Не та Эквестрия

Одна из огромнейших проблем, с которой я столкнулся в лагере, – безделица. Заняться было попросту нечем. Нет интернета, нет компьютера, нет вообще ничего. И от скуки в ожидании нового отбора я искал, чем бы мне глобально заняться. Заказанные книги мне не помогли. Просто потому, что я не понимал письменности пони. Говорить и воспринимать их речь я мог легко, но не более того. Да и семью Мартина я не мог тревожить весь день подряд. У них есть своя жизнь, как бы это не звучало в нынешней ситуации. Единственным вариантом для меня стала попытка найти новых друзей. И это оказалось огромной проблемой. Нет, со мной более-менее шли на контакт, но стоило поговорить с большей частью народа, как я уже хотел прекратить разговор и убежать куда подальше. Мартин совсем не шутил, разбрасываясь фразами про «живут в своём мире». Всё так и было. Некоторые индивидуумы готовы были часами только и рассказывать о том, как их навыки и знания из прошлой жизни изменили бы общество пони и какие они глупые невежи, эти неразумные лошадки, что не хотят принимать такие дары. Причём даже без особых знаний в психологии я чётко чувствовал, что у таких людей уже всё не в порядке с головой и их стоило бы вылечить. Прибиться к чьим-нибудь фанатам мне тоже не удалось. По отдельности люди были даже приятны в общении, да и в рамках своей группы, если не обращать внимания на зацикленность на одной и той же пони, тоже вели себя отлично. Но стоило им только пересечься с другими «кланами» — жди беды. Спор и ругань, попытки доказать, кто на самом деле «лучшая пони», в один момент я просто устал от этого балагана и по-тихому свалил к себе в палатку, решив, что больше я в ту сторону лагеря ни ногой. Но несмотря на такие сложности, новые знакомые всё же нашлись. Сильвия и Натан. Друзья с пелёнок, едва им стукнуло двадцать один, как они решили на радостях напиться и поехать на машине по серпантину. По их словам, именно так они тут и оказались. Задорные и весёлые ребята разбавили серость дней. Мне нравилось проводить с ними время, мы нашли общий язык. И даже чуть больше. Я не мог не видеть, как Сильвия флиртовала со мной. Кажется, я понравился ей куда больше, чем «просто друг», и её не сильно смущала разница в несколько лет. Но я старался избегать её. По той простой причине, что видел, как к этому относится Натан. С какой ненавистью смотрит, когда она льстит мне, подсаживается поближе или пытается коснуться. Мне совсем не хотелось лезть в любовный треугольник, однако с каждым днём Сильвия была всё настойчивее и настойчивее. В один из вечеров, за несколько дней до отбора, девушка пришла в мою палатку. — Привет, Николай! — сладким голосом с порога поздоровалась она. — И тебе приятной ночи, — нейтрально отозвался я. Я стоял к ней спиной и чуть вздрогнул от удивления, когда её руки обвили меня за торс. Она прильнула ко мне, довольно однозначно уткнувшись носом в плечо. Не нужно было лишних слов и знаков, чтобы понять, для чего она пришла. И мне осталось решить, согласиться на это или нет. Я почувствовал её тёплое дыхание. Её сладкий шёпот. Этот лагерь вокруг меня, давящий своей атмосферой. Откровенные психи, потерявшие связь с реальностью. Та проклятая фура, с чего всё это и началось. Может быть, мне и правда стоит немного порадовать себя и поддаться искушению?

***

Натан направился ко мне быстрым шагом. — Слышь, ты! Я не успел среагировать и получил прямо в глаз. От вспышки боли я пригнулся и отступил назад. — Как ты мог! Он замахнулся для второго удара. Но на этот раз я был быстрее. Натан был из современной молодёжи, которая точно пренебрегала физкультурой. Я просто рывком ударился в него всем телом, обхватил руками и повалил на землю, почти как боец на ринге. Завязалась драка. Но я понимал, что мне нельзя бить в полную силу, и начал жалеть его, ослабляя удары. И он смог скинуть меня с себя, а затем и вовсе прижал к земле. — Я любил её! Удар. Со всей силы, и, хотя я успел прикрыть лицо руками, мне досталось. — А ты просто! Второй удар, прямо в блок. Руки болезненно прижали нос. — Как ты… Третьего удара дожидаться я не стал. Натан допустил ошибку, не контролируя мои ноги и отклонившись к ним, поэтому я с силой ударил его, рывком подняв левую ногу и попав ему по затылку. Он зашипел от боли и отпустил меня. Я перевернулся и резко поднялся, опередив его. Ярость уже взыграла во мне, я с ходу пнул его и без проблем уронил на землю. В отличие от него, я бил в солнечное сплетение, чтобы просто выбить из него весь дух. Уже на втором ударе он захныкал как девочка и постарался свернуться, прижав руки и ноги к животу. Но больше ударов не последовало. Магия обволокла меня и оттащила от него. Я повис в воздухе. «Доигрались». К нам подбежала группа стражников. — Тихо, тихо, разошлись! Доктора приведите, быстрее. Один из них кивнул и бегом поспешил к своим. Мне осталось безвольно дожидаться разрешения конфликта.

***

— И снова ты последний, Николай, — вместо приветствия произнесла принцесса Твайлайт. Я машинально пожал плечами. После драки мне не хотелось записываться на отбор, потому что я боялся серьёзного разговора и думал, что если подождать ещё две недели, то всё уляжется. Но в последний момент всё же решился. — Присаживайся. Ну и досталось же тебе. Я хмыкнул и чуть помотал головой. Да, без синяков не обошлось. — К слову. Мы можем поговорить о случившемся? — продолжила Твайлайт. Нервозность охватила меня. Вот и началось. — Да, если это необходимо. — Мне просто интересно задать несколько вопросов, — спокойно ответила она. — Этот конфликт произошёл из-за девушки, я правильно понимаю? Я просто кивнул головой. — И Натан напал на тебя из-за ревности, так? Снова кивнул. — Получается, ты увёл у него, эм… Как это у вас называется? — принцесса начала двигать в воздухе копытами. — Когда, эм, самка с самцом. Она ему кто? Какой термин вы используете? — В их случае она тоже девушка. Только «его», — подсказал я. — Спасибо. Получается, ты увёл у него его девушку? Я раздражённо выдохнул сквозь зубы. По сути, так оно и есть, но ведь не я первым проявил инициативу? — Она была совсем не против. — Но тем не менее, ты подразумеваешь, что чья-то девушка может стать твоей, так? «Странный вопрос». — Ну, можно сказать и так, — нехотя ответил я. Принцесса прищурилась. — Николай, скажи, это нормальное явление для людей? — П-ф-ф-ф, — надув щёки и сложив губы, шумно выдохнул я. — Вот это вопросы у вас, принцесса Твайлайт. — Не пойми меня превратно, мне это интересно исключительно с научной точки зрения, — не смутившись ни на йоту, поспешила объясниться она. — Я хочу обсудить с тобой кое-что, но сначала — чтобы ты ответил на мои вопросы. Если ты того желаешь. Я пожал плечами. Если смотреть на это с такой точки зрения… — Думаю, что нормальное. Но нежелательное в обществе. — В каком смысле? Я поправил голос, прежде чем начать долгую речь. — Ну, понимаете, это неоднозначный вопрос. С одной стороны, каждый человек свободен в выборе и может делать то, что захочет. И отвечать за это придётся ему. Но, с другой стороны, становиться инициатором такого ухода считается плохим делом. — Но ты так сделал, — тут же подметила Твайлайт. — Но и не я первым начал, — попытался оправдаться я. — Не я пришёл к ней в палатку, а она ко мне. — Но ты ответил ей взаимностью. — Ну, да. Люди хотят заниматься и «этим» в том числе, — я специально выделил слово интонацией. — Причём я знал, что Сильвия отвергала Натана в любовном плане. Чисто формально весь конфликт случился только потому, что у него взыграла ревность. Если бы она хотела быть с ним, то не липла бы ко мне. — То есть, тебе важен факт того, чьей именно себя считает девушка? Я помолчал, прежде чем сформулировать ответ. — Это она первой проявила инициативу. Влюбилась ли она, или это было лишь желание — но я не уводил её, она сама пришла. — Хм, интересно, — хмыкнула Твайлайт. — И ты провёл с ней ночь. Я пожал плечами в ответ. Разговор мне не нравился, и то, куда он шёл, меня раздражало. — Не боишься последствий? У людей же нет чётких репродуктивных циклов с широким диапазоном отсутствующей фертильности. «Надо запомнить фразу. Не охота, а циклы с широким диапазоном», — сыронизировал я в мыслях, прежде чем проникнуться сутью вопроса. Ну да, получилось не очень хорошо. Тогда я не думал о последствиях для Сильвии, но сейчас вопросы принцессы хорошо так ударили в мозг, дав пищу не для самых приятных размышлений. — Не всегда с первого раза всё получается, — уклончиво ответил я. — Надеешься на случай? А если нет? Я оскалился на секунду. К чему вообще такие вопросы? — Вам-то какая разница? Вы нас за скот держите, будем честны. Ну будет на одного больше, вот вам печаль. Можете помолиться вашим богам, чтобы во время родов умерла и мать, и ребёнок. Тогда это облегчит вам задачу, — огрызнулся я. — У, какой злой, — поцокав языком, ответила на мой выпад Твайлайт. — Знаешь, если бы мне просто так подавали еду и всё то, что я пожелаю и что меня не убьёт, я бы публично себя причислила к скоту и отправилась на такой отдых. Да и реш… — А что, особ королевских кровей в Кантерлоте уже не кормят и не холят? — тут же съязвил я, перебив её. — Я заслужила причисление к королевской крови, как ты выражаешься, тем, что неоднократно рисковала своей жизнью и жизнями своих подруг, — парировала она. — Хочешь попробовать продержаться против Малой и Большой Медведиц? Я прямо сейчас тебя выпущу, но стража отведёт тебя к их логову. Клянусь своим титулом, я выйду за тебя и ты станешь принцем, если вернёшься оттуда живым. Готов? Идём, медведицы ждут! Её резкий сарказм и злоба остудили меня. Кажется, я сказал много лишнего. «Отчитали как школьника, и даже ответить нечем». — Прошу прощения, — выдавил я, стыдливо отведя взгляд в стол. Твайлайт шумно выдохнула и помотала копытом. — Нет, меня тоже прости. Я не права, что так вспылила. Просто для меня остаётся кое-что непонятным. Позволишь объясниться, или мы перейдём к проверке? Я пожал плечами. — Как пожелаете, принцесса. — Тогда послушай кое-что. — Она начала задумчиво стучать передними копытами. — Ты как человек подразумеваешь, что девушка может быть, грубо говоря, в переходных отношениях. Мило общается с одним мужчиной, ночь проводит с другим. Так? — Так. — И это в обществе у вас распространено, но не приветствуется. Но всё же присутствует. Так? — Так. Она резко перестала стучать. — Тогда объясни. Почему в мыслях подавляющей части мужчин, приходивших на отбор, я видела образ вечной любви? Я нахмурился. — Простите? Не совсем понимаю. — Я очень часто вижу у вас образ любви до самой смерти. Не знаю, какой вы применяете термин, но чтобы пара не расставалась, пока кто-то из них не умрёт. Я уже не реагирую на то, что в этих образах участвую я и близкие мне пони. В конце концов, это действительно может быть обосновано только мультфильмом, где мы на переднем плане и просто-напросто вызываем у зрителей сопереживание и симпатию. Но ведь кто-то придумывает и своих пони? И искренне хочет прожить с ними жизнь. Причём диапазон, скажем так, взаимодействий, варьируется от чего-то, что не отличается от обычной дружбы, до такого, что ни за какие битсы ни одна кобылка делать не будет. Ну, я надеюсь на то, что не будет, у меня же должна быть вера в своих подданных. И я задаюсь вопросом — такое отношение у людей только к самкам пони? Вы принимаете свободу в отношениях у своих самок, но не приемлете её по отношению к другим видам? Или я чего-то не понимаю? Я долго не отвечал, размышляя над сказанным. Так вот к чему были все эти вопросы… — Ну… — протянул я, пытаясь собраться с мыслями. — Я бы сказал, что такие мужчины не думали никогда о том, что пони действительно существуют. И им просто нужен был образ для такой вечной любви. Абстракцию представлять и любить сложно, а тут вроде как какой-то образец. — То есть, будь мы в вашем мире, вы бы нормально воспринимали свободу выбора кобылки и всё такое? — Думаю, да. Ну, вы определённо разумны, а в некоторых местах куда умнее нас. — Тогда для чего вам эта вечная любовь? — вскинула бровь Твайлайт. — Вы можете увести девушку у другого мужчины, вы воспринимаете выбор девушки и не решаете за неё… — Есть исключения, — вставил я фразу. — Но они редки? — Ну, вообще-то, в зависимости от страны и веры. — То есть, существует сильная разница? Я задумчиво почесал подбородок. — Да, но я из тех мест, где всё так, как мы сейчас обсуждаем. — Кого из вас тогда больше? Или даже не так, с каким мировоззрением будет больше попадать в Эквестрию? С учётом ещё и девушек, всё же, может у них отдельные мысли по этому поводу. Я подумал несколько секунд. — Со свободным, думаю, будет побольше. — Хорошо, ладно, — кивнула Твайлайт. — Но я всё равно не понимаю. Если вы согласны с изменами и готовы строить новые отношения при неудаче, для чего вам образ нерушимой любви, если это работает совсем не так? Не легче ли быть морально готовым к тому, что любые отношения, сколь бы сильными они ни были, могут разрушиться? Я выдохнул и откинул голову назад, насколько мне позволял это сделать стул. — Сложный вопрос, принцесса. Могу дать на него только банальный и заезженный ответ. Она помотала копытом в пригласительном жесте. — Прошу, Николай. — Вечная любовь — это то, чего хочет каждый человек. Простого счастья. — Я сам поднял руки и попытался изобразить жестами невообразимое. — Мы просто хотим кого-то, кто будет рядом с нами и разделит нашу жизнь. Наши интересы и пристрастия. Как-то так. — Но такого у вас в парах не происходит, так ведь? Я не удержался от смешка. — Не всегда. Далеко не всегда. Пары сходятся и расходятся, иногда успев завести детей и потратив лучшие годы жизни друг на друга. На удивление, Твайлайт многозначительно промычала. — Печальная картина. Тогда у меня такой вопрос. Человек может полюбить пони? Настоящую, в этом мире. Во всех планах. Я чуть поморщился. — Да, но я не отношу себя к тем, кто хотел бы спать с вашим видом. — Почему? — последовала обескураживающая фраза. — Мы слишком разные. Не по моему вкусу, — как можно мягче попытался я выразить свою мысль. Не могу же я вслух сказать, что морально приписываю это действие к одной из не самых приятных статей закона? — Поняла тебя. Но другие, может быть, и смогут. И как ты думаешь, как они поступят, если их пара пожелает разорвать отношения? Я пожал плечами. — Да без понятия. Может быть, у вас для этого есть кодекс правил чести и достоинства любовных дел, у нас это разнится от человека к человеку. Твайлайт промычала. — М-м-м, ну, то есть, могут напасть так же, как и Натан на тебя? — А-а, вы думаете, как может повести себя человек в таких ситуациях, если вдруг найдёт себе пару из пони? — предположил я. — Да, именно об этом я и думаю, — подтвердила она. — Ваш поток не уменьшается, рано или поздно придётся полноценно интегрировать вас в наше общество. И хочу заметить, чисто статистически самок вашего вида попадает сюда в разы меньше, чем самцов. Да, мы тоже умеем ревновать и мстить. Доходит и до драк. Но я боюсь, что будет, если столкнутся интересы жеребца и мужчины к одной кобылке. Если пони не единорог, то он в опасности. Вам, по сути, полноценно противостоять может какой-нибудь крепкий тяжеловоз, и то, при должной сноровке вы можете и его повалить. А если это будет единорог — он атакует магией. Волна смертей нам в Эквестрии в любом случае не нужна. — И вы, увидев такое расхождение между людьми и пони, начали думать неладное? Она кивнула. — Мне нравятся догадливые собеседники. Теперь я знаю, что всё не так однозначно. Это добавляет переменные в процесс интеграции. Я ухмыльнулся. — Кажется, я оказал медвежью услугу людям в Эквестрии. Принцесса помотала головой. — Нет. Медвежью услугу ты бы оказал, если бы сказал неправду. Меня очень напрягал этот образ вечной любви. — Чем же? — Он односторонний. В плане, это вы думаете, что с вами кому-то будет обязательно хорошо. Фантазии, согласна, они и должны быть идеальными. Но, как и у девушек, у кобылок тоже есть своё желание и иные выборы. А тут вы мечтаете, чтобы рядом с вами были всё время. Это же невозможно. Вот меня и волновало, что будет делать человек в случае расхождения ожидаемого и реальности. — Ну да, это проблема, — поддержал я её мысль. — Проблема, и огромная. Не люблю быть голословной, представь мой пример, — принцесса указала на себя копытом. — Я часто занята на работе, общаюсь со множеством пони, в том числе и с жеребцами всех мастей. Спортсмены с идеальным телосложением, богачи с солидным счётом в банке. Знаменитые артисты, певцы, художники. Представляешь, если мой возлюбленный возревнует? Уже неприятная ситуация, благо, он не ревнивый. А если на его месте человек? «О нет, Твайлайт, ты должна быть со мной и только со мной, иначе я буду ревновать тебя даже к неживым предметам и привяжу к себе на верёвку». А если он пойдёт крушить всё вокруг? Я покивал. Разговор как-то резко оборвался. — Ладно. Я совсем тебя задержала. Как будешь готов — посмотри мне в глаза. Снова гул в голове и мушки перед глазами. Закончив, Твайлайт помотала головой. — Лучше, но недостаточно. Иди. Я развёл руками. Не в этот раз. Почти наступив на заклинание, я решил задать последний вопрос. — Принцесса Твайлайт. — Она подняла на меня взгляд. — Скажите мне, вы только со мной так долго говорите и задаёте такие вопросы? — Нет, — помотала она головой. — Есть и другие. С тобой просто такая ситуация сложилась, идеальная, можно сказать. Звучит ужасно, согласна. — Если бы вы всех так опрашивали, отбор проходил бы весь день, — предположил я. Она хмыкнула. — Естественно, не всех. С некоторыми людьми особо и говорить не хочется. Они будто бы серьёзно живут в какой-то отдельной реальности, где можно трогать незнакомых существ. — И жевать уши? — вспомнилось мне. Принцессу аж передёрнуло. — Не говори больше об этом. Это одна из вещей, что меня в вас пугает. — Почему же? — не удержался я. Твайлайт вдруг открыла рот и приподняла голову, демонстрируя напоказ зубы. — Мы травоядные. — Она закрыла рот и опустила голову. — У нас особое строение зубов, они перетирают тонкие листья травы, мякоть овощей и всё такое. А уши очень чувствительные места, причём не в интимном плане. Они наполнены капиллярами и рецепторами, чтобы ими можно было чётко управлять и улавливать звуки от приближающихся хищников, такими нас сделала природа. А ваши зубы? Сам языком проведи: четыре острых шипа и бритвы в два ряда. Не представляю, кто из вас додумался, что это может возбуждать, но в реальности такое пожёвывание с слюнями приводит в лучшем случае к боли. В худшем — к сепсису. — Но их же кусают легко, понарошку. Твайлайт помотала головой. — У каждого человека своё понятие о том, что такое «легко» и «понарошку». И, знаешь, когда в продаже появляются наушники, созданные для защиты от таких нападений, то можно смело заявить, что дело приняло ужасный поворот. Я был неприятно удивлён её словами. — Даже не представлял, что всё настолько серьёзно. Принцесса вздохнула. — Вы много чего не представляете о нас. Я наступил на печать.