Лайнер 347

- Сегодня день в море, это значит, будем плыть без остановок. Ваша задача, Дарья, развлекать гостей в главном холле, быть приветливой, предлагать напитки, приглашать на мероприятия, - Диана говорила и выглядела так строго, что на секунду мне показалось, что вчерашний день - просто сон, и между нами ничего не было. Забавно, мы разошлись по каютам только вчера вечером, утомлённые эмоциями от дня в Барселоне, а сегодня встретились в ресторане в 7 утра, как и обычно. И, казалось, всё вернулось на свои места. Однако, её выдавал взгляд. - Так что за мероприятия? - спрашиваю максимально непринуждённо, поддерживая её игру. - Днём повсюду полно развлечений, а вечером театр. - Значит бегать с утра до ночи по всему лайнеру...А что мне за это будет? - провокация номер один. - Зарплата, Дарья, а вы надеетесь на что-то ещё? - Ну, например, после того, как пассажиры разойдутся по каютам, для персонала что-то планируется? Отдых...вознаграждение за тяжёлый день? - провокация номер два. Внимательный взгляд, ухмылка в ответ. - Боюсь, пассажиры не разойдутся до утра. Я не осмеливалась ни прикоснуться, ни поцеловать её, ни даже улыбнуться. Где-то неподалёку копошатся официанты, подготавливающие зал к завтраку, а мы стоим посреди, у стола, и ведём эту "официальную" беседу. С 7 утра до 10 вечера - начальник и подчинённый. Играем по правилам. - Но завтра ведь рано вставать. Думаю, они осознанные путешественники? Куда там завтра мы приплываем? - В Палермо, Дарья. Сколько раз вам говорить следить за расписанием самостоятельно? - Так что насчёт отдыха, Диана Викторовна? - сокращаю дистанцию между нами и облокачиваюсь о стол. Инстинктивно делает шаг назад и тихонько оглядывается, - Никто не смотрит, не переживай. - Даш, не надо, - пониженным тоном и так соблазнительно, что я не могу остановиться. - Только если составите мне компанию в джакузи, - провокация номер три. Пытается оставаться серьёзной, но я вижу, как приподнимаются уголки её губ. - Мисс наглость. - Разве это наглость? Просто хочу приятно провести время со своей начальницей... - Думаю, начальница на такое не согласится. - А ты? Оставляет вопрос без ответа, поджимает губы, не в силах больше скрывать улыбку. - Иди работай. - Как грубо, - закатываю глаза, разворачиваюсь, делаю шаг, и её тёплое запястье ловит моё. Притягивает к себе, и мы сливаемся в таком долгожданном и неизбежном поцелуе. Нехотя отрываюсь от неё. - Как смело, - горячее дыхание, запах духов и светящиеся глаза, которые она отводит в смущении и снова оглядывается по сторонам. Трусишка. Приступаю к работе. Народу на лайнере в этот день была просто тьма. У бара, у бассейна, в ресторане и кафе. На спортивных палубах проходили соревнования по волейболу и бадминтону, со сцены в главном холле шёл мастер-класс по испанским танцам, в казино предлагалось сыграть в бинго. Пассажиры, как муравьишки окружили все доступные для отдыха места. Смешались в кучу кони, люди...и я среди них, пытающаяся быть полезной. Ира в этот день тоже не осталась без дела - работала на дегустации вин. Эндрю иногда встречался на моём пути, разнося напитки пассажирам. А я ходила из одного места в другое, улыбаясь и заводя разговоры с гостями, отвечая на их вопросы, помогая найти детскую комнату, СПА салон, кинотеатр. Я уже говорила, что лайнер - настоящий плывучий городок? Ближе к вечеру пассажиры стали перебираться из главного развлекательного холла в клубную зону. Она чем-то напоминала Вегас - светодиоды и разноцветные огоньки по верхним многоэтажным палубам, которые выходили в сторону клуба. Я подумала о том, что людям, каюты которых выходили в эту сторону, не очень повезло. Гораздо лучше, как у нас с Ирой - балкон с видом на море. А ещё лучше, как у Дианы - целая терраса. В центре клубного зала располагалась огромная лестница с подсвеченными стеклянными ступеньками, поднявшись по которой, можно было попасть на вторую палубу и понаблюдать на общее веселье, происходящее снизу. Молодёжь толпилась на большом танцполе, а старшее поколение в основном за столиками по бокам попивали коктейли. Диану в этот день я видела изредка. Иногда она проходила мимо, делая вид, что меня не замечает, но когда стояла поодаль, мы сталкивались взглядами. Я, никого не стесняясь, наблюдала за ней - разве есть кому-либо дело, куда я смотрю и зачем. И я не понимала попыток Дианы быть отстранённой. Неужели ей так важно поддерживать образ такой неприступной, не вступающей в любовные отношения, строгой, холодной...Да, у неё было много знакомых на лайнере, в отличие от меня. Она имеет определённую репутацию, подорвать которую ей не хотелось. Размышляя об этом, я всё-таки решила, что в рабочее время действительно не стоит злоупотреблять её вниманием. Но меня дико бесило, когда она по полчаса мило общалась с коллегами в этих официальных костюмах, говорящих об их высоком положении, и не обращала никакого внимания на меня. О да, это ведь постыдно общаться с обслуживающим персоналом, с ассистентами вроде меня, с официантами, барменами, аниматорами и уж тем более уборщицами. Она была выше всего этого. Но ведь этим мне и нравилась? Именно это меня в ней привлекло? Высокий пост, никак иначе. Я никогда не влюблялась в ровесниц, почему-то они мне были безразличны. В школе меня привлекали лишь учительницы, в университете - преподавательницы, на работе - начальницы. Даже в кафе и ресторанах мой взгляд всегда падал на менеджеров, не на официанток. Меня будоражила статность. Однако моя бывшая была совсем не похожа на таких женщин. Она была младше и восхищалась мной, была влюблена в меня по уши. Это было жестоко, встречаться с ней, не имея к ней почти никаких чувств. Но мне нравилось быть любимой. Какое-то время мне казалось, что и я люблю её. Даже расставание я пережила довольно болезненно - привязанность дала о себе знать. Но теперь я осознаю, что мои чувства к ней и рядом не стояли с теми, что сейчас я испытываю к Диане. Я ловила её взглядом, мне необходимо было находиться с ней в одном помещении, и если она терялась из виду, я чувствовала тревогу. Это ни в коем случае не было контролем, я просто...чувствовала пустоту, когда её не было рядом. Я не хотела, чтобы моя влюблённость переходила в любовную зависимость, но ничего не могла с собой поделать. И я лишь надеялась на взаимность. В 8 вечера я стояла на светящейся палубе над клубом, наблюдая за танцующими парочками. Интересно, она согласилась бы на танец? Ну, конечно, нет. Эта мысль казалась абсурдной. Диана танцует, лишь когда вокруг нет посторонних глаз. Я вспомнила вечер, когда всё началось. Когда я в первый раз ночевала у неё. Когда мы проснулись в одной постели. Когда я наблюдала за ней спящей. Когда могла касаться её красивого лица, нежной шеи, целовать ключицы, гладить грудь. По телу с головы до ног меня накрыло чувство блаженства, которое сменилось тревогой за будущее. Для неё всё это просто интрижка? Часто ли такое случается? Наверное, нет, раз она так боится, что кто-то узнает? Что она чувствует? А затем я отогнала эту ипохондрию. Глупо об этом думать. Наслаждаемся тем, что имеем. Вдруг откуда-то сверху, как град, посыпались шары. Я взглянула вверх - на потолке была натянута сетка, откуда они летели. Это было чудесно, моя улыбка, наверное, растянулась до ушей от вида того, как люди ловят и толкают разноцветные шарики. Шаров было даже больше, чем людей. Всё это было так радостно. Я почувствовала на себе взгляд и посмотрела вдаль. На той же палубе чуть в стороне стояла моя императрица и улыбалась, смотря на меня. Уверена, её позабавило моё детское счастье от этого шаропада. И Диана пошла навстречу. Она встала, оперевшись о перила, рядом со мной. - Пойдёшь в театр? В 9 часов будет оркестр. - Это приглашение? - Считай, что приказ по работе. - Будет исполнено, Диана Викторовна. - Тогда советую идти занимать места. Мы спустились по светящейся лестнице, и я, как истинный джентльмен, подала ей руку у последних ступенек. Её руки - моя слабость. Тонкое и хрупкое запястье, нежная кожа, длинные пальцы с аккуратным маникюром. И, конечно, недлинные ногти, как и следовало по её же правилам. Мне не хотелось выпускать из своей руки её. Мы шли по длинному коридору в переходе между клубом и театром. Диана впереди, я за ней. - Хватит пялиться. - С чего ты взяла, что я пялюсь? Смотрю по сторонам... - она чуть развернулась, а я посмотрела в потолок, водя взгляд по его углам, а затем всё-таки опустила взгляд на неё. Улыбается. Люблю вызывать у неё улыбку. Но зад у неё отменный - стройные ноги, соблазнительно округлые бёдра в этой серой обтягивающей юбке. Походка от бедра. И ей очень шли каблуки, в которых её лодыжки были такими женственно тонкими. Мне хотелось развернуть её, прижать к стене, так же как в Барселоне, и целовать, целовать, целовать, гладить эти бёдра, прижимать к себе...Но я держалась. Театр уже был почти заполнен, хотя до представления оставалось ещё 15 минут. Мест рядом друг с другом уже не было, только по одному, хотя едва ли Диана позволила бы сидеть рядом с собой. Мы сели друг за другом. "В комнате полной искусства я всё равно смотрел бы на тебя". Цитата, описывающая мою ситуацию целиком и полностью. Её светлые волосы струились по изгибу плеч. О, как мне хотелось запустить в них руку и почувствовать их запах, хоть я и знала его почти наизусть - лавандовый шампунь вперемешку с её кружащими мне голову духами. Моё сердце приятно отзывалось в груди, когда она поправляла волосы, откидывая их за плечо, открывая мне вид на изгиб её тонкой нежной шеи. Зазвучали первые ноты оркестра. Скрипки и виолончели, контрабас и барабаны, фортепиано и флейта - всё слилось воедино. Я наслаждалась. Никогда не думала, что прослушивание оркестра может принести столько удовольствия, хотя, может, всё дело было в том, что для ощущения полноты счастья передо мной сидела моя мечта. Моя императрица, моя любовь. Со сцены звучал Поль Мориа, Людовико Эйнауди, Ханс Циммер, меня пронзала дрожь от восхищения. Я знаю этому название - фриссон, но мне ещё не доводилось такого испытывать. А затем на сцену вышел пожилой галантный мужчина. С первых нот я узнала мелодию. Une vie d'amour - вечное о любви. Он запел на французском, но я точно понимала, о чём.

"Столько слов любви В наших сердцах, заходящихся Рыданием в момент поцелуя Так и не были произнесены, Но это ничего не изменило Потому что «до свиданья» Не может быть прощаньем навсегда. И в безумной надежде Я опять молю Бога Видеть тебя снова, Говорить с тобой снова, Снова присягнуть тебе".

Из театра она вышла первой, лишь спокойно и нежно сказав: - Жду в десять. А я так и продолжила сидеть в кресле, пока ещё не пришедшая в себя. Шум встающих людей нарушал мою одухотворённость, это раздражало, и я не понимала, как люди после такого могут просто встать и начать болтать, как ни в чём не бывало, смеяться, нарушать атмосферу, в которой всё ещё парило искусство. - Входи уже, - она открыла дверь, в белом халате после душа. Я стояла с глупой улыбкой и чувством, что в первый раз встретила её за этот длинный насыщенный день. Так оно и было. Я в первый раз встретила её настоящую. Без масок и прикрас, без страха и стыда. Всё, что я могла сейчас - просто нежно обнять, прижать к себе, зарыться носом в мягкие волосы, взять её руки в свои и целовать. Диана смотрела на меня с такой нежностью, а я таяла. Она первой подалась для поцелуя, скинула с себя халат, и я снова встретилась с искусством. - Ты такая нежная, - она произнесла это шёпотом, как будто эту тайну между нами даже здесь кто-то может услышать. И мне до дрожи нравилось, что здесь, в этой небольшой каюте, она полностью моя. Я вновь целовала каждый сантиметр её тела и каждой клеточкой чувствовала эту таинственную близость между нами.