Гость, которому не рады

Дотторе «Гамма» еще раз перечитал письмо, которое ему отправил Дотторе «Альфа». В связи с преждевременной кончиной твоего предшественника, ты будешь тем, кто займет его место, и получит титул «Гамма». Я рассчитываю, что ты переймешь все его дела и проекты. Помимо общих воспоминаний, тебе потребуется обзавестись определенным опытом, который невозможно получить, путем вживления памяти. Ты так же получишь доступ к некоторым секретным проектам, которые выходят за рамки наших с Фатуи договоренностей. Я отправлю тебе навстречу бездельника Тарталью, вы встретитесь с ним в Ли Юэ. Я делаю это лишь с той целью, чтобы проверить его синергию с новой моделью глаза порчи. Все, что тебе нужно знать о предстоящем тесте, я поместил в капсулу знаний. Я ожидаю, что ты ознакомишься с ней после прочтения письма. Иль Дотторе «Альфа» Р.С. С предстоящим днем рождения. Подарок, который ты получишь, останется с тобой на всю жизнь. Дотторе «Гамма» изучил капсулу знаний, которая шла в купе с письмом, еще ранее. Там содержалась информация о тестах, которые он должен провести. Это была его обязанность. Дотторе Альфа отправил его сюда для того, чтобы взять образец крови. Для Гаммы подобная процедура была стандартной. Обычно его посылали за объектами, требующими деликатного к себе отношения. Проще говоря, с которыми агенты фатуи справиться были не в состоянии. Тейват населяло много монстров и все они требовали тщательного изучения. Биоматериал, который он добывал для своих старших коллег участвовал в производстве уникальных составов, предназначенных для упрощения научных изысканий. Альфа выделял его среди остальных клонов за его особые способности, он дал этому феномену название — грезы. Гамма мог управлять сознанием живых существ, когда находился рядом, поэтому у него не было проблем, связанных с подчинением. Подопытные слушали его команды и исполняли все, что он им прикажет. Чем дольше он находился с ними рядом, тем глубже становились его грезы. Дотторе знал, что мужчина с огненными волосами явится за ним в номер. Он только упростил ему задачу. Дотторе нашел его перед своей дверью с совершенно неописуемым лицом. Он пригласил его войти, как старого друга. Посреди комнаты для мужчины он подготовил стул. Гамма делал все, как привык. Методично и без лишних движений. Он извлек из своего чемоданчика необходимые инструменты. Странное чувство не покидало его, с тех пор, как мужчина подсел к нему за столик. Нечто похожее он испытывал раньше. Гамма замер напротив, сидящего на стуле мужчины. Сперва, нужно выполнить работу. О прочем, он подумает потом. «Гамма» всадил иглу образцу прямо в шею, чтобы взять образец крови. Он догадался, что что-то не так, когда в алых глазах Дикого кролика увидел осмысленный интерес. Еще несколько минут назад этот образец трясся от страха при виде Дотторе, так бывало с некоторыми из них. Грезы воздействовали на разум напрямую, придавая яркость уже поблекшим картинкам из прошлого. Часто, испытуемые Дотторе Альфа вблизи него вспоминали о ужасах, которые они пережили на операционном столе. Их тело вспоминало давно позабытые эпизоды. Они даже чувствовали боль, которую пережили когда-то в прошлом. Руки у Дикого кролика больше не дрожали, губы Дикого кролика приоткрылись, демонстрируя хищный оскал. Будто это Дотторе заперт с ним в клетке, а не наоборот. Гамма среагировал на опережение. Дотторе вколол ему транквилизатор. Это должно было его успокоить. Через несколько секунд раствор подействует. Дикий кролик растер свою шею, затем, с интересом взглянул на Дотторе. Тот все еще ждал результата, но ожидаемый, так и не наступил, судя по выражению задумчивости на его лице. Не долго думая, предвестник вогнал еще один шприц. Дикий кролик моргнул несколько раз, ничего не произошло. Третий шприц удалось в него ввести с великим трудом, так как испытуемый перехватил его руку. Здесь Дотторе не выдержал и вложил в свое действие достаточно силы, чтобы сломать кого угодно. Образец достойно сопротивлялся его нажиму, затем сдался, позволив предвестнику проткнуть иглой свою кожу. Дикий кролик улыбался, для него все это действо напоминало игру. Дотторе совсем не улыбался, он терпеть не мог ситуации, в которых что-то шло не по плану. Когда Дикий кролик поднялся со стула, который для него вежливо подготовил доктор, в обход команды «сидеть», Дотторе подумал о том, что эксперименты имеют свойство тебя удивлять. Дикий кролик так же проигнорировал команды «назад», «остановись» и «нельзя». Произносить команду «не трогай» было уже поздно, так как Дотторе нашел Дикого кролика в той позиции, с которой обычно он смотрел на всех остальных. После недолгой борьбы доктор оказался прижатым к полу недалеко от кровати, а сверху вниз на него смотрел Дикий кролик. Он зафиксировал руки Дотторе над головой. Бедра Дикого кролика с силой давили на его бицепс. Он фактически сидел на груди доктора, тем самым, сведя попытки того выбраться из столь унизительного положения на нет. Второй предвестник не думал, что такой поворот в принципе возможен. Поэтому, можно считать, что он сам себя поставил в столь невыгодное положение. Дикий кролик, как и остальные, в понимании Дотторе был зверем. Да и взгляд у него был звериный. Со зверем нельзя договориться. Зверя можно только выдрессировать. А если он тебя не слушается, его следует наказать. Этот зверь вздумал с ним играть. Играть с человеком великого ума. Пускай тешит себя этой мыслью. Дикий кролик смотрит ему прямо в глаза, затем перераспределяет свои руки, ему удается удержать Дотторе одной рукой. Другой он приподнимает его маску и откидывает в сторону, за ненужностью. Дикий кролик знает, у Дотторе красивое лицо, как давно он не видел его так близко. Он знает, что без маски тот чувствует себя голым. Доктор морщится. Это бесцеремонное действие, он расценивает, как оскорбление. Он этого не забудет. — Я хочу найти своего Хозяина, — наконец отвечает кролик. — Которого из? У которого шрам на шее? — Вижу, ты понимаешь, о чем речь, — Дикий кролик ухмыляется. — Не вижу для себя причин тебе помогать. — Я не сверну тебе сейчас шею. Как тебе такая причина? — Ха, ха, ха — доктор начал тихо смеяться, будто услышал не достаточно хорошую шутку. — Не станет меня, мое место все равно займет другой. — И тебя это не расстраивает? То, что тебя так легко заменить? — Разумеется я не в восторге, — признался предвестник, — Я бы предпочел пожертвовать другим собой. — Это я и рассчитывал от тебя услышать, — ничуть не удивился Дикий кролик. — Думаю, что смогу помочь тебе в поисках твоего Хозяина. Думаю, он даже будет рад с тобой встретиться, — крайне неприятно улыбнулся Дотторе. В глазах зверя читался интерес, Дотторе продавал ему то, что тот хотел получить. Он обменяет свою свободу на то, что тот хочет услышать. Ему совершенно необязательно знать, что произойдет, когда доктор займет более выгодную позицию. — Ну так что, отпустишь меня и получишь то, чего хочешь, или отыграешься на мне за свои обиды? — доктор еще раз обрисовал доступные варианты. Он ждал, он ждал, пока зверь клюнет. Но ожидание затянулось. — Разве следует выбирать из двух, когда вариантов куда больше, — наконец выдал Дикий кролик, — Я придумал расклад, при котором все останутся победителями. Сама трактовка Дотторе уже не понравилась. Зверь учуял ловушку, он не пошел, проложенной для него тропой. — Что же, готов тебя выслушать, ведь мне все равно придется, — сдался доктор. Следующее действие Дикого кролика оказалось для Дотторе самым неожиданным. Он приподнялся, чтобы сменить положение, но все еще удерживал его руки. Зубы Дикого кролика сомкнулись на изгибе шеи доктора. Они вошли глубоко под кожу. Через мгновение, они покинули шею Дотторе, унося с собой кусок его плоти. Дотторе смотрел на то, как Дикий кролик прожевал, а затем проглотил его частицу. Он не мог поверить в то, что это вообще произошло. Расширившимися зрачками доктор смотрел на свою кровь на его губах, он смотрел на то, с каким упоением зверь слизывает с них алые капли. Дотторе не боялся крови, он к ней давно привык. Но эта кровь была особенной. Эта кровь для него была священной. Это была его кровь и никому нельзя было ее проливать. Одежда пропиталась его божественной кровью. Она вытекала из раны потоком бурной реки. А Дикий кролик любовался. Он любовался им, как картиной, которую сам только что написал. Дотторе обнаружил, что его руки свободны, он схватился за рану. Его перчатки тут же пропитались насквозь. Дикий кролик смог прокусить его кожу, любой бы другой хищник сломал о Дотторе свои зубы. Отвращение, злоба и любопытство перемешались в нем. Он уже возненавидел Дикого кролика. Этот эксперимент, в этот самый момент, стал для него личным. Личным оскорблением. — Считай, что я только что повысил твою ценность, — Дикий кролик над ним насмехался. — Теперь, ты ничем не отличаешься от Хозяина. Теперь, я могу делать с тобой все, что захочу. — А сможешь? — этот Дотторе больше не был настроен играть. Он был намерен поставить этого зарвавшегося зверя на место. Он больше не позволит себе роскоши быть беспечным, он покажет Дикому кролику его место. Двое сцепились в грубой схватке. Они катались по полу, пока оба не оказались на ногах. Дотторе вскоре понял, что против этого противника, ему не придется сдерживать силу. На звук их битвы никто так и не пришел. Комната, в которой доктор должен был провести эту ночь, скоро потеряла свой товарный вид. Разбитое окно, владельцу гостиницы тоже придется восстанавливать за свой счет. В ходе борьбы Дотторе удалось вогнать в кролика еще один шприц с транквилизатором. Затем еще один и еще. Их сражение продолжилось уже на крышах домов. Ночь, словно заботливая мать, укрыла их от любопытных глаз. Этот кролик оказался очень проблемным. Он преследовал его и за пределами города. Это больше напоминало какую-то игру, чем реальную битву. Дотторе всадил в него дозу транквилизатора, которая свалила бы с ног дракона, но ему все было не почем. Он мог противостоять силе Дотторе. Ему хватало скорости, чтобы отражать его атаки. На него не сработали грезы. Он был похож на Гамму, но был другим. Дотторе запретил себе использовать на звере те варианты, которые могли бы привести к летальному исходу. Все-таки образец был нужен Альфе живым. Нет, не так. Теперь он нужен был живым и ему. Дотторе не был обычным человеком, будь он им, давно бы выдохся от такого темпа погони. Дикий кролик тоже не был обычным человеком, в ином случае, ему бы не хватило сил, не отставать от доктора. Когда стало рассветать, накопившийся в организме испытуемого транквилизатор, наконец дал эффект. Дикий кролик остановился, а затем рухнул на траву. Когда доктор подошел к нему, тот мирно спал. Прямо здесь и сейчас, он мог от него избавиться. Дотторе прикоснулся к переставшей кровоточить ране. Вся область шеи онемела, от того, что он использовал на себе сыворотку-анестетик. Дотторе в самом деле терпеть не мог, когда что-то шло не по его плану. Он совершенно забыл это чувство, чувство растерянности. Кажется, он понял о каком опыте говорил Дотторе «Альфа». Он должен быть готов даже к таким ситуациям. Он так же не знал насколько хватит транквилизатора. У него есть час или два. Он мог бы взять образец сейчас, но все необходимые приспособления остались в номере отеля. Навстречу первым лучам солнца из леса на поляну вышел Тарталья. Вид у него был крайне печальный, он шел чуть согнувшись и хромал на одну ногу. Выходит, тот, за кем Дотторе его отправил, умелый противник. Чайльд искренне удивился, увидев здесь доктора и мужчину, что лежал на траве у его ног. Особенно сильно он удивился, пропитавшейся кровью, белоснежной одежде второго предвестника. Он не видел рану, которую ему нанес Дикий кролик. Но самого вида крови на безупречной одежде доктора ему хватило, чтобы заставить свое воображение работать. А еще, на Дотторе не было маски. И это был первый раз, когда Чайльд видел его лицо. Его бледная кожа была перепачкана кровью. Рубиновые глаза сразу впились, в нарушившего его уединение одиннадцатого предвестника. Он напоминал Тарталье вампира с обложки одной из новелл, которую он подарил своей сестре. Обманчиво прекрасный снаружи, и чудовищный внутри. В этот раз, их встреча была совершенно случайной. Тарталья планировал вернуться в гостиничный номер и перевести дух. Оказалось, после того, как Дотторе и Дикий кролик разнесли одну из комнат гостиницы и выбили окно, лучше им в город не возвращаться. Это может вызвать ненужные вопросы. Дотторе кинул одиннадцатому предвестнику две сыворотки-анестетика. Тот сразу же их поймал. Тарталья ему еще пригодится, лучше, чтобы он мог стоять на ногах. — Присмотри за ним, — приказал Чайльду Дотторе и уже собирался уходить. — Кто это вообще такой? Он же живой? — Он спит, не трогай его, — доходчиво объяснил доктор, — не смей с ним играться и шутить. Ты меня понял? Тон Дотторе не терпел возражений. — Да понял я, понял, — успокоил его Чайльд, — А что делать если он проснется? — Не позволяй ему уйти, — Дотторе повернулся к Тарталье спиной. — Подожди. А ты куда собрался? — Подумать, — доктор стал удаляться. — Эй ты же вернешься, да? На этот вопрос Дотторе уже не ответил.