Boom! Pregnant!

- Папы, что вы делаете? - очень логичный вопрос задал шестилетний Хан-Хан, ворвавшись посреди ночи в комнату родителей. Те были не готовы к визиту сына по всем фронтам. Или как ещё объяснить то, что один лежал с разведёнными ногами на постели, а другой лежал на нём. Хорошо, хотя бы одеялом накрылись. - Э-э-э, - пискляво протянул Джиён, заметно начиная нервничать. Он ещё не собирался посвящать сына во все тонкости сексуальной жизни альф и омег. Радовало и чуть успокаивало его только то, что он не один дубу дал. Сынхён тоже заметно напрягся, не прерывая зрительный контакт с сыном. - Эй, - альфа привлёк внимание Квона, - всё хорошо, не волнуйся, - сквозь зубы шипел он, - ты меня сдавливаешь. Джиён кивнул и попытался расслабиться. - Мы, - начал омега, а его глаза беспомощно забегали по комнате, пытаясь зацепиться за хорошую отмазку - мы... решили заняться спортом, а то у меня уже второй подбородок намечается. - Джиён хихикнул в попытке пошутить. Сынхён хихикнул от выдумки Квона. А потом лицо омеги окаменело, и всем стало резко не до шуток. - Дубина! - В тот момент Джиён очень надеялся, что его альфа умеет читать по губам. Чхве пристыжено опустил голову и, в итоге, настолько опустил голову, что лёг на подушку, уткнувшись носом в шею омеги. - Детка, иди ложись спать, а то не выспишься и опоздаешь в школу, - с натянутой улыбкой сказал Квон, ощущая, как внутри него увеличивается узел. Хан-Хан ничего не сказал, только улыбнулся и поспешил покинуть комнату родителей. - Сынхён, как ты мог в меня кончить? - закатив глаза, почти рычал омега. - Я же не пью противозачаточные! И мы без презерватива! - Он взвыл и уже хотел начать брыкаться, как вовремя вспомнил, что так может сделать только хуже. - Ну за что ты мне такой достался! Господи-и-и, как в первый раз... Сука, уже слов не хватает. - Да ладно тебе, не кипишуй. У тебя же не течка сейчас, так что шансов забеременеть не так много, отвечаю, - с серьёзным видом заявил тот. - Ненавижу тебя, - прошептал Квон и покладисто уложил свои руки на плечи альфы.

***

Три недели спустя Во время первой беременности Чхве так увлёкся готовкой, что теперь Джиён бывал на кухне только, чтобы перехватить чего-нибудь и помыть посуду. Вот и сейчас, пока Хан-Хан и он завтракали оладьями, Сынхён всё ещё что-то готовил. - Милый, присядь, пожалуйста, - ласково позвал омега, отодвинув от себя пустую тарелку, - надо серьёзно поговорить. После слова «серьёзно» альфа начал судорожно вспоминать все свои косяки за последние десять лет. Не припомнив ничего стоящего, он всё-таки подошёл к столу, где его ждал потерянный Квон. - Что такое? После минуты напряжённого молчания тёплая улыбка тронула губы Джиёна, и он начал: - Сынхён-а, я беремен. - Глаза, полные неописуемого счастья, уставились в пустые и стеклянные напротив. «Шансов забеременеть не так много», - эхом пронеслось в голове альфы. - «Не так много». - Папа, а что это значит? - интересовался Хан-Хан и одновременно пытался запихнуть в и без того набитый рот ещё один кусочек оладушка. - Это значит, что у тебя будет братик. - Последний раз Джиён был так рад, когда ел мороженое со вкусом арбуза, будучи ещё беременным первенцем. - Правда?! - Мальчик заметно оживился и сорвался со стула, чтобы подбежать к другому папе. - Правда, - подтвердил Квон и мечтательно опёрся подбородком на руку. - Пап! Па! Па, ты слыхал?! У меня будет братик! - Хан-Хан тормошил отца-альфу за рукав рубашки и прыгал на месте от радости, в то время как тот неподвижно сидел и пытался переварить полученную информацию. - Сынхён-а, какая лопатка тебе нравится больше: красная или зелёная? - с улыбкой спрашивал папа, показывая игрушки маленькому Чхве. - Сын, приберись в своей комнате, а то ни одна омега на тебя не посмотрит! - наставлял отец-альфа. - Сын, думаешь, прокалывать уши это круто? - грозный взгляд родителя пригвоздил подростка к месту. - Круто - это когда ты прячешь порно-журнал в своей комнате так, чтобы его никто, кроме тебя, не нашёл. Но это не про тебя: я нашёл все твои журналы ещё до того, как они появились! - Сынхён-а, ты с кем-нибудь встречаешься? - Кажется, соседская омега положила на тебя глаз. - Сын, не забудь о контрацептивах. - И что теперь? Вы поженитесь? - Сынхён-а, сладкий, я хочу арбуз. - Ты что, блять, пробирочный! Чхве так и сидел неподвижно, пока вся его жизнь проносилась перед глазами.

***

- Мы так редко выбираемся куда-то семьями, - канючил Сынри, попивая свой фруктовый фреш, пока Ёнбэ незаметно тырил из корзинки для пикника мармеладных мишек. Ну, по крайней мере, он думал, что незаметно. - А что поделать? - беззаботно сказал Джиён. Всё-таки идея устроить пикник на природе была не такой уж и плохой. - Дети! Далеко не уходите! - напомнил Ли играющим мальчикам и вернулся к разговору. - Ну что, я могу сказать им? - не сдерживая улыбки, спросил Квон. Чхве заторможенно кивнул. Стоит признаться, был большой риск, что он снова впадёт в ступор. - У нас будет ребёнок! - запищал радостно Джиён. Порция фруктового фреша, которую зачерпнул Сынри секундой ранее, полностью оказалась на лице его альфы. Джиён пищал. Сынри пищал. Сынхён отодвинулся от шока. И только Ёнбэ не обращал внимания на эту сцену радости и вытирал мокрое лицо, пока его маленький сынишка-альфа сыпал ему за шиворот добрую горсть земли-матушки.

***

Джиён был бы не омегой Сынхёна, если бы не понял, что тот ещё не примирился с фактом повторного отцовства. И поэтому, пока маленький срок - всего-то три месяца - он вместе с Хан-Ханом уехал погостить к родителям, чтобы Чхве мог в одиночестве всё обдумать и морально подготовиться. Неделя пролетела для молодого семейства как никогда быстро. Особенно для Сынхёна. Это омега понял, когда вернулся домой. На радостях от встречи не только со своими родителями, но и родителями альфы, Джиён отправил Хан-Хана в комнату, чтобы он там положил свои подарки от дедушек, а сам тем временем пустился на поиски Чхве. Первой комнатой, в которую решил наведаться Квон, стала гостиная. И, как оказалось, с выбором он не прогадал. Джиён и наполовину не открыл дверь, как она остановилась, уперевшись во что-то, и раздался жалобный собачий скулёж. Омега застыл. Что-то он не помнит, чтобы у них была собака. Квон пролез в узкий дверной проём, хвала эволюции, комплекция ещё позволяла, а там картина маслом. По всей комнате валялись несколько пустых бутылок из-под вина, в центре возведён алтарь, видимо, богу пива: на вид больше тридцати жестяных пивных баночек образовали точную пирамиду. В воздухе висела лёгкая никотиновая дымка, а в близ лежащей на полу пепельнице тлела сигарета. Омега осмотрел помещение ещё раз, с каждой секундой надеясь всё больше, что всё это ему лишь почудилось или он ошибся квартирой. Потом эта маленькая экскурсия закончилась у его ног, где лежал пьяный, как уже можно было догадаться, и опухший Чхве, об голову которого и зацепилась дверь. Квон уже в ахуе, но это ещё не всё. Прийти в себя ему не дал рыжий спаниель, выбежавший из их спальни. В носках. В цветных носках Сынхёна на всех четырёх лапах. И судя по спокойному поведению собаки, они ей совсем не мешали. Джиён, всеми силами стараясь совладать с собой, закрыл глаза и прошептал: - Су-ука-а-а. Квон сразу же приступил к уборке, напрочь забыв о том, что надо разобрать сумки. Омега злился, но, к счастью Чхве, злился он не до такой степени, когда может осознанно придушить альфу подушкой. По ходу сбора стеклотары его немного отпустило. К тому же, возвращению Квона в нормальное состояние поспособствовал как раз тот рыжий спаниель, который постоянно тёрся об Джиёна в надежде поиграть. Последнюю часть своего мертвецки злобного настроения он истратил в разговоре с Сынри. Там он смог выпустить пар в отношении Чхве: - Хён-и, может давай сходим все вместе на каток? - предлагал омега. - Ты что, шутить, что ли? Сынхён не болеет синдромом Юлия Цезаря, - пробурчал Квон, открывая окна, чтобы проветрить квартиру. Он бросил сомнительный взгляд на пьяное изваяние на полу и закрыл окна, а то ещё продует этого балбеса. - Не понял, - отозвался Сынри. - Да он если будет идти и жевать жвачку, то либо упадёт, либо задохнётся. - А как это связано с катком? - Сынхён с трудом делает два действия сразу, и кататься на коньках уже предполагает в себе два действия, а то и больше. Там надо двигать ногами и держать равновесие, не думаю, что Сынхён к этому готов. - Да ладно тебе, ты преувеличиваешь. - Хорошо. Хорошо, давай взглянем правде в глаза: он либо упадёт и получит сотрясение, либо упадёт и перережет кому-то глотку коньком. - Э-э-э. - Сынри отчаянно пытался сообразить, что сказать. - Давай лучше вы к нам придёте. Посидим, посмотрим фильм. Как в старые добрые, а? - Омега весь загорелся энтузиазмом. - Хорошо, давай. Когда Чхве наконец очнулся более-менее трезвый, Джиён, сидевший рядом с ним с таблеткой от похмелья и стаканом воды, ожидая пробуждения, хотел задать вопрос, который повис в воздухе уже через пару минут, как они вернулись домой. Альфа благодарно улыбнулся, принимая из рук Квона в буквальном смысле спасение. - Сынхён. - Мм? - промычал Чхве, хлебая живительную влагу. - Откуда у нас собака? Альфа резко распахнул глаза и замер, вспоминая события той ночи. Сынхён хорошенько набрался в баре неподалёку и возвращался домой. Темень была его злейшим врагом в пьяном состоянии, но он, на удивление, ещё ни разу не упал. Проходя мимо очередного переулка, что-то заставило его остановиться. - Всем выйти из сумрака! - закричал Чхве в глубь этого переулка. Он пару минут стоял покачиваясь и чего-то ждал. Когда он уже собрался уходить, на свет трусливо выбралась собака. Альфа пристально смотрел в карие глаза этого виляющего хвостом существа, а потом неожиданно отрубился прям на улице. - Я его нашёл возле дома. - Он, наверно, потерялся. А может у него какие-то болячки, а ты его в дом притащил, - отчитывал омега. - Не бойся. Он полностью здоров, я ходил с ним к ветеринару, - «если можно это так назвать» хотел добавить Чхве, но вовремя остановился. - Ёнбэ! Просыпайся! - кричал на лестничной площадке у квартиры друга всё ещё пьяный Чхве. Он был готов выбить дверь, если ему не откроют. Раздался щелчок замка, и в дверном проёме показалось злое лицо Дона. - Ты что, с ума сошёл?! Что ты тут делаешь? - запахивая полы халата, спрашивал он. - Собака. - Ёнбэ перевёл взгляд на рыжую тушу, которую Чхве крепко держал под мышкой. - Посмотри на неё. - То есть ты хочешь, чтобы я её осмотрел? - Да, наверно. - Сейчас три часа ночи... - безысходно изрёк он, прикладывая ладонь к глазам и тяжело вздыхая. Но если он не поможет, вряд ли Чхве уйдёт тихо. - Ладно, поехали в клинику.

***

Джиён сидел в объятиях своего альфы, поглаживал заметно округлившийся живот, ведя беседу с семейством Дон, и, откровенно говоря, наслаждался жизнью. Дети играли в комнате Хан-Хана, и взрослые могли спокойно говорить на любые темы. - Сынхён-хён, - позвал Ёнбэ, доставая из сумки планшет, - я бы хотел вернуть тебе должок. Чхве непонимающе захлопал глазами. - Помнишь, ты писал нам развивающие истории, - альфа усмехнулся, - некоторые так и остались без внимания, и теперь я хочу прочитать твоему ребёнку одну из них. Между омегами повис одобрительный галдёж, в то время как Сынхён натянуто хихикал от стыда. - Жили два брата не по матери, а по жизни, - Чан и Шин. Они оба влюбились в омегу по имени Пак. Как-то решили узнать, кого она выберет. Однажды вечером они подкараулили Пак возле подъезда, оглушили битой по голове и загрузили в машину. Альфы привезли омегу на лесопилку и подвесили головой вниз над станками. Потом братки спросили её, с кем та хочет быть, но Пак лишь прохрипела: - Суки, отпустите, я жить хочу! - тут Ёнбэ на секунду остановился, чтобы перевести дыхание и сдержать смех. - Вам не кажется, что некая омега Пак - это Джиён? - чуть смеясь, предположил он, и в следующую секунду Квон пнул его по ноге. - Шин достал свой пневмат, выпустил всю обойму омеге в лицо и сказал: - Я так и думал, брат, свою жизнь она любит больше, чем нас. - Ага, вот шлюха, - сказал Чан. - Брат, любви достоин только папа-омега. - Да, Шин, только твой папа-омега. - Ёнбэ кое-как держался, но уже под конец его выдержка сдулась, и он, отложив планшет, скрючился в приступе смеха. И не только он. - Знаешь, хён, иногда мне кажется, что именно из-за этих историй у нас родился маленький альфа, - прыснул Ли.

***

Спустя пару месяцев будущие родители наконец смогли впервые увидеть своего ребёнка. - Сынхён, ты волнуешься? - с улыбкой интересовался Квон и наблюдал, как ноги альфы мелко тряслись, а сам он то и дело натирал татуировку-смайлик на ладони омеги. - Наверно. - Чхве закусил губу, осматривая такие же парочки альф и омег, записанных ко врачу. Заходя в кабинет УЗИ, Сынхён ожидал всего, но только не тех пугающих слов. Нет, доктор, не заставлял их соснуть тот факт, что они потеряли ребёнка. Всё было куда... драматичней. - Поздравляю, у вас двойня! - радостно сообщил врач и начал показывать, где там «палка-палка-огуречик» у каждого зародыша. Сынхён поражённо охнул. Уж точно не на это он рассчитывал, когда хотел снять стресс после тяжёлой рабочей недели полгода назад. Хотя в первый раз у них было так же. «Чем больше - тем веселее», - с усмешкой подумал Чхве и крепче сжал руку омеги.

***

В последнее время альфа всё чаще стал задумываться, что что-то не так. Первая беременность была стабильной. Он стабильно получал нагоняи от Джиёна по нескольку раз на день, а сейчас. Сейчас Квон покладистый, почти как кот с пузырьком валерьянки. Не ругает, не повышает голос, всегда пытается найти компромисс, если дело близится к ссоре. Честно говоря, Чхве немного боялся, но что может пойти не так, когда до родов оставалось меньше месяца..? Всё может пойти не так! - Детка, я дома! - оповестил в прихожей счастливый Сынхён. Через неделю у мужа их начальника день рождения, а тот не знал, что подарить. И как хорошо, что босс обратился именно к нему с этой проблемой. Если всё пройдёт гладко, то Чхве может надеяться на повышение в скором времени. А разве это не хорошая новость для будущего отца троих детей? Подарок уже куплен, а мысль о новой ступеньке на карьерной лестнице уже четвёртый день не давала довольной улыбке сойти с лица альфы. - Детка! И тишина. Чарли не бежал встречать. От Джиёна ни звука. Ну сын, понятно, у дедушек на выходных. Странно. Где может быть беременная омега в такое позднее время? Сначала Чхве думал, что он, наверно, пошёл выгулять Чарли, но потом заметил поводок, висящий на крючке у двери. - Джиён, ты где? - В квартире темно и ни единого намёка на присутствие жизни, но чёрт, где-то же Квон должен быть. И Сынхён находит его в их спальне. Омега сидел в кресле в кромешной темноте, а у его ног сопел в две дырочки Чарли. Чхве уже обрадовался и спешил кинуться с объятиями и поцелуями, как в последний момент остановился. - Сынхён, ты мне изменяешь? - Альфа по голосу понял, что Джиён недавно плакал. - Что? - изумился Чхве, - ты о чём? - Об этом! - К ногам Сынхёна в тот же момент была брошена замшевая прямоугольная коробочка, перевязанная праздничным бантом. Под ленточкой виднелась небольшая записка: «Любимому на день рождения». Он сразу же узнал подарок для мужа начальника. - День рождения у меня не скоро! Альфа поднял коробочку с пола и усмехнулся, рассматривая её со всех сторон: - Это не то, о чём ты подумал. - Сынхён посмотрел на омегу и понял, что сейчас не лучшее время для оправданий. - Я был таким придурком! Не замечал очевидного! - вопил Квон и давился слезами, пытаясь подняться с кресла. Чхве тут же поспешил помочь, но Джиён оттолкнул его. - Не прикасайся ко мне! Ты трогал какого-то молоденького омегу этими руками, а теперь и ко мне лезешь. - Джиён, что за чушь ты несёшь? Никого я не трогал! - Не хочу ничего слышать от тебя! - в надежде успокоиться омега, придерживая одной рукой живот, опёрся другой о туалетный столик со всеми своими масками, украшениями и прочей ерундой. - А все те подарки, которые ты мне дарил... Зачем? Чтобы откупиться? Или тебе было стыдно? - Я дарил тебе подарки, потому что люблю тебя! Тебя и только тебя! - Чхве замолчал на секунду, что-то прикидывая в уме. - Ну и, конечно, нашего сына. И наших будущих сыновей... И родителей я своих люблю. Хм-м, и твоих родителей я тоже люблю... - Заткнись! - зарычал Квон и бросил на пол последний подарок альфы - дорогую туалетную воду. Чарли подорвался от испуга и убежал в другую комнату. - Эй-эй-эй! Ты что творишь? - Ответом послужил ещё один запуск его подарка - наручных серебряных часов. А потом на пол полетели и остальные. После того как на столике ничего не осталось, Джиён тяжело дыша посмотрел на стоящего столбом Чхве. - Чёрт, да ты ж моим первым был, я тебе всего себя отдал. Я ребёнка от тебя носил, когда все мои друзья в это время отрывались в клубах!.. Я же люблю тебя, дурак... - прошептал он, медленно опускаясь на пол. - Надеюсь, ты понимаешь, насколько мне больно. Сынхён осмотрел комнату, заваленную его уже ни на что не годными подарками. Теперь этот хлам только выбросить. - Ну... меня воспитывали как еврея, поэтому да, мне сейчас чертовски больно, - ответил Чхве и поднял коробочку с поломанными запонками. Это как вообще можно было их сломать? - Даже в такой ситуации ты шутишь... Ненавижу тебя... - Эй, ну что ты там себе понапридумывал? - подойдя ближе к омеге, начал он и обнял его за плечи, - это был подарок якобы от шефа для его мужа. Он обратился ко мне за советом. Я всего лишь помогал ему. Так что ты совершенно зря устроил тут скандал с пристрастием. - Правда? - Джиён всхлипнул. - Правда. - Альфа поцеловал Квона в макушку. - Сынхён? - Мм? - Кажется, у меня начались схватки.

***

Чхве был рядом с Джиёном в самую трудную минуту, пока тот не попросил его сгонять за мороженым со вкусом арбуза. И, блять, ему пришлось тащиться за этим чёртовым мороженым со вкусом арбуза для будущего папочки посреди процесса! Когда он вернулся, то узнал, что всё уже благополучно закончилось. - Поздравляем! Ребёнок полностью здоров, хоть и появился раньше срока, - заявил акушер. - А где... второй? - озадачено поинтересовался Чхве, осматривая палату. Пока что он видел только одного младенца на руках жизнерадостного Джиёна. - А это, - доктор улыбнулся, - у вас один ребёнок. Один очень хитрый альфа.