Лайнер 347

Ночь была беспокойной. Ира мирно сопела рядом, а я не могла выбросить мысли из головы. Мне до одури хотелось оказаться рядом с Дианой и прижаться к ней, не выпуская из рук её нежное тело, но я не знала, хотела ли этого она. Звон будильника едким и противным звуком оповестил меня о том, что буквально через 30 минут я буду стоять перед ней, теребя руки от волнения, в ресторане. Так и случилось. Очень нервничая, я шла к сидящей за столом, такой родной, но теперь далёкой, императрице. Я не знала, как вести себя, и это скорее зависело от того, как поведёт себя она. Присела напротив, пытаясь вглядеться в её глаза. Смотрит слегка настороженно, но неотрывно, как будто ждёт, что я что-то скажу. Но мой язык прирос к нёбу от дикого волнения. Некоторое время мы сидели молча, пристально глядя друг другу в глаза. До меня доносился лёгкий и приятный аромат L'Imperatrice. Такой растерянной она выглядела очень мило, почти невинно, и это отзывалось в моём сердце гулким сердцебиением. Она заговорила первой: - Сегодня мы в Марселе, - голос звучал так хрипло и осторожно, как будто бы даже интимно. А затем она аккуратно откашлялась, видимо, пытаясь взять себя в руки, и продолжила спокойнее: - Может быть, мы выйдем прогуляться? - как бы она не пыталась казаться уверенной, голос её всё равно дрожал, давая мне понять, что она волнуется не меньше меня. Тепло растеклось по моему телу то ли от этого осознания, то ли от её предложения, а скорее из-за всего вместе. - Давай. Франция встретила нас пасмурным и облачным небом, а воздух был пропитан влажностью и теплом. Этим ранним утром даже пассажиры на удивление спокойно, не толпясь и не шумя, проходили в автобус, который должен был довезти нас до города. Мы с Дианой заняли места рядом. Я села у окна, и стараясь не выдавать своего волнения, уставилась в окно. Мы медленно ехали по идеально ровной дороге, я наблюдала за проносящимися пейзажами. Лавандовые поля, зелёные холмы, милые домики. А затем стекло стало покрываться мелкими капельками. Я коротко взглянула на Диану, ожидая её реакцию. Она не казалась расстроенной. Наоборот, мягко посмотрела на меня, слегка приподнимая уголки губ. - Переждём в кафе? - Ужасно хочется кофе. Автобус остановился на туристической улице. Пассажиры тут же начали спускаться и быстрыми шажками расходиться в разные стороны, прикрывая головы то сумками, то плащами или кофточками. Некоторые из них, предвидевшие дождь, были с зонтами, но мы с Дианой в их число не входили. Мы добежали до ближайшего кафе, слегка промокнув, но дискомфорта от этого не чувствовали. Дискомфорт скорее вызывали толпившиеся у прилавка туристы. Мы решили, что Диана займёт небольшой столик на веранде с навесом, а я постою в очереди за кофе. Сквозь окно, выходившее на веранду, я наблюдала за ней. Диана была настолько прекрасной, смотрела куда-то вдаль, не замечая моего взгляда, который я всё не могла оторвать от неё. Женщина, видимо француженка, похлопала меня по плечу, указывая на то, что очередь уже подошла, а я застоялась на месте. - Two cappuccino, please. Я донесла две чашечки до стола и молча присела напротив. - Обижаешься на меня? - Нет, мне не на что обижаться, - я посмотрела на неё исподлобья, помешивая ложечкой кофе, - Просто волнуюсь, что с нами случится то же самое. - Не случится, если мы не будем..., - она осеклась, видимо, пытаясь подобрать слово помягче: прятаться? палиться? - показываться. Я опустила глаза, продолжая мешать напиток: - А стоит ли оно того? Когда дождь притих, мы решили прогуляться по улочкам Марселя. Мы шли молча, слегка отстранённые друг от друга. Я рассматривала здания, достопримечательности, людей, встречавшихся на пути. А затем мы вышли на набережную, встали у парапета и засмотрелись на неспокойное море. Волны шумно двигались к берегу, почему-то успокаивая. Небо всё серело, было видно, как в далеке идёт дождь. Мы так и стояли, молча наблюдая за волнением. Я чувствовала, как Диана поглядывает на меня, не решаясь что-то сказать. Дождь полил, как из ведра. Мы остались на месте, наблюдая, как люди разбегаются по сторонам, ища укрытие, но ни одна из нас не двигалась. Я посмотрела на Диану. Волосы мокли и кудрявились от влажности, по щекам стекали капли. Она провела пальцами по своим губам, стряхивая стекающую на них воду, а я засмотрелась на то, какие они влажные и мягкие. А затем я заметила, что она плачет. Слёзы застилали её глаза, смешиваясь с каплями дождя, и моё сердце сжалось. Диана взглянула на меня так жалостно, что моё сердце так колко защемило, и я не сдержалась. С резкого шага вперёд к ней, я начала страстно целовать её, хватаясь за щёки, большим пальцем поглаживая их, стирая воду с лица. Дождь беспощадно настигал наши губы, делая поцелуй, длящийся, казалось, целую вечность, совсем мокрым, а по всему телу плавно растекался дофамин, вводя меня в экстаз. - Стоит. Конечно, это того стоит. Мокрыми от дождя и ставшие вдруг счастливыми, мы завалились в Дианину каюту. Она стянула с меня промокшую футболку и прижалась всем телом к груди, целуя и покусывая мои шею и губы, судорожно водя руками по влажному телу. То же сделала и я, сжав её грудь и направив к постели. Я оказалась сверху, но резким движением Диана повалила меня, села на мои бёдра и скинула блузку. Затем, стараясь сделать это быстрее, стала стягивать с меня шорты и снова опустилась за поцелуем. Она покусывала мои губы, спускалась к шее и груди, шумно дыша. С моих губ слетел стон, когда она прикусила мой сосок, плавно заглаживая укус языком. Затем опустилась к животу, всё ещё орудуя языком, стянула с меня трусы, целуя и поглаживая бёдра, и коснулась моего совсем мокрого места. От этого я прогнулась, ещё сильнее примыкая низом к её губам. Диана искусно посасывала и прикусывала клитор, заставляя меня стонать, сжимать одеяло и ловить губами воздух. Затем я сделала глубокий вдох, напрягая ноги, а Диана всё продолжала играться с моим клитором кончиком языка, а затем вошла в нужный ритм. Яркое, сносящее голову наслаждение внезапно накрыло меня, пока Диана всё продолжала динамично водить языком, продлевая моё удовольствие. Она легла рядом и начала нежно целовать мои щёки, поглаживать пальцем губы и подбородок, пока я пыталась отдышаться и усмирить сердцебиение. Мы так и уснули в объятиях друг друга и проспали до самого вечера.