Тяготы земли

      "Раз, два, три,

      дьявол позади!

      Четыре, пять, шесть,

      ему нужна месть!

      Семь, восемь, девять,

      победит святая дева!

      Слава, аллилуйя, аминь!"

      -Привет, бабуль.       -Давно не виделись, дитя.       "Как же ты... повзрослела"              -Эх. Признаться, мне отрадно видеть, что ты уже не ребёнок. - Вздохнула старая григори, подпирая суховатую щёку кулаком. Говорящая кривая улыбка смочила сухую корочку лет на губах. - Работу Амаимона трудно недооценить.       Так вот как она думает? Считает, что не будь Короля Земли рядом с ней всё это время, Шиёми сама ничего так и не поняла бы?!       -Да что ты?! - Гневно нахмурилась лоб младшая Сейо, невольно сжав кулаки, удачно скрытые длинными рукавами. - Он хотя бы не подсовывает мне ложные воспоминания, чтобы затем использовать как полезный инструмент.       Старуха вскидывает седые брови и едва щурится от досады.       -Вижу также, что проживание с двумя владыками Геенны оставляет следы. И это уже не тот невинный разговор, который планировался изначально.       Шиёми ушам не верила; как быстро и легко её бабуля меняет маски! Не удивительно, что она занимает этот пост так долго. Ещё год назад, когда она явилась к ней в роли призрачного наставника, блондинку окружали теплота и забота во взгляде старческих глаз. Но образ миниатюрной доброй сахарной феи-крёстной, как оказалось, быстро тает под дождём из недоверия.       "Властная старуха не привыкла, чтобы её воле шли наперекор" - как-то сказал он ей.       И тогда Шиёми очень удивилась и даже обиделась на такую характеристику. Но не теперь, когда нужно прервать череду ошибок.       -Так ты с самого начала планировала завербовать меня, или как это там называется?       -Напротив. - Не соглашается старшая григори, что-то перебирая в руке у груди и тут же пряча вещицу под нагадзюбан.       Морияме показалось, это были чётки.       -Это твоё предназначение, глупая моя девочка. Каждая из нас живёт и умирает, подобно листу с древа Шемихазы.       Старуха властно погладила корни, обвивающие изножье и спинку резного трона.       В окружении ионических колонн, альков Шемихазы смотрелся миниатюрным островком, освещенным редкими столпами света, когда большую часть неба закрывало самое большое цветущее дерево в саду Амахара. Его раскидистая крона укрывала собой особую территорию сада, местечко под названием Эрд; и было удивительным то, что под массивом роскошной листвы, могло произростать столь внушительное разнообразие. Шиёми успела распознать здесь множество редких трав и специй, и даже такие примечательные экземпляры, как кассава, серебристая лунария, жакаранда или реликтовые образцы, вроде Такка Шантрье, Хирантодендрона и других. Морияма даже подумала, как это по сути кощунственно; приводить сюда людей, коими являлись даже Сейо.       В то время как травница глазами изучала местные красоты, её уши безуспешно атаковали речи григори:       -Пока в роду Сейо ещё не перевелась её демоническая кровь, Ватикан не падёт. Это место, - кряхтя, женщина нежно похлопала гранитный подлокотник, - оно не должно быть пустым, Шиёми. Ни сейчас, ни когда-либо ещё.       Морияма сжала подбородок, упорно сдерживая возмущения. Внутри всё загорелось, надрываясь от ярости. Сердце стучало под напором тысячи невысказанных слов. Что она не хочет снова становиться затворницей. Не хочет, чтобы Амаимон и другие демоны её ненавидели. Не хочет, чтобы война продолжалась и Ватикан шёл старым курсом. Но что мог её праведный огонь против хлада в глазах старушки?       -Ты ведь уже знаешь, женщины клана не просто символ... - Говорили эти стеклянные беспристрастные глаза. Худая как веточка ивы рука медленно откинулась в сторону, заслоняя ладонью самую высокую крону в мире. И Морияма ахнула, заглатывая воздух. Ветви дерева словно бы потянулись к руке хозяйки капеллы. Под пальцами григори на глазах распускались волшебной красоты цветы. Впрочем, не прошло и минуты, как белоснежные лепестки разом поникли и начали опадать вместе с ослабевшей конечностью женщины. Видно, что даже этот впечатляющий трюк дался григори с трудом.       -Видишь? Мы - её реинкарнация! Карма, - будь она не ладна, - оставляет глубокий след, предопределяя наш путь в этом мире... Ей плевать на чью-то свободу! - В сердцах говорит бабушка Шиёми, аналогично внучке поджимая тонкие губы.       Старуха прекрасно осознавала чужую боль, но и умалять её не хотела, всё больше взывая к чувству стыда, что был бережно посажен в хрупкую душу. Так сказать, заблаговременная страховка. На всякий случай.       Григори Шемихаза маслянно усмехнулась; росток даёт плоды и теперь своеволие Мориямы Шиёми наконец заткнётся и девочка начнёт слушать её.       -Все мне говорят, что ты уже передумала занимать этот пост, но ведь ты абсолютно невольна в этом вопросе. Зачем я учила тебя столько лет? - Всплеснула руками григори. - Ты и в детстве пыталась улизнуть, это правда; и когда твой отец...       Шиёми резко подняла на женщину глаза, и старуха поостереглась заканчивать предложение, но собравшись, с важным видом подытожила: - Тебе не уйти от этого. Никому не уйти...       "Иными словами, я и вправду, просто кукла..." - Шиёми стискивает рукава кимоно, словно это приговор. Её ждёт жизнь без имени, без лица, без друзей. Останется только григори Шемихаза. Бессмертная защитница леса Эрд и покровительница людей, надёжная опора Совета.       Пожилая женщина удовлетворённо откидывается на спинку импровизированного трона, блаженно чувствуя, как кровь отливает от головы. Давненько ей не приходилось повышать голоса.       -Тебе вовсе не обязательно становиться григори прямо сейчас, Шиёми. - В качестве жеста примирения кидает она ей напоследок.       Девушка останавливается на полпути к двери, но не поворачивается до конца. Не хочется показывать слезливый блеск в глазах нерадивой внучки.       -Прости меня за излишнюю грубость. Просто я хочу быть уверенной. - Тягостный вздох почти продувает ей спину. - Что, когда этот момент наступит, - а он непременно произойдёт! - ты не подведёшь нас всех окончательно.       Вот уж после этих "тёплых слов" Морияма не стала сдерживаться. Ноги просились прочь из зала, но горящяя несправедливость в сердце требовала продолжать бороться.       Амаимон был прав. Проклятие, до чего же он был прав во всём! В глазах нестерпимо защипало, а губы предательски затряслись. Невероятным усилием Шиёми заставила их застыть в одном положении. Но она всё равно покраснела лицом. В отблеске салатовых глаз плескалось осознание очевидного: её никогда не любили. Просто так, за то что, она есть. Только папа, который умер из-за неё. И что бы она ни делала, какой бы послушной не была, ни бабушка, ни мать не озабочены тем, что тяготит её маленькую душу. Жажда свободы, которая теплится в ней и крепнет день ото дня, наверное, по силе не уступает ненависти Короля Земли. Впору ей самой начать ненавидеть эти блёклые стены и развешанные всюду кресты.       -Ты говоришь, что я важна для вас, но в то же время отбираешь у меня право выбора. Мои желания не в счёт?!       Стоило ли уточнять?       Пожилая женщина пренебрежительно махнула рукой:       -Речь не о твоих желаниях, внученька. Неужели ты думаешь, что после той трагедии мы бы оставили тебя в семье, не надеясь когда-нибудь использовать в качестве сосуда, случись что со мной или с твоей матерью. Шемихаза очень важна в этой битве. Император Созидания обладает сокрушительной силой! А её власть над Королём Земли - приятный бонус, ко всему прочему.       Шиёми украдкой замечает, как сварливое выражение на некогда красивом лице вдруг переменилось. Удивительно, но на секунду она увидела добрую и нежную женщину, которая воспитывала её с малых лет. Старушка, чертыхнувшись, скорее прячет невольную улыбку за расшитым пионами веером; мыслями все равно возвращаясь в ту пору, когда она сама была преступно молода.       Ох, милостивый Бодхисаттва...! Как давно это было?       В то беззаботное время голову не пожирала седина, а лицо - морщины. Спина не болела, а колени не кусал артрит. Да и волосы были куда длиннее и гуще; во многом потому, что ему так больше нравилось. И, разумеется, она тоже грешила особой "симпатией" к странному демону, протянувшему ей руку из темноты.       Но теперь, когда демон уж перестал навещать, всё кажется красивым сном.       И с высоты прожитых лет она понимает; в том светлом чувстве была некая доля просроченной иронии. Как забытая любовь, ещё теплившаяся где-то за многослоем ткани, порядочно износившаяся, не раз испытанная и вся в мятинах от большого числа держащих её рук. Эта "любовь" словно приторно-сладкая горечь его конфет, которых он никогда не жалел... Невероятная привязанность перелетала из тела в тело, из поколения в поколение, как неугомонный дух. От того и не казалось странным, видеть похожее наваждение в глазах внучки.       Вторая тема, которую необходимо было обсудить, вылезла на свет божий как жирный сорняк из-под земли.       -Ты не должна потворствовать его манипуляциям, дитя... - Горько смахивает улыбку с лица пожилая григори, всё ещё ностальгируя о белом. - Он не единожды пытался прервать круг. Примазывался как бы нехотя и бесконечно врал. За что был не раз наказан... И в наших силах держать эту тварь под контролем!       "Это как ещё "наказан"?!" - насторожилась блондинка.       Разговор плавно перетекал от частностей к первопричинам, в которых одной Морияме всегда было боязно утонуть. Страшно было окончательно сгинуть в глухой пропасти из ничего, сотворённой самым беспощадным демоном Геенны. Амаимон как проклятие следовал за нею, опекал и занимался лишь одним; настойчиво подталкивал к этой пустоте.       "Погоди! Постой-постой..." - с усилием перебила ход мрачных мыслей блондинка. Её зацепила уже другая мысль, содержание которой так и маячило перед глазами, как последний кусочек пазла в картине, которую собираешь часами.       "То есть и ТЫ с ним дружила?!"       Сердце непроизвольно застывает от противоречивого чувства. Словно бы её предали, вероломно ударив в спину дубинкой. И в то же время, наоборот - этим неаккуратным тычком выбили оттуда нож, что ржавел под лопаткой: "Амаимон мне ничего такого не говорил... Да, он был знаком с бабушкой, но никогда не говорил о том, что они были близки."              А говорил Король Земли в последнее время много и навязчиво..., словно боялся не успеть донести до неё в последний момент: Ватикан в лице григори и им подобных всегда будет давить на таких как Шиёми.       Система будет питаться ими и их страданиями во имя терпящей крах идеологии и необходимости продолжения фантасмагорической битвы Добра и Зла; потому что в своей бесконечной войне они уже полностью слились с врагом. Шиёми помнит, с какой едкостью демон раскусывал очередную конфету, проникновенно смотря вдаль и нашёптывая на левое ухо голую истину: - А соприкоснувшись с тьмой, гораздо труднее потом видеть свет. Потому что тьма засасывает... Она завораживает и показывает людям то, на что обычно не смотришь или не обращаешь внимание. На всю эту грязь вокруг!       А потом уже становится всё равно...       "Благо одного - не благо для всех."       "Одна душа ничего не стоит, когда нужно сберечь миллионы."       И происходит так, что планка опускается всё ниже и ниже, и всё труднее отличать невинность от пошлости, героизм от тщеславия, жертвенность от фанатизма.       Столько людей и демонов погибло, а они всё никак не уймутся! Столько было попыток разойтись мирно и не накалять обстановку. Ведь Шиёми точно знает, есть люди и нелюди готовые смириться с существованием обеих рас, согласных на равенство всех душ...       "Но им проще считать себя абсолютом добра, чем принять поражение и создать мир, в котором не будет ограничений" - как-то сказал ей Амаимон в саду за очередной "беседой о вечном".       Так в чём он был не прав?       Шиёми хмурит брови и отстранённо смотрит на причудливо изогнутые носки туфель.       Бабушка думает, что Король Земли её надул. Чтож..., даже если и так, Амаимон ни разу не причинил ей такой боли, как её собственная семья! Своей надменностью, презрением, страхом потерять лицо... Сейо только и делали, что строили вокруг глупенькой Шиёми трёхэтажные миражи. Потворствовали её болезни, скрывая правду многие годы.       Морияма снова ощущает, как всё опасно сжимается внутри, требуя хотя бы сейчас что-то да ответить в свою защиту.       "Как это всё несправедливо! Жестоко! Они стыдливо отворачивались от меня столько лет, а теперь просят отказаться от всего ради клана и дремучих традиций!"       Ну вот! Слёзы не заставили себя ждать...       "Позорище. Ненавижу! Может быть, я никогда не скажу этого вам в лицо, ведь мы - родня; но я вас всех презираю и ненавижу!"       -...Поэтому Сейо так важны. - Тем временем старушечий кулачок победоносно сжимается у груди. - Все Сейо, без исключений.       -Замолчи! Меня тошнит от вас! - Гаркнула Морияма, не в силах терпеть этот фанатичный бред, которым упорно заражали её бабушку, а до неё - её прабабушку, прапрабабушку и всех остальных. И плевать на уважительное молчание, которое вдалбливалось ей с детства. Слепое повиновение и услужливость всем подряд уже набили оскомину. Блондинка злобно утирает предательские слёзы, пачкая тушью дорогую ткань.       -Ты не слушаешь. - Руки в очередной раз сходятся под подбородком главы. - Или не можешь слушать. Поэтому я и пригласила тебя, - тягостно констатирует женщина, - Король Земли имел явный успех, промывая твои мозги последнюю зиму.       "Кто ещё кому мозги промыл, интересно..." - Шиёми никогда не чувствовала себя такой трезвой и незамутнённой предрассудками. Перед глазами пронеслось то время, когда постоянно боялась всего мира: стереглась друга, рождённого от союза женщины и демона; не понимала участливости одногруппницы, желающий ей только добра; не могла принять мысль, что может нравиться кому-то, как живая девушка; говорила глупости, когда не могла разобраться в себе и своих чувствах; сторонилась тьмы Амамимона, потому что даже не пыталась понять... В этой игре нет сторон! Как нет однозначно плохих демонов или хороших людей. Всё относительно. И она не спасёт мир, став григори. А продолжив курс на самоуничтожение, они лишь продлевают чужие страдания.       Морияма лишь усмехнулась под нос, а потом элегантно, но громко захохотала на всю капеллу, смяв шёлк на груди.       Красный пион и белая роза смешались в причудливую синкопу цвета, пока старуха недоумевающе пялится на родную плоть и кровь. Женщине вообще кажется странным видеть внучку такой: развязной и решительной, несмотря на демонстрируемое минутой раннее повиновение и покорность судьбе.       Тяжело отсмеявшись, травница оперлась другой рукой на каменную плиту, попутно испортив идеальные песчанные дорожки, которые часами должно быть выкладывали местные садовники. Символ равновесия и внутренней гармонии. Такую композицию выбирают, чтобы показать гостям, что те входят в обитель света, и что хозяин дома - справедливый и широкой души человек.       Созидатель.              "Пф. Показуха... Шемихазы давно здесь нет." - Шиёми исподлобья смотрит на малахитовый трон и на немощную григори, чья костлявая фигура словно бы вплелась в уродливый камень. - "И ты это знаешь, бабуль. Просто не говоришь остальным, так ведь?"       Девяносто вторая Сейо резко вскидывает голову и улыбается как нашкодившая девчонка. Решительный кулачок, всё ещё сжатый на пышной груди, своим непокорным видом вызывает в старухе отторопь.       "Она вот тут", - Морияма превращает кулак в пятерню и хлопает себя чуть ниже воротничка-стойки. - "Она здесь, со мной! Она признаёт меня." - Её пальцы немного зудят, резонируя кожей со стуком демонического сердца где-то там, под толщей юной плоти. Приятное чувство; словно бы тело укачивает на волнах, и ты точно не знаешь, куда тебя занесёт... Но лучезарная демон Созидания, как маяк, указывает дорогу её кораблю. И мысли травницы стали чисты, как слеза младенца.       "Она признаёт, но не подавляет. Мы на равных. Мы - как две стороны Луны, по-разному освещённых солнцем. Нас теперь не разделить, но можно отличить друг от друга... " - Шиёми давно подозревала это, но осознала только сейчас. Этим же знанием продиктован страх в глазах бабушки и слуг. Блондинка с превосходством смотрит в потускневшую зелень глаз женщины. О, дааа. Они знают, чувствуют, что у неё внутри...       "И вы все дико беситесь из-за этого"       Не теряя времени и очевидных преимуществ в споре стареющая григори решила зайти с другой стороны:       -Разве ты не хочешь помочь людям, Шиёми. Хочешь, чтобы Сатана однажды исполнил свои безумные замыслы и обычные люди начали видеть демонов?       -Что плохого в том, чтобы люди видели демонов?!       Травница уперла руки в бока, беря пример с мамы и вовсю призывая на помощь язык жестов.       -Я жила бок о бок с двумя владыками Геенны, и никто из них ни разу не причинил мне вреда или кому-то ещё, кого я знаю. Многие демоны в нашем саду миролюбиво относятся к людям. А Сатана... Рин его остановит! И я верю в это. Мы все его остановим, если потребуется. Зачем нападать первыми? Зачем уничтожать их всех? Признай, мы едва пережили Маги и продержались лишь благодаря тому, что не все духи сражались на стороне Геенны. Равно как и не все владыки. Без их помощи нам бы не удалось противостоять!... Если бы мы только поговорили с ними, уступили хоть в чём-то...!       -Остановись!       Блондинка, скорее от неожиданности, нежели от жалости к нервам пожилой женщины, живо захлопнула уста. Неестественно громкий хлопок зубов комично отразился от стен. Этот звук как бы стал сигналом, так кстати разрядив обстановку вокруг.       Нынешняя григори, кажется, наконец осознала, что стало "не так" с её внучкой.       "Ооо, Шемихаза. Что же ты натворила? Разнузданная ты дьяволица..." - Пожилая женщина устало прикрыла глаза, полушёпотом вспоминая одну очень красивую фразу, в своё время услышанную от матери:       -Бывает, сильная одержимость способна пережить даже смерть.       -Что? - Не поняла Шиёми, убирая чёлку с глаз.       Слова определённо имели глубокий смысл, но блондинка, увы, пока не осознавала какой. Старуха причмокнула губами, вкушая своё бессилие.       -Я поняла тебя.       А сама хрипит изнутри, принимая вынужденное отступление за силу духа перед неизбежностью; к сожалению, или к счастью, григори Шемихазы никогда не могли сопротивляться кармический воле.       -Можешь идти, я устала... Только хочу спросить.       -Слушаю.       Миниатюрная старушка откидывается на спинку непомерно массивного трона, словно на днище гроба, и нервозно зажимает губами мизинец руки. Ей действительно важно узнать кое-что...       -Если бы тебе в ближайшее время выпал шанс освободить Короля Земли от его обязательств перед демоном Шемихазой, что бы ты сделала?       ***       Верный и незаменимый. Её секретарь и сводный брат в одном лице с самого начала не был в восторге от затеи приглашать сюда "гнилое семя". Его названная сестра слабела день ото дня, а появление в Хоре Шиёми лишь укрепило веру многих инакомыслящих здесь. Суждение о том, что Шемихаза спустя столько лет служения отвернулась от них, в насмешку избрав ту самую, забракованную Сейо, заражало толпу солдат, подобно чуме.       -Как всё прошло? - Бурчит в бороду, надеясь, что неуместные слова просто утонут в солидной растительности.       Но григори слишком хорошо его знала. И исключительно из-за мудрости, что приходит к нам с возрастом, не позволила себе непристойно выругаться. Потому что встреча, изначально задумывавшаяся как торжественная передача власти, прошла до того тухло, что хуже уже и не придумаешь. А кроме того, свидание с цветущей ожиданием эфимерного счастья внучкой всколыхнуло в одряхлевшей душе то, что было спрятано за семью печатями не один год со дня собственной инициации.       -А сам как думаешь? Хе-хе... Все девочки однажды взрослеют. Да не все попадают в плохую компанию. Видит Бодхисаттва, Нэе предупреждала меня.       Бесполезно! Это дитя мало походило на то неразумное и чересчур разнеженное существо, что плелось за нею хвостиком с утра до поздней ночи.       "Откуда взялась эта стать! Эта гордыня и надменность во взгляде?! Шиёми впервые в жизни знает, чего хочет и намерена добиться этого любой ценой..."       -Ох, Шемихазаааа... - Старая женщина впивается пальцами в веки, разгоняя напряжение. - Твоя повёрнутость на демоне земли не знает смерти, да?       Она уже однажды видела такое. И история та закончилась крайне нехорошо.       Перед глазами григори промелькнул образ темноволосой экзорцистки, первой активистки и сподвижницы идеи за "дружбу" с демонами, - да-да! - Юри Эгин была схожего мнения...       Но нет-нет и ещё раз нет...! Что бы ни напридумывала там себе Шиёми, а упёрлась девочка совсем по другой причине, она уверена... Она знала! И другие женщины семьи знали. Никто не говорил этого вслух, но это не значит, что всё было выдумкой её маразматичной тётушки, увлекавшейся снотворными эликсирами. А те из Сейо, кто однажды встречал демона Созидания в закутках своих грёз, могли и сами в этом убедиться.       "И в то же время... Может ли статься, чтобы наиболее слабая духом наследница; практически человек, в чьих жилах нет и сотой части сил Шемихазы, была так на неё похожа?!"       -Оцейрос! - Она резко окликает сводного брата.       -Госпожа?!       -А ну повтори, что велел мне передать Король Земли, когда ты и твои люди пересеклись с ним в Поллюксе?!       -Я не... - ещё бы он помнил слова этой рок-звезды из нищеграда, - кажется, про то, что он не намерен прерывать цикла.       Григори Шемихаза щёлкнула пальцами: Бинго!       И засмеялась, оперев маленькую челюсть на суховатый, но всё ещё крепкий кулак.       "Мерзавец! Очевидно, решил наконец действовать и нагло воспользоваться слабостью кровных уз, переманив сосуд на свою сторону. А уже через дурочку Шиёми воздействовать на богиню (или даже заменить её в перспективе) будет проще простого. Нестандартный подход всегда отличал Амаимона от прочих владык, но, чтобы так открыто... Сколько он уже в подчинении, а? И ни разу не вспоминал былого. А может, просто не подавал виду, что его заботит подобная связь... Тогда почему сейчас? Когда на пост вот-вот изберут обескровленную наследницу, - с точки зрения здравого смысла, - наихудшую кандидатуру на роль григори."       -Ради всего святого, почему это должна быть Шиёми, Амаимон?!       -Госпожа григори, если нечестивый что-то замышляет, я сделаю всё возможное и невозможное, чтобы его планы умерли в зародыше. - Хотя Оцейрос искренне верил, что Король Земли самый распоследний распиздяй, и в силу лени даже извилиной не пошевелит; ослаблять поводок не в правилах клана. - Мне привести его силой? Я немедленно отдам приказ!       -Что? - "Вот ещё ерунда!" - Иногда ты как ребёнок, честное слово...       Женщина еле сдержалась, чтобы не дать старому воину оздоровительного подзатыльника.       -Чтобы Король Земли засуетился и приступил к активным действиям?! - Покраснела старуха. - Нет уж! Лучше приставь кого-нибудь к ним. Мне нужно всё как следует обдумать. Раз уж он так стремится осуществить задуманное..., что же, попробуем обратить это на пользу Совету.