Снег скроет все следы

Весь последующий школьный день Люмин выглядела настолько злой, что Мона и Кэ Цин побаивались звать её с собой в столовую, а сама девушка походила на нелюдимого одиннадцатиклассника по имени Сяо, который буквально начинал рычать, если с ним пытался заговорить кто-то, помимо учителей.        Блондинка крутила ручку, пока все в классе весело болтали и смеялись. Живот противно заурчал от голода, и пришлось склонить голову на парту подобно побеждённому рыцарю.        Итэр молчал со вчерашнего вечера, отказываясь что-либо рассказывать даже маме. Он заперся в своей комнате, чтобы зализать раны, а утром, как ни в чём не бывало, уже рассказывал про сегодняшнюю контрольную по геометрии. Люмин такого выдержать не смогла, поэтому даже не притронулась к завтраку. Не очень-то ей и хотелось рассматривать его синяки, болезненные припухлости, и золотистые глаза, в которых метались неизвестные искорки ярости вперемешку с решимостью.        Они и поговорить не могли нормально в школе, потому что Итэр (он учился в параллельном классе) все перемены кружил между этажами с высоким рыжим парнем, за которым стабильно следовала стайка девушек. Кажется, он тоже был из одиннадцатого, но имени его Люмин не знала. Хотя кого-то он ей напоминал.        Было обидно, даже очень.        Итэр будто специально избегал её. Не хотел, чтобы сестра видела его слабость? Какая же глупость! Однако эта глупость, никак не свойственная близнецу, настораживала.        Интересно, теперь он решил сам справляться с проблемами, не полагаясь на сестру?        - Что же, прекрасно, - отсидев все семь уроков, блондинка собрала учебники с тетрадями и отправилась домой. Чудесно, раз братцу нет до неё никакого дела, то и она не собирается беспокоиться по пустякам.        Щёки привычно покраснели от мороза, когда девушка устало скинула ботинки и прямо в зимней куртке упала на свою кровать. Новогодний свитер немного покалывал тело. Кажется, он был ей немного не по размеру, и следовало отдать его брату. Дома никого, но приготовление ужина всё же было за ней, потому что мама обещала вернуться поздно. Когда её не было дома, то за хозяйку всегда оставалась Люмин, потому что Итэр, прежде чем сварить картошку, может спалить их квартиру. Звучит преувеличенно, но проверять предположение и доводить его до истины никто не хотел.        Девушка разделась, включила русскую попсу и начала кулинарные приключения. Что-что, а готовить она любила. Минуты тянулись друг за другом, приятные слова песен разливались по всей квартире, овощи легко нарезались, а раздражённость постепенно улетучивалась.        За окном стало совсем темно, когда кто-то из домашних, после попыток попасть ключами в скважину, шагнул в квартиру, оставляя снежные следы на коврике. Отвлекаясь от задач по алгебре и крепкого чая с лимоном, Люмин с улыбкой высунулась в прихожую, уже готовая простить брата за все его подростковые замашки. Но Итэр, оказывается, пришёл не один.        - Салют, - рыжеволосый парень махнул в знак приветствия. Не успев снять ботинок, он застыл, словно ледяная горка во дворе, которую сделал дядя Гоша для ребятишек.        - Ты не говорил, что твоя двоюродная сестра больше не живёт у бабушки, - заметил парень, обращаясь к Итэру. Тот недовольно цокнул, явно упустив маленькую деталь в своём плане.        - Не хотел тебя с ней знакомить, мало ли, увяжешься, а нам потом имущество делить.        - Ты? – наступательно спросила блондинка. Теперь-то она его точно узнала: хватило одного его тусклого взгляда синих глаз. - Так это ты подкрадываешься к девушкам по вечерам?        - А это ты смотришь на то, как твоего брата избивают? – парировал рыжий, улыбаясь и тыкая пальцем прямо в лицо Люмин. Подхватил азарт бойни, значит.        Ногти девушки изо всех сил впились в ладони.        - Стоп-стоп, повторите, что там было вечером? Ты что там вытворял, идиот? – прикрикнул Итер, распаляясь.        - Ты всё не так понял, дружище…        - Двоюродная? Так ещё и у бабушки живу, значит?        - Погоди, Люми, позволь я расскажу…        Переполох в прихожей длился долго, потому что каждый старался объясниться перед другим. Одна Люмин стояла и с одной стороны выдерживала извиняющийся тон брата, а с другой – насмешливость Тартальи, с которой он упрекал блондина в том, что тот не спешил знакомить его со своей родной сестрой. В итоге все уселись за кухонный стол перемирия. У Люмин совсем чуть-чуть дёргался глаз от нового-старого знакомого, но у неё наконец-то появилась возможность рассмотреть немного суровое лицо брата.        Лучше бы она его не видела.        Сердце болезненно сжалось от вида ран. Интересно, как он себя чувствовал? Наверняка ещё паршивее, чем выглядел?        - Я вижу, ты уже знакома с Аяксом, - издалека начал Итэр, кладя в чай три кубика сахара. Определённо нервничал.        - Аякс? – Люмин нахмурила брови и повернулась к рыжему парню, который откуда-то достал пачку шоколадного печенья. Её пачку. – Сколько же у тебя имён на самом деле?        - Три, - ответил тот с полным ртом, не забыв показать число на пальцах. – В Фатуи меня частенько зовут Чайльд.        - Ребёнок? – блондинка понимающе щёлкнула пальцами, вспоминая уроки английского.        - Эй, - обидчиво окликнул он её. Девушка только скривилась в ответ и повернулась к брату, ожидая продолжения.        Чем дальше она слушала, тем точнее формулировался один вопрос.        Как можно было впутаться в подобное добровольно?        Итэр рассказал ей многое. Свою лепту не забывал вносить и рыжеволосый парень, развалившийся рядом в спортивных красных штанах и белой футболке. Повезло ему, что отопление не отключили.        Месяцев девять назад появилась банда жестоких ребят, которые прозвали себя Фатуи. По словам Итэра и Аякса, эти ублюдки границ точно не видели: обворовывали беременных женщин, поджигали шерсть котятам и избивали младшеклассников. Кошмар наяву, как обозначил это блондин.        - Проблема уже даже не в их поступках, а в том, что они каждый раз уходят безнаказанными, - заключил Итэр, отбирая у Чайльда печенье. Люмин перевела взгляд на рыжего одиннадцатиклассника. Тело покрылось жуткими мурашками, когда синие глаза сосредоточились на ней.        - Говори, - он как будто прочитал мысли девушки, которые одна за другой возникали в процессе рассказа.        - Разве ты не состоишь в этой банде? Разве не травишь животных и детей? Какого чёрта ты вообще забыл на этой кухне?        Люмин захлёбывалась вопросами как кровью и имела на это право. Итэр повернулся к рыжему и лишь кивнул ему в сторону сестры, мол, разбирайся с этим сам.        - Видишь ли, принцесса, - начал парень, придвинувшись ближе и рискуя опрокинуть кружку зелёного чая, - когда эта шпана ещё только-только созревала, то им пересекла дорогу сестрёнка моя – Тоня. Упёртая и справедливая, аж до костей. На ней не было живого места, когда она вернулась домой после встречи с ними. Я знал, что просто так они от неё не отстанут и в следующий раз побоями не ограничатся. Ну, я и пошёл к их главному, говорю такой, что угодно сделаю, только сестру не трогайте. Они меня и взяли, условившись, что я буду заниматься всякими грязными…        - …делами, - дополнил Итэр, заваривая вторую кружку чая. Как он ему не надоел? – Чтобы главарь не марал руки в мелком дерь-        - Не выражайся, - Аякс, как хороший старший, вовремя хлопнул братца по губам.        Люмин понимающе кивнула. Картина постепенно становилась чётче.        - Интересно, курить они тебя тоже заставили? – не задумываясь, спросила блондинка. Чайльд смутился, а брат рассмеялся. По-доброму, не журя.        - Ты что, до сих пор не бросил? – удивлённо спросил он.        - Нет, - буркнул рыжий в ответ. Тему дальше развивать не стали.        Троица поёжилась не только от накрывшей их тишины, но и от плохо работающих батарей. Старые занавески прикрывали тёмный пейзаж за окном.        Люмин задумалась. Сколько существует способов заткнуть банду Фатуи раз и навсегда?        - Что вы планируете делать? – задалась она вопросом.        - Отлавливать каждого поодиночке и угрожать матерям, - Аякс кровожадно улыбнулся.        - Ты недалеко ушёл от методов Фатуи, - девушка поморщилась. – Без насилия никак? Может, просто сдадим в полицию?        - Не вариант, у главаря связи. Отмажет всех, да ещё и про нас узнают, - отмахнулся Итэр.        - Уже знают, - поправил Тарталья, - и скоро доберутся до твоей сестрицы из-за твоей вчерашней выходки.        Люмин сейчас казалось, что она – единственный человек, обладающий разумом в этой тесной старой кухне. Логичный вопрос пришёл сам собой.        - Зачем вообще ввязались в это? Ладно ты, - она махнула на рыжего, - у тебя с ними личные счёты. Но ты, Итэр, - девушка нахмурилась, близнец стушевался под её взглядом всего лишь на миг. – Мы могли бы жить спокойно без разборок и малолетних головорезов. Знаешь, сколько неприятностей ты можешь доставить маме?        Парень вцепился руками в скатерть на столе.        - Разве тебя не бесит эта безнаказанность, Люми? Тебе не страшно, что пока мы сидим здесь, в тепле, эти ублюдки угрожают кому-то ножом забавы ради? А если следующей будешь ты или мама? Предлагаешь бросить эту затею?        Температура повышалась.        Чайльд тихо сидел, наблюдая за близнецами. Такие похожие, но чертовски разные.        - У вас даже плана нормального нет, - Люмин замотала головой. – Итэр, ты – не правосудие.        - Помоги нам, - взмолился брат, складывая ладони вместе. Он надеялся на светлую голову своей сестры, - мы не справимся вдвоём.        Девушка поднялась из-за стола, помыла кружку. Всё это сопровождалось накалённым молчанием. Наконец, она повернулась лицом к парням и на одном дыхании произнесла:        - Не следовало даже и пытаться лезть не в своё дело, если плана нет. Ненавижу насилие, и участвовать в вашей авантюре не собираюсь. Если бы ты знал, - её грустный взгляд переметнулся на близнеца, - как мне больно смотреть на твои синяки.        Она ушла, забрав тепло с кухни с собой. Тарталья нервно барабанил пальцами по столу.        - А ты клялся, что сможешь её уговорить.