Снег скроет все следы

Руки Люмин были холодны от страха, но Аякс всеми силами старался их согреть, пытаясь успокоить мечущееся сердце девушки. Он видел её сведённые к переносице брови, поджатые губы, а в уголках глаз иногда скапливались слёзинки, которые блондинка, превозмогая себя, проглатывала, пока они шли до дома Чайльда. Сам парень успел написать пару сообщений нужным людям, не позволяя себе упустить состояние девушки из виду.        - Эй, всё будет хорошо, Люми, - постоянно твердил он, а блондинка только и кивала, иногда бездумно повторяя «да, всё будет хорошо».        Красная дверь – местная достопримечательность их района. Когда-то давно, ещё лет тридцать назад, здесь стояла больница, однако сокращение и бедность привели к её разрухе, а после – к полному запустению. Единственное, что осталось от старого обветшалого здания, это красные парадные двери высотой в два-три метра. Стены и полы были разрисованы граффити и непристойными фразами, однако красные двери, по какой-то причине, никто не трогал. Хоть больница и стала пристанищем для бездомных, однако парадные двери были своего рода напоминанием о том, что когда-то в этих стенах спасали жизни людей.        Около подъезда, где жил Аякс, уже стояли два человека, которые ожидали Люмин и рыжего, и, когда девушка пригляделась, то через небольшой снегопад смогла увидеть самый неожиданный дуэт, который только мог существовать на этом свете.        - Сяо? Скарамучча? – удивлённо произнесла блондинка, подходя ближе. Оба одиннадцатиклассника в ответ лишь молча кивнули, и Скар сразу же после этого недовольно произнёс:        - Эти двое что здесь забыли? Я думал, что у нас намечаются дела… Фатуйские, - закончил он более тихо.        - Так ты что, тоже один из них? – Сяо грозно прищурил глаза, а затем фыркнул: - Хотя, ничего удивительного. Всегда знал, что ты замешан в чём-то подобном. Только взглянешь на тебя, и сразу же поймёшь, что к чему.        - Следи за словами, щенок, - металлический взгляд Скарамуччи, казалось, резал острее ножа. – Иначе я-        - Да, Скар, ха-ха, вот такие вот дела, - миролюбиво произнёс Чайльд, вставая между парнями. Он затем закинул руку на плечо своего «товарища», и Люмин показалось достаточно забавным, что грозный Скарамучча всё же терпит характер и замашки Аякса. Парни отошли немного в сторону, после чего послышались тихие ругательства, а Сяо с девушкой остались одни. Друг с другом они особо никогда не разговаривали, хоть Сяо и был близким другом Итэра, так что неловкость и боязнь заговорить первым обрушились на них, как сосулька с крыши во время весны.        Но парень таки смог выдавить из себя лишь одну фразу:        - Не бойся, Итэр так просто не сдаётся, я это прекрасно знаю.        «И я тоже», - мысленно ответила Люмин, но в ответ всего лишь благодарно кивнула одиннадцатикласснику. За последнее время вокруг неё собрались люди, с которыми раньше, казалось, она никогда не пересечётся. Но сейчас между всеми ними идёт одна красная нить судьбы, и этот факт заставляет верить блондинку в лучшее; верить, что совместными усилиями они точно справятся.        Тарталья и Скарамучча спустя пару минут вернулись, и у последнего прямо на лице было написано, что его насильственно оторвали от важных дел. Рыжий, пропуская всех вперёд, привёл ребят в свою штаб-квартиру, как он сам сказал. Скарамучча завистливо присвистнул:        - Ты точно не сын мэра? Иначе у меня нет другого объяснения, почему ты занимаешься хернёй и носишься с Фатуи.        Аякс и Люмин переглянулись.        - Да-да, - отмахнулся парень, придвигая большой круглый стол на колёсиках к дивану, - на самом деле я агент ЦРУ и собираю на всех вас информацию, чтобы позднее сдать вас нужным людям, - напоследок парень хитро подмигнул.        Скар закатил глаза и по-хозяйски упал в кресло. Сяо продолжал топтаться в коридоре, потому что ему было немного неловко от такой разношёрстной компании, однако Люмин как бы невзначай подтолкнула его вперёд, чтобы парень и дальше не стоял в прихожей. Сама она присела рядом с Аяксом, инстинктивно подальше от расположившегося в кресле Скарамуччи. Теперь, когда они не в школьной обстановке, хмурый одиннадцатиклассник всё больше походил на члена банды Фатуи, это чувствовалось где-то на подсознании.        - Ну? – начал он. – На кой чёрт ты меня позвал?        - Что, Мону под окнами караулил? – ухмыльнулся рыжий, а Люмин спрятала чуть не вырвавшийся смех за кулаком. Сам Скарамучча был близок к тому, чтобы опрокинуть стол и выйти из этой комнаты, а лучше – из дома.        - Ты прекрасно знаешь, что ей, - он кивнул на блондинку, - и её брату мы никак помочь не сможем. Не забывай, кто мы.        И было видно, как это «кто» сильно ударило по Чайльду. Он всего лишь на пару секунд стушевался, но постарался вернуть себе боевой дух и снова обратиться к товарищам, однако его хвалебная речь была прервана Люмин:        - Скарамучча прав, на самом деле. Глупая затея. Даже если вы наденете лыжные маски, то либо главарь узнает вас по голосу, либо какая-нибудь баба Зина пожалуется на то, что вы ходите вечером и пугаете детей, и тогда вся конспирация точно накроется. Итэр – мой брат, и я не хочу, чтобы все остальные подставлялись так из-за нас, - произнесла девушка на одном дыхании. – Мне даже страшно представить, что с вами может сделать Лысый, если узнает о том, что вы мне помогали.        - А девчонка-то дело говорит, - заметил Скар, уже поднимаясь с кресла.        - А ну сидеть, - стальным тоном приказал Аякс, и парень, отличавшийся буйным нравом, тут же опустился обратно. Рыжий продолжил: - Люмин, помнишь, мы недавно играли у меня дома в приставку?        Блондинка неопределённо кивнула.        - Помнишь, что ты сказала мне тогда? Что не стоит взваливать на себя весь груз в одиночку, когда есть люди, которые хотят и готовы помочь тебе его тащить. Так что, Люмин, отказы не принимаются.        Девушка слабо улыбнулась. Несмотря на то, что сейчас её близнец где-то сидел рядом с Фатуи и они его бьют, Аякс смог подарить ей немного своего лучезарного тепла.        Все замолчали: каждый раздумывал над тем, как им поступить дальше. Даже Скарамучча, который буквально пару минут назад был готов уйти отсюда со спокойной душой, сейчас, нахмурив брови и скрестив ноги, сидел, вперившись взглядом в одну точку.        - Слушайте, - неожиданно произнёс до этого молчавший Сяо. Казалось бы, обычно все переставали замечать парня, когда он долго не участвовал в разговоре, однако когда он всё-таки решал произнести что-либо, то ему удавалось привлечь всеобщее внимание за пару секунд: – Может, выйдет немного сумбурно и громко, но мы можем поступить так…       

***

Итэру было до безумия холодно. Он уже давно перестал чувствовать мизинцы на ногах, а в горле начинало неприятно першить. Боль в голове уже предвещала подступающую простуду, но парень отодвинул это на второй план. Под носом засохла кровь, переносица неприятно пульсировала. Каждый вздох отдавал болью где-то под рёбрами, и парень то и дело мысленно отсчитывал минуты с тех пор, как он попал в лапы Фатуи.        А тут с ним не церемонились.        Главарь (или Лысый, как его прозвали в банде) и ещё пару фатуистов знатно поиздевались над ним. Итэр чувствовал, как всё его тело трещало по швам, но больше всего его сразил телефонный звонок Люмин. Фатуи точно захотели заманить её в ловушку, и парню только приходилось гадать над тем, что они могут с ней сделать. Хотя, нет, даже гадать он об этом не хотел: было страшно представить, если сестрица явится сюда одна. А она точно придёт, Итэр это прекрасно понимал. Оттого он и скулил, как раненная дворняжка.        - Да утихомирьте его хоть кто-нибудь уже! – крикнул Лысый своим пешкам. Все они расположились внутри заброшенной больницы, прямо за красными дверьми, чтобы никто не мог их видеть. И когда двое громил, разминая кулаки, подошли к нему, блондин снова сжался, предвкушая вкус крови во рту. Он познакомился с ним ещё в детстве, когда постоянно ввязывался в драки, и теперь этот вкус преследует его по сей день.        - Кажется, она пришла! – вскрикнул караульный, стоящий у окна, и тогда у него потемнело в глазах. «Не могла же она придти сюда одна!», - пронеслось у Итэра в голове, но следующая фраза опровергла его домыслы.        - Одна? – рявкнул Лысый, подходя ближе к заложнику.        - Так точно, - ответил караульный, высокий и худой малец, на вид которому было лет шестнадцать.        - Пошли, щенок, - Лысый схватил Итэра за капюшон пуховика, заставляя того подняться на ноги, - встретим твою милую сестричку.        За ними последовали ещё три человека. Когда один из громил открыл красные двери, пропуская главаря, Итэр вздрогнул.        Люмин действительно была одна. Её маленькая фигурка стояла на заснеженном, забытом всеми поле, и брат даже издалека видел, как трясутся у неё коленки от страха. Лысый кровожадно улыбнулся. Он швырнул блондина перед собой, снова поставив парня на колени, как преданную шавку. Люмин, преодолевая сугробы, приблизилась к ним, и остальные Фатуи сразу же окружили её.        - За братцем пришла, голубка, а? – усмехнулся Лысый. – Ну-ка, красавица, давай познакомимся. Как тебя зовут?        - Люмин, - спокойно ответила девушка. Страх куда-то пропал, и похоже, что он передался Итэру. Что она, чёрт возьми, творит? Зачем явилась сюда одна?        - Беги, Люми! – из последних сил крикнул парень, за что сразу получил удар ногой в спину. Итэр повалился, пробуя лицом снег, да так и не стал двигаться дальше – сил не осталось. Глаза Люмин распахнулись, и она уже хотела подбежать к брату и обнять его, сказать, что обязательно вытащит его, но не поддалась своим чувствам. В конце концов, нужно было следовать плану.        - Вот же сучёныш, поглядите на него, - сплюнул главарь, а затем вновь обратился к девушке: - Видишь ли, твой брат постоянно причиняет нам некоторые… так скажем, неудобства. Он отказывается отвечать за свои поступки, так что, возможно, за него ответишь ты, крошка Люми?        Девушка не нашлась что ответить. Однако этого и не требовалось. Потому что из темноты, кряхтя и ругаясь, вышла пожилая женщина, укрытая от снега с ног до головы. Все присутствующие обернулись на нового гостя программы, и Лысый только хотел крикнуть что-то вроде «Пошла вон, карга!», как вдруг женщина, радостно раскинув руки, проговорила:        - Витя, Витёк! Помнишь меня? Это же я, баба Зина!        Лысый, испугавшись, неуклюже сделал пару шагов назад, после чего и вовсе повалился на снег.        - Баба Зина? Какого чёрта?! – закричал он. – Я думал, ты померла год назад!        - А нет, внучок, жива ещё, как видишь, - улыбнулась она, показывая вставную челюсть.        Однако женщина, заметив напряженные лица других и кровь на снегу, неуверенно произнесла:        – А чем это ты занимаешься здесь со своими друзьями, а?