a paradise is full of lies

Реальность — это тоже галлюцинация.

Феликс просыпается и резко садится на кровати. Он чувствует, как задыхается. Даже перманентная боль, преследующая его всё время, отступает. Ли видит, что снова в этом отвратительном мире, созданным его мозгом. Он ненавидит эту комнату, в которой собственное сознание заперло его. Пациент: Ли Феликс Дата рождения: 15.09.2001 Диагноз: органический галлюциноз Дата начала лечения: 02.10.2016 Дата окончания лечения: — Замечания психиатра: головные боли, бессонница, разговоры с самим собой, неконтролируемая агрессия ко всему, что может прервать его галлюцинации. Моменты просветления редки и коротки. Во время них он рассказывает о том, как ему хорошо там (в своих галлюцинациях). Состояние крайне тяжёлое. Препараты больной принимать отказывается. Феликсу больно. Его кормят таблетками, но он выплёвывает их за батарею сразу же, как за медсестрой закрывается дверь. Ведь таблетки не дают ему войти в дверь, ведущую в жизнь. Он почти не спит, потому что во сне он не видит его. Волшебного острова с феями, радостными мальчишками, Лесом. Волшебного острова, на котором вместе с ним живёт Хёнджин. Его любимый Хёнджин. Он засыпает и просыпается на острове, веселится там с друзьями, ест вкуснейшую еду Минхо и не слушается Чанбина. Он засыпает и просыпается с ощущением счастья, когда видит деревянный потолок своего домика на дереве. Но палату оглушает громкий крик, когда Феликс открывает глаза и видит не свой домик, а белые стены и такой же белый потолок. Он не понимает, почему его сознание время от времени показывает ему эти ужасные стены. Он не верит ему. Потому что реальность там, где есть живой Хёнджин, свежий воздух и он сам, здоровый и счастливый. Просыпаясь в воображаемой мозгом картине, он чувствует боль во всём теле и дикую усталость. Там его пытаются заставить поесть и выпить лекарства, но он-то знает, что совершенно здоров и не голоден. Перед сном он ел у Минхо, бегал за стрекозами без всякой боли и засыпал в объятиях Хёнджина. Зачем ему все эти картинки, что подкидывает глупый мозг? Обманывает его, показывая этот кошмарный сон. Такого ведь быть не может, правда? *** Молодой человек подходит к белой двери, не решаясь открыть её. Каждый раз ему крайне тяжело приходить сюда, видеть ужасное состояние своего брата, которое за столько лет не улучшилось ни на грамм. Он чувствует руку на своей талии, пока другая тянется к ручке и открывает её за него. – Войдёшь первым? – спрашивают совсем тихо, успокаивающе зарываясь носом в каштановые волосы. Ответа не следует, но мужчина шагает за порог в порыве смелости. Ноги почти сразу же подгибаются, и его ловят сильные руки. – Каждый раз говорю себе, что пойду первым, и всегда уступаю тебе, – с горьким вздохом говорит другой мужчина, чуть ниже ростом и с чёрными волосами. – Прости, Бинни... Ты же знаешь, если я не зайду первым, то больше никогда не смогу зайти сюда. Чанбин мычит в знак согласия и переводит взгляд на кровать у стены. Там сидит мальчик в больничной рубахе, с сильно отросшими волосами и впалыми щеками. Мальчик, что когда-то радостно бегал по дому, запрыгивал на спину брата, вызывая смех у Со. Сейчас он обхватил колени руками и смотрит в одну точку, словно погрузившись в глубокий транс. Минхо рядом всхлипывает, прикрывая рот рукой. Он каждый раз боится поднять шум в палате, хотя прекрасно знает, что Феликс его не услышит. Чанбин молча берёт его за руку, поглаживая костяшки. Посещение брата для Минхо - всегда маленькая травма, от которой он долго оправляется, однако он не может не навещать его каждый месяц. – Ликси? – пытается тихо произнести Минхо, но как и всегда не слышит ответа. Нет даже малейшей реакции, знака того, что он его слышит. Феликс его больше не слышит. Он никого не слышит, кроме голосов в своей голове. Дольше получаса Ли не может находиться в помещении, стены которого словно зажимают его в тиски. Чанбин вытаскивает Минхо оттуда через 15 минут, долго обнимая после, пока они ждут прихода врача. – Здравствуйте, – психиатр приветствует их и жестом приглашает в свой кабинет, где они могут не бояться за конфиденциальность разговора. – Здравствуйте, как Феликс? – с дрожью в голосе задаёт вопрос Минхо. Из раза в раз это один и тот же вопрос, на который почти всегда одинаковый ответ. – Ему не стало лучше. К нашему большому сожалению, ему становится хуже. Я предполагаю, это связано с событиями, разворачивающимся в его галлюцинациях. Как вы уже знаете, он создал ложный мир у себя в голове и погружён в него почти всё время, но сейчас там происходит что-то, что негативно влияет на его состояние в реальности. А проблема в том, что мы совершенно не знаем, как вылечить это. Он не принимает лекарства, медсёстры находят все таблетки за батареями. Феликс не принимает не только лекарства от галлюцинаций, но ещё и другие таблетки, которые помогли бы восстановить его тело и главное - головной мозг. Без лечения ему не может стать лучше. Минхо достаёт бумажный платок, стирая со своей щеки слезу, пока Чанбин, поджав губы, слушает удручающие слова врача. – Есть ли способ ввести ему лекарства другим путем? – Ну конечно. Мы пытались вводить их внутривенно. Проблема тогда становится ещё больше: в нем просыпается агрессия. Он почти расцарапал лицо медсестре в последний раз, когда пытался не дать ей поставить себе катетер. Мы не можем продолжать рисковать здоровьем наших сотрудников, поэтому перестали пытаться дать ему лекарства этим способом. – Он страдает, доктор? – поднимает красные глаза на мужчину Минхо, а тот отводит взгляд. – Пока он внутри своих придуманных образов – он счастлив. Как только мозг ненадолго возвращает пациента в реальность – ему плохо и больно. Понимаете, я, кажется, уже говорил вам это. В последствие своей физической травмы, на которую наложилась смерть близкого человека, мозг отгородил его от мира, закрыл любые проходные пути для боли, потому что она была невыносима. В таких случаях наш мозг весьма эгоистичен. Известны случаи, когда он отключал сознание, чтобы спасти организм, но убивал своего хозяина. Например, когда человек тонет, задыхается в воде, мозг отключает организм и человек погибает. Наш мозг ради спасения организма всегда готов пожертвовать чем-то. А в случае Феликса повреждение затылочной и височной долей способствовали развитию сложных галлюцинаций. В повреждённый мозг также не поступает достаточно кислорода, вызывая гипоксию. Подсознательно весь организм будто закрывается от внешней среды. Галлюцинации помогли создать идеальный мир, где его телу не больно, а ментально он счастлив. И мы не сможем вытащить его оттуда, пока он сам не захочет. Медицина не всесильна, а особенно тогда, когда он выплёвывает таблетки за батарею, вызывает рвоту, если мы силой заставляем его проглотить их, и калечит персонал. Минхо только вздыхает, благодарит доктора и выходит из кабинета. – Как он, Чанбин-щи? – Тяжело... Он старается жить, как прежде, вот уже шесть лет как старается, но не может не приходить сюда, а эта картина.... ломает его снова и снова. Но я не могу запретить ему навещать Феликса, прекрасно понимая, что он чувствует. – Возможно, стоит поменять курс таблеток? Я мог бы прописать ему другие, если это требуется. – Спасибо, ему прекрасно помогают те, которые вы выписали в последний раз. Я слежу за тем, чтобы он не пропускал их приём. Просто в конце месяца, когда ему нужно приходить сюда, даже они не могут до конца справиться, – психиатр только понимающе кивает и отпускает Чанбина. *** – Милый? – Чанбин берёт Минхо за руку, другой рукой продолжая вести машину. Он видит, что Ли опять ушёл в себя, кусает губы до крови, теребя нитку на футболке. – Я просто вспомнил тот день... – мужчина горько усмехается, погружаясь в события шестилетней давности, забыть которые у него никогда в жизни не выйдет... Феликс совершенно очарован Хёнджином. И всё никак не может поверить, что сам Хван Хёнджин пригласил его на свидание. Он догадывается, что тут замешан Минхо, но пока не понимает, как именно он повлиял на старшего. Но Ли ощущает себя самым счастливым человеком прямо сейчас, когда вместе с братом выбирает одежду, в которой он пойдёт на своё первое официальное свидание. Невероятно. Он прыгает на месте пару раз, чтобы выплеснуть эмоции, которых вдруг стало слишком много, а Минхо только смеётся с него, пока ищет подходящую рубашку. – Ты покоришь его, я уверен, Ликси, – мягко улыбается старший. – Ну жених, – прибавляет под громкий смех брата от этой классической фразы. – Я всё ещё считаю, что ты что-то сказал ему. Он бы не пригласил меня просто так. – Хватит недооценивать себя, мелкий. Ты слишком хорош для таких мыслей. И ты ему уже нравишься, раз он сделал первый шаг, поэтому не переживай об этом ни минуты, – он треплет брата по блондинистым волосам и выходит за дверь. – Я встречу его, если что, но тебе стоит поторопиться. Нехорошо заставлять ждать, особенно на первом свидании. Спустя некоторое время Феликс довольно крутится перед зеркалом, проверяя, так ли хорошо смотрится образ, как он себе его представлял. Мальчик остаётся доволен результатом, слегка подкрашивает глаза и выходит из комнаты. Хёнджин ещё не приехал, а брат уже сидит за барной стойкой и попивает чай, общаясь по телефону с Чанбином. – Я ушёл, передавай привет Чанбин-хёну, – кричит из коридора Феликс, завязывая шнурки на кроссовках. – Повеселитесь там, но будьте осторожны! Не забывай мне писать хоть иногда о своём местоположении и состоянии, – наставляет с заботой Минхо, на что младший только угукает и покидает квартиру. Внизу его уже ждёт Хван, который стоит, облокотившись на капот машины, и выглядит при этом как американская супермодель и чья-то мечта. – Привет, – застенчиво произносит Феликс, подходя ближе. – Привет, – чуть более радостно и уверенно звучит от Хёнджина, – прошу, – делает наигранно вычурный жест, открывая дверь. Ли только смеётся и залезает в салон. *** Через пару часов после отъезда брата Минхо одолевает жуткая тревога. Он не знает, в чём дело, звонит Чанбину, тот говорит, что сам в полном порядке. Ли звонит Феликсу, но телефон оказывается отключён. Старший начинает беспокоиться ещё сильнее, просит приехать к нему Чанбина, потому что одному ему с этим не справиться. Со оказывается рядом уже через каких-то пятнадцать минут и как раз вовремя, потому что в это же время на телефон Минхо поступает звонок из городской больницы. Старшему приходится опереться рукой о ближайшую стену, чтобы просто не упасть на пол. Чанбин успевает придержать его с другой стороны, беспокойно спрашивая, что случилось, когда телефонный разговор завершается. – Феликс с Хёнджином попали в аварию... Водитель грузовика не справился с управлением, и весь удар достался ближайшей машине, в которой они и были. Ли старается не паниковать, пока трясущимися руками пытается надеть обувь, но получается у него просто отвратительно. Чанбин молчит, потому что трагичность ситуации выбила все мысли из головы и всё, что он может сделать для своего парня сейчас, - это моральная поддержка и нахождение рядом. Врачи ничего не сказали о состоянии парней, но было довольно очевидным, что оно крайне тяжёлое. Ночная больница встречает их затхлым запахом лекарств и полутёмными коридорами. Минхо весь в слезах влетает в отделение, почти в истерике прося медсестру провести его в палату Ли Феликса. Около дверей он вдруг испуганно замирает, но чувствует чужую ладонь на своей и открывает дверь. Вокруг постели мальчика множество приборов и проводков. Их так много, что маленький Феликс почти незаметен среди них. Он бледный, весь в царапинах, выглядит настолько поломанным, что непонятно, как он вообще жив остался. Минхо не может на это смотреть и выходит в коридор. – С ним был ещё один парень? Как он? – врач вдруг меняется в лице, поджимает губы и качает головой, заламывая пальцы рук. Парень ещё молодой, видимо, не так давно работает в больнице и не знает, как сообщать столь трагичные новости. – Ему... досталось больше всего, так как удар был со стороны водителя. И он... не выжил... Когда скорая приехала, его было уже не спасти. Железо впилось ему в лёгкие и, скорее всего, задело сердце и жизненно важные органы. Он умер быстро. Ли не выдерживает, срываясь на тихие рыдания. – Насколько критично состояние Феликса? – задаёт вопрос Чанбин. Ему искренне жаль Хёнджина, но гораздо важнее для него младший, который чудом остался жив. Мёртвых нет смысла жалеть, а вот живых ещё можно спасти. – Если честно, мы удивлены, что он вообще жив. Это чудо, не иначе. Однако повреждения слишком серьёзные. Пострадали некоторые органы, но самое опасное, что сильно повреждён головной мозг, и мы не можем предугадать, во что превратится эта травма. Мозг - сложная конструкция, и нарушение его деятельности, даже одной маленькой зоны, ведёт к большим последствиям. Пока что наша главная задача - вылечить тело от многочисленных переломов и кровотечений. Когда он очнётся, станет яснее, на что конкретно повлияла травма головного мозга. – Хорошо. Спасибо, доктор, – Чанбин кланяется и уводит Минхо в сторону. – Посиди тут, я заполню все нужные документы, – Ли только кивает, не в силах сказать хоть что-то. Слишком жесток факт того, что чьё-то счастье было у них отнято так быстро. *** Феликс поднимает тяжёлые веки и резко начинает чувствовать боль во всём теле. Он стонет сквозь зубы, прикрывая глаза. На этот звук реагирует человек, сидящий у его кровати прямо на полу. – Ликси? – Минхо поднимает заспанные глаза в попытке уловить хоть какие-то признаки жизни. Младший только хрипит и продолжает жмурить глаза. Через некоторое время обезболивающее, которое вколола ему медсестра по просьбе брата, начинает действовать, и его отпускает. Феликс поднимает глаза на человека, стоящего над его кроватью, и непонимающе хмурится. – Хён? Что случилось? – Вы попали в аварию, милый. Ты ничего не помнишь? – мальчик отрицательно мотает головой. – Хёнджин... Где он? – вдруг вспоминает что-то Феликс, и глаза начинают беспокойно бегать по палате. Слова даются ему с трудом, мозг отказывается думать и воспринимать реальность. Брат стирает одинокую слезу с щеки и прокашливается, прежде чем заговорить. – Он погиб... – Минхо опускает глаза, а когда поднимает их, видит абсолютно безумный взгляд младшего. – Нет.... Не может быть... – одними губами шепчет мальчик, сжимая в слабых пальцах простынь, – как же так? Старший ещё долго сидит у кровати своего брата и успокаивает его, после чего Феликс наконец поднимает на него отсутствующий взгляд. – Хён? Хёнджин не мог погибнуть. Я вижу его здесь прямо сейчас. И вот тогда врачи поняли, на что именно повлияла травма головы. Повреждения вызвали сложные галлюцинации, помогая мальчику погрузиться в свой собственный мир, где Феликс не поломан на части, а его парень жив. Его ещё несколько недель продержали в больнице, а после отправили в психиатрическую клинику, где и были поставлены соответствующие диагнозы. С тех пор прошло уже шесть лет. Минхо с Чанбином всё также навещают Феликса раз в месяц. И каждый раз его состояние без перемен. *** Феликс так сильно устал. Он уже второй день не может попасть на остров, а мозг каждый раз вместо красивой зелени Леса и Поляны подкидывает запах каких-то медикаментов и абсолютно белое пространство вокруг. Ли всерьёз начинает думать, что сошёл с ума. А ещё он помнит, что сделал с островом, и ему во что бы то ни стало нужно вернуться туда, попробовать всё исправить. Он не помнит, что убил себя там. Он не понимает, что уже ничего не исправить. Что теперь он один на один с жестокой реальностью, в которой нет Хёнджина, а сам он привязан к кровати. Феликс кричит. Кричит так громко, что будит людей в соседних палатах, и его приходится перевести в другую комнату, где есть шумоизоляция. Вокруг постоянно снуют медсёстры и пытаются заставить его проглотить таблетки. Он каждый раз вырывается и утверждает, что совершенно здоров, ему не нужны никакие лекарства. Просто верните его на остров. Девушки только поджимают губы на эти просьбы и уходят. Ли потихоньку чувствует, как больше не может контролировать свой мозг. По ночам он просыпается и видит над своей кроватью Хёнджина, истекающего кровью и с ножом в руке, которым убил его Феликс. Это всё медленно убивает его. Ему хочется остановить это. Прекратить эту изощрённую пытку, придуманную его мозгом. Феликс рвёт на себе волосы, ему связывают руки и прокапывают курс успокоительного. Не помогает. Ли далеко в своих мыслях, считает, что это всё нереально, и именно таблетки убивают истинную реальность, в которой он находится. Так проходят неделя за неделей, пока ему не удаётся получить достаточно доверия, чтобы за ним перестали осуществлять такой пристальный контроль. И тогда он крадёт нож из столовой. Нож совсем не похож на тот, которым он убил своего парня. Тот был больше и явно острее, этим же едва ли можно что-то порезать. Однако Феликс пытается. На белых простынях остаются кровавые разводы, которые наверняка не отстираются. Сам Ли не получает должного результата, он даже не чувствует боли в местах порезов, и это открытие даёт ему зелёный свет. *** Минхо вновь перед палатой брата. Чанбин снова помогает ему открыть скрипящую дверь. И в следующий момент старший истошно вопит, оседая на колени. Со, зайдя в палату, крепко зажмуривает глаза, пытаясь стереть отвратительную картинку из памяти, но, как назло, ничего не выходит. Парень на полу плачет, трёт и без того красные глаза и что-то шепчет про то, что так не должно было случиться. Не должно, но случилось. Пациент: Ли Феликс Дата рождения: 15.09.2001 Диагноз: органический галлюциноз  Дата начала лечения: 02.10.2016 Дата смерти: 07.06.2023 Примечания: смерть наступила от многочисленной потери крови при порезе сонной артерии и вен на обеих руках. Ли Феликс наконец-то смог попасть в настоящий Неверлэнд, где он искренне счастлив и полностью здоров.

Lie lie lie lie down Go rest your eyes, Just fall asleep, Sweet dreams. You can't get off the ride