Как я встретил своего дуала

- Так, ну ладно. Пару часов – и я точно найду книгу по электромеханике. Дон, заглушив двигатель мотоцикла, окинул взглядом здание библиотеки. С сиденья оно казалось просто неприлично громадным, черезчур громадным, и для такого великого изобретателя, как Кихот это было до неприличия интересно. «Так, нужно будет предложить Марье Семённе парочку моих новых усовершенствованных автоматических стремянок. Наверняка ей пригодится». Не снимая мотоциклетных очков, парень, гордо выпрямив спину, зашагал по леснице к огромной дубовой двери. Пока он всё же открыл её, в голове парня уже промелькнул приблизительный набросок автоматической двери, но он быстро сломался об одно единственной препятствие – Марью Семённу. «Н-да, она вряд ли разрешит мне сдать эту древнюю дверь в ломбард». - Здравствуйте, Марья Семённа! – закричал на всю библиотеку Дон, извещая о своём приходе. Мрачная тишина помещения быстро поглотила голос парня, и из-за потёртой стойки показалась огромная грозовая туча – библиотекарша. Поправив буквально милиметровые, по сравнению с её лицом, очки, она смерила парня убийственным взглядом и пророкотала басом: - Здесь нельзя громко говорить. Дон кивнул, но на всякий случай обошёл боком стойку библиотекарши, стараясь смешаться с серой массой. У него это, конечно, не вышло, но Цербер переключилась на созерцание своих любимых мыльных сериальчиков на древнем «би-бикалке» - так называл Кихот чёрно-белый советский телевизор с антенной, вдвое больше его самого. Вопреки всем запретам насвистывая себе под нос песенку, парень направился вглубь библиотеки, к своему любимому стеллажу, заполненному доверху книгами по механике, и к тому же, заранее помеченному мигающими лампочками, втайне от Семённы, конечно. Изначально эти лампочки были мини-роботами, которые планировались как носильщики бутербродов. Однако, в расчёты закралась… ошибка, и роботы вместо того, чтобы одаривать своего великого создателя заранее приготовленной едой, кидали её Дону на голову, при этом издавая дико милый писк. Понятное дело, что раздавить столь безмозглых, но милых созданий рука у парня не поднялась, и теперь они просто показывали, где находилось самое любимое место библиотеки. Раздался знакомый писк, и перед носом Кихота пролетела маленькая мигающая комета. - Ой, ты моя лапочка! – Дон погладил робота. – Соскучился? Устройство ответило новым писком и, стартонув с рук изобретателя, плисчезло между полками. Хм, если вам когда-то захочется найти Дон Кихота в библиотеке, ну, или его стол, тогда это не составит труда. Ищите просто поцарапанную, местами подпаленную столешницу, под которой валяются обломки механизмов, но настолько мелкие, что Цербер не замечает их и не убирает. Только наступает. Так смачно, что слышно на всё здание. И ещё: стол Дона всегда пустовал. До этого дня. За ним, подсвечивая книгу лампой, сидела девушка небольшого роста. Длинные светлые волосы были убраны назад в хвост, только две пряди спадали на лоб, но не приносили никакого неудобства хозяйке. Она буквально уткнулась в книгу, не обращая внимания на окружающий мир, и когда Дон, поставив руки в бока, встал напротив неё, та даже не пошевелилась. Тогда парень обошёл читательницу сбоку и, заглянув ей через плечо, буквально в ухо спросил: - Ты кто? От неожиданности девушка подпрыгнула, выронив книгу, в результате чего заехала головой по подбородку Кихота. - Ау! – тихо прошипел парень, схватившись за челюсть. - Ой, прости! Я тебя сильно ударила?! Зубы не выпали? Челюсть не хрустнула? А кровь не идёт? Давай сейчас к Марье Семённе за аптечкой… хотя, нет, пока ты дойдёшь, мало ли что случится! Давай я посмотрю, у нас в медицинском… - затараторила девушка со скоростью Канделаки. - Не, всё норм, - замотал головой парень, на всякий случай отойдя на шаг, когда девушка решила подняться со стула полностью. – Так, ты вообще кто? Девушка, видимо, немного не поняла смысл вопроса: - А! Я Дюма, для друзей проста Дюм. Здесь вот, недалеко учусь… - Что ты делаешь за этим столом? - Эм… читаю. Дюма непонимающе нахмурилась, потянувшись рукой за своей книгой. - Вообще-то, это мой стол, - ответил Дон, скрестив руки на груди. - В каком смысле твой? Это же общественная библиотека, - парировала девушка. – Вон же, ещё свободные стулья. Мне подвинуться? - Ты меня не поняла. Это мой стол. Целиком и полностью, от ножек до царапин на столешнице. - Пфф, интересно, чем же ты тут занимаешься, что стол похож на поле боя ядерной войны?! – съязвила девушка. - Великими экспериментами! А теперь проваливай. - Что, прости?! Брови девушки влетели вверх, до самых корней волос. Она злобно сузила глаза, прижав книгу к себе вплотную. Раздался жалобный треск обложки. - Что слышала! В подтверждение своих слов парень, не церемонясь, плюхнулся на стул, где недавно сидела Дюм, и закинул ноги на стол. - Ладно… Девушка, тряхнув волосами, проглотила все злобные слова, пришедшие на язык, и обогнула дурацкий стол. Кихот, не скрывая победного выражения лица, откинулся на спинку стула и завис в достаточно шатком положении, придерживаясь за краешек стола. Но ошибся. Дюма, плюхнувшись прямо напротив него, со всей своей злостью, скрываемой внутри, пнула несчастный стул вместе с теперь не менее несчастным парнем. Раздался предсмертный скрип. Дон Кихот, истошно оря и матерясь, красиво упал на задний стеллаж, на несколько секунд распластавшись на нём как ласточка. Стеллаж, видимо, очумев от такой наглости за свои несколько сот лет, покачнулся и… и вместе со всеми книгами, царапинами, подпалинами, пищащими роботами и орущим Доном рухнул назад. Подобный пируэт, согласно законам физики, породил звуковую волну, и библиотеку накрыл жуткий грохот, а затем мёртвая тишина. Кихот оказался погребён под тоннами книг. Дюма испуганно вскочила со стула. - Твою ж мать, - первый раз в своей жизни заматерилась девушка и бросилась на помощь «живому мертвецу». Из-под разноцветной неровной могилы послышались нечленораздельные звуки, похожие то ли на стоны, то ли на ругательства. Дюм принялась расчищать путь к спасению, раскидывая книги в разные стороны, пока в кипе разметавшихся страниц не показались мотоциклетные очки. Девушка бережно провела рукой по лицу парня, пытаясь привести его в чувство. - Ты слышишь меня?! Ты живой? - Ммм… Моя голова… Как же я теперь буду придумывать гениальные изобретения?! Что, если гений во мне умер? Парень начал оглядываться по сторонам и наткнулся на испуганное лицо девушки. - Ты… - он уже собирался излить на неё весь свой словарный запас, когда в дальнем конце коридора послышался мерный стук каблуков. От этого стука сердце издало глухой удар и остановилось. - Цербер, - тихо прошептала Дюма. - Бля, - мудро изрёк Кихот. С неимоверной скоростью гоночного баллида девушка принялась раскидывать книги в разные стороны, пока попутно Дон выбирался из плена знаний. Марья Семённа неумолимо приближалась, как огромный жирный дракон с толстой чешуёй идёт на несчастного рыцаря, решившего защитить прекрасную принцессу. Когда количество книг заметно уменьшилось, Дон, вертя головой туда-сюда, вдруг резко схватил девушку за руку и дёрнул за собой в старый платяной шкаф. - Давай сюда! - впихнул он Дюму и залез сам, захлопнув дверцу. В шкафу было жутко тесно и темно. И ещё воняло чем-то старым и давно протухшим, наверное, одной из любимых Цербером кошек. Нос Дона уткнулся во что-то мягкое, но щекотное. - Это мои волосы… - прошипела девушка, но Кихот на ощупь заткнул её рот ладонью. Стук каблуков прозвучал в опасной близости рядом с дверцой. Ребята дружно затаили дыхание. «Великая и всемогущая биология – прошу тебя, пускай серое вещество в мозгу библиотекарши никогда не проснётся!» - Божечки, как же здесь темно…, - послышалось тихое пищание сквозь пальцы парня. - Тихо! – шикнул он на девушку. Дон со страхом представил, как голова Семённы превратилась в голову пышущего дракона, и как она поворачивается в сторону несчастного шкафа, готовясь превратить его в шашлык. Стук каблуков прозвучал возле самой дверцы. Нечто обвило Дона руками, и в его спину впились пальцы. «Стоп. Это же не спина…» - А что… а что это такое твёрдое? - послышался удивлённый и испуганный голос Дюмы рядом с его ухом. - Это… - Кихот начал судорожно вспоминать, как называется эта часть тела, - … моя нога. Ты… ты не могла бы слезть с меня? - Нет, - пропищала в ответ девушка. – Я боюсь темноты. «Прекрасно! Я застрял в шкафу с трусихой, которая опрокинула на меня шкаф!» - А вот нечего было на меня скидывать шкаф! Из-за тебя, между прочим, пострадал один из ведущих умов человечества… Но девушка ничего не ответила. - Эй, ты там жива? – немного обеспокоенно спросил парень. «Если она тут умрёт, убийство ведь на меня повесят!» - Это всего лишь темнота… - послышался тихий шёпот. – Подумаешь, света нет! Просто он чёрный. И нет в нём никаких призраков… зомби, вампиров, оборотней, полтергейста и Кровавой Мэри… Тьфу, чтоб я ещё раз села смотреть «Сверхъестественное» с Баль! - Это всё потому, что он чёрный? – попытался пошутить Кихот, и девушка испуганно пискнула, вспомнив что в шкафу не одна. Они снова тихо замерли. Марья Семённа продолжала кружить по месту происшествия, тщательно выискивая улики и бормоча себе что-то под нос, но что именно расслышать сквозь толстую дверцу шкафа не удавалось. У Дона уже затекла шея, да и к тому же обвившая все его выступающие части тела Дюма тихо вскрикивала каждый раз, когда парень шевелил даже костяшками пальцев. В итоге она буквально повисла на нём, как коала на эвкалиптовом дереве и на любые попытки Кихота высвободится отвечала категорически. Наконец стук каблуков начал удалятся, и Дон уже собрался спокойно вздохнуть… но не тут-то было. Раздался звон. Проклятый звон, который потом снился изобретателю в самых кошмарных снах. Звон ключей. - Е… если она сейчас нас закроет, то я… то я коньки отброшу! - прошептала Дюма. - Так, спокойно. «Что же делать, что же делать… Как там говорил Наполеон – в любой непонятной ситуации…» - Да будет свет! Дон, со всей своей силой физической и мозговой силой вышиб дверь шкафа и с криками: «Я Франкинштейн!» вылетел прямо на Марью Семённу, придавив несчастную женщину к полу обломком старой трухлявой дверцы. - Уууу! – вылетела вслед за ним Дюма и завыла на манер призрака, выкинув на библиотекаршу туеву кучу бумажек. Хоть где-то страшные знания ей пригодились. - Бежим! И парочка, под истошные оры Цербера, с диким хохотом неслась по огромному длинному помещению библиотеки, сваливая за собой всё, что попадалось под руку. Где-то за их спинами женщина выкрикивала какие-то старые, ещё советские ругательства, где-то за их спинами люди удивлённо оглядывались и крутили пальцем у виска, но ребята не оглядывались и неслись сквозь мрачное здание, надеясь на спасение. - Я Дон Кихот, - неожиданно вспомнив, что не представился, сказал Дон, когда они вылетели на улицу. Девушка, красная от бега, улыбнулась ему в ответ. И что-то было в её улыбке тёплое и чистое – что-то, что Дону никогда не хватало. Собственно говоря, Кихот так и не взял книгу по механике, но его это, кажется, уже не волновало.