Гость, которому не рады

— Это могло бы стать хорошей традицией, — заметил Венти, — собираться всем вместе за ужином. Он окинул взглядом всех присутствующих за длинным столом, который заполнили изысканные блюда. — У меня такое ощущение, что чего-то здесь точно не хватает, — задумчиво протянул Кэйя. — Верно! Ты тоже это заметил? — воодушевился бард, — атмосфера здесь весьма брутальная. — Это оправданно. Ведь за столом собралась исключительно мужская компания, — озвучил очевидное Альбедо. — Только представьте себе, как бы преобразился этот вечер, если бы его наполнили звонкие девичьи голоса, — обрисовал картину бард. — Тебя и так обслуживают дамы, — Дилюк повернул к нему голову, — лучше скажи за это спасибо. Как только гости хозяина поместья вернулись с праздника, служанки быстро сервировали стол и поставили на него разномастные яства. Под руководством старшей горничной Аделинды они откупорили крафтовое вино и разлили его в хрустальные бокалы. Обслуга удалилась по команде Аделинды, дабы не мешать гостям вести беседу. — Я совсем не жалуюсь. Вынести проблему на обсуждение не считается зазорным. — Раз уж это проблема. То ее стоит обсудить, — неожиданно поддержал его Дилюк. — Отлично! — воодушевился Венти, — Я знал, что не единственный здесь, кого это волнует. — Нас пятеро, — заметил Кэйя, — Я так понимаю, наш ускользающий приятель к нам не присоединится. — У Сяо есть на то свои причины, — ответил Альбедо. — Что не особо любит компанию? — зачем-то уточнил капитан. — Его аура может нанести вред здоровью, поэтому он старается свести к минимуму все контакты с обычными людьми, — добавил Венти. — Я попросил госпожу Аделинду приготовить для него его любимое угощение, — сказал Альбедо. — Ты? — капитан повернул голову к алхимику. — Почему вас это так удивляет? — вопросом на вопрос ответил Альбедо. Похоже Альбедо не видел в этом ничего предосудительного. А вот капитан взял на заметку. — Я уверен, он это оценит, — одобрил Чжун Ли. — Дафайте вернемшя к обсушдению вашных вещей, — Венти не побрезговал начать трапезу, поэтому произнес он это с набитым ртом. — Например, к улучшению твоих манер, — дракон несколькими легкими разрезами разделил мясо на кусочки. — Он не считает, что должен себя контролировать в нашем присутствии, — Дилюк так же разрезал мясо. — Хорошие манеры лицо мужчины, — отметил Чжун Ли, — они должны быть при нем всегда. — Они действительно при нем, только дурные. — Вы двое совсем не образец хороших манер, — прожевав возмутился Венти, — указывать людям на их манеры дурной тон. — Разве? — они ответили синхронно. — Образец хороших манер — это Альбедо, — выдвинул своего кандидата Барбатос. — Не стоит ставить меня в пример, — скоро отреагировал алхимик. — Почему нет? На мой взгляд ты самый правильный здесь, — Венти стал набивать своему кандидату рейтинг, — умный, деликатный, воспитанный, — он стал загибать пальцы. — Главное скромный, — добавил Рагнвиндр. Это замечание похоже попало в цель. Альбедо, который разделывал мясо ножом, надавил так сильно, что раздался противный скрежет. — Ай! — Венти аж зажмурился. — Простите, — тут же по привычке оправдался Альбедо. Кэйя, который сидел по правую руку от него, встретился глазами со своим братом. Тот никоем образом это не пояснил, только салютовал ему бокалом вина. — Я еще не встречал людей без недостатков, — произнес капитан, — У всех есть свои сильные стороны и слабые. Есть стороны, которые люди стараются скрыть, другие — приукрасить. — Обычно люди стараются выглядеть для других лучшей версией себя, — ответил ему Рагнвиндр, — просто у кого-то получается обманывать, а у кого-то нет. — Все зависит от того, что считать обманом, — присоединился Чжун Ли, — многие живут в плену своих собственных иллюзий. — Поэтому я и хотел, чтобы нам компанию составили прекрасные леди. Вокруг меня собрались одни циничные пессимисты, — сокрушался Венти. — Ты всегда можешь покинуть это безрадостное место и пуститься на поиски настоящих приключений, — намекнул ему аристократ. — Я последний лучик света в замке темного владыки. Если я его покину, то все здесь погибнет! — Мне кажется или с прошлого раза, как я здесь был, вещей в доме прибавилось? — приметил Кэйя. — Тебе совсем не кажется, — ответил Рагнвиндр. — Замок темного владыки стал напоминать драконью пещеру, набитую хламом — описал состояние дома Альберих. — То, что драконы живут в пещерах заблуждение фольклористов, — решил прояснить Моракс, — на самом деле все драконы любят простор. — Тогда скоро тебе здесь станет тесно. Не хочешь подыскать себе гнездышко просторнее? — предложил Дилюк. — Не стоит за меня переживать. Мне вполне комфортно в моих нынешних границах. — С каких пор твои границы пролегают на моей территории, — Барбатос указал на него вилкой, — тебе не будет ли слишком жирно? — Может я в коем—то веке наведу здесь порядок. — То, что ты видишь беспорядком, хорошо организованный порядок, — бард надул губки, — Не трогай мой беспорядок иди и займись своим собственным! — В том, чтобы собраться мужской компанией тоже есть свои плюсы, — подметил капитан, — в присутствии прекрасных дам не все темы можно обсуждать. — У меня нет с этим проблем, — сказал за себя Дилюк, — думаю, не для кого не секрет, что многие женщины толковее мужчин. С ними можно говорить на любую тему. — Приятно слышать такое от тебя Дилюк, — сразу заулыбался Альберих. — Убери эту идиотскую улыбку со своего лица. Я могу сказать, что женщины справляются со многими задачами лучше мужчин. Просто об этом не принято говорить. — Понятное дело, они в тысячу раз милее мужчин, — Венти мечтательно хлопал глазами, — сразу со всем им хочется помочь. — Тут ты прав, — задумался Альберих, — не припомню случая, когда бы кто-то предложил что-то сделать за меня. — В самом деле не припомнишь? — капитан сделал вид, что защищается рукой от убийственного взгляда старшего брата. — Женщины очень мягкие, — неожиданно высказался Альбедо. — Что? Откуда ты об этом знаешь? — по-своему интерпретировал капитан. — Такие вопросы невежливо задавать, — осадил брата Дилюк. — Мы же в мужской компании. Их нужно задавать, — подключился Венти, — мне тоже интересно. — Я думал, это очевидно, — не уточняя дал ответ алхимик, — если сравнить строение мужского и женского тел, например, капитана и госпожи Аделинды, в них заложены физиологические различия. — Ты ведь не об этом думал да? — аристократ усмехнулся в адрес брата. — Если сравнивать строение тела господина Дилюка и капитана, то они тоже имеют физиологические различия, — задумался Альбедо. — Зачем ты сравниваешь нас с Дилюком? — опешил Альберих, — Нет, постой, что еще за физиологические различия? — Если сравнивать капитана и господина Дилюка, то капитан мягкий. — Я ничего не понял в твоих метафорах, — Кэйя схватился за голову, — Было похоже на завуалированное оскорбление. — Я бы тоже хотел поучаствовать в сравнении, — вписался Чжун Ли, — почему бы тебе не поставить на чаши весов меня и Дилюка? — Господин Чжун Ли твердый, как камень, а господин Дилюк прочный, как металл, — ушел в сторону алхимик. — Ты невероятно тактичный, я бы так не смог! — от сердца похвалил бард. — Почему я мягкий? — все еще задавался вопросом Альберих. — Ты же хотел мужских разговоров. Ты их получил. — Вообще-то мужские разговоры должны быть о дамах, — признался Венти, — Почему ни у кого из вас до сих пор нету дамы сердца? — Это самый не тактичный вопрос, который ты мог бы задать, — произнес Чжун Ли. — Я понимаю почему девушки нет у тебя, — ответил ему Барбатос, — встречаться с тем, кто тебя во всем поправляет, просто невыносимо. Но что с остальными? — У тебя ведь тоже ее нет, — вписался Дилюк, — тут я допускаю, тяжело найти женщину, которая будет мириться с пьянством. — Прошу заметить! Я пью только по праздникам. — Окончание рабочего дня тоже праздник, — припомнил Альбедо, — поэтому капитан пьет после работы. — Чья бы корова мычала. Ты ведь пьешь со мной Альбедо. — Не то чтобы мне это нравилось. Просто так легче узнать новости дня. — Так ты пьешь со мной, только чтобы получить информацию? — А еще капитан оплачивает счет за двоих. Вернее, его счет записывают на счет господина Дилюка. Так можно сэкономить деньги. — Теперь я начал понимать, почему у тебя Глаз Бога Гео — вынес вердикт Венти. — Люди, которые отмечены Гео знаком во всем ищут выгоду, — пояснил Моракс. — Хотите сказать, что Альбедо на самом деле меркантильный? — у Альбериха открылись глаза. — Это качество вовсе не отрицательное, — вступился Дилюк, — нет ничего плохого в том, что человек ставит свою выгоду на первое место. Так куда легче договариваться, нежели с теми, чьи эмоции возобладают над разумом. — Так у тебя поэтому нету девушки? — подчеркнул бард. — Мне вполне комфортно общаться с женщинами в деловом плане. Я бы не хотел переходить черту, за которой наши отношения станут турбулентными. — Звучит так, будто ты давно поставил крест на отношениях с женщинами, — подивился Кэйя, — что у тебя там такого произошло? Первый раз, оставил травму на всю жизнь? — Она не была женщиной в полном смысле этого слова, — уточнил Дилюк. — Что это вообще значит? — Я не стану объяснять, — поставил точку Рагнвиндр. — Неприятный опыт тоже опыт, — подхватил Альбедо, — поэтому я обычно провожу несколько одинаковых тестов, прежде чем зафиксировать отрицательный результат. — Какая занимательная метафора об отношениях, — подметил Барбатос. — Так твой опыт тоже был отрицательным? — уточнил у Альбедо Дилюк. — Я вырвал эту страницу из своего блокнота о наблюдении, — ответил тот. — Почему я, как твой лучший друг, об этом ничего не знаю? — возмутился Кэйя. — Обычно капитан говорит только о себе, я предоставляю ему эту возможность. — Теперь мы узнали какой ты друг на самом деле, — усмехнулся Рагнвиндр. — У меня работа такая, мне нужно кому-то выговориться. Да какая разница. Зато я оплачиваю твой счет в баре, — уравновесил Альберих. — Его оплачивает ваш брат, — напомнил Альбедо. — Вот именно. Все в выигрыше, — подвел итог капитан. — Капитан может говорить о женщинах часами. Большинство информации, что он выдает бесполезна. — Это для тебя бесполезно, потому что тебя интересует только твоя алхимия. — Справедливое утверждение, — кивнул Альбедо. — Хочешь, я буду говорить с тобой об алхимии? Альбедо быстро взвесил все плюсы и минусы. — Лучше говорите о женщинах. — Кэйя слывет в Мондштадте, как дамский угодник, — пересказал слухи Барбатос, — неужели не одна дама не запала тебе в сердце? — Красть сердца дам вошло у меня в привычку, есть некое очарование в том, что сердце капитана кавалерии не удалось украсть еще ни одной красотке, - на Альберихе появилась сверкающая улыбка. — Звучит так, будто ты хранишь его для какого-то особого момента, — подметил Барбатос. — А вы разве так не делаете? Вдруг, оно понадобится мне, а его уже вытащили из груди острые когти. — То, что ты нарисовал, больше похоже на жуткую историю. Женщины ведь на такое не способны. — Она такой и была. Я еле ноги унес. Только потом заметил, что моя одежда уже не подлежит восстановлению. — Когда я был моложе одна женщина пыталась вырвать из моей груди сердце, — Чжун Ли улыбнулся уголками губ. — Не похоже на метафору, — вслух сказал Альбедо. Мечтательная улыбка Гео-Архонта, в этом контексте, выглядела жутко. — У него полно таких историй. С ужасным финалом, — обреченно выдохнул Барбатос. — Думаю, у каждого из нас был неприятный опыт, связанный с женщинами — резюмировал Дилюк. — Предлагаю за это выпить, — поднял бокал Альберих. Предложение Альбериха показалось самым разумным. Его поддержали все.

***

Дилюк отнес сопящего барда на руках до кровати. Венти неплохо себя чувствовал после четвертой бутылки вина. После седьмой ему стало вообще хорошо. Он клевал носом, пока его голова не встретилась с плоскостью стола. Он заснул быстро и без задних мыслей. Аристократ устроил его голову на подушке, предварительно сняв с него ботинки. Разрешить барду лечь в кровать в них, ему не позволили те самые манеры. Дверь затворилась и Венти остался один на один со своим храпом. Дилюк повернул голову для того, чтобы увидеть в коридоре Чжун Ли. Он стоял, прислонившись спиной к стене, явно ожидал пока Рагнвиндр уложит «ребенка» спать. — Как трогательно, — отпустил едкий комментарий дракон. — Что ждешь своей очереди? — ответил не менее едко Рагнвиндр. — Я еще не планировал ложиться. — Очень за тебя рад. Пройти мимо Архонта не получилось, он преградил аристократу путь. — Пойдем. Подышим свежим воздухом, — Чжун Ли двинулся по коридору, к лестнице на первый этаж. Рагнвиндр спустился вслед за ним, после чего они вышли на улицу. Глаза привыкли к темноте довольно скоро. Дилюк невольно засмотрелся на звездное небо. — Тебе стоит расслабиться, — справа послышался голос. — Я не просил очередного совета. — Но ты его получил. Звук, который Рагнвиндр издал был больше похож на раздраженный рык. — Сам решай, как им воспользоваться. Глаза дракона горели в ночи. Они напоминали звезды. — Я кажется просил тебя не лезть в мои дела. — Похоже, что я лезу в твои дела? Умом Рагнвиндр понимал, все это время дракон, по какой-то причине, не вмешивался в дела его гильдии на территории Ли Юэ. А что было бы если бы он вмешался? — В дела Фатуи ты тоже не вмешиваешься? — Ты когда-нибудь ловил рыбу? Как-то раз Кэйя рассказывал ему о том, как они вместе ходили на рыбалку. Альберих разыграл своего старшего брата. Сделал вид, что тонет, хотя сам умел плавать. Дилюку пришлось его спасать. Промокли оба. Это было одно из воспоминаний, которых он не помнил. — Не мое ремесло. — Это было одно из первых ремесел, которым я обучил свой народ. Разумеется, они применяли эти знания для того, чтобы добыть пропитание. Но со временем многие пристрастились к ловле рыбы ради спортивного азарта. — Зачем ты мне это рассказываешь? — Важно подобрать правильную наживку. Но главное в рыбалке — это терпение. — Хочешь сказать, что рыба так или иначе клюнет на твою наживку. Нужно только ждать? — Нужно отчистить свой разум и получать удовольствие. — По тебе заметно, что ты беззаботно живешь. — Мудрость ко мне пришла не сразу, — поделился дракон, — если долго сидеть у реки, она клюнет, ведь у нее только один путь. — Так ты предлагаешь мне просто сидеть и ждать? Бездействие не в моем стиле. — Я предлагаю тебе расслабиться. Дилюк среагировал, но очень поздно. Его глаза расширились, когда он понял, что Архонт успел развернуться в мгновение ока. Его указательный палец коснулся лба Рагнвиндра, послышался щелчок. Если бы он хотел по-настоящему ударить, аристократ бы пропустил этот удар. Ему все время казалось, что Моракс с ним играет. Дотторе из его воспоминаний говорил о том, что боги жуткие создания. Клон Дотторе говорил о том, что боги попытаются его уничтожить. Но если бы Моракс хотел, он бы его уже убил. О чем он думает смертным не понять. Дилюк был силен, но он все еще мыслил, как смертный. Одним движением Рагнвиндр убрал кисть Чжун Ли от своей головы. В глазах дракона он прочел веселье. — Почему ты оставил меня в живых? Я не верю, что это из-за того, что мы стали приятелями. — Как и ты, я люблю делать долгосрочные вложения. — Хочешь поиметь с меня выгоду. Говори прямо, что тебе надо? — Пока что у тебя нет того, что мне надо. Но я подожду, когда появится. — Думаешь, уходя от прямого ответа выглядишь загадочнее? — Это не к чему, ведь я уже произвел на тебя впечатление. — Твоя рука еще болит? Дилюк сдержался от первого пришедшего на ум ответа. — Уже нет. — Хм. Думал, ты будешь регенерировать дольше. — Выходит, просчитался. — Мне так нравится твоя недальновидность, — пожурил его Архонт. — Ты решил поворковать со мной об этом или возобновить наши тренировки? — Тебе страсть как нравится, когда тебя бьют? — Кто знает? — уклончиво ответил Рагнвиндр, — Может люблю, когда это делаешь ты. — Хм, почти поверил, — Моракс сделал шаг назад, отступая, — но всему свое время. — Как долго ты тренировал Тарталью Чайльда? — Эту информацию я продам тебе за миллиард мора. — Тебе ведь не нужен миллиард мора. — Ты можешь предложить свою цену. Мне интересно, что ты оценишь в миллиард мора. Я могу подождать, пока ты придумаешь ответ. — Можешь прождать вечность. Эта информация мне не интересна, — Дилюк от него отвернулся. Дракон улыбался. — Тогда какая информация тебе интересна? — На что ты обменял свое сердце бога? — Эта информация будет стоить сто миллиардов мора. Рагнвиндр и не думал, что он ответит прямо. Но попытать удачу стоило. Чжун Ли развернулся с намерением зайти в дом. — Но ты всегда можешь предложить свою цену, — рука дракона коснулась его щеки, и слегка потянула за нее. Рагнвиндр отчего-то забыл, что ее нужно было остановить. Прикосновение не было долгим, зато было унизительным. — Да за кого он меня принимает? — Рагнвиндр озвучил мысли вслух, когда дверь сзади затворилась.

***

Капитан выпил сегодня меньше, чем он пил обычно. Не смотря на то, что впереди у него были долгожданные выходные, а сегодня был заключительный день Луди Гарпастум, который было принято отмечать по уши в вине. Разумеется, Альберих отметил то, что он не был единственным неприлично трезвым в этот вечер. Альбедо в принципе не пьянел от вина. Выяснилось, что и Дилюк тоже переваривает алкоголь с космической скоростью. Он выпил восемь бутылок в одного и был чист, как стеклышко. Чжун Ли в какой-то момент переключился на свой любимый чай, который сильно отдавал запахом роз. Единственным, кто достаточно убрался, был Венти. С которым собственно Дилюк и пил на спор. Кэйя с интересом наблюдал за своим старшим братом и привыкал к его новым привычкам. Когда Дилюк только вернулся в Мондштадт и снова поселился в поместье, он вел себя холодно и отрешенно. И тем не менее, он слушал рассказы Альбериха о их детстве. Он даже пытался подражать вкусам Дилюка из прошлого. Сейчас Альберих это прекрасно понимал. Дилюк пытался влиться в прежнее окружение, не вызывать лишние подозрения. Кэйя был единственным, кто знал брата до мелочей. По факту он оказался самым слепым глупцом. Он игнорировал очевидные сигналы, которые посылал ему Дилюк, ради своего успокоения. Теперь у Дилюка не было надобности претворяться. Ведь Кэйя узнал, что с ним произошло. Только вот времени поговорить об этом у них не было. Он много думал над тем, какой подход выбрать. Альберих решил, что узнать нового Дилюка будет правильным решением. Он более не станет навязывать ему чужое прошлое. Альбедо откланялся первым. Он пожелал всем приятного время препровождения и покинул застолье. Затем они потеряли Венти, он быстро отправился в мир сновидений. Победа Рагнвиндра была безоговорочной. Поэтому, как и подобает победителю, он взял в руки побежденного, с намерением доставить его в спальню. Препятствовать ему никто не стал. Чжун Ли остался за столом. Кэйя чувствовал, будто между ними была натянута тонкая нить. Казалось, если она порвется, мир схлопнется. — Тебе следует с ним поговорить, — нарушил тишину Архонт. — Что? — Альберих не ожидавший, что к нему обратятся, слегка потерялся. — Тебе следует лучше за ним присматривать, — продолжил Чжун Ли. — Я все еще не понимаю, о чем речь, — Альберих развел руками. Чжун Ли поднялся из-за стола. Кэйя напрягся, когда тот проходил мимо него. Дракон остановился у него за спиной и Альберих почувствовал затылком его пронизывающий взгляд. — Какое интересное происхождение, — произнес Чжун Ли. Альберих хотел обернуться, возможно, он должен был что-то сделать, почувствовав угрозу. Но то было всего лишь обманом его инстинктов самосохранения. Чжун Ли уже ушел, Кэйя проводил его глазами, когда тот поднялся по лестнице наверх. Перед ним стоял бокал вина, но капитан взял со стола бутылку и вышел из поместья. Он отошел недалеко и присел на каменную ограду. Звезды были красивые и яркие, в эту безоблачную ночь. Он не хотел подслушивать чужой разговор, но он был там. — Да за кого он меня принимает? — это был голос Рагнвиндра. Кэйя решил ретироваться крадучись, как кошка. Он вел себя невероятно тихо. — Что ты там делаешь? — но Дилюк его все равно заметил. — Просто видами любуюсь, — это было первое, что пришло в голову. — Выходи уже. Альберих не стал тянуть и вышел к брату. — Что слышал? — Ничего интересного. А у вас всегда такие натянутые отношения? — Уже вошло в привычку, — Рагнвиндр окинул брата взглядом, — А ты решил здесь сам с собой уединиться? — Я же не выгляжу настолько отчаявшимся? — Ты выглядишь скорее отчаянным. — И на том спасибо. Составишь мне компанию? — Кэйя повертел наполовину полной бутылкой, — Мы с тобой не пили вместе, с того самого раза. Кэйя сболтнул лишнего случайно. Он бы сам отвесил себе подзатыльник, но со стороны это бы выглядело вдвойне странно. — С того самого раза, как ты засосал меня в водоворот острых ощущений? Дилюк все прекрасно помнил. Кэйя точно покраснел, не то от выпитого, не то от стыда. К счастью было настолько темно, что увидеть это было невозможно. — Это не был мой лучший поцелуй, — оправдался, как смог Альберих. — Он определенно не был худшим, из тех, что мне доводилось иметь, — Дилюк сделал вид что задумался. — Ты это сейчас серьезно? — Кэйя от удивления округлил один глаз, — А я то все это время думал, что мой брат святой. Теперь не знаю, что делать с твоей иконой на своем столе. — У тебя определенно было искаженное представление обо мне. — В этом я с тобой соглашусь. Быть может это все от того, что я привык на тебя равняться. Ты долгое время казался мне идеалом. — Теперь я более не оправдываю твоих ожиданий? — Я ведь и сам никогда не оправдывал твоих, — Кэйя был честен, — в нашем юношестве особенно. — Твои воспоминания очень важны для тебя, — ответил Дилюк, — но я ничего этого не помню. Кэйя иронично улыбнулся. — Я понимаю, почему ты не хотел мне говорить о том, что с тобой произошло. — Неужели? — Видишь ли, я еще с детства любил придумывать истории. Когда ты вернулся, я рассказал тебе историю про моего рыцаря в сияющих доспехах. — А затем еще одну и еще одну. Дилюк не перебивал и внимательно слушал. — Я думаю, ты уже понял, что мой брат был для меня героем. Символом доблести и борьбы за справедливость. Альберих сделал глоток из бутылки. — Я никогда не был хорошим братом. Я любил внимание и делал все для того, чтобы у моего героя болела голова. Кэйя был близко. Он стоял напротив Дилюка и пытался заново увидеть своего брата в этой тьме. — Я понял, что с тобой что-то не так почти сразу. Но меня и так все устраивало. Потому что ты не отвергал меня. Ты видел все мои недостатки и принял их, в отличии от Дилюка из моего прошлого. — Мы с тобой неплохо поладили с самого начала, — Альберих хлопнул Рагнвиндра по плечу. — «Стальное» — подумалось Кэйе. Возможно, алкоголь ударил ему в голову, стало жарко. А может быть это от того, что Дилюк стоял рядом. Его тело всегда испускало тепло. Рагнвиндр перехватил его, когда Альберих оступился и его повело в сторону. Дилюк его поймал в свои горячие объятья. Он опять был неприлично рядом. Его руки лежали на талии Кэйи и от них стаи мурашек расползались под его одеждой. Мысли. Он только что поймал себя на одной и озвучил ее вслух. — И если бы меня попросили выбрать одного из двух Дилюков. — Пожалуй, — Кэйя произнес эти слова почти что касаясь его губ, — я бы выбрал тебя. Смех Альбериха разрушил тишину.