И каждое твоё касание становилось созвездием на моём теле

Дисклеймер.

Для тех, кто следит за работой с самого начала.

Эта работа была полностью переписана. От пролога, до последней главы. Действия развиваются по совершенно другой сюжетной линии. Характеры и поведения персонажей также были подвержены сильным изменениям. Автор настойчиво рекомендует для начала прочитать работу с самого начала, после чего спокойно дойти до этой главы. В худшем случае, вы можете не понять дальнейшие действия героев, а также происходящие события. Спасибо за внимание. Приятного чтения!

***

      Пальцы поддрагивали, когда Скарамучча аккуратно проходил ими по лицу своего возлюбленного. Каждый миллиметр, что он трогал, казался очень хрупким.       Он больше не хотел держать эту маску. Маску отчуждённости. Безразличия. Токсичной гордости.       — Скарамучча, – Кадзуха остановил чужую руку, и прижал ее к своей груди. Он надеялся, что хотя бы так он сможет услышать его. Сердце колотилось, словно птица в клетке.       — Я скучал по тебе.       Сдерживаться больше не было смысла. Несколько крупных слёз покатились по красному лицу, и упали на дрожащую руку у груди. Скарамуччу передёрнуло.       Он действительно не хотел держать эту маску. Но каждая упавшая слеза. Каждое воспоминание о событиях шестилетней давности... Он не мог простить себя. И он не считал, что имеет право хоть что-то говорить.       Скарамучча резко отдёрнул руку от чужой груди. Он действительно почувстовал, как сердце его возлюбленного бьётся. Как сильно и отчаянно оно хочет выпрыгнуть. Он знал, и понимал. Ведь то же самое происходило и с ним.       Он немного помедлил, прежде чем начать свой рассказ. Он сомневался, будет ли это правильным. Возможно, верным решением было бы действительно оттолкнуть Каэдэхару. Дать понять, что он действительно остался таким, каким был. А может, даже стал хуже. Но всё же...       — Кадзуха, – Он начал тихо. Шёпотом. Надеялся, что в такой кромешной тьме не увидят его слабости.       — Я не изменял тебе. Никогда. Он хотел начать с самого важного. С того, что разрушило их отношения.       Кадзуха поморщился, будто заново переживая те чувства, что когда-то испытал. Но он молчал. Не перебивал. Ждал, пока монолог окончится. Скарамучча усмехнулся. Возможно, Каэдэхара тоже не изменился.       Но брюнет не хотел продолжать здесь. Он чуть отстранился, и пальцем поманил возлюбленного за собой. Кадзуха молча проследовал за ним.       Они расположились в спальне, на кровати. Здесь всё еще сильно пахло алкоголем. Но Скарамучча собирался рассказать и показать ему всё, что он из себя представляет. Не важно, каким будет результат. Он уже принял, что у них ничего не выйдет. Давным давно.       — Мне тогда пришлось уехать, - Издалека начал Куникудзуши.       — Мне не оставили выбора. Просто, поставили перед фактом.       Кадзуха собирался что-то уточнить, но Скарамучча остановил его. Он приложил палец к его губам, показывая, что нужно дослушать.       Лишь потом он осознал, что сделал. Он резко отдернул руку, и спрятал ее в рукаве. Каэдэхара лишь посмеялся, но всё же кивнул, согласившись на полное молчание.       Сердце, казалось, точно вылетит от такого. Его губы... Были такими же мягкими, как и раньше. Скарамучча сильно смутился, но все же преодолел себя, и продолжил:       — Я прекрасно знаю, что мог тебе рассказать об этом. Поговорить. Объясниться, чёрт возьми, в конце концов! – Он сделал небольшую паузу, перводя дыхание. Он все еще злился.       — Но я хотел отдаляться от тебя.       Он замолчал. Послышался тихий всхлип. Кадзуха хотел поднять руку, чтобы обнять, но Скарамучча остановил его.       — Я уже тогда понимал, как много дерьма натворил. И я не умел извиняться. Не умел объяснять, что чувствую, – Он сложил руки вместе, так как они с каждой минутой тряслись все больше.       — И сейчас... Я тоже не умею. Но по крайней мере, я стараюсь. И я бы... Не знаю. Хотел стать лучше, наверное...       Он запнулся. Теплая ладонь приподняла его голову, и он оказался лицом к лицу с Кадзухой. Его глаза были полны слёз, в то время как он сам уже был весь мокрый.       Каэдэхара приблизился. Его горячее дыхание ощущалось на собственных губах слишком остро. Оно обжигало, и кружило голову. Так хотелось поцеловать его... Но это явно не то, чего хочет он.       Скарамучча резко отстранился. Он не знал, что может сотворить сейчас. В таком состоянии. И он не хотел опять наделать ошибок.       — Я тебя понял. – Резко высказался Кадзуха, и вздохнул. Скарамучча занервничал. Он... Опять сделал что-то не так? Но вопреки ожиданиям, Каэдэхара лишь улыбнулся. Как ему показалось.       В комнате царила почти кромешная тьма. Шторы полностью перекрывали окна, а свет включать было страшно.       — Спасибо, что рассказал. Хоть и... Немного поздно.       Кадзуха нежно провёл рукой по тёмным прядям. Запах этого человека полностью заполнил комнату так, что алкоголем уже и не пахло. Пахнет как дома...       — А могу я кое что спросить? Скарамучча нервно теребил край водолазки, словно мог на такую простую просьбу получить отказ.       — Конечно, Скарамучча.       От таких прямых ответов Куникудзуши почувстовал, как лицо постепенно начинает краснеть.       Но он очень старался не подавать вида, что прямо сейчас расстает лишь от одного присутствия Каэдэхары рядом.       Ему было все еще страшно. Но постепенно, тревога уходит. И наступает принятие. Кадзуха действительно здесь. И никуда не уходит.       — Ты часто думал обо мне?       — ... В ответ было лишь молчание. Не то чтобы Скарамучча рассчитывал на прямой ответ...       Но внезапно, Кадзуха начал смеяться. Сначала тихо посмеивался... А потом хихиканье переросло в полноценный смех. Стало так стыдно.       — Эй, ты, – Скарамучча уже представил, как дырявит в лице Каэдэхары дырку. А что, можно было бы...       Он сел на колени, и ориентируясь на звук, попытался ткнуть пальцем наглому Кадзухе в лоб. От хорошей акустики его смех словно разливался по всей комнате. Такой красивый.       Наконец, он схватил наглеца за ногу, и подтащил к себе. Он словно тыкал пальцем в небо, буквально. И почти попал.       Он уткнулся пальцем Каэдэхаре в щёку. Только вот, его лицо оказалось опасно близко к его собственному. Отступать было поздно...       — Если тебе кажется это смешным, то знай.. – На его собственных губах снова ощутилось горячее дыхание. Это же просто пытка... Он заткнулся на половине предложения, и был не в силах продолжить.       Теплый воздух опалял лицо. Дышать спокойно просто не представлялось возможным.       В темноте ему показалось, что чужие глаза смотрят на него чересчур жадно. Он был не в силах отстраниться, но и Кадзуха сидел неподвижно.       Скарамучча неосознанно начал приближаться. Ещё чуть-чуть, и он его поцелует. Сможет снова ощутить вкус его губ, языка. Снизу послышалось шевеление. Кадзуха поднял руку, и медленно подносил к Скарамучче. Это могло значить только одно. Его хотят оттолкнуть. Верно...       Скарамучча быстро подскочил с кровати. Так резко, что голова закружилась, и он чуть снова не свалился обратно.       — Я включу свет. – Он направился к выключателю, как из темноты послышались шаги.       — Подожди, не включай. – Настойчиво послышалось над ухом.       — Мне нужно отойти... Где у тебя уборная?       " — Твою мать... Каэдэхара, хватит на меня дышать!"       — Прямо по коридору санузел.       — Спасибо.       И он вышел из комнаты. Лишь в коридоре был виден свет от открывающейся двери. Скарамучча остался один на один со своими мыслями.

***

      Кадзуха молниеносно пронёсся до ванной, и закрыл дверь на максимальной количество оборотов.       Сердце колотило так, что сейчас вытолкнет все органы через рот. Резкий приступ тошноты невозможно было контролировать. Но что ещё хуже...       Кадзуха скатился вниз по стене, и уткнулся лицом в колени. Все его тело неконтролируемо дрожало. И все можно было бы понять... Ту же тревогу, или злость. Но нет! Он поднял голову, и уткнулся взглядом туда, куда не хотел смотреть последние года два. В животе неприятно ныло, и требовало внимание. Каэдэхара, чёрт возьми, возбудился. Он тяжело выдохнул. Как до такого вообще дошло?       Он чуть было не поцеловал своего бывшего, который ему душу выворачивал. Причем, по собственному желанию.       Неужели он действительно рассчитывает, что все так легко выйдет после шести лет расставания? Он громко шлепнул рукой себе ко лбу, и скатился еще ниже.       Но вопрос оставался открытым. Прямо сейчас Кадзуха чуть ли не лежит на полу. Дома у своего бывшего, у которого не был ни разу. Со вставшим членом. Пока его бывший ожидает Кадзуху у себя в спальне. Он нервно хихикнул. С каждой секундой ситуация становилась все абсурднее и ужаснее. В дверь постучали.       — Кадзуха, всё нормально? Ты там уже довольно долго. Каэдэхара мгновенно покраснел. Он подлетел с пола, и встал напротив зеркала.       — Да-а, все хорошо. Я скоро выйду. Скарамучча что-то протараторил за дверью, и, кажется, ушёл.       Кадзуха прямо сейчас выглядел ужасно. С проблемой в штанах нужно было что-то делать, а идей кроме мастурбации не было. Он одним глазком глянул вниз.       " — Два года без эрекции, ну надо же..." Нет. Мастурбировать дома у бывшего это уже слишком.       Кадзуха включил воду, и постарался отвлечься от подобных мыслей. Если поразмышлять над другим...       " — Скарамучча ведь сказал, что по итогу не изменял мне... " Кадзуха задумался. Но ведь, это было не единственной проблемой в их отношениях. На душе опять стало тяжело.       Он сам прекрасно понимал, что ничего не выйдет. Этот душевный разговор не означал, что у них все наладилось, или когда-нибудь снова наладится.       Кадзуха снова посмотрел в зеркало. Под глазами слишком сильно выделялись синяки. Последние сутки он толком не спал.

***

      Когда Каэдэхара вышел из ванной, из одной из комнат послышался шум. Он подумал о том, что наверняка будет неприлично просто врываться куда-то, куда тебя не звали.       Но не успел он опомниться, как уже стоял возле распахнутой двери, которую сам же и открыл.       Это оказалась просторная кухня. Посреди комнаты стоял обеденный стол, за которым сидел Скарамучча, и старательно промывал листья чая. Он сразу не заметил пришедшего гостя, поэтому просто задумчиво гонял листья туда-сюда.       У Кадзухи в груди начало что-то расцветать. Видеть такую картину оказалось воистину приятно. Он сам не заметил, как начал подходить ближе, и случайно задел какую-то вазу на полу. Скарамучча дернулся, и наконец обратил внимание на Каэдэхару.       — Я чай заварил, будешь? – Скарамучча ткнул ложкой в то, что он очевидно называл чаем, и неловко улыбнулся.       Сердце коллекционера чая было тронуто в очередной раз. Но он лишь помахал руками, и нервно улыбнулся:       — Извини, я бы с радостью. Но, – Кадзуэа промедлил. Ему очень хотелось остаться. Ему больше никогда не хотелось терять его. Но обстоятельства снова вставали не на его сторону.       — Мне уже пора. У меня есть дела, да и Хэйдзо будет волноваться. На словах о Сиканоине Скарамучча перестал мучить заварочную чашку, и остановился.       — Да, без проблем. – Кратко ответил Куникудзуши. Он встал из-за стола, и подошёл к Кадзухе.       — Я провожу.

***

      Кадзуха собранный стоял на пороге, Скарамучча стоял в коридоре. Они смотрели друг на друга, и не могли ничего сказать. Прощаться не хотелось никому из них. Каэдэхара сдался первым:       — Скарамучча, как думаешь, – Он спрятал руки в рукавах пальто, и слабо улыбнулся.       — Мы... Сможем стать друзьями?       Скарамуччу переклинило. Это, несомненно то, чего он хотел бы. Но, возможно, в глубине души он надеялся.       Надеялся, что у них может быть хоть какой-то шанс на то, чтобы быть вместе. Сердце больно сжалось.       — Да. Попробуем. Он снова ответил холодно. Совершенно не так, как хотел. Скарамучча поджал губы.       — Хорошо, я рад.       Они снова замолчали. Хотелось хотя бы обняться на прощание. Но обоим казалось, что это слишком тяжелое желание.       — Что ж. Тогда, до встречи?       — Давай, удачи там. Кадзуха ушёл. Он снова остался один.       Скарамучча медленно прошёл на кухню. На столешнице стояли две кружки с заваренным чаем. Он уже остыл, но в принципе, не так важно.       Впервые за шесть лет он решил остаться дома, и просто выпить чая.