Ты мой наркотик, Борис

Спустя пары минут, после нашего последнего диалога я обнаружил что только что выпил последнюю каплю спиртного. — Водка закончилась, что будем пить? — я повернулся к нему и указал на бутылку. — Я могу сходить вниз и что-нибудь принести — весёло предложил Борис вставая с дивана. — Даже не знаю чтобы я без тебя делал — я засмеялся. По сути, я и вправду не знал чтобы без него делал и речь сейчас не только про алкоголь. — Хах Поттер — хмыкнул парень останавливаясь в дверях. — Жыл бы своей жизнью — это он добавил спустя пару секунд и задумался о своём. Он поднял взгляд и когда карые глаза — холодные, с нездоровым блеском — глянули в мои, я вспомнил тот ясный, ослепительныя миг, прошившый позвоночник. Это было два месяца назад. Я пришёл к нему домой и был очень поражен. Вместо пьяной ухмылки меня встретил грустный взгляд. Не решаясь зайти в комнату я остался в проходе. Он как всегда сидел на полу облокотившись на угол кровати и почувствовав моё присутствие опустил голову вниз. — Поттер, отца переводят обратно в россию — я не видел его лица, но был уверен, он был трезвый. Не курил и, возможно, даже не пил. Его трезвость и грусть в голосе напугала меня до чёртиков. — К концу недели нужно уехать. Сердце у меня словно оборвалось, покатилось вниз, в самые пятки. От осознания скорой потери мне стало чёртовски плохо. Возможно, в какой-то степени кусочек моего мира рухнул. Вот тогда это и случилось: он поднял голову и карые глаза — холодные, с нездоровым блеском — глянули в мои. Его взгляд… Обречённость и печаль. Всё было хуже, чем безнадежно. Мы оба понимали что если сейчас он уйдёт, то мы уже никогда не увидимся. Второго шанса выбраться из той дыры отчаяния и самобичевания уже не будет. Он не уехал. Не знаю как, но у него получилось остаться. Хотел бы я думать что это из-за меня, но я знал что он не любил россию и не хотел возвращаться. Как он говорил «здесь плохо, а там ещё хуже». Только тогда я стоял в проходе дверей, а теперь Борис. Через какое-то время темноволосый вернулся с двумя бутылками пива и какими-то крекерами. Сейчас он улыбался и его поднятое настроение передалось и мне. — Ну, паршиво конечно… Кроме пива ничего не было. И ещё я проголодался — он снова забрался на кровать и поправил подушку — вот так «ydobno». Я уже слышал это слово когда проснулся от жуткого сна и Борис в полусне обхватил меня за талию, напевая какую-то песенку, возможно, колыбельную на польском. Я не знал как поступить. Спустя пару секунд размышлений мне ничего не пришло в голову кроме как отодвинутся, но он потянул меня ближе к себе и промичал спросонья «Полежим чуть-чуть так, ладно Поттер? Mne ydobno» Я знал что он не был в хлам, но тем не менее мы никогда не вспоминали об этом случае. *** У худощявого парня было прекрасное настроение, вероятно он уже начал ловить «реальный кайф». Уверенным, наглым движением он просто так отобрал у меня бутылку, начиная таким образом меня дразнить. У него было игривое настроение. Мы уже утратили контроль. Безмятежное блаженство ночи наконец-то поглотило нас целиком. Он часто так забавлялся когда был укуренный. Ему нравилось стащить у меня что-нибудь, а потом бегать по кухне, попутно кидая в меня что попадёт под руку и крича что-то на непонятном для меня языке. Сейчас я слышал его обворожительный смех и улыбка так и напрашивалась, но я делал грозный и недовольный вид. Мы пихали, щекотали друг-друга или просто дурачились и у меня даже получилось отобрать у него пиво. Тогда я гордо, с ликованием вскинул голову. Но он на этом не остановился и всё продолжал отбирать его. Почти вся жидкость вылилась из-за наших «игр», но мы не обращали на это внимание. Так продолжалось какое-то время, пока он не приблизился ко мне вплотную и я замер. Борис заметил это и остановился. Мы смотрели друг другу в глаза стараясь отдышаться. Я заметил его внимательный взгляд и он на секунду вскинул брови, будто говоря «и что дальше, Поттер?». И я не выдержал. Во всем виноваты эти чёртовы таблетки. Он был прав, они дали сильный эффект. Я был уверен, что это именно они настолько изменили моё сознание и я сделал то, что сделал. Я взглянул на него ещё разок, примерно одну секунду и что-то подтолкнуло меня к нему. Мне резко стало все равно на завтрашний день и на то, что он может сделать после этого. И тогда так наплевав на последствия я накрыл его соблазнительные губы своими. Вот так вот всё и идет к чёрту: в одну секунду. Сердце забилось чаще. После моего импульсивного, необдуманного поступка то безразличие и уверенность ушли, а на смену им пришли страх и понимание того, что случилось непоправимое. В то же время мне всё казалось, что должен быть какой-то способ вернуться назад, на пять секунд раньше и всё изменить. А возможно лучше на год назад и предотвратить череду этих ужасных событий. Или же уже поздно и я не смог бы так поступить получивши такую возможность? Я задавался вопросом как меня занесло в эту странную новую жизнь, где я живу со своим ужасным отцом который ушёл от нас пару лет назад, прогуливаю школу, хожу в грязной одежде, слышу как по ночам орут пьяные иностранцы в доме моего нового друга, напиваюсь, накуриваюсь и ворую через день в местном супермаркете, но смог бы я теперь, после всего того что мы вместе прошли отказаться от этого, вернее сказать от него? Потому что по правде вся моя новая жизнь была построена на нём, на его образе жизни, на его привычках, взглядах, на его безумных идеях и чертовски соблазнительной улыбке! Наконец-то я отлип от него. Его взгляд был затуманенный и беглый. Он отвернулся в сторону, как мне показалось, обдумывая происходящие. Да, он не оттолкнул меня, но я был уверен что сейчас он ударит или ещё хуже просто уйдет. Оставит меня одного блуждать в тишине и море отчаяния, в котором я беспрерывно тонул до нашего знакомства. Я переживал и не говорил не слова, стремясь сохранять ясность ума. Хотя, о какой ясности ума идёт речь когда я только что поцеловал своего лучше друга и теперь сижу в ожидании его реакции. Казалось что от этого зависит вся моя жизнь. Ожидание длилось максимум четыре секунды, но для меня время шло мучительно медленно. Я не знал что мне делать, поэтому продолжал просто сидеть. Стоило подумать — и я всякий раз вздрагивал, как от очередной пощечины: я поцеловал его. Я вспоминал как коснулся его холодных, безжизненных губ. Он повернул голову и на его лице блуждала лёгкая улыбка. Оно приняло естественный для него вид. Мне даже показалось что он и вовсе не был удивлён. Было темно, но я смог распознать его безмятежный взгляд прежде чем прервать молчание. — Ты — я не успел договорить как теперь он накрыл мои губы своими в более требовательном поцелуе. Меня пугало это: мой странный порыв, моё желание ему ответить и самое главное моё расположение, ведь мне понравилось и я не хотел чтобы он отстранялся. Он заметил сковывающеё напряжение и я почувствовал его ухмылку. Борис всё-таки отстранился. — Если не хочешь я перестану — он прошептал мне это прямо в губы.Его дыхание участилось. — Ты же сам поцеловал меня, да я понимаю что мы изрядно накидались, но когда ты в таком состоянии, неосознанно показываешь свои истинные желания. Ты можешь отстраниться от меня и я больше никогда не упомяну об этом случае или же расслабиться и отдаться своим искренним чувствам – на удивление он говорил чётко и без запинок, что было ему, под аффектом, не свойственно. — Ты же не думаешь — я пытался привести дыхание в норму — что мы… — Я не знаю — он перебил меня. — Об этом, если захочешь, можна подумать завтра на трезвую голову — Борис потянулся за очередной сигаретой. Он был прав. В том, что произошло потом, я могу снова обвинить наркотики Бориса, но это будет ложью. Я вытянул пачку из худощавой, бледной руки и отбросил подальше под его удивлённый взгляд. Конечно же вскоре он ухмыльнулся, а я сделал это снова. На этот раз поцелуй был более блаженный. Меня переполняли волнение вперемешку с наслаждением и невыносимым желанием. На мой взгляд мне давно хотелось этого, даже не осознавая. Этот поцелуй был последним кусочком пазла и когда он встал на место, все остальное тоже начало приобретать смысл. Всё всегда имело значения и сейчас выплыло наружу. Сегодня мы уснём укуренными в моей постели, как делали это всегда, а завтра, возможно, поговорим о происходящем. Я нервничаю, ведь не знаю что он скажет, так как этот парень очень спонтанный и непредсказуемый. У меня не получается предугадать что он сделает в очередной раз, но одно я знаю точно: у нас будет завтрашний и послезавтрашний и ещё куча таких дней чтобы обсудить случившееся и понять как жить дальше и конечно же я надеюсь, что смогу уберечь его от пули в переулке и удержу на крыше какого-то здания, потому что ты мне нравишься, Борис. Её смерть стала для меня разделительной чертой: До и После. «До» забрало у меня всё. «После» взамен, подарило мне самого дорогого человека. Даже тогда уйдя из моей жизни она дала мне что-то заместо. Что-то более весомое что я не мог тогда понять, но зато понимаю сейчас. Всё время я думал что именно наркотики, сигареты, плохой график, ужасный рацион и конечно же алкоголь помогли мне тогда, но нет, сейчас я понимаю что это был Борис и только Борис. Возможно, кажется что он принёс в мою жизнь только плохие привычки и ужасные зависимости, но на деле это не совсем так. Потому что, по правде сказать, именно он был моим главным наркотиком.