Гость, которому не рады

Дилюк слегка поморщился, когда вышел на солнце из Доли Ангелов. До его слуха донесся гул и хохот толпы. На празднике Вина и Свободы всегда было много развлечений, поэтому местные и приезжие ни в чем себе не отказывали. Рука все еще болела, после того, как Гео-Архонт ее сломал. Усиленная регенерация сделала свое дело. Кости срослись, но осадочек остался. Смех и громкие голоса тревожили чуткий слух Рагнвиндра. Настроение праздновать что-либо у него не было. В его случае и повода не было. Он стал так слаб, что проиграл клону Дотторе. Он стал так слаб, что продолжает проигрывать Гео-Архонту. Рагнвиндр вспомнил его надменную улыбку. Его близость напоминала аристократу о том, как он несовершенен. Она уязвляла его. Архонт был близко, но Дилюк был слишком слаб, ему не дозволено было к нему прикоснуться. Он не заслуживал той награды, которую мог бы вырвать из драконьих когтей. Их спарринги становились все жестче, но Дилюк не сдавался. Он поднимался каждый раз, когда его сбивали с ног. Он регенерировал, когда с хрустом ломались его кости. Моракс был прав. Все его мысли были только об одном. Он хотел взять силой то, на что, как он считал, имел право. Но забрать это у Гео-Архонта было для него невозможно. — Чертовы драконы, — вслух выругался Дилюк. — Что ты сказал? На знакомый голос Рагнвиндр отозвался усталым выдохом. — В сказках часто драконы похищают прекрасных принцесс. А отважные принцы их спасают. Неужели тебе нужна помощь прекрасная принцесса? — Альберих карикатурно изобразил отважного воителя, — твой принц уже прибыл. Дилюк смотрел на весь этот спектакль с плохо скрываемым неодобрением. — Если принца проглотит дракон, надеюсь он умрет от несварения. — Эй! Не убивай принца так безответственно. Он все-таки главный герой. — Чего тебе надо? Ты разве не должен работать? — Так я и работаю. Патрулирую улицы города. Слежу за порядком. — Везде где ты, обычно беспорядок. Дилюк был не в настроении и Кэйя это прекрасно видел. Дилюк не любил проигрывать еще с детства. Все время ходил мрачнее тучи, когда Альберих обыгрывал его в карты на желания. Правда карты эти были крапленые и Кэйя по сути обманывал своего старшего брата. Но отказаться от этой забавы он был не в силах. В то время Дилюк был святая простота. Он верил Альбериху на слово. Теперь многое уже ушло в прошлое. Их общее прошлое ушло. Потому что этот Дилюк его не помнил. — Мы с тобой давно не виделись, — стал серьезнее Кэйя, — Хотел узнать, как у тебя дела? — Я думал, о моих делах тебе Альбедо докладывает. — Что же поделать, мой лучший друг чаще меня видится с моим любимым старшим братом. Слышал, ты предоставил ему доступ к алхимической лаборатории гильдии. — Решил, что негоже его таланту простаивать без дела, — Дилюк отошел за угол в тень. Кэйя проследовал за ним. — Альбедо сказал, что вещество, которое вкололи Гео-Архонту и его слуге, быстро распалось. Ему не хватило времени его как следует изучить. — Так и есть, синтезировать противоядие не получилось из-за отсутствия образца. — И какие у тебя мысли? Дилюк молчал. — Ты ведь думаешь о том, как выйти на этого Доктора? Кэйя прокручивал эту мысль в голове с тех пор, как увидел своего брата в том состоянии, в котором его нашел. Дилюк был разбит и его гордость была побита вместе с ним. Пускай он уже не тот Дилюк из прошлого Кэйи, у них все же были схожие черты. Тот Дилюк никогда не сдавался, до тех пор, пока не одерживал вверх. Как бы тяжело не было, он никогда не отступал. Дилюк молчал. — И что ты будешь делать, когда его найдешь? Дилюк молчал. Кэйе не нужны были его ответы. Он уже перебрал их всех в своей голове, когда раздумывал над всей ситуацией в целом. Он мог с уверенностью озвучить за Рагнвиндра все, о чем тот думал. — Знаешь, я думал об Одиннадцатом Предвестнике, — подбросил идею Альберих, — и о том, что Гео-Архонт его отпустил. — Пожалел своего ученика? — Кэйя размышлял вслух, — У Гео-Архонта может быть своя игра. Впрочем, то что Одиннадцатый Предвестник выжил нам на руку. Дилюк наконец повернул голову и посмотрел на Альбериха. — Выследить его будет проще. — Тарталья Чайльд, — Дилюк произнес имя, которое запомнил, вернее, тот сам ему представился. Он использовал глаз порчи, одну из разработок Дотторе. И Чайльд обмолвился о каких-то особых тренировках своего учителя, которые его ждут. А еще сам Дотторе говорил, что тот ему полезен, значит он оказывает ему какие-то услуги. — Если найдем его, сможем узнать о Докторе, верно? — спросил Кэйя, — Думаю, он так просто в руки нам не дастся, как в прошлый раз. — Не лезь в это. Альберих устало выдохнул. — Я уже взрослый мальчик, сам решу с кем мне играть в песочнице. Не думай, что он нужен только тебе. У меня к предвестникам тоже накопилось вопросов, которые я бы задал в приватной обстановке. Взгляд Дилюка был тяжелый, но Альберих его выдержал. — Вдвоем мы управимся быстрей. Подумай об этом. — Капитан вы тут! — один из подчиненных окликнул Альбериха, — У киоска взрывающихся шаров началась потасовка! — И так каждый год, — зевая протянул Кэйя, — этот киоск точно проклят. Дилюк смотрел на удаляющуюся спину своего младшего брата. Аристократ не хотел с ним пересекаться. Рагнвиндр не знал, что ему еще сказать. Он думал, что Альберих будет задавать ему вопросы о его прошлом. О том, как он стал таким, какой он есть. Он не мог рассказать ему о том, как он жил и что делал эти годы. Рагнвиндр был внимательным хищником. Он видел в Альберихе горечь утраты и счастье от воссоединения. Кэйя заботился о нем. И эта забота была какой-то аномалией. Дилюк долгое время не знал, как к этому относиться. Потом, он просто принял ее, как есть. А еще Кэйя всегда вставал на его сторону, что бы Дилюк ему не говорил. Как бы больно его слова не били. Но это совсем другое. Кэйя просто не знает о нем всего. — Что он будет делать, когда узнает? Он останется на моей стороне? — эти мысли Рагнвиндр произнес вслух, но его никто не слышал.

***

Альбедо наслаждался выступлением Венти. Бард пел и его голос рисовал в воображении картины из далекого прошлого. Тех времен, когда отважные воители бились на смерть за свою свободу. Его рукав потянули вниз, и алхимик был вынужден отвлечься. — Пойдем ловить рыбок братик, — Кли поняла, что все внимание алхимика приковано к ней, поэтому указала пальцем на киоск, где в миниатюрном пруду плавали рыбки. За другой рукав тоже потянули и Альбедо повернул голову. — Учитель, я хотела вам показать киоск с книжками. Там собрана целая коллекция книг из разных стран, — зарделась Сахароза. Кли снова дернула за рукав, с другой стороны. — Рыбки! Рыбки! Сахароза дернула рукав, со своей стороны. — Уверена, там и по алхимии что-то найдется. Альбедо сохранял внешнее спокойствие, хотя внутри он был в смятении. Его вежливая сторона, хотела согласиться и с той и с другой. В то время, как его скрытая сторона, хотела дослушать выступление барда. За картиной перетягивания каната, то есть Альбедо, со стороны наблюдал Гео-Архонт. Чжун Ли расположился за столиком с чашечкой чая. Он невольно улыбнулся, почувствовав волнение гео-элемента в алхимике. Глаза Моракса на секунду приняли вертикальный вид, как только он почувствовал приближение знакомой ауры. Огненную макушку легко было разглядеть в толпе. Дилюк двигался напролом и все, кто встречался ему на пути, услужливо расступались. За ним змейкой шли его подчиненные и приезжие господа. Должно быть, настало время заключения контрактов. Моракс был в курсе того, что торговые сделки, по большей части, контракты на поставку вина, приносили стране ветра значительные дивиденды в казну. Рагнвиндр занимался инвестициями в будущее. Поэтому на торговле вином все не оканчивалось. Он скупал собственность в соседних странах, строил торговые маршруты. Вкладывался в развитие портов. Большая часть его доходов была связана с нелегальной торговлей. Суммы, которыми ворочал Рагнвиндр разумеется шли в обход системы Банков Снежной. Моракс официально отошел от дел, поэтому отнесся к появлении ячейки гильдии теней в Ли Юэ, как к занимательному представлению. Он просто наблюдал за тем, как будут разворачиваться события и как руководство из Цисин будет решать проблему. Вместо того, чтобы бороться с гильдией теней Нин Гуан предпочла с ними сотрудничать. Накопление богатства и упрочнение положения страны камня, стало для нее приоритетом. Она им не доверяла, при этом использовала. Как и они ее. Первый раз Чжун Ли увидел главу гильдии теней на тайной встрече во дворце Нин Гуан. Именно тогда они заключили что-то вроде делового контракта. Высокий, статный. От него за версту разило опасностью. Когда аристократ проходил мимо Кэ Цин, у нее даже коленки затряслись, что показалось Архонту очень забавным. Дилюк не мог его узнать. Драконы древности могут принимать различные формы, но их разум всегда остается неизменным. Моракс влился в число слуг небесного дворца, чтобы лично проконтролировать заключение этой сделки. Старые привычки было сложно оставить. Особенно те, которые горели под его холодной чешуей очень давно. Ему хватило одного взгляда, чтобы все понять. От него пахло именно так, как того желал дракон. И этот аромат отправлял его в прошлое. В те времена, когда от ударов его сердца содрогалась земля. Гео-Архонт поднялся из-за стола, где оставил опустевшую чашечку чая. — Пора показать моему ученику, как правильно нужно заключать контракты. С этими словами и с едва уловимой улыбкой на устах, Моракс встроился в процессию из торговцев.

***

Первый день праздника подошел к концу. Альберих распорядился о вечернем патрулировании, так как желание покутить в ночную смену обычно самое сильное. Он присел на одну из скамеек. Ноги гудели, от того, что он весь день их эксплуатировал. На улице было все еще тепло, поэтому жители города и туристы не спешили по домам. — Держи. Кэйя поймал бутылку вина. — Мне еще рано пить. Смена не закончилась. — Пфф, будто это когда-то тебе мешало, — Розария присела рядом на скамейку. — Как день прошел? — Ненавижу эти религиозные праздники, — монахиня вытянула ноги вперед, подтягиваясь. — Опять от поклонников не было отбоя? — Кэйя обнаружил, что бутылка уже открыта. — Такое ощущение, что все эти девственники женщин никогда не видели. — Ха Барбара опять собрала урожай со своих фанатов, — усмехнулся Кэйя, — Зато все идет в казну Храма, тоже плюс. — Думаешь храму нужны эти грязные деньги? — пренебрежительно отозвалась Розария, намекая на то, в чьих руках они были до этого. — Говорят, что деньги не пахнут. Лицо монахини сделалось еще более презрительным. Будто она что-то себе представила. Определенно грязное. — И почему только я работаю в праздники? Это не справедливо, — взмолился капитан. — Видела твоего братца. Тоже работал в поте лица. Альберих повернулся к ней и похлопал одним глазом. — Дилюк то? В поте лица? Мне порой кажется, что он не человек вовсе, — Альберих выронил эту фразу случайно, после чего понял, что сказал по сути правду. — Ты говорил с ним по поводу всего, — Розария рукой охватила некое метафорическое пространство, — того, что произошло. — Не знаю, что у него спросить. Вернее, знаю, — Кэйя схватился за голову, — но не могу с ним об этом заговорить. — Обычно у тебя нет с этим проблем, — Розария заметила, что бутылка в руках Кэйи простаивает без дела, поэтому отобрала ее и сделала хороший глоток. — Нужно поднять тему отца. Это будет правильно по отношению к нему. Но каждый раз останавливаю себя. Мой Дилюк меня не простил, — капитан запнулся, — смерть отца была причиной по которой он уехал. А новый Дилюк, он не помнит своих обид. — Боишься сказать ему правду, — озвучила за него монахиня, — боишься, что он осудит тебя? — Это уже один раз произошло. Он сбежал из-за меня. Я боюсь, что он сбежит снова и не вернется. — Вокруг тебя мир не кружится, как бы тебе этого не хотелось. Твой брат ушел по своим личным причинам, а не из-за тебя. — У него были причины уйти, но толчком к тому, что он ушел один, послужило то, что сделал я. Я не боюсь рассказать ему правду об отце и тех событиях. Я боюсь, что он перестанет мне доверять. — Все равно ему решать. На мой взгляд, ты сделал достаточно, чтобы заслужить его доверие. — К черту! — Альберих выхватил бутылку из ее рук и тоже приложился, — Глоток лучшего вина, в честь завершения трудового дня. Розария улыбнулась расслышав привычный для капитана энтузиазм. — Кстати, ты видела Альбедо? — Нет, видела только, как твой брат ругался со своим кавалером, — подколола Розария. — Не называй его кавалером моего брата, — рефлекторно отразил Альберих, — Постой, что? Они ругались? Кэйя тут же почувствовал, что запахло жаренным. — И где они сейчас? — Были у восточных врат, — когда она это произнесла Альберих уже стоял на ногах. — Любишь же ты ввязываться в чужие разборки, — устало протянула она. — Следить за порядком в городе моя работа, — капитан говорил это уже будучи в пол оборота. Розария наблюдала за тем, как он припустил трусцой, в заданном ей направлении. Она посмотрела на бутылку вина, которую капитан оставил на земле. — Мне же больше достанется, — произнесла она сама себе.

***

— Все-таки пришел посмотреть, — Венти не составило труда подняться на крышу здания. Уже стемнело, да и никто особо не поднимал глаза вверх. Сяо спокойно уплетал какое-то лакомство. Венти не стал спрашивать, где он его раздобыл. Просто присел рядом и откупорил бутылку крафтового вина, которое ему перепало, за участие в представлении. Он разлил вино по двум бокалам, которые прихватил с собой и протянул один из них Сяо. Венти вдохнул, поднеся бокал вина к носу. — Запах свободы! — По-твоему свобода пахнет перебродившим виноградом? — Для меня это перебродивший виноград. Для тебя может быть что-то другое. У каждого запах свой. В этом весь смысл, — менторски пояснил Барбатос. — Значит моя свобода пахнет, как жаренный тофу, — поделился Сяо. — Давно мы так не сидели. Тост! — бард поднял бокал, — За старых друзей и новые встречи! Охотник поддержал его начинания и бокалы встретились, звуча едино. — Старых друзей становится все меньше, — произнес охотник. — Это точно. Новые Архонты не особо общительные, знаешь, — поделился Барбатос, — у каждого свои заботы. — Это нормально. Архонты и должны заниматься своими царствами, — ответил Сяо. — Да. Это так. Но мне не хватает этих дружеских посиделок. Когда ты можешь поделиться с друзьями достижениями своих подданных. — Разве это не называется просто хвастаться, — охотник погрузил в рот, кусочек сыра тофу. — Тебе не понять, ты же не был Архонтом. — Ах да, чем вы там еще мерились? Вспомнил, чьи подданные вырабатывают больше веры. Моракс тогда победил, — припомнил Сяо, — Какое там у тебя было место? Охотник показательно задумался. — Так хватит! — засмущался Венти, — Я был самым молодым Архонтом! — Мне кажется дело не в этом. В твоем царстве свободы всегда процветала безответственность. Твои подданные просто забывали молиться. — Не надо вспоминать об этом! — поднял шум Венти, — В моем царстве всегда процветала свобода, поэтому я просто не мог заставить кого-то молиться специально, чтобы выиграть пари. — Я помню, что это пари ты сам и предложил, — Сяо улыбнулся уголками губ. — Да я это сделал. Но было же весело! Все так включились в работу, — Венти сам начал улыбаться, вспоминая картины из прошлого, — Мне этого не хватает. — Хм, — Сяо качнул головой, но вспоминал совсем другое. Он вспоминал своих друзей. Ныне ушедших. Тех, кто пожертвовал собой, чтобы мир сегодня процветал. — Что думаешь о празднике? — Венти оборвал его раздумья. — Суматошно. — Все, как я люблю. Это только первый день. Обычно праздник длится неделю. Будет большое соревнование на планерах. А потом каждый запустит своего воздушного змея. Будет что-то вроде ваших летающих фонарей. — Воздушные змеи? — Люди смогут сами сделать такого змея, своими руками, пока идет праздник. А в конце, все эти змеи взлетят высоко высоко. Уж я то об этом позабочусь, — Венти показал большой палец вверх. — Удачи. — Ты тоже должен запустить своего змея, — бард похлопал его по плечу. — Я не умею их делать, — попытался уйти от ответственности Сяо. — Это просто. Даже маленький ребенок справится. Ты же не хочешь проиграть маленькому ребенку? — подначивал Барбатос. — Мне не десять, чтобы вестить на твою болтовню. — Моракс сказал, что он тоже запустит змея. Хочешь его оскорбить своим отказом? Охотник вымученно вздохнул. — Хорошо, я сделаю тебе змея. Барбатос поднял оба больших пальца вверх. — Змей символизирует свободу. Запуская его в небо, можно увидеть, что все что держит тебя на земле, не существенно. — Я понял. Ты очень любишь змеев. — Осталось теперь только уговорить Дилюка сделать змея, — воодушевился Венти. — Зачем тебе его уговаривать? Я думал у тебя тут земля свободы. — Он вечно занят какой-то ерундой, вместо того чтобы думать о запуске змея, — возмутился бард. — Похоже, что он работает пока ты развлекаешься. — Я не могу ему запретить работать. Но суть этого праздника в том, чтобы… Сарказм Сяо его перебил. — Запустить змея? — Вот именно! Даже ты все понял! Хотя ты не уроженец страны ветра. — Как только Дилюк перестанет искать в твоих замыслах логику, он тоже все поймет, — Сяо осушил свой бокал, — Вкусно, — похвалил он. — Тише, — Барбатос остановил Сяо рукой. Охотник видел, как тот прислушивается, словно сам ветер шептал ему. Этот момент тишины продлился не долго. Венти поднялся на ноги, и Охотник на демонов встал вслед за ним. — Что-то случилось? — Идем, — Венти поманил его следовать за ним, что Сяо и сделал. Стоило им достигнуть восточных ворот, они застали интересную картину. — Да кем ты себя возомнил? — Рагнвиндр стоял напротив Моракса возле арки. От него исходил праведный жар. — Ты должен называть меня учителем, — Моракс чуть склонил голову на бок. — Ты здесь никто, — голос Дилюка был наполнен угрозой, — Не вмешивайся в мои дела. — Будешь говорить так, когда сможешь меня хотя бы поцарапать, — это точно был вызов. Моракс сказал это специально. Дилюк слишком горяч, чтобы не клюнуть на это. Гео-Архонт не думал, что Рагнвиндр так скоро выйдет из себя, когда тот начнет раздавать ему советы по ведению его собственного бизнеса. Дело было не в том, что он сказал, а как он говорил с Рагнвиндром при посторонних людях. Они не выносили свои особые отношения за пределы поместья. Моракс никогда не указывал на то, что Рагнвиндр в пищевой цепочке ниже его. Но тут он позволил себе эту блажь. Хотел посмотреть каким станет лицо аристократа. Это было даже лучше, чем он себе представлял. Моракс наслаждался этой конфликтной ситуацией. — Думаешь, ты так неуязвим дракон? — в Дилюке прошипел Дикий кролик. — У меня не было оснований сомневаться в своей неуязвимости. — Дотторе с тобой бы поспорил. — Тот самый Предвестник, который все это время трусливо прятался в тенях? Смотрю, у вас много общего. Верно, он же тебя и создал, от подобной зависимости трудно избавиться, — припомнил дракон. — Какое высокомерие, считать, что ты хоть что-то обо мне знаешь. — Пока что я узнал только то, что твоя спесь ничем не оправдана, — Моракс прямо указал ему на поражение. Аура Рагнвиндра полыхнула. Ее можно было почувствовать даже не расстоянии. Именно это ощутили бард с охотником. — У проигранных битв есть причина. Я вижу слабость разума, — Моракс приложил палец к виску. Он сделал шаг вперед, словно наступая. — Ты полагаешься на свой разум, но твое сердце говорит тебе другое, — дракон говорил то, что видит. Все его действия были направлены на то, чтобы спровоцировать Рагнвиндра на откровение. — Я более чем уверен, что ты не бил Предвестника в полную силу. Что именно тебе мешало? — дракон сделал еще шаг вперед, его зрачки приняли вертикальный вид, — Чувства? Дилюк непроизвольно сглотнул и для Моракса это стало подтверждением его слов. — Ты проиграешь и в следующий раз, — констатировал он. Тарталья был учеником Моракса. Он был очень перспективным учеником. И дракон хотел, видеть его развитие, уже не как продолжение своей руки. Но Чайльду всегда мешали чувства. Чувства мешали ему трезво смотреть на схватку между ними. Он всегда делал шаг назад, когда Моракс делал шаг вперед. Он всегда придерживал себя, когда мог ударить сильнее. Дракон, прошедший тысячи битв это прекрасно видел. Чайлд не мог избавиться от навязчивых чувств к нему. Моракс слышал, как учащенно билось его сердце, когда они пересекались. Совсем не случайно. Эта зависимость мешала Чайльду раскрыться в битве с ним. Рано или поздно он должен был это превозмочь. Как и Дилюк должен был избавиться от своей слабости. Которую он вряд ли осознавал. — Чувства, — Рагнвиндр понизил голос, — у меня их нет. Ведь я монстр, сотворенный безумным ученым. Я покажу тебе, каким он меня задумал. Дилюк рванул к Архонту с такой скоростью, что опередил собственные слова. Моракс заблокировал его удар. И от соприкосновения этих сил казалось вздрогнула земля. Они фехтовали в рукопашную, и дракон отметил, что навыки, полученные Дилюком во время их спаррингов, были усвоены. Даже если он совершал ошибки, то аристократ быстро учился. Люди, которые стали свидетелями их разногласий, поскорее попытались скрыться. Двое рыцарей, которые патрулировали город, застыли на месте. Они явно не понимали, что со всей этой ситуацией делать, так как прекрасно знали кто перед ними. Под горячую руку Дилюка не хотел попадать даже рыцарский состав Ордоса. Барбатос кивнул Сяо, ожидая что тот поймет его без слов. Бард спустился с крыши, скользя по ветру. Его появление остановило атаку Рагнвиндра. Он вовремя успел затормозить, прежде чем его кулак достиг лба барда. Стильная шапочка не удержалась на голове и слетела, оставив макушку Венти не прикрытой. Атаку Моракса Сяо заблокировал своей рукой. Тот совсем не был удивлен. Венти остановил Дилюка, в то время как Сяо встал на пути Моракса, прерывая эту не шуточную схватку. — Вы чего творите?! — звонкий голос барда прервал молчание. Дилюк сделал шаг назад, поправляя свой камзол. Он бросил на Моракса холодящий кровь взгляд. — А ты что здесь делаешь? — вопросом на вопрос ответил он. — Что? — Венти даже опешил от такой наглости, но быстро взял себя в руки, — Не помню, чтобы в расписании праздника было запланировано такое шоу. — Считай. Это была импровизация. — А вы быстро примчались, — Моракс снял с руки перчатку, он лизнул большой палец и потянулся к лицу опешившего охотника, — могли бы дать нам больше времени наедине. Под недовольным взглядом Рагнвиндра он провел пальцем у уголка губ Сяо, убирая след от вина, как заботливый родитель. Для кого-то этот жест выглядел вполне невинно, а для кого-то весьма пошло. Дилюк выдохнул свое раздражение в воздух. После чего развернулся, с намерением покинуть Мондштадт через ворота. — Мне за ним проследить? — вызвался Сяо. — Не стоит. Пусть остынет. Венти смотрел вслед аристократу, до тех пор, пока его силуэт не исчез. Он повернулся к Гео-Архонту. — Я решил не мешать тебе тренировать Дилюка. Понадеялся на то, что ты будешь поступать разумно. — Ты ничего не добился от него, за все это время пока играл с ним в дружбу, — ответил Моракс, — Он так тебе ничего о себе не рассказал. Ты не стал мне мешать, потому что надеялся, что я добьюсь большего. — Я надеялся, что смена тактики поможет ему раскрыться, — подтвердил Барбатос, — но я не играл с ним в дружбу. — Как скажешь, — Моракс обернулся, когда почувствовал приближение Альбериха. Он спускался по каменной лестнице. — Зверь всегда кусается, когда чувствует опасность, — произнес он для Барбатоса, — нужно просто потерпеть, пока он не устанет кусать. Когда Альберих подбежал к ним, Моракс прошел мимо него. Сяо проследовал за ним. — Эй! — произнес Кэйя, вслед удаляющейся фигуре Архонта. Капитан понял, что тот его проигнорировал, поэтому повернулся к Венти. — Где Дилюк? — Ушел. Капитан посмотрел на восточную арку, он быстро сообразил, что брат вышел из города. Альберих уже сделал шаг в ту сторону, когда рука Венти ухватила его за локоть. — Ты его не догонишь, — произнес бард. Капитан решил поверить ему на слово. За его братом в самом деле было тяжело угнаться.