Погубив меня, не отпускай

Арсения знобит. Он просыпается от холода, чувствует, что руки и ноги буквально ледяные. Парень решает встать, хоть одеться потеплее. Стоит только опустить ногу на пол, Антон незамедлительно тянет его обратно, мягко возвращая своего парня в кровать. Проснулся. — Ты куда? — тихо спрашивает Антон. Он смотрит обеспокоенно, аккуратно касается лба Попова, чтобы понять, если ли у него температура. Есть, и, видимо, высокая. Шастун хмурится, сам встаёт, чтобы принести плед из гостиной. Арсению явно холодно, он слегка дрожит, и Антон догадывается об этом и без слов. — Антош, холодно очень, — жалобно тянет Попов. Он больше не пытается встать, знает, что Шастун принесет ему все, что нужно. Захватив пакет с лекарствами, специально теплую воду и плед, Шастун возвращается в спальню. Он сначала чмокает в висок, а после накрывает Арсения пледом, максимально укутав. — Сделаем вот так, и мой малыш будет в тепле, — улыбается Шастун, аккуратно подоткнув одеяло. Попову хоть и правда хуево, он не может не улыбнуться в ответ. Он дышит чуть шумно, следит за Антоном, который сосредоточенно выбирает нужные сейчас лекарства. Говорить не хочется, горло очень болит. — Я тебе сейчас ещё чай с вареньем сделаю, тебе же пить надо побольше, — напоминает Шастун, скрываясь из виду. Попов сильнее кутается в слои одеяла, почти полностью прячется в них. На лице до сих пор улыбка, за эти два дня Антон и на минуту не оставил его. Не позволил болеть одному дома, заботился. От этого на душе как-то теплее, Антон становится ещё ближе. Любовь Шастуна — лучшее, что когда либо ощущал Попов. Возвращается Антон минут через пять, ставит чашку горячего чая на тумбочку. От приятно сладкого запаха в комнате становится уютнее. — Так, а кушать сегодня грибной суп будем. Давай закажем и надо лекарства все выпить, а еще горло прополоскать. Меня волнует твой кашель и… — Шастун за своего парня переживает. Ему ещё никогда не приходилось ухаживать за больными одному, а смотря на Попова, он так хочет облегчить ему период болезни. Парень выглядит таким хрупким и уязвимым сейчас, что его и правда хочется оберегать. Арсений договорить не даёт, он быстро качает головой и жалобно хнычет. — Не хочу есть, а лекарства ты мне все горькие даешь, — капризно тянет Арсений, аккуратно забрав у Шастуна телефон, чтобы тот не успел сделать заказ. Аппетита совсем нет, Попов бы с большим удовольствием снова уснул, прижимаясь к теплому боку Антона. — Сюш, ради меня. Немного совсем. А я тебя греть буду, — соблазнительно шепчет Антон. Он снова ложится рядом, лезет под общее одеяло и притягивает Попова к себе, позволяя ему закинуть ногу на бедро Шастуна. Антон пытается забрать свой телефон. Хватка Арсения слабеет, вскоре он все-таки отдаёт телефон и обеими руками обнимает Антона. — Ладно. Заказывай суп, но ты тоже будешь его есть. Никакой пиццы, — нагло заявляет Арсений. Есть сухую пищу неприятно, а смотреть на то, как Шастун поедает его любимое блюдо — сложно. Антон усмехается, но послушно кивает. Несколько движений и их заказ уже готовится, а телефон откладывается подальше. Арсений уверен, никто не обнимает так, как Антон. Конечно, опыта в таких вещах у него нет, но парень сомневается, что кто-то ещё смог бы заставить его чувствовать себя так хорошо одними объятьями. В руках Шастуна тепло и спокойно. Он позволяет забраться на себя, чтобы Попов мог удобно устроиться сверху, Шастун нежно целует его в висок. От Антона будто волнами исходит любовь и забота. — Мама звонила. Как узнала, что ты заболел, сразу сумку собирать хотела. Еле отговорил. Пришлось минут двадцать рассказывать, как я за тобой ухаживаю. Знаешь, это даже мило. Мне нравится, что вы так дружите, — Шастун произносит все с закрытыми глазами, видимо, тоже не успел нормально выспаться. На его губах легкая улыбка, и Попов не сдерживается. Успокаивая себя тем, что вообще-то Шастун и так успел бы заразиться, мягко чмокает в губы, замурчав, совсем как котик. — Мы за чаем о тебе сплетничаем. Это сближает, — хихикает Арсений. Антон глаза закатывает, аккуратно поворачивает лицо Попова к себе, чтобы снова его поцеловать. Арсений сейчас выглядит совсем непривлекательно. У него красный нос, бледная кожа, мешки под глазами и губы сухие, но Шастуна это ничуть не отталкивает. Он любит Попова любого. Антон нежно целует, аккуратно гладит по спине. От этого Попов даже о головной боли забывает. Он жмется ближе, с наслаждением сминает губы Шастуна и тихо мурчит в поцелуй. Через минуту Арсений отстраняется, насмешливо смотрит на Антона, слегка заерзав на нем. — Антон, у тебя встаёт, даже когда я вот так выгляжу? — тихо смеется Арсений. Для него это до сих пор удивительно. Поверить в то, что Шастун хочет его, когда парень выглядит настолько плохо — так странно. Неужели для Антона он настолько привлекательный и любимый? — У меня иногда встаёт, даже когда я просто беру тебя за руку, — фыркает Шастун. Он нагло проникает под домашние штаны Арсения, собственнически укладывает руку на его задницу, мягко сжимает и улыбается довольно. Попов кусает губы, старается не ерзать и просто наслаждается близостью. — Ты же знаешь, что сегодня у нас ничего не будет, — все-таки решает предупредить Арсений, чувствуя, как аккуратно Антон касается его. Шастун на это усмехается, звонко чмокает в щеку и расслабленно прикрывает глаза. — Дурак? Я просто немного щупаю тебя. Соскучился по твоему телу, — лениво отвечает Антон, почти засыпая. Попов устраивается удобнее, комфортно укладывает голову на чужое плечо и вскоре действительно засыпает, наконец согревшись. Еду приносят через час, и Шастуну все-таки приходится отстранить Арсения и вылезти из кровати, чтобы открыть дверь. Забрав их завтрак-обед, он возвращается в спальню уже через пару минут, но Попов и не спит. Он хмуро смотрит на парня, тянет руки, желая вернуть его в кровать. — Я снова замёрз без тебя, — с лёгким упреком сообщает Арсений. Голос чуть хриплый, парень снова начинает кашлять, останавливаясь только секунд через сорок. Шастун вздыхает, подходит ближе к кровати. — Прости, малыш. Так, суп горячий и я принесу его сюда, хорошо? И давай я отопление на максимум включу, — слегка улыбается Антон. Он уже привычно целует парня в лоб, решает, что температура совсем немного спала, а после еды её точно стоит измерить. — Ладно. А вообще я устал болеть. Гулять хочу, — Шастун от новых капризов только глаза закатывает, снисходительно улыбается. Попову он готов простить любые капризы, у него это выглядит так естественно. — Выздоравливай сначала, любовь моя, — усмехается парень. Он помогает Арсению сесть удобнее, подкладывает ему подушку и уходит за едой. В квартире постепенно становится ужасно жарко, но Антон просто стягивает с себя футболку, комфорт Попова важнее. — Признаю, это вкусно, — буквально влив в себя две порции потрясающего супа, сообщает Арсений. Шастун тихо хихикает, чуть не разлив свою порцию на кровать. Арсений тихо смеется над ним, за что его предсказуемо щёлкают по носу. — А я тебе говорил, что это вкусно. Давай температуру мерить будем, — улыбается Антон, а Арсений вдруг понимает, что как-то очень давно Шастун про все планы начал говорить во множественном числе. Неожиданное осознание почему-то греет даже сильнее включённого на всю мощность отопления. Попов улыбается, аккуратно берет за руку и смотрит так, что Шастун готов вот всегда так с ним и сидеть. — Ты, конечно, милашка, но температуру мы все равно мерить будем, — усмехается Шастун. Он коротко целует парня, давно забив на микробы. Антон встаёт всего на минуту, возвращается с градусником и снова позволяет Арсению прижаться к себе. Жарко, конечно, но приятно все равно.

***

Через несколько дней Арсению становится намного лучше. Антон все это время почти не оставляет его одного, лишь иногда уезжает на самые важные съёмки, а в остальном он заботливо ухаживает за своим парнем, отпаивая чаем и пичкая таблетками. За неделю болезни Арсений, кажется, даже сильнее влюбляется в Шастуна, хотя это и казалось невозможным. — Блять, Арс, ты же скоро в Питер свалишь. Не пущу тебя, все, — неожиданно тянет Антон одним вечером, отвлекая от вполне скучного фильма. Попов улыбается довольно. Он эгоистично рад тому, что Шастун будет скучать по нему. Арсений наконец чувствует себя в полной безопасности и снова больше не видит никаких проблем в их отношениях. Приятно. — Нет. Я не уеду, пока ты меня не познакомишь со своими друзьями, забыл? — улыбается Арсений, тая от привычного щелчка по носу. — Ммм… Тогда я буду оттягивать вашу встречу и держать тебя здесь, — соблазнительно шепчет Шастун. Он забирает у Попова миску с попкорном, аккуратно наваливается сверху, уложив Арсения на диван. Парень под ним тихо хихикает, за шею обнимает и в глаза смотрит. — Если это не шутка, я точно здесь не останусь, — Арсений говорит это с улыбкой, но видно, что сам Попов не шутит, он вполне серьезен. Сразу считав это, Шастун решает, что тянуть он точно больше не будет. Все это не стоит того, чтобы обижать Попова. Он нащупывает на диване телефон, торопливо набирает сообщение в общий чат с ребятами. Шаст. 22:35 Ребят, давайте завтра вечером в бар. Наконец познакомлю вас со своим любимым человеком Шастун пару раз печатает и стирает, но в конечном итоге отправляет самое нейтральное сообщение, после демонстрируя его Арсению. Тот почти пищит от радости, утягивает Антона в поцелуй. Шастун убеждается, что все сделал правильно. Если Арсению настолько радостно от этого, то хорошо, парень готов уступить. Телефон он откидывает куда-то на диван, читать ответы совсем не хочется. Медленные поцелуи плавно перетекают в горячий секс, от которого голова кругом, а перед глазами звёздочки. Арсений шумно дышит, все ещё чувствует приятную слабость во всем теле. Шастун нежно целует за ухом, и парень снова тихо стонет. — Сюш, как ты можешь быть таким идеальным? — шепчет Антон, все ещё лапая задницу своего парня. Попов тихо смеется, он совсем не против рук Шастуна даже в самых интимных местах. Это так правильно. — Ты снова меня смущаешь. Замолчи, — тихо смеется Арсений. Он снова залезает на Шастуна, целует его, чтобы парень точно прекратил. Антон кусается, улыбается в чужие губы и просто чувствует себя счастливым. Обоим хорошо, будто и не было их частых ссор, расставаний и ревности. Сейчас все идеально, как и должно быть.