еще таких девушек видел? Вот именно, нигде. Вокруг меня, только одни куклы неестественные. И я как дурак улыбаюсь. Глядя на нее. Удивляясь ее непосредственности и искренности. Черт. Походу, я попал.