В поисках осколков. Второй сезон: Глубокие воды

      Первым к лежащему ничком человеку вернулось осязание, и он сразу же понял две вещи: во-первых, он лежит лицом вниз на чём-то мягком, тёплом и склизком, во-вторых, у него болит всё тело так, словно его протащили через очень узкую раскалённую трубу. Почти сразу за этим пришло осознание третьей вещи - он понятия не имел, кто он такой и где находится.       - Фу, ну и мерзость, - пробормотал парень, пытаясь встать с чего-то склизкого.       Чуть приподнявшись на согнутых руках, он рухнул обратно рожей в неизвестную поверхность. Вслед за осязанием вернулся вкус, и бедолага понял, что недавно его вырвало. Всё, что он мог сделать - перекатиться с живота на спину, чтобы хоть не тыкаться носом в эту мягкую мокрую штуку.       Прислушавшись к внутреннему голосу, парень совершил акробатический переворот на спину, уходя от кучи блевотины.       "До чего ты докатился..." - в голосе внутреннего голоса - пардон за каламбур - слышалось осуждение. - "И к чему эти жалкие поползновения? Сдайся. Покорись. Это ещё не самая худшая смерть. В темноте. В тишине".       "О, захлопнись!" - кажется, у внутреннего голоса было раздвоение личности. - "Не слушай его, чел, не время дохнуть, и уж точно не место. Начни с малого. Попробуй открыть глаза".       "Ничего не полу..."       "Хлебало завали, я сказал! А ты - попробуй".       "Второй звучит разумнее, как-то не особо дохнуть хочется", - подумал парень и предпринял опасную попытку взглянуть на ужасающую реальность своими глазами.       С трудом разлепив веки и подождав несколько минут пока перед глазами прекратят плясать разноцветные огоньки, он обнаружил, что смотрит на ребристый, влажный свод пещеры, под которым раскинула крылья полупрозрачная драконья тень, закрывающая огромными крыльями какие-то выбивающиеся из реальности штуки. Гигантское светящееся сердце, истекающее кровью. Маленькое солнце, закованное в лёд. И две дырки в пространстве, одна открывала вид на тьму с редкими искорками, а другая - на слепящий золотой свет.       Парню стало страшновато, когда он внезапно осознал, что никакой это не свод пещеры, а гигантскоё нёбо гигантского рта. Лежит же он, руководствуясь такой логикой, на гигантском языке.       "Ох, етить!" - воскликнул второй внутренний голос.       А ещё пришло осознание, с чего он тогда валяется в куче рвоты, от чего к горлу снова подступило тошноворное ощущение, которое он попытался сдержать на этот раз. Хотя кому он врал, парень уже снова отвернулся и выблевал, вероятно, остатки того, что у него вообще могло остаться в желудке.       А здесь ещё и воняло как будто что-то очень большое сдохло и успело основательно протухнуть.       Закончив очередное выблёвывание, несчастный попаданец в рот снова решил встать на ноги. На этот раз дело пошло легче. К тому же, где бы он ни был, понятие времени здесь, кажется, отсутствовало как таковое. По крайней мере, ни один объект в... помещении (называть место, где он находился, ртом жутковато даже в мыслях) не пошевелился, не считая собственных колебаний. Выпрямившись на трясущихся ногах, парень заметил ещё кое-кого. Голубоватая прозрачная девушка с рассечённым горлом была привязана золотистой пуповиной к светлому квадрату. Неудивительно, что он её сперва не заметил, этот свет был гораздо ярче её призрачных контуров.       "Малаца!" - обрадовался второй внутренний голос.       "Всё равно это бесполезно..." - злобно ухмыльнулся первый. Хотелось бы знать, как голос без тела может злобно ухмыляться.       - Какое же ненормальное место... – парень, боязненно смотря на девушку, решил подойти и осмотреть все сердца и пустоты, в надежде, что они хоть что-то подскажут.       Гигантское, в человеческий рост сердце пульсировало поочерёдно насыщенным фиолетовым и нежно-зелёным. Не нужно было быть великим лекарем, чтобы понимать, что настоящее сердце в реальном мире не могло бы продолжать функционировать с такими ранами: из двух прорех сочилась алая кровь, а третья лишь чуть подёрнулась тонкой корочкой. Тем не менее, сердце ритмично билось, и этот звук успокаивал.       На основе полученных размышлений парень пришёл к следующему факту: он не уменьшился и не попал в рот к великану, а находился в каком-то не особо реальном месте... Хотя кто знает, может у великанов во рту такое тоже есть... С этой мыслью он решил дотронуться до пульсирующего сердца, в попытке хоть что-то понять.       На мгновение ему примерещился сильный дождь, умирающая молодая женщина и собственные окровавленные руки. Запах лекарств, запах страха, запах смерти. И стрела вонзилась в его грудь.       Он отшатнулся от сердца, водя руками по груди, только через несколько секунд осознавая, что в груди нет никакой стрелы... Хоть ощущение вонзания чего-то другого в тело для него было, по каким-то причинам, смутно знакомым.       "Надеюсь, это не моя память..." – он протёр глаза и подошёл к светящемуся шарику во льду.       Парень чувствовал волнами исходящий от шарика жар, несмотря на то, что толщина льда была никак не меньше метра. Учитывая то, что в прошлый раз троганье вещей здесь аукнулось ментальной стрелой в грудь, он всё равно протянул руку к ледяному шарику в надежде, что он сможет дать ответ на то, что творится тут.       Совершенно невозможным для нормального мира образом его обожгло одновременно льдом и пламенем, но сил хватило, чтобы не отдёрнуть руку, а потом и ледяная стена прекратила жечь. Кажется она... признала, что он не несёт угрозы?       Парень поморщился от ожога, но всё ещё продолжал держать руку, смотря куда-то в самый центр шара.       - Прошу, помоги мне... Я не хочу тебе навредить, просто хочу узнать, куда я попал.       Кажется, когда-то у него была сестра... любимая... дочь... Почему-то привиделась небольшая деревня на холме. Она называлась... Мельничный Круг? И блестящий белый город на горизонте... Нет, это снова не его воспоминания!       "Не смей", - прошипел первый внутренний голос. - "Не его дело!"       "Эстель!" - произнёс второй.       Да, точно, Эстель! Чуть хулиганская улыбка молодой полуэльфийки встала перед внутренним взором. Кем она была? Кем-то важным? Почему это закованное в лёд солнце показывает именно её? Человек отошёл от сферы, держа себя за голову от наплыва воспоминаний. Так сложно не признавать их своими, когда у тебя нет абсолютно никаких... Но тут его прервал голос, который он сразу попытался найти, крутя головой.       - Ты нужен им! Найди способ вернуться! - молодой голос, совсем мальчишеский. И далеко не у него в голове.       - Кому нужен? Где ты?       Обернувшись назад, парень узрел ещё одну скульптурную композицию: гигантская белая кобра, застывшая в прыжке, щуплый старичок, у которого из плеч вырастает призрачная фигура гигантского медведя и стена бушующего огня позади них. Но никого, кто тянул бы на источник детского голоса.       "Тебе показалось. Так и сходят с ума".       "Даже если и показалось, твоя шиза права, выбираться надо".       Взгляд парня застыл на кобре, и в горле внезапно всё пересохло. Его бросало в страх от этой статуи, но он не мог понять почему... Что-то иррациональное на первый взгляд, но такое ощутимое, будто он застал её такой когда-то вживую. Парень попытался отвернуться и забыть об этом так сильно, как только можно. Внезапно ему вспомнилась тёмная затхлая комната и молодая женщина с белыми волосами, которая зачитывала со свитка пергамента короткий приказ "Исчезни!". После чего он упал во тьму. Да! Вот как он здесь оказался!       Он перекручивал этот момент в голове ещё несколько раз и тихо радовался тому, что по-настоящему ЕГО воспоминания начинают возвращаться в черепную коробку, хоть они и не такие радужные, какими он бы их хотел видеть. С этими мыслями парень подошёл к пустоте с искорками и осторожно потрогал её... Так осторожно, как вообще можно потрогать буквальное отсутствие чего-либо.       Соткавшееся из тьмы щупальце попыталось оплести его запястье, но он оказался быстрее и вместо этого сам схватил его рукой. Одобрительный женский смешок эхом разнёсся в пустоте.       "Осторожней с тьмой, мальчик... В другой раз может так не повезти", - первый внутренний голос обволакивал, словно песок засыпался в уши. А второй, кажется, на что-то отвлёкся, а может, в этот раз ему просто нечего было возразить.       - Если волноваться о том, повезёт тебе или нет в выборе - то весь мир станет скучным и серым, - будто машинально парировал парень, хотя был уверен, что это точно какая-то его фраза, и протянул руку дальше.       Молодая эльфийка с серебристо-лунными волосами сидела на крыльце и, улыбаясь, слушала его рассказ о Море. Да, именно так, он откуда-то знал, что называл Море с большой буквы. Она мечтательно улыбалась. Пахло весной, пахло чем-то новым, наверное, имейся запах у будущего, он был бы именно таким.       Компас показывал на юго-восток. Разве не должен на север?       Щупальце выскользнуло из ладони и скрылось во тьме, откуда донёсся еле различимый звон бокалов.       Собирая всё в своей голове, человек подошёл ко второй пустоте и, по совместительству, предпоследнему объекту, ощущая, что он находится рядом с тем, чтобы понять, кто он такой, и осмотрел его поближе.       Золотое сияние слепило глаза. Кажется, в глубине этого сияния двигалась человеческая фигура.       "Ну, ты ещё голову туда сунь!" - съязвил второй голос.       На несколько секунд парень задумался над словами голоса, пока внезапно на его лице не проступила ухмылка.       - И правда, а почему бы и нет? – и он почти моментально засунул голову туда.       На мгновение пришлось зажмуриться из-за яркого света, но потом глаза привыкли. Ещё ему, кажется, сожгло брови и бороду этим сиянием.       Ощущения... странные. Он не чувствовал остального своего тела, только знал теоретически, что оно где-то есть. Но открывшийся вид заставил забыть и об этом.       Светящиеся цветные нити переплетались в воздухе (или в том, что заменяло здесь воздух), словно насмехаясь над законами геометрии. Стоп! Вот опять что-то мелькнуло вдалеке! Девушка с ярко-розовыми волосами, сгребавшая нити в охапку, словно спелые колосья пшеницы, распрямилась и замерла, уставившись на него.       Он смотрел на неё в ответ, не издавая ни звука.       Девушка выронила половину нитей и бросилась наутёк.       - Стой! – парень сорвался с места, пытаясь догнать её. Метров через пятьсот ему удалось схватить её за полу плаща. Догнав и схватив девушку, он остановился, переводя дыхание. - Неужели я сейчас реально похож на человека, от которого стоит убегать в панике... И так сам почти ничего не понимаю.       - Ничем не могу помочь! - она пыталась вырвать свой подол.       - Скажи, как хоть выбраться отсюда!       - Ты ж на моих глазах сюда залез!       - Будто через вход всегда можно выйти.       - Иди обратно и вылезай через свою Прореху.       - А, то есть можно... Ладно, извиняюсь за всё это, – он отпустил девушку и развернувшись, ушёл. Его собеседница молча покрутила пальцем у крашенного в фуксию виска.       Одна из нитей, насыщенно синяя, легонько погладила бредущего парня по затылку, и он чуть не рухнул от наплыва воспоминаний.       Он вспомнил всё.       Вообще всё.       Всё его.       И как беловолосая ведьма, едва появившись в комнате, отправила его куда-то заклинанием со свитка так, что никто и среагировать не успел. Но вопрос - куда таки остался открытым.       "Умный, гадёнышшш", - первый голос был чертовски зол, непонятно только, на Сеймура или на второй.       Жрец залез в дырку обратно, в место, где он начинал, потирая голову от резкого наплыва воспоминаний.       - Чёртова колдунья... Там, наверное, остальным сейчас приходится с ней разбираться... - и ответил на злобный голос лишь тихим "Умолкни".       Сеймур вышел из дырки и обнаружил себя стоящим на крыльце двухэтажного каменного дома на улице ночного города. Вероятно, это лучше, чем во рту.       Он повернулся к двери, вспоминая, что там ещё оставалась какая-то привязанная женщина. Прошёл сквозь закрытую дверь, как если б её и не было, и оказался в тёмной прихожей, увешанной пальто. Ни намёка на прошлую обстановку.       Сеймур прошёл сквозь прихожую, удивляясь тому, как разительно всё поменялось, и, осматривая пальто, где-то в углу сознания проскочило слово "Нарния", смысла которого он не особо понимал, но считал, что оно почти идеально подходит для нынешней ситуации.       Прихожая оканчивалась лестницей на второй этаж, а из-под крайней правой двери лился тусклый свет. Сеймур открыл дверь. Всё внутри было каким-то... блёклым. Словно смотришь через запылённое стекло. Мужчина, немного похожий на Ярно Альбрека, если б тот побрился и постарел лет на десять, спал на диване в дорогом костюме. Видимо, он заснул, читая книгу, и не выключил лампу. В круглом пятне света стояла единственная яркая фигура этого мира - тёмно-русые волосы до середины спины, голубое платье, лица с такого ракурса не видно.       Жрец тихо зашёл в комнату, пытаясь не привлекать внимания. Половицы предательски скрипнули, и женщина обернулась.       На Сеймура смотрела Ариста Лисохвост, только немного старше, чем в их последнюю встречу.       - Кто Вы?!       - Ариста? Ты что тут делаешь? И почему ты... старше?       - Кто такая Ариста? Меня зовут Аня. Я просто... Вы тоже умерли?       - Сам не знаю, но судя по тому, что помню - ещё жив, и пытаюсь вылезти из этого ужаса.       - Если Вы живы, Вам нельзя здесь долго находиться! - в ужасе воскликнула женщина. - Боже мой! Вы помните, как попали в Серый Город?       - Меня какая-то колдунья забросила сюда... И что здесь такого, что живым не рады?       - Если долго здесь пробудете - это место Вас не отпустит! Превратитесь в злобную хищную тварь, в тень собственных извращённых воспоминаний, в... Бежим! - она схватила Сеймура за руку и потащила в сторону лестницы наверх. После нескольких мгновений он начал бежать уже сам, ужасаясь всё больше и больше.       - От чего мы бежим?       - Не от чего, а к кому! - они залетели в чью-то спальню и Аня начала тормошить лежащего на кровати человека. Точнее, пыталась тормошить, её руки проходили насквозь. - Помогите! Вы же материальный!       Сеймур сразу внял её словам и потряс спящую фигуру за шкирку.       Темноволосая женщина лет тридцати пяти распахнула глаза от первого же встряхивания, подорвалась, пнула жреца в ногу и схватила лежавшую вдоль кровати катану.       - Какого дьявола?!       Сеймур с первого взгляда подметил два момента. Во-первых, женщина была на последнем сроке беременности. Во-вторых, глаза у неё были разного цвета: правый - тёмно-карий, а левый - золотой как у хищной птицы.       - Вы кто такой?!       Жрец отошёл подальше, увидев то, что она беременная:       - Извиняюсь, но я, похоже, скоро превращусь в стрёмную безумную тень, а Арис... Аня притащила меня к вам.       Женщина обвела глазами комнату, стряхивая с себя остатки сна, и заметила проводницу Сеймура.       - Ёшкин кот, Анна Сергеевна, нельзя же так людей пугать! А если б я его зарезала спросонья? - катана полетела на кровать, а женщина вскочила, ничуть не стесняясь того факта, что была в ночной рубашке. - Сейчас разберёмся, - она сплела треугольник из указательных и средних пальцев и посмотрела на Сеймура сквозь эту рамочку, потом несколько раз глубоко вдохнула воздух, то подходя, то отдаляясь. - Если б только в стрёмную безумную тень... Что-то за вами гонится. Что-то настолько опасное, что даже мне жутковато. Ну да ничего, сейчас быстренько вернём Вас обратно в нормальный Петербург.       - В смысле, какой ещё Петербург?       - Санкт.       - А поближе к Уотердипу нельзя?       - А это ещё где?       - Вот у меня такой же вопрос о том, где это ваш Санкт-Петербург. Почти четверть века ходил на кораблях, и про такой город вообще ничего не слышал.       В комнате ощутимо похолодало.       - Чччччёрт, нет времени разбираться! - женщина схватила стул и швырнула его в стенное зеркало в человеческий рост. То осыпалось осколками, и проём засиял золотым. - Бегите, и попросите там у кого-нибудь помощи, может, больше повезёт.       Понимая, что времени на подумать, вероятно, уже не осталось, Сеймур бросил мимолётное "Спасибо", и ринулся вперёд.       - Когда выберусь отсюда - раскатаю эту женщину к чертям! – прокричал он, прыгая в портал.       - Удачи! - донёсся напоследок дружелюбный голос Ани.       Сеймур снова бежал среди светящихся нитей, которые проворно выскальзывали из-под ног, не давая споткнуться. И холод летел по пятам. И противный голос в голове шипел: "Я рядом, я близко, не убежишь, не спрячешься". Разве спрячешься от смерти? Разве убежишь от судьбы? Вдруг очередная нить, кажется, нежно-голубая, бросилась под ноги растяжкой, и жрец кувырком влетел в раззявленный портал, которого ей же ей секунду назад не было! Споткнувшись, он развернулся в воздухе, и показал два средних пальца метафорическому голосу, прежде чем залететь в портал.       Именно в такой манере он и вылетел из зеркала, представляющего собой заднюю стенку чьего-то серванта. Фарфоровые чашки и блюдца разлетелись во все стороны, а Сеймур грохнулся спиной на пушистый синий ковёр.       - ВоТ нЕуКлЮжИй ПрИдУрОк!       - дА вОоБщЕ, бРаТюНь...       Потирая спину и голову, жрец встал с пола и осмотрелся:       - Я не виноват, что есть в мире те, кто ставит зеркало напротив серванта!       - Но ЛеТеЛ кРаСиВо!       - сОгЛаСеН, дЕсЯтЬ иЗ дЕсЯтИ нА уОтЕрДиПсКоМ оБлСоРеВнОвАнИи По ВыЛеТаНиЮ иЗ зЕрКаЛ!       Попереминавшись минутку среди осколков в пустой комнате, Сеймур пришёл к выводу, что диалог шёл между его правым и левым сапогом. Жрец с самым невозмутимым выражением лица посмотрел на ботинки:       - Ну и нафига вы меня обломали? Я думал, уже почти до места долетел.       От дверей послышалось деликатное покашливание. Сеймур посмотрел туда. Грязно-русый харенгон в синей бархатной жилетке опирался на косяк и смотрел на него, пожалуй, с уважением.       - Здравствуй. Честно, я в восторге. Мало кто распознал бы в моём сарказме завуалированный совет.       - Ага, иногда так получается.       Осколки, повинуясь мановению лапы, взлетели в воздух, собрались в целую посуду и плавно опустились на полочки серванта.       - Маргарита превзошла себя, отправив тебя настолько близко к дому, насколько это вообще возможно при нынешнем плачевном состоянии Завесы. Добро пожаловать в Вестерру, Сеймур. Давай-ка, выпьем чаю и подумаем, как вернуть тебя к твоим друзьям.