Сеульский треугольник

***

      Утро тихонько проникает в комнату сквозь щели между блэкаут-гардин. Мультисплит-система создает приятную прохладу. Ли Ноу давно проснулся, принял душ и уже больше часа думает-думает, анализируя прошлую ночь и любуясь своим принцем.       Хенджин, раскинувшись звездой, спит на широкой кровати, спит глубоко, тихо, совсем не ворочаясь, с легкой безмятежной улыбкой на пленительно опухших губах.       Ли все-таки не выдерживает и нежно припадает к этому розовому соблазну, легонько покусывает пухлую нижнюю, посасывает верхнюю. Слышит, как Хенджин начинает шевелиться, со стоном резко сглатывает и ощущает щекой, что тот открыл-таки глаза.       - Доброе утро, - робко шепчет хен, он буквально тонет в темных омутах своего принца, таких темных, что зрачков не видно, - Прости, не сдержался.       - Оно потому и доброе, - сипит Хенджин, улыбаясь, - Что ты не сдержался, - он притягивает Ли к себе за шею покрепче и отвечает на поцелуйные ласки, вдохновляясь все больше и легко загораясь, как искорка, прыгнувшая в сухостой.       Парни глубоко, неспешно целуются, смакуя и наслаждаясь. Хенджин полностью обнажен под одеялом и Ли теперь уже смело ласкает его легкое возбуждение, доводя до одуряюще стойкого состояния.       Хенджин срывает с себя одеяло и с рычанием переворачивается, оказываясь сверху. Он сжимает жилистое тело хена своими стройными сильными бедрами и покрывает поцелуями его плечи и грудь.       - Хен, я хочу войти в тебя...       - Даже не думай, малыш, у нас нет смазки, а у тебя слишком большой... И презервативов нет. Или есть?       - Нет, после Щинэ я все выкинул...       - Не волнуйся, малыш, я снова сделаю тебе хорошо...       Минхо одним движением укладывает Хенджина обратно, и сам спускается вниз, пытаясь обхватить губами естество любимого, заглотить весь всяко не получится, это он понял накануне, а потому активно помогает себе руками. Сначала просто ласкает, играется, облизывает головку, пытается просунуть кончик языка в уретру, постепенно наращивает темп... Ловит судороги Хенджина, тот глубоко дышит, откинув длинную шею назад и вцепившись сильными пальцами в шевелюру Ли.       Они синхронизируют ритм - Хенджин уже неистово трахает Ли, вдалбливаясь членом в гортань, и если бы хен не придерживал его орган руками, он бы умер от удушья. Наконец, тело принца коротит мощными судорогами, он гортанно стонет и кончает. Ли старательно глотает всё и после со смаком облизывает член, лобок с густой блестящей порослью, внутреннюю сторону бедер - там где эякулят оставил белесые липкие следы.       Падает навзничь рядом с Хенджином... Они громко дышат, как после марафона, и Ли крепко прижимает к себе гибкое белое тело, которое податливо прижимается к нему.       - Хенджини, ради тебя я готов вспомнить, что бывал и снизу, но имей в виду, если мы так продолжим, то я займу свою позицию. Дико хочу этого...       - Чего этого? - Хенджин смеется над ним, лукаво поглядывая из-под его рук, снова превратившись в персиковое чудо.       - Оттрахать тебя как следует, - не моргнув глазом отвечает Минхо.       - Хе-ен, я прекрасно помню, как больно было Щинэ-я! - Хенджин очаровательно морщит носик.       - Я сделаю так, что тебе будет хорошо, любимый, боли не будет, крови тем более, - Ли покрывает поцелуями красивые пальцы.       Хенджин зарывается в его плечо:       - Хорошо, хен, мы это сделаем, когда-нибудь...       Счастье, которое переполняет Ли Ноу, наверное можно уже увидеть или даже потрогать...

...

      За завтраком кот понимает, что безнадежно палится, но он снова лужа и потерял контроль над своим телом. Сидит с томной улыбкой чеширского собрата и в принципе не может собраться - эта улыбка нахально лезет на лицо, а сам он просто излучает счастье.       Еще хуже палится Хенджин - между тисканьем Кками умудряется время от времени бросать на Ли долгие, откровенно-довольные взгляды, при этом он подозрительно молчалив, как-то чересчур сексуально утомлен, губы у него распухли, а на белоснежной шее видны маленькие темные пятна. Хен, заметив их, зеленеет, пытаясь скрыться за высоким графином фруктового сока.       Госпожа Хван пьет кофе и от ее ласкового проницательного взгляда Ли совсем уж не по себе. Мистер Хван же, напротив, много и энергично говорит, все треплет сына по плечу, чмокает его туда же, успевает плотно есть, улыбаться жене, болтать с заторможенным хубэнимом и ничего не замечает. Они планируют через четыре дня отмечать с родственниками день рождения уже хозяйки дома - однако, самоним больше озабочена банкетом у себя в магазине - она собирает весь свой персонал, партнеров, постоянных клиентов и их жен.       - Хорошо бы позвать прессу и, кстати, надо бы приурочить к этому дню презентацию твоей новой коллекции, не вижу смысла разделять эти два мероприятия, - озвучивает мысли бизнесмен до мозга костей господин Хван.       Позже он обещает всё взять на себя, целует супругу, прощается с "детьми" и убегает по делам.       - Ну, что, мои хорошие? А вы чем планируете сегодня заняться? - госпожа Хван лениво потягивается, не сводя с Ли хитрой усмешки.       - Я хочу поработать. Буду писать твой портрет, хен, - решительно заявляет Хенджин. Он, ничуть не смущаясь матери, протягивает руку к Ли, сжимая его ладонь и широко улыбаясь, - Ты не против?       Ли аж вспотел. Он смотрит на принца невидящим взглядом и не понимает, почему тот так очевиден и бесстрашен?       - Конечно, не против, сочту за честь, моих портретов никто никогда не писал, - безуспешно пытается скрыть радость кот.       Он хочет скромно и вполне искренне добавить что-то про свою заурядную внешность, на которую не стоит тратить времени и красок, но сдерживается - Хенджин точно начнет петь дифирамбы его лицу - что он там говорил вчера про его какие-то восточные глаза? Пф-ф... И вот тогда будет полный провал с попыткой скрыть их эмоции и его чувства. Лучше поскорее смыться в мастерскую или где там принц пишет свои картины?

...

      И вот он уже битый час - ну, ладно, с полчаса! - сидит на низенькой скамеечке, вполоборота к Хенджину, затекая телом, и как бы художественно глядя в окно. Вокруг него живописно раскиданы маленькие льняные подушечки.       Мастерская - это огромное, почти пустое пространство на втором этаже. Часть стены и потолка - скошенная застекленная крыша, а оттого света здесь - выше крыши во всех смыслах. В центре студии - высокий табурет и два деревянных мольберта, за тем, что повыше, сейчас сосредоточенно работает Хенджин. Он в заляпанном кожаном фартуке, волосы убраны в хвост, на голове - повязка. У его длинных ног - двухэтажный столик на колесиках, заставленный красками, кистями, ветошью и чем-то еще, необходимым художнику.       - Все, ты можешь расслабиться, хен. Остальное прорисую по памяти... Хочешь - погуляй в саду. Я еще поработаю, если ты не против.       - Нет, конечно, не против, Хенджини. Но я лучше тут посижу.       И сразу же встает и идет к стене напротив - той, что из кирпича и выкрашена, как и входная дверь, белой краской. Там же стоит специальная выдвижная система для хранения картин, а на стене висят три холста, и Ли давно хочет рассмотреть их поближе. Нежный акварельный натюрморт с синими ирисами, масляный пейзаж - золотой закат на фоне темно-синего водоема, а на переднем плане - изогнутые ветви ивы, цвета напоминают вечерние краски из окна их комнаты. Минхо вдруг вспоминает, как часами просиживал на подоконнике с чашкой чая, любуясь закатом, с тоской вспоминая персиковый мираж. Это было в той, прошлой, одинокой жизни... До знакомства с щеночком. До появления Хенджина.       На третьей картине - пожилая уютная пара в теплых тонах, они состарились вместе, рука об руку, а между ними - годы притирок, волнений, ссор и примирений, счастливых и грустных воспоминаний, общих детей и внуков... Мечта Хенджина - такая простая и понятная, и он не будет лишать его этой мечты. У принца - замечательная семья, прекрасный любящий отец, нежная, внимательная мать - значит Хенджин и сам станет отличным мужем и отцом. А кто он такой, чтобы этому мешать? Но кошки скребут в душе кота.       Ли тихонько подкрадывается к Хенджину и наблюдает за ним - его персиковый мальчик на самом деле не такой уж персик и вовсе не мальчик, кожа нежная, но не мягкая, а упругая и такая твердая, что не так просто ущипнуть. А тонкое, хрупкое тело на ощупь оказывается неожиданно сильным и крепким. На груди у Хвана растут редкие, правда, но заметные на белой коже волосы (и Ли давно мечтал к ним прикоснуться). Что уж там говорить про ноги, подмышки и паховую область, где черная полоска начинается уже с пупка? Он - маскулинный. И Ли Ноу это неожиданно нравится до боли в ребрах. Все нравится - и волосатые ноги, и низкие хриплые стоны, и даже желание того овладеть самим Ли...       - Все равно ты - мой зайчик, - думает кот и понимает, что нет - он не готов это свалившееся с небес счастье отдать в жертву принципам, пусть и во имя благополучия Хенджина. Пусть недолго, но пока можется - он будет наслаждаться им по полной! И сам ни за что не отвергнет, не оттолкнет. В любви, как на войне - все средства хороши и каждый сам за себя.       Он неслышно подкрадывается к художнику сзади и обнимает его со спины, рискуя дернуть руку, изящно, кончиками пальцев, держащую кисть. Хенджин, смеясь, оборачивается к нему и целует прямо в губы, так нежно и сладко, что у Ли бежит слезинка из-под сомкнутых дрожащих век...

...

             Вечером они возвращаются в общежитие. За руль садится Ли - хорошо, права с собой, а Хенджин устал и ленится. Они уезжают, довольные, с кучей еды, под звонкий лай уже скучающего Кками.       Их дни проходят по привычному распорядку: у кота с утра пробежка, готовка, совместный завтрак с принцем, общие сборы в университет, у обоих учеба, тренировки, репетиции, встречи...       Но персиковое наваждение продолжается. Они больше не ведут серьезных разговоров. Хенджин словно забыл о письме и подарке Щинэ, оставив их там же, в прикроватной тумбочке у себя в комнате. Теперь они оба стремятся быстрее переделать все дела и вернуться пораньше в их комнату, чтобы, оставшись наедине, любить, без конца задыхаться от нежности и страсти в объятиях друг друга. Иногда они предаются ласкам где-нибудь в парке, на набережной, доезжая туда в обнимку на байке Ли или в маленькой машинке Хенджина.       А Ли все еще поверить не может в эту взаимность, Хенджин тоже стремится к нему, хочет его, целует его... К Хенджину невозможно привыкнуть, можно лишь впасть в еще большую зависимость. Ли понимает, что уже не контролирует ситуацию - будто когда-то было иначе?! - но он честно пытался, а теперь с трудом сдерживаемую плотину разбило в щепки и их несет не пойми куда - впереди то ли простор широкой речной глади, то ли - смертельные водовороты и пороги.       Он живет Хенджином, дышит им, бесконечно любуется им, ходит почти на все репетиции, снимает его танцы беспрерывно - на природе, в парках, они объездили уже массу живописных и, напротив, мрачных, но кинематографичных мест. Каждое утро он первым делом слышит запах персиков и каждое утро млеет от счастья и до сих пор не верит ему. Минхо стал суеверным, он боится, скрывает, часто стучит по деревянным поверхностям. Минхо стал параноиком - он волнуется и тревожится каждую секунду, когда Хенджин где-то задерживается, или когда он один за рулем. Минхо даже молится, сам не зная каким богам, чтобы с его зайчиком все было хорошо. А еще Минхо внезапно становится королем минета, и по тихой готовится к следующему этапу - запасается всем необходимым в аптеках.       Хенджин невыносимо горяч и словно сорвался с тормозов. Даже после утомительных тренировок - а Бан Чан уже готовит новую программу для Вегаса и упахивает всю труппу в хлам - он, возвращаясь, сытно ужинает и после душа сразу же отдается ласковому безумию с соседом. Он настойчив и требователен, жаден и открыт ко всему. И все-таки первым овладевает хеном. Ли сам подготовил себя заранее - и все проходит прекрасно. Огромный размер Хенджина - не помеха, наоборот - он сразу попадает так глубоко, что комочек простаты не задеть просто не может. Ли захлебывается от восторга, ему никогда снизу не было так хорошо!..       Но он понимает Щинэ - Хенджин просто ненасытен, он утробно рычит и готов порвать хена на британский флаг в порыве страсти. У него кинк на татуировки Минхо и особенно - на его пирсинг. Ли уже весь в засосах, синяках и ссадинах - и Хенджин тоже, но гораздо меньше, ибо кот все-таки сдерживается - принц ходит с веснушкой в бассейн, переодевается с танцорами, среди которых Чанбин, палиться нельзя. К тому же нежная белая кожа Хенджина слишком упруга - синяки на ней остаются, к счастью, неохотно, только в самых деликатных местах - на шее, в паху - где внутренняя сторона бедер, в складочке ягодиц... К этой заветной складочке Ли и ведет свой путь, пока безуспешно. Хенджин ржет и вырывается, меняя позицию. И даже минет сам делать отказывается.       Но Ли знает - стоит того хорошенько завести, он будет готов ко всему. Главное - подобрать момент. В конце концов, согласие словами через рот Хенджин уже дал. Так что свой момент Минхо, поверьте, не упустит.

...