My Bae

***

— Я все ещё думаю, что это — не очень хорошая идея! — тихим тоном сообщает Юнги, смотря на вывеску под названием «Большие перцы». — Юнги, успокойся и выдохни! Сейчас мы выпьем, и тебе сразу станет веселее, — смотря в обеспокоенные глаза омеги, успокаивает его Джин, аккуратно убирая с золотистых волос Юнги снежинки, что медленно падают с неба. — Ну, идёмте уже, жутко интересно узнать, что там за перцы танцуют, — держа в одной руке руку Чимина, а другой рукой схватив Юнги, громко произносит Тэхён, и все четверо начинают заливисто смеяться. У Юнги сегодня день рождения, и его лучшие друзья еле-еле вытащили того из дома. Омега постоянно работает, а отдых для него — это шесть часов ночного сна. И в этот раз он хотел отсидеться дома, все три дня, что дало ему отгулом начальство, но Джин, Тэхён и Чимин были бы не они, если бы не сделали того, что сделали. Они привезли омегу в соседний город под названием Кастор-сити, в котором уйма стриптиз клубов с танцующими альфами. — Официант, нам по метру текилы на каждого, — громко, пытаясь перекричать музыку, сделал заказ Чимин. — Зачем так много? Я думал, что просто пиво выпью и всё, — крича в ухо Джина, задаёт вопрос Юнги. — Котичка, мой сладкий, мы пришли отдыхать, у тебя день рождения, мы в стриптиз-клубе, расслабься! — приводя аргументы и глядя в взволнованные глаза Юнги, успокаивает его прекрасный черноволосый омега, черты лица которого соответствуют золотому сечению. — Хорошо, — соглашается Юнги, немного потупив взгляд, и видит, как им на стол ставят очень много шотов с текилой. Сам того не замечая, Юнги становится пьяным и весёлым. Он больше ни о чём не волнуется, все его тревожные мысли улетучились, и на смену им пришло состояние эйфории. Омегу заволокло облако пьяного тумана, и он вместе со своими бестиями ДжиЧиТэ, как он их любя называет, отплясывает на танцполе уже под пятый трек подряд. — Вы мои бестии! — слышится громкий, смачный чмок. — Спасибо вам, дорогие мои! — целуя каждого в губы по несколько раз, произносит Юнги, на что вся троица мило улыбается, слегка покачиваясь и усаживаясь на стулья своего столика. — Видишь! А ты ещё ехать не хотел. Мы столько больших членов увидели, что я и не знаю теперь, как со своим спать буду дальше, — озадаченно произносит Тэхён. — Как, как?! Пока твой тебя ы-ы, быстренько представляй Сурового Джонни и все дела, — уже качаясь, даже сидя на стуле, подсказывает Чимин Тэхёну, на что все четверо начинают громко хохотать. Сила притяжения всё-таки побеждает Чимина, и он падает со стула на пол, отчего вся компания ржёт ещё больше, пытаясь поднять с пола пьяного омегу. В этот самый момент резко становится темно, и только на сцене появляется одинокий свет прожектора. — Итак, дорогие гости, сейчас в нашем клубе находится омега, у которого сегодня день рождения, — произнёс ведущий слова, от которых Юнги, кажется, моментально протрезвел. — Так, дайте-ка мне осмотреться и найти его, — альфа поднёс руку ко лбу, чтобы скрыть мешающий свет, рассмотреть зал и его зрителей получше. Громкий зал немного притих, а когда ведущий выкрикнул: «Да вот же он!» — и указал на Юнги, зрители будто сошли с ума, начав хлопать и кричать. Мужчина быстро подбежал к омеге и поднёс микрофон к его рту. — Как тебя зовут, красавец? — задал он вопрос, на что всё-таки не протрезвевший Юнги выкрикнул: «Сахарок», — и весь зал, вместе с самим омегой и ведущим, захохотали. Не ждав больше ни секунды, альфа взял омегу за руку и утащил на сцену, где для Юнги уже приготовили стул. — Итак, я думаю, что все уже догадались, что сейчас именинника, по старой доброй традиции, поздравит самый горячий альфа Кастор-сити! Дорогие омеги, — посмотрел он на весь зал. — Сахарок, — с ухмылкой перевёл альфа взгляд на Юнги, на что омега кивнул, продолжая довольно улыбаться, сидя на своём стульчике. — Встречайте легенду «Больших перцев» и Кастор-сити, Кролик Роджер, аплодисменты! — громко растянул последнее слово ведущий, и сцена вновь стала тёмной. В ушах Юнги стоял гул, а свет прожектора, который неожиданно обратил свой взор на омегу, заставил Мина прищуриться. В этот момент громко заиграла музыка, и омега ощутил, как по его груди, точнее по шёлковой рубашке, в которую он был одет, поползли очень красивые руки. Юнги ошеломлённо приоткрыл рот, но не двигался, а лишь наблюдал за тем, как руки сползли немного вниз, а затем резко пропали. Из зала вид был поинтересней, и в тот момент, когда руки пропали, из темноты вышел альфа, от которого у каждой и у каждого омеги в этом зале замерло дыхание. Высокий, темноволосый и широкоплечий мужчина вышел из темноты так плавно и грациозно, что напряжение заняло всё это большое помещение. Его верх был полностью обнажен, а зад и ноги были запрятаны в расклешённые к низу строгие брюки иссиня-чёрного цвета, ступни были босыми, на шее красовалась чёрная бабочка, а на голове был ободок с чёрными ушами, напоминающими ушки «PlayBoy». Мощные накаченные руки, прекрасная сочная грудь, каждая мышца спины и кубики пресса блестели, словно бриллианты. Он манящей походкой вышел из сумрака, подошёл к Юнги и подхватил его подбородок пальцами своей правой руки, на что омега замер и нервно облизнул свои губы. Альфа резким движением припал на пол перед Мином, начав двигаться под музыку, как змея под восхищённые возгласы публики. Он закинул руки на бёдра парня, начав активно стимулировать зону возле паха, продолжая показывать свой запрятанный зад зрителям. После окончания этой части хореографии, альфа начал имитировать движения минета, активно попадая в такт музыке. Юнги на это действие открыл рот ещё шире и, улыбаясь, закинул голову назад. Весь зал шумел и восторженно кричал альфе, а он тем временем поднялся с колен и, продолжая плавно двигаться под музыку, сровнялся с Юнги своими глазами. Он приблизился лицом к лицу Мина и стал водить своим носом по щёчкам и шее омеги, периодически слегка касаясь их губами. Алкоголь в крови Юнги делал своё дело так же отлично, как и альфа, что возбудил омегу так, что, казалось, ещё пару таких действий танцора, и Мин кончит прямо в свои чёрные скинни. Юнги щурился от таких сильных ощущений и учуял в этот момент запах, который очень и очень ему нравился. Он открыл глаза и встретился взглядом с тем, кто так искусно возбудил его за несколько мгновений. Глаза этого альфы поразили Юнги, ведь были они небесно голубого цвета. Таких он ещё никогда не встречал. Пока омега еле дышал от возбуждения, альфа успел поднять его со стула и, продолжая танцевать, взял руки Юнги в свои. Он приложил их к своим грудям, а Мин от этого действия громко и смущённо закричал, забыв о своих мыслях. Зал, тем временем, шумел всё громче, понимая, к чему ведёт этот сексуальный брюнет. Мужчина опускал руки омеги к своему паху, но Юнги в этот самый момент покрутил головой и лёгким движением выдернул ручки из плена, пальцем указав альфе на его спрятанный в брючки зад, как бы намекая показать эту красоту. Удивлённо взглянув на Юнги, брюнет поднял бровь и с ухмылкой обратился к залу, чтобы уточнить, хотят ли они увидеть его прекрасную пятую точку, и когда зал взорвался криками, танцор повернулся к Мину спиной, мощным рывком сорвав с себя брюки. Довольный Юнги закрыл рот руками, глаза его округлились, а зрители стали кричать ещё громче. Альфа демонстративно чуть не снял с себя синие стринги со стразами, когда трёс своими прекрасными ягодицами, отчего Юнги закрыл глаза, а зал громко засвистел. Брюнет подошёл вплотную к омеге, чтобы начать кульминацию танца, взял его руки и завёл их ему за спину. Омега вновь почувствовал, как пахнет этот альфа, как сильны его руки, как красиво он двигается, и как классно Юнги себя сейчас чувствует. Мужчина опускает омегу на колени, одновременно опускаясь вместе с ним. Также отпускает его руки, что всё это время держал у него за спиной, и, взяв его за талию, подтаскивает омегу к себе, устраивая на своих бёдрах, и укладывает спиной на свою грудь. Крепко, но очень нежно обхватывает рукой его шею и начинает имитировать секс. Он слегка толкается бёдрами в зад золотоволосого омеги, зал на это охает и свистит, а омега же закрывает глаза и полностью тонет в запахе перечной мяты этого мужчины и его сильных руках. Он ощущает горячее дыхание альфы рядом со своим ухом и понимает, что ещё несколько таких движений под музыку, и оргазм ему обеспечен. Но внезапно Юнги осознаёт, что альфа поднимает его и садит к себе на колени, только уже лицом к лицу. Юн смотрит на брюнета помутневшим взглядом, не выдерживает и, обхватив его лицо своими ладонями, припадает к таким манящим губам. Омега ощущает их тепло, мятный вкус и то, как альфа отвечает ему. Юнги не слышит восторженных криков Чимина и Техёна, не слышит, как кричит весь остальной зал, он лишь ощущает, как брюнет держит его за бока и то, как сейчас им двоим хорошо. Для Юнги неизвестно, сколько они целуются, но кажется, что катастрофически мало, когда танцор нехотя отпадает от губ омеги в тот момент, когда заканчивается музыка. Юнги разлепляет глаза, когда больше не ощущает губ альфы, и видит, как мужчина, у которого он сидит на коленях, улыбаясь глядит на него. Альфа наклоняется к уху Юнги и произносит: «С днем рождения!» — наш золотоволосый парень отчего-то смущается, прячет взгляд от этих голубых глаз, слегка кивая в знак благодарности. Весь зал продолжает шуметь, а альфа помогает Юнги спуститься со сцены и доводит его до столика, где сидят ДжиЧиТэ. Друзья-омеги облизывают танцора взглядом, и лишь Джин смотрит на Юнги, который улыбается, словно чеширский кот. Юнги плюхается на стул, отпускает руку альфы, и машет ему ручкой, когда тот уходит за кулисы. — Аах, — протягивает Мин. — Вот бы для меня каждую ночь так танцевали, — произносит омега и переводит взгляд на друзей. Омеги весело хохочут, а через минуту с их стола официант уже убирает пустые бокалы. — Разве у тебя был запланирован такой танец? — задает вопрос управляющий стрип-клуба альфе, что вернулся со сцены. — Импровизация, как никак, последнее выступление, — на выдохе произносит альфа, глядя в глаза другу и улыбается. — Мм, ну ладно, — немного с усмешкой отвечает мужчина.

***

— Папочка, привет! — громко закричала девочка лет семи и подбежала к Юнги. — Привет, моя крошка, я так соскучился, — обнимая свою дочку, произносит омега. У Юнги есть дочка. Маленькая и прекрасная крошка Роуз. Так случилось, что Юнги воспитывает её один. Именно по этой причине он пропадает на работе сутками, чтобы его крошка ни в чём не нуждалась. — Сынок, дорогой, как ты отдохнул? — задал вопрос папа омеги и подошёл поближе, чтобы обнять и поцеловать его. — Неожиданно, но прекрасно, папа, — широко улыбаясь, признался Юнги. — Ну и чудесно! Тебе необходимо отдыхать, мой сладкий, — также улыбаясь произнёс папа, и они все дружно ушли пить чай на кухню.

***

— Папа, в понедельник вечером у нас будет собрание, тебе обязательно нужно пойти, — довольно серьёзным тоном сообщила весть Роуз. — Рози, к чему такая серьёзность? — слегка смеясь задаёт вопрос Юнги, удивлённо глядя на дочку, и улыбается. — Папа, в понедельник к нам придёт новый учитель, а учительница Сесиль больше не будет нас учить, — выпучив свои глазки на папу, возмущённым тоном преподнесла информацию дочка. — Ох, — устало выдал Юн. — Ну, конечно же я приду, крошка, — глядя в карие глаза своей дочери, слегка улыбаясь успокоил Роуз Юнги. — Знаешь, иди-ка ты лучше одевайся, сходим с тобой в кафе, — предложил омега дочурке. — Мороженое? — искоса посмотрев на папу и с хитринкой улыбаясь, задала вопрос она. — Да-а, — громко произнёс омега, и они вместе с Роуз начали громко визжать и прыгать от радости. Юнги в такие моменты выкидывает свой статус взрослого родителя и включает маленькую омежку, что всегда сидит внутри него и радуется так же, как и его Рози, не беспокоясь ни о чём. Минут пять писков и визгов одуревших омег, и Юнги с Роуз разошлись одеваться. — Роуз, ты готова? — стоя в прихожей и накидывая на себя пальто, прокричал Юнги, задавая вопрос. — Да, папочка, я уже всё, — доносится голос маленькой омежки, а затем слышится быстрый топот, и Юнги видит, как крошка Роуз залетает в прихожую. — Папа, посмотри, тебе нравится? — покрутившись, чтобы показать свой наряд, задаёт она вопрос. Роуз надела тёплый твидовый костюмчик двойку, который состоял из жакета и юбочки нежно-голубого цвета с вкраплениями фиолетовых ниток, из-под жакета выглядывала горловина белой водолазки, а ножки её были утеплены также белыми колготочками, на голове красовался беретик того же цвета, что и твидовый костюмчик. — Рози, ты как всегда прекрасна! — любуясь своей принцессой, что так быстро растёт, произнёс омега, а к его глазам подкатила вода. — Папа, ты что, плачешь? Тебе не нравится? — немного испуганно, не ожидав такой реакции от Юнги, задала вопрос Рози. — Всё хорошо! Прости, что напугал тебя, — смахивая слезинки, что уже катились по щекам, успокоил дочку Юнги, присев перед ней на корточки. — А плачу я потому, что рад, что у меня есть такое сокровище, как ты! — продолжая объяснять причину своих внезапных слёз и убирая выбившуюся прядку золотистых волос за ушко малышки, поцеловал он дочку в её крохотный носик и взял за ручку. — Пойдём? — смотря в глазки-пуговки своей дочки, задал вопрос омега, на что Рози кивнула. Юнги помог надеть ей пальто, сапожки, и они вышли из квартиры. — Господин Мин, аккуратнее, — остановил выходящего из своей квартиры омегу консьерж Син. — Ох, господин Син, спасибо! — ответил благодарностью Юн, когда увидел гору коробок около своей двери, и аккуратно проскользнул в небольшую щель от двери, а за ним и Рози. Малышка поклонилась консьержу в знак приветствия и ждала, пока её папа закроет дверь квартиры. — Здравствуй, Рози, — также кланяясь и широко улыбаясь, поздоровался пожилой омега с дочерью Юнги. — Господин Син, а что тут происходит? — закрыв дверь, задал вопрос Мин, одновременно взяв Рози за ручку. — Ах, это новый квартирант заезжает, — всё так же улыбаясь, проговорил консьерж, доставая из кармана карамельку со вкусом ананаса и протягивая её малышке Рози. — Держи, дорогая, — мило произнёс Господин Син и положил карамельку в ручку Рози. — Спасибо большое! — одновременно проговорили Юнги с Рози и улыбнулись консьержу Сину, на что он ответил им тем же и моментально поменялся в лице, когда услышал грохот коробок. — Ах вы, негодяи рукозадые, вас где понабрали, бездари вы эдакие?! — кричал на весь этаж Господин Син, на что Юнги с Рози похихикали, понимая, что грузчикам сейчас не поздоровится. — Ой, мои золотые, я побежал, а-то эти криворучки сейчас всё разнесут, — широко улыбаясь, протараторил консьерж и, слегка поклонившись, убежал в квартиру к новому постояльцу. Юнги с малышкой также слегка поклонились и пошли к лифту.

***

— Всё, дорогая, я пошёл на собрание. Дядя Тэ приглядит за тобой, — протараторил Юнги в трубку телефона, накидывая на себя шарф. — Хорошо, папа, — ответила Рози и передала трубку Тэхёну, который ковырялся в холодильнике. — Алло! Да езжай ты уже, справимся! — недовольно выговорил Тэ, глядя на Рози и подмигивая ей одним глазом, на что малышка улыбнулась и кивнула головой. Тэ сбросил звонок и положил телефон на стол. — Ну что, Рози, попкорн? — шурша пакетиком с зёрнами кукурузы, хитро проговорил омега и коварно улыбнулся. — И кола! — запрыгав, прокричала Рози, а Тэхён повторил за ней: «И кола!». Юнги сегодня идёт на собрание в школу к Рози, поэтому и попросил Тэхёна приглядеть за ней, пока его не будет дома, но, как назло, именно сегодня начальник Юнги был не в духе и заставил омегу переделывать один и тот же отчёт три раза, поэтому сейчас Мин опаздывает. — И надо же было этому сычу докопаться до меня именно сегодня, — закрывая дверь своей старенькой хонды сивик, пробормотал омега, смотря на часы, которые говорили о том, что собрание уже началось. Подбежав к кабинету, Юнги резко остановился, дав себе возможность отдышаться и сделать вид, что это не он только что забежал на третий этаж меньше, чем за пол минуты. Несколько раз выдохнув, он снял с себя пальто, накинул его на кисть своей руки, поправил волосы и спокойно постучал в дверь. Быстро извинившись, Юнги прошмыгнул к ближайшей парте и уселся за неё. Достал из сумки блокнот с ручкой и поднял глаза. В этот момент омегу будто ударило током, отчего он даже слегка подпрыгнул, из-за чего некоторые родители покосились на него. Юнги натянуто улыбнулся, тихим тоном извинился и вновь перевёл свой взгляд на учителя. Им оказался тот танцор, точнее стриптизёр из клуба, в который омегу затащили ДжиЧиТэ в его день рождения. Однако, у него были карие глаза, а не голубые, что привело Юнги в небольшое смятение. Мужчина был одет в чёрный пуловер с v-образным вырезом, который открывал вид на мощную, накаченную шею и выступающие ключицы альфы. Его Аполлонская задница и бёдра были запрятаны в чёрные классические брюки, а на ногах красовались такого же цвета, как и весь его образ, оксфорды. Его чёрные волосы были немного длинными и напоминали каре, но у него они были аккуратно уложены и, кажется, заколоты невидимками за ушами. — Видимо, чтобы не мешали, — отчего-то подумал омега, не отрывая своего взгляда от альфы. Юнги слышал, как альфа что-то рассказывает, но абсолютно не слушал его. Он продолжал осматривать брюнета, взгляд его был серьёзным. Мин сомневался в том, что это действительно тот танцор, но лицо было так похоже на лицо того альфы. Руки, которые сейчас держали очки, напоминали те горячие и сильные, и только лишь стук в дверь вывел омегу из состояния залипания. Юнги перевёл взгляд на дверь и увидел, как отец другого ребёнка зашёл в класс и, немного не рассчитав сил, хлопнул дверью, из-за чего по всему классу раздался грохот, и Юнги опять немного подпрыгнул. — Простите, — немного потупив взгляд, произнёс мужчина, пройдя в класс. — Ничего страшного, проходите, — улыбнувшись, ответил учитель. Юнги перевёл взгляд с брюнета на доску и обратил внимание на надпись: «Здравствуйте! Я - Чон Чонгук — новый учитель ваших детей». И до Юнги дошло. Словно обухом по голове ударило. Голос такой же. Тогда был шёпот, но сейчас: «Твою же мать! Это он!» — мысленно и ошарашенно произнёс Мин, слегка раскрыв рот от удивления, продолжая глядеть на брюнета. Это тот чувак, что танцевал для него стриптиз, а теперь он учитель его Роуз. Юнги реально охренел. Вдобавок к открытому рту, он ещё выпучил глаза, только уже от шока осознания. Юн глядел то на доску, то на танцора, и хотел было уже встать и начать выяснять какого хрена, но тут до него дошло, что он на собрании, и сейчас при всех точно не вариант этого делать. Он попытался успокоиться и не думать сейчас о всём этом, но удавалось ему это, мягко говоря, с трудом. Альфа спокойным и уверенным тоном рассказывал о том, каким образом будет проходить обучение в оставшиеся три учебных четверти, затем перешёл к знакомству с родителями, немного погодя дошла очередь и до Юнги. — Кто представитель Мин Роуз? — задал вопрос учитель «Аполлон». — Я, папа Роуз, — твёрдым тоном произнёс Юнги и немного поднял руку вверх, чтобы учитель-стриптизёр точно его заметил. Альфа поднял свою голову и, немного поискав глазами по классу, увидел омегу. Юнги было интересно, выдаст ли как-нибудь себя этот альфа, но омега совсем ничего не заметил за ним. Брюнет отреагировал также, как и на остальных родителей. Мину стало думаться, что всё-таки он ошибся, и это просто очень похожий альфа, но вывод его был скоропалительным. Закончив знакомство с родителями, господин учитель-стриптизёр раздал каждому взрослому список досуговых мероприятий, которые класс планирует посетить в этой четверти для того, чтобы родители ознакомились и дали своё согласие, либо же отказ. Дойдя до парты, за которой сидел Юнги, альфа положил лист формата А4, продолжая отвечать на вопрос одной сердобольной мамочки. Юн же сидел в своих раздумьях насчёт этого учителя и, когда он уже убедил себя в том, что всё-таки ошибся, лёгкий запах перечной мяты ударил ему в нос после того, как альфа прошёл рядом с ним и положил на парту этот список. Омега сделал вдох, и всё в его голове встало на свои места окончательно. Учитель его Роуз действительно тот голубоглазый стриптизёр. До Юнги дошло и то, что, скорее всего, альфа был в линзах в тот вечер, но сейчас Юнги уже это мало интересовало. Он просто в очередной, за небольшой промежуток времени, раз подвергся шоку и находился в смятении. Через пару минут Мин заметил, как родители покидают кабинет и, кинув беглый взгляд на брюнета, что вытирал с доски своё имя, схватил в охапку всё, что было на парте и пулей вылетел из класса. Когда учитель стёр с доски всё, что было написано, он отряхнул руки друг о друга и развернулся к классу лицом. Из родителей уже никого не было. Альфа бросил взгляд в ту сторону, где сидел наш золотоволосый омега, и зачем-то решил подойти ближе. Встав у парты, где сидел Юнги, он увидел шарфик, упавший на пол, и поднял его. Альфа подошёл к окну и увидел, как Мин быстро добегает до машины, садится за руль и со свистом срывается с места. — Узнал, — улыбаясь уголком губ, произнёс Чон, ощущая, как мурашки носятся по всему его телу от запаха спелой малины.

***

— О, Юнги, ну как собрание? — пялясь в телек вместе с Рози, задал вопрос Тэ, как только услышал, что Мин пришёл. Юнги не зашёл, нет, он залетел в квартиру. Непонятно, как дверь целой осталась. Он повесил пальто на крючок так, что чуть петля не оторвалась, снял обувь и прошёл в гостиную. Найдя там Тэхёна и Роуз, он подозвал Тэ поговорить, пока дочка спокойно осталась смотреть «Холодное Сердце». — Юнги, что с тобой? — видя обеспокоенное лицо друга, задал вопрос омега. — Тэ, это бред, но, короче, новый учитель Роуз - тот стриптизёр, который танцевал для меня в мой день рождения! — немного запыхавшись, протараторил Юнги, засунув руки в задние карманы джинс и ожидая реакции парня. — Чего? Какой ещё стри… — недоговаривает Тэ, начиная понимать, о ком говорит Юнги, выпячивая свои глаза и одновременно открывает рот, пялясь на друга и пытаясь переварить всё услышанное. — Ты уверен? Может, ты ошибся? — немного придя в себя, задаёт вопросы парень, смотря на Юнги, и видит, как омега крутит головой, давая понять, что он не ошибся. — Я заметил сходство, но потом подумал, что путаю малость, но, когда я… — замялся Юнги, отведя взгляд в сторону от Тэ. — Что ты? Не молчи, говори! — продолжая глядеть на Юнги своими выпученными глазами, потребовал Тэхён. — Я учуял мяту, её было еле слышно, но я учуял, как тогда в клубе, я запомнил, как он пахнет, — уже спокойно проговорил Мин и посмотрел в глаза друга. — Вот это, конечно, ахуеть — стрипуха стал учителем, — пребывая в лёгком шоке от услышанного, удивлённо произнёс шатен, на что Юнги выдал смешок. — И что ты будешь делать? — задал вопрос Тэхён, вопрошающе смотря на друга. — Вначале я хотел прямо в классе скандал устроить, но вовремя взял себя в руки, — начал рассказывать Мин. — Ну, а сейчас понимаю, что всё это не имеет смысла, будь как будет, — подытожил он грустным тоном и отвёл глаза в сторону. — Почему? — в недоумении вновь выпучил глаза Тэ и задал вопрос другу. — Он педагог, Тэ, зачем размусоливать это всё?! — немного нервно задал риторический вопрос Мин. — Я считаю, что лучше тебе с ним поговорить, чтобы не было недопониманий. Да и узнать всё-таки стоит, как так это он из стрипухи стал учителем начальных классов, — продолжая смотреть на друга, советовал Тэхён Юнги. — Эту тему надо тупо закрыть, всё! — психанув, выговорил Юнги и подошёл к холодильнику. Он достал из неё бутылку красного полусладкого и, лихо открыв её, разлил по бокалам для себя и омеги. Сделав глоток и почувствовав кисло-сладкий вкус, он быстренько сообразил закуску из оливок, твёрдого сыра, зелёного винограда и грецких орехов. Тэ молча наблюдал за Юнги, облокотившись о дверной проём, и ждал. Он знал, что когда Юнги злится или расстроен, ему нужно что-то делать, неважно что, главное - делать. Так мысли успокаиваются, ненужный огонь из головы пропадает, и становится легче принимать решения. — Садись, — ставя на стол тарелку с закусками, произнёс золотоволосый. — Юнги, ещё мёда, пожалуйста, — спокойно попросил Тэхён, заметив на тарелке орешки. Юнги кивнул, и через минуту на столе стояла маленькая пиала с мёдом. Ну любит Тэ мёд, а орешки с мёдом да под вино — это святое. — Я думаю, что ты поспешил с выводами. Если он тебя не помнит, то чего ты так переживаешь? А если тебе хочется, чтобы он тебя вспомнил, то какого хрена ты страдаешь и ноешь?! Лучше действуй, чем просто так играть в молчанку, — неожиданно прервав их тихую попойку, высказался Тэ, на что Юнги удивлённо поднял на друга свои глаза и молча слушал. Они разговаривали ещё очень долго: сначала попивая вино, затем когда Юнги укладывал Роуз, потом в гостиной лёжа на диване. Тэ ушёл от Юнги, когда было уже около двух часов ночи. Быстро помывшись в душе, омега заснул сразу, как только его голова коснулась подушки. Так проходит неделя. Юнги занимает себя работой, Рози, и старается не думать об учителе. Он был бы молодцом, если бы не вспоминал каждую ночь о том, кто каким-то невероятным образом разбудил его давно спящее сердце. Спустя ещё неделю, Тэхён начинает задалбливать Юнги звонками и сообщениями и угрожает тем, что сам поедет к мистеру упругий зад и всё расскажет. Юнги, понимая, что его друг нисколечко не шутит, уже сожалеет о том, что всё рассказал ему, и пытается убедить того в том, что сам решит этот вопрос. — Ага! Решишь ты, — ворчливо произносит Тэхён в динамик телефона, что держит у уха. — Точно! Решу сам, просто мне нужно время. И вообще, я понял, что это было помутнение рассудка и эйфория от нахлынувших воспоминаний из-за того, что у меня давно никого не было, — пытался убедить друга на том конце трубки отстать уже от него с этим учителем-стриптизёром и вернуться к спокойному ритму жизни, как и раньше. — Слушай, Юнги, несмотря на твой убедительный тон, я тебе не верю, — очень спокойно проговорил омега. — Ты пойми, что ты не меня обмануть пытаешься, а себя, — немного тише, чем раньше, произнёс шатен другу, отчего взгляд Юнги застыл на стене, но смотрел он не на неё, а будто сквозь. Просто Тэхён, как и всегда, попал прямо в цель, и на глазах золотоволосого омеги появились слёзы. — И не думай опять реветь и утопать в жалости к себе, а лучше подумай о том, что всю жизнь без эмоций ты не сможешь, и без секса, мать твою, тоже! — очень резко с психом выговорил Тэ и сбросил трубку, даже не желая услышать то, что ответит ему друг. Юнги посмотрел в экран телефона, видя там иконку с прерванным звонком, положил его на стол и, сложив обе руки, уложил на них свою голову. — Да знаю я, что не смогу всю жизнь… — очень тихо, даже немного скуля, произнёс омега. — Уже не могу… — ещё тише добавил он, но из чувства страдания омегу вывела Роуз. — Папа, тебе что, плохо? — забежав за банановым молоком на кухню и увидев Юнги в странном положении, задала она вопрос. — Ой! Нет, просто немного устал, — ответил Юнги, дёрнувшись от испуга, и улыбнулся наблюдая за тем, как Рози открывает холодильник и достаёт оттуда любимый сладкий напиток. — А, ну хорошо, — отвечает Рози, пока пытается проткнуть отверстие для трубочки. — Папа, кстати, учитель Чонгук попросил тебя приехать в школу до конца недели, — добавила малышка. — Что? — опешив от услышанного, задал вопрос Юнги. — Ээ, а что случилось, крошка? — задаёт он снова вопрос, пытаясь взять себя в руки и не подавать взволнованного вида дочке. — Нет, у меня всё в порядке, он даже меня хвалит, — крутит головой и после улыбается малышка пока пьёт молоко. — Он попросил тебе передать, чтобы ты приехал и всё, а зачем - не сказал, — пожимая плечами и продолжая тянуть молочко по трубочке, добавила Рози. — Понятно, — протянул омега и кивнул головой дочке, давая понять, что та может идти. — Приехали... И что ему от меня нужно? — еле слышно пробормотал себе под нос Юнги.

***

Рози сообщила новость о том, что учитель Чонгук хочет видеть Юнги в школе во вторник и, соответственно, омега протянул аж до пятницы, то ли от страха, то ли ещё почему. Выйдя с работы, Юнги сел в машину и завёл её, но мигающая лампочка на датчике топлива «помахала рукой», давая понять, что: «Юнги, ты тормоз, вообще-то заправляться нужно!». — Ну просто шикардос! — произнёс омега, откидывая голову на подголовник сиденья авто. Просидев так пару минут и пялясь в потолок машины, Юнги принял решение оставить машину на рабочей парковке, где она благополучно и стояла весь день, а в школу поехать на такси. — Как не хочется, но я уже попросил Рози предупредить этого учителя Чона, что я сегодня приеду, и поэтому узнаю, что ему там надо, а потом быстренько домой, — вслух убеждал сам себя парень, местами потягивая гласные звуки в словах, пока заказывал такси в телефоне. С виду омега был абсолютно спокоен и слова он подбирал для себя, так скажем, правильные, но сердце его почти выпрыгивало из груди. Даже тогда, когда он просто думал о Чонгуке, а сейчас оно понимало, что очень скоро увидит того альфу. Увидит того, кто оживил его, и поэтому ладошки Юнги потели, губы всё время пересыхали, отчего омега их постоянно облизывал и покусывал, а коленки дрожали так, будто он только что поднялся на сотый этаж пешком. Благополучно доехав до школы, Юнги очень медленно шёл до класса, хотя ноги его готовы были нестись быстрее скорости света, он всё же себя сдерживал. И вот, когда уже Юнги поднялся на нужный этаж, он увидел, что дверь класса открыта. — Чёрт! — отчего-то подумал он, неясно даже почему. Омега одёрнул голову, слегка ей потряс, чтобы выкинуть все мысли из головы и, глубоко вдохнув, подошёл к двери и постучал в неё. — Господин Чон, здравствуйте! Я папа Роуз Мин, вы просили меня прийти, — совершенно спокойно проговорил Мин, заглядывая в кабинет и видя там сидящего за своим столом Чонгука, который проверял тетради. — Матерь божья! — проговорил про себя омега, когда увидел альфу. Чонгук был одет в нежно-голубого цвета рубашку, две верхние пуговицы которой были расстёгнуты и открывали вид на прекрасные шею с ключицей, а рукава были закатаны до локтя. Его мощный низ был запрятан в ослепительно белого цвета брюки, а ножки в чёрные оксфорды. Длинные волосы были слегка растрёпаны, а на лице красовались очки в роговой оправе. — Видимо, у него плохое зрение, — с ноткой грусти подметил про себя омега, пока рассматривал альфу. — Господин Мин, добрый вечер! — поприветствовал омегу альфа и встал со стула в знак приветствия и уважения. — Прошу, присаживайтесь, — указывая рукой на ближайшую парту и снимая очки, произнёс он. — Спасибо, — всё так же спокойно проговорил Юнги, пытаясь изо всех сил держать себя в руках, ибо внутри у него происходила целая буря эмоций от сиюминутного желания сбежать прямо через окно до сжигающего изнутри желания раздеть и изнасиловать альфу прямо на полу. — Спасибо, что приехали, — встав из-за стола и идя к двери, произносит Чон и закрывает её. Сердце омеги начинает биться ещё быстрее, хотя, куда ещё быстрее - неясно. Альфа подходит к своему столу, достаёт маленький пакетик из крафтовой бумаги и подходит к Юнги. У омеги в этот момент сердце, кажется, останавливается и уходит куда-то в область пяток. Он видит лишь то, как Чонгук медленно к нему подходит, будто время замедлили, и то, как его мощная грудь спокойно вздымается и опускается несколько раз, пока он доходит до стола, где сидит омега. — Это ваше, — ставя на стол пакетик, выговаривает он и заглядывает в глаза парня. У Юнги начинаются сбои по контролю себя и своего тела, и в этот момент он прикусывает нижнюю губу и нервно сглатывает слюну, ведь в горле уже Сахара. Чон на это совсем слегка улыбается уголком губ и идёт обратно к своему столу, усаживаясь за стул. Юнги не отрывает взгляда от альфы, пока тот не садится, и одёргивает голову, когда понимает, что альфа заметил, что он пялился на его зад. Юн хватает пакетик и заглядывает в него, находя там свой шарфик. — А я думал, что потерял его, — немного растерянно произносит омега и так же растерянно глядит на альфу, что сидит за своим столом, положив руки на него и собрав ладони в замок. — Вы его обронили, когда уходили с собрания, — мило улыбаясь, сообщает альфа. — Ах, вот оно что, — пытаясь вспомнить тот вечер, произносит Юнги и отводит взгляд в сторону. — Господин Мин, я хотел поговорить с вами о другом, — с серьёзным тоном и выражением лица проговорил альфа. Юнги даже напрягся в этот момент от неожиданной смены интонации и мимики учителя. — Я понял, что вы меня узнали, — отводя свой взгляд от Мина в сторону окна, подытожил он. У омеги в этот момент и радость разрывалась внутри, и одновременно похоронный марш заиграл в голове от понимания того, что сейчас он услышит совсем не то, что очень хотел бы. — Я понял это по вашей реакции в день собрания, а платок с вашим запахом всё это подтвердил, — продолжал говорить Чон, всё тем же серьёзным тоном. — Господин Чон, — начал было Юнги хриплым голосом, но альфа перебил его в этот момент. — Чонгук, — переводя свой взгляд от окна обратно на омегу и слегка улыбаясь, мягко без той твёрдости, что была пару секунд назад, произнёс альфа. — Ч-что? — не понимая, что хочет донести до него альфа, растерянно переспрашивает Юн. — Я говорю, можете называть меня Чонгук... И давайте перейдём на ты? — подняв брови немного вверх и смотря на омегу заинтересованным взглядом, разъясняет альфа и ждёт ответа Юнги, разжав свои руки из замка и оперев их в бока. У омеги в этот момент произошло замыкание, и он не мог секунд десять сказать ничего внятного. У парня бегали глаза, трясся голос, его задница ерзала на стуле, не находя себе места, а альфа, умиляясь, наблюдал за ним и ждал, пока тот придёт в себя. И омега, слава водному богу, пришёл… почти. — Я вас не понимаю... Точнее, понимаю, что вы поняли, но не понимаю, о чём вы, — пытаясь донести свою мысль Чону, говорит омега и понимает, что что-то не так. Альфа смотрит на растерянного Юнги, который выглядит так испуганно и озадаченно, что не удерживается и начинает смеяться. Юнги пару секунд смотрит на то, как альфа задрал голову назад смеясь над ним, и машинально начинает смеяться сам, ибо смех учителя весьма заразителен. И в этот момент к омеге приходит понимание, что он очень уж перемудрил в попытках разобраться, чего от него хотят. — Юнги, — продолжая немного смеяться, выговаривает альфа и встаёт из-за стола, подходя ближе к омеге. Он обходит парту Юна, выдвигает стул рядом стоящей парты и усаживается на него. — Юнги, я приглашаю вас на свидание, вы составите мне компанию? — смотря прямо в глаза омеге, который итак еле сидел на стуле, добивает его нервную систему своим вопросом Чонгук. — Вы мне понравились ещё тогда, в клубе, но, когда я вышел после танца в зал, вас и ваших друзей уже не было. Поймите правильно, но таких эмоций, как тогда с вами, я не испытывал никогда. Извините, что всё это говорю, я просто хочу, чтобы вы поняли, что у меня только искренние намерения и, если вы мне откажете, я пойму и не стану вам докучать, — на одном дыхании выговорил всё альфа, взволнованно глядя на ещё больше опешившего омегу, у которого от услышанного открылся рот. Чонгук смотрел на Юнги ожидая, что тот хоть что-нибудь скажет, но омега продолжал просто смотреть куда-то мимо альфы, видимо, переваривая услышанное. — Юнги? — окликнул омегу Чон, заметив, что у него странная реакция, а точнее никакая. — А? — услышав своё имя, повернулся в сторону альфы омега и увидел, как Чон смотрит на него ожидая ответа. — Я… я не ожидал такого, — медленно, растерянным тоном признался Юнги. — Честно, я и не подозревал, что вы меня вспомните. Надеялся, конечно, но… — Юнги резко прервал речь, когда понял, что сказал, и посмотрел на Чонгука, немного напугано и смущённо одновременно. Альфа на это лишь опустил голову слегка вниз и немного улыбнулся, понимая, что всё взаимно. Его всего переполняла радость изнутри. — Вы пойдёте со мной на свидание? — повторил свой вопрос альфа, как бы давая понять Юнги, что да, правда, ты мне нравишься! Мин на это смущённо улыбнулся и, пытаясь смотреть прямо в глаза альфы, произнёс: «Пойду!». В этот момент Юнги обратил внимание на часы и осознал, что ему необходимо срочно домой, так как Чимин убьёт его, ведь омега уже задерживается. — Вот чёрт, — выругался Юнги, когда увидел пять пропущенных от Чимина. В тот момент, когда омега шёл к классу Чона, он предусмотрительно выключил звук на телефоне, и тем самым обрёк себя на мучения, которые устроит ему разъярённый Чимин. — Злой Чимин хуже Люцифера! — про себя подумал Юнги и начал быстро заказывать такси. — В чём дело? — заметив, как Мин что-то делает в телефоне, задал вопрос Чонгук. — Мне пора домой. Мой друг, который приглядывает за Роуз, испепелит меня за то, что я задерживаюсь, — на полном серьёзе произносит омега, продолжая вбивать адрес своего дома. От тона, которым произнёс эти слова Юнги, у Чонгука даже испарина на лбу появилась. — Я могу тебя довезти, идём, — произносит альфа и идёт в сторону двери. Юнги соображает уже куда быстрее, поэтому просто блокирует телефон, суёт его в карман и бежит за Чонгуком. Они садятся в синий эволюшн альфы и срываются с места. — Только будешь мне подсказывать дорогу, я этот город ещё совсем не знаю, выучил только дорогу от дома до школы, — смеётся он, не отрываясь от дороги, признаваясь в своей неинформированности. — Хорошо, здесь направо, и через два перекрёстка снова направо, — слегка смущаясь Чонгука, подсказал ему путь омега, бегло осматривая салон машины изнутри. — Ты любишь спортивные тачки? — немного тихо задал вопрос Юнги, заглядываясь на руки альфы, что очень горячо крутили руль, затем поднял взгляд на его профиль, от которого перехватывало дыхание так сильно, что он вновь ощутил Сахару во рту и горле. — А? Аа, это, — не расслышав вопрос сразу, но быстро поняв, что имел ввиду омега, повернулся к Юнги Чон и быстро улыбнулся, переводя свой взгляд снова на дорогу. — Я фанат «быстрых и яростных», а когда Пол погиб, я решил купить себе такую, — погладив рукой по торпеде авто, произнёс, улыбаясь, альфа. — Таким образом, я решил отдать дань Полу и продолжить жизнь Брайана здесь, в этом мире, — очень серьёзным тоном продолжил Чонгук, и Юнги казалось, что весь его задор и веселье куда-то испарились. Мин на мгновение задумался о том, как же сильно ему хочется узнать этого альфу, и не только узнать. Понимая, что он слишком долго пялится на Чонгука, омега снова подсказал дорогу и, когда они заехали во двор дома где живёт Юнги, лицо Чонгука было с вопросительным выражением. — Ты живёшь в этом доме? — уточняет альфа, хотя уже знает ответ, ведь Юнги пол минуты назад сказал ему об этом. — Да, Чонгук, а в чём дело? — немного напрягся Юн, понимая, что в реакции Чона что-то не так. — Эмм, дело в том, что я тоже здесь живу… — медленно, будто сам не веря в то, что он говорит, констатирует факт альфа, повернувшись к омеге лицом и указывая пальцем на дом, у которого только что припарковался. — Чего-о-о? — поднял от удивления брови Юнги. — Как это так? А почему мы не сталкивались тогда, и машины, такую как твоя, я бы видел на парковке, — начал было рассуждать омега, растерянно глядя то на Чонгука, то по сторонам. — Вот и я подумал об этом, когда ты сказал, что живёшь здесь, — задумчиво ответил альфа, потом замолчал на мгновение и после стал смеяться своим хриплым голосом, качая головой от удивительного совпадения. Юнги пару секунд смотрел на альфу, что так одновременно мило и сексуально смеётся и, не удержавшись, начал смеяться вместе с ним. Они смеялись над нелепостью ситуации около минуты, после чего альфа предложил провести Юнги до его квартиры. Они зашли в подъезд и встретили, как всегда на своём посту, консьержа Сина. — Господин Мин, господин Чон, добрый вечер! — поприветствовал их пожилой омега и улыбнулся, когда те прошли в сторону лифта. — Стоп, откуда господин Син знает тебя? — задал было вопрос Юнги, повернувшись к Чонгуку, но не стал дожидаться ответа, когда понял, что альфа его сосед не только по дому, но ещё и по подъезду. Омега улыбнулся не веря в то, что так вообще бывает. — Слушай, ну если ты сейчас скажешь, что живёшь на седьмом этаже, то я себе пирсинг брови сделаю, — пошутил было Чонгук, но, когда увидел выражение лица омеги, вновь начал громко хохотать, запрокидывая голову назад, и держаться одной рукой за живот. Юнги в тихом шоке наблюдал за альфой, взял его под локоть и завёл того в лифт, когда он приехал. — У тебя всегда такая реакция? — спросил Юнги у альфы, нажимая на кнопку с числом «7», продолжая наблюдать за тем, как Чонгук понемногу успокаивается. Чон задумчиво посмотрел на омегу и произнёс: «Обычно нет». Юнги же не смеялся, он пребывал в лёгком шоке, выражение его лица показывало недоумение от всего происходящего. Когда двери лифта открылись, Чонгук уже был спокоен, но продолжал улыбаться, а Юнги всё так же, будто его ударили кирпичом по лицу, держал мину «в шоке». Омега вышел из лифта и, пройдя немного прямо по коридору, завернул налево и остановился у двери. — Вот моя квартира, — произнёс он очень странным тоном, поворачиваясь к альфе. — Ну, а это моя, — указал пальцем на соседнюю дверь брюнет и убрал руки в карманы брюк, продолжая улыбаться во все свои тридцать два зуба. — А я уже догадался, — произносит Юнги и наконец-то улыбается, как маленький ребёнок, показывая альфе свою чудесную деснёвую улыбку, от которой у Чонгука сердце пропускает удар, ибо такого милого создания он никогда ещё не встречал в своей жизни. Безумное желание затискать этого крошку граничило с желанием раздеть до гола и облизать его всего, и плевать, что они в подъезде. В голове альфы от таких фантазий летали искры, а сердце готово было выпрыгнуть аж до самого Меркурия и не возвращаться, ибо так невозможно больше. Юнги до этого момента смеялся в пол силы, прикрывая рот рукой, чтобы не казаться невоспитанным и, честно сказать, немного смущался показывать себя перед альфой, а теперь, когда Юнги отпустил контроль, то предстал перед ним во всей своей красе, от которой у Чона рвало все пробки в голове. В один момент Чонгук конкретно подвис на улыбке омеги и стал очень серьёзен. Он смотрел, как Юнги продолжает смеяться, вытирая слёзки с уголков глаз, которые подкатили, пока он заливался смехом и, неожиданно для омеги, подошёл слишком близко. Так близко, что, кажется, даже места кислороду не осталось между ними. Омега моментально стал серьёзным, поднял свои глаза, чтобы увидеть глаза альфы, и почувствовал, как Чонгук аккуратно касается его поясницы своей ладонью, тихонечко прижимая ещё ближе к себе так, что омега ощущает встающий член альфы через его брюки и свои плотные джинсы. — Юнги, — шёпотом выдаёт альфа и омега чувствует, как вторая рука альфы касается его талии и сжимает так, что у омеги в этот момент поднимается табун мурашек. Юн тихо охает от такого действия альфы, и Чонгук сближается своими губами с губами Мина, начиная поцелуй. Юнги на мгновение теряется, ощущая, как всё тело обдал огонь, что разгорелся внутри него, и подхватывает начавшийся поцелуй. Они целуются медленно и нежно, оба вкушают вкус и тепло друг друга, время для них остановилось, и лишь их сердцебиение с дыханием говорят о том, что мир для них содрогнулся. Больше не будет так, как прежде, теперь надо по-новому. Им боги крылья даровали, что находятся за плечами каждого и возносят их до небес, не давая рухнуть замертво, а если рухнут замертво, то возродятся вновь. Главное, чтобы они были друг с другом. Вместе они то, что не сможет стереть даже самый смертоносный вирус. Они - противоядие друг для друга. Их желание — жизнь рядом друг с другом, и это они поняли только что, когда их души узнали друг друга и признались в любви, что подпитывает каждого в этом мире. О такой любви слагают легенды, снимают фильмы, пишут рассказы. Никто из них и подумать не мог о том, что им посчастливится встретить своего человека, но сейчас не хочется совсем думать об этом. Сейчас огонь каждого разгорелся настолько, что уже готов слиться и создать костёр любви, о котором узнают все. Они целуются уже более страстно, альфа резко поворачивает Юнги и впечатывает спиной в дверь, отчего тот шипит, но не прерывает поцелуй. Омега своими ладонями упирается в пресс альфы, который ощущается даже сквозь рубашку, и в этот момент чувствует, как в спину его толкает дверь. Он в растерянности прерывает поцелуй, Чонгук на это так же растерянно смотрит, и они оба видят, как дверь открывается и оттуда выглядывает Чимин. — Юнги, я не понял… — начал было Чимин, выглядывая из-за двери, и вопрошающе смотрит на Юнги и его кавалера. Чимин видит, что они оба красные, тяжёло дышат и смущённо улыбаются. — Чимин, пойдём, — запихивая омегу обратно в квартиру, быстро произнёс Юнги и повернулся к альфе, чтобы помахать тому на прощание и немым образом произнести: «Пока», — альфа видит, как Юнги улыбается и как щёчки его порозовели, а глаза блестят радостью. — Юнги, что происходит? Что за чувак? — скрестив руки на груди, задаёт вопросы черноволосый омега. И, конечно же, Юнги рассказывает, кто этот альфа, что они делали, а Чимин, оказывается, и не вспомнил этого танцора, так как он тогда был безумно пьян и почти не помнит, как он танцевал для Юнги. Чимин выругался из-за того, что ему самому пора на работу, и, если бы не она, он заставил бы Юнги рассказать абсолютно всё. Мин пообещал, что пригласит на выходные его к себе на ужин и всё расскажет. — Можно и Джина с Тэ позвать, — подмигнул Чимин, глядя на омегу, на что Юнги кивнул и, поцеловав друг друга в щёчку, они распрощались и тот ушёл. Юнги ещё какое-то время проболтал с Рози и с удивлением узнал, что Чимин помог сделать ей всё уроки. Юнги лишь всё проверил и помог дочке собрать сумку с вещами и игрушками, так как завтра дочка поедет к бабуле с дедулей, а омеге придётся идти на работу, поскольку его коллега вышел замуж, и Юнги пообещал, что заменит того на эти выходные. Мин с усталостью плюхнулся на свою кровать и, раскинув руки в стороны после того, как уложил дочку спать, уставился в потолок. В этот момент он осознал, что там за стенкой живёт Чонгук. Отчего-то Мин подумал о том, что ещё немного, и они бы занялись сексом прямо в подъезде. Омега резко вскочил, накрыл лицо руками и покраснел. Ему стало так стыдно, но через пару секунд он убрал руки от лица и расплылся в блаженной улыбке от воспоминаний. От того, какие у Гука горячие и сильные, но, в то же время, нежные руки, как он целовал омегу — так нагло, но не эгоистично, а внимательно. Юнги вновь упал на кровать и почувствовал, как в паху приятно затянуло. Омега потряс головой, чтобы выбросить эти мысли из головы, и решил набрать ванну, чтобы успокоиться. Он закинул туда бомбочку с ароматом персиков и улёгся в горячую воду, чтобы немного прийти в себя. Юнги опять накрыли горячие воспоминания, которые были с Чонгуком, и он сам не заметил, как его руку повело к члену, что больно покалывал и тянул. Омега обхватил пальцами свой привставший член и медленно оттянул кожу вниз, в его голове уже были не сцены из подъезда, а фантазии, в которых Чонгук удовлетворял омегу. Юнги глубоко дышал, темп его дрочки ускорился, он запрокинул голову сильно назад, впился левой рукой в край ванны, изогнулся в спине, как кошечка, и, видя в своей голове то, как альфа доводит их обоих до пика, с протяжным стоном кончил в воду. Он видит улыбку Чонгука, блеск его глаз и, спустя несколько секунд, напряжённое тело омеги полностью расслабляется и он чувствует, как каждая мышца его тела немного подёргивается, а на кончиках пальцев рук и ног ощущаются приятные покалывания. Омега лежит так ещё около минуты, пока оргазм полностью не проходит и, на его замену приходит сильная усталость. — Всё-таки, я не сдержался, — констатирует факт омега, закрыв глазки и выпустив небольшой довольный смешок. — Интересно, а Чонгук тоже… — почти задал себе вопрос омега, но дёрнул рукой, убеждая себя в том, что Чонгук вряд ли занялся тем же, чем и Юнги. — Он всё-таки более сдержанней чем ты, Юнги, — убеждал себя в том, что это только он такой нетерпеливый. Юн вылазит из ванны, вытирается, надевает пижаму и, заранее включив будильник, ложится в кровать, в которой засыпает через минуту, успев ещё раз подумать о том, что он только что дрочил на Чонгука. Он слегка ругает себя за такую несдержанность и считает, что альфа так точно не поступил. Юнги заснул, обняв большого пушистого кролика, с которым спит уже много лет, закинул на него ногу и, укрывшись по самые уши одеялом, уснул с улыбкой на лице, абсолютно не подозревая о том, что Чонгук уже несколько раз сбавлял свой пыл в душе, который он разжёг вместе с Юнги ещё в подъезде. После того, как Юнги помахал ему ручкой и закрыл дверь, альфа хотел пойти домой, понимая, что слишком уж он торопится, но осознал, что ключей от дома нет, так как они в его сумке, а сумка и пиджак остались в школе. Ехать ему никуда не хотелось, да и член всё никак не унимался, поэтому он спустился на первый этаж к консьержу и попросил у него свой запасной ключ, объяснив, что свои ключи он забыл в школе и всё отдаст завтра. Господин Син, конечно же, помог, и, слава Богу, не задавал никаких вопросов, а точнее не расспрашивал альфу о Юнги. Гук сам ещё не понял, что у Юнги к нему. Для самого же Чона всё было предельно ясно. Он понимает, что этот омега странно на него влияет, когда он его видит, он обескураживает своей красотой. У Чона даже челюсть всегда отвисает при виде омеги, но он это, конечно, хорошо скрывает. Тело альфы, как бы, замедляется, когда они рядом, становится лёгким и спокойным. Мысли в голове успокаиваются, и всё внимание концентрируется на этом пареньке. На него хочется просто смотреть, его хочется просто слушать, им хочется просто наслаждаться, его красотой, его мимикой, его действиями, его телом. Его тело — мука для альфы, ему так хочется узнать его, его эрогенные зоны, что он любит, а что нет. Хочется видеть его лицо, когда член Гука будет внутри Юнги. Хочется увидеть его оргазм, почувствовать его тепло внутри и снаружи. Хочется доставлять этому омеге постоянное удовольствие, где бы они не были, что бы не делали. Быть рядом и просто наслаждаться каждым моментом друг с другом. — Поздравляю тебя, Чон Чонгук, ты влюбился! — падая на свою кровать, громко произнёс альфа и закрыл своё лицо ладонями, чувствуя, как улыбка на его лице расплывается и, понимая, что член не унимается и мозг, как назло, подкидывает картинки того, чего очень хочется Гуку прямо сейчас. Альфа с рыком встаёт с кровати, быстро расстёгивает пару пуговиц на своей рубашке, достаёт её заправленную часть из брюк и стягивает с себя через голову, бросая на пол. Быстрыми движениями расстёгивает ремень, затем пуговицу на брюках, далее ширинку и стягивает вначале с левой ноги одну штанину, а затем и с правой, бросая их также к рубашке. Альфа остаётся в одних чёрных боксёрах, которые совсем не держат вставший на полную катушку член. Он проходит в ванную, включает свет, стягивает с себя боксёры, сразу закидывая их в стиралку, и включает воду в душе. Он встаёт под ледяную струю воды, отчего немного кричит и тяжело дышит. Голову и член альфа остужает в прямом и переносном смыслах, и только тогда, Чон настраивает тёплую воду и греется под ней, опершись ладонями о стену и свесив голову вниз. Однако мозг вновь подкидывает картинки, которые сменяются вспышками одна за другой. Альфа видит, как они целуются здесь под душем в его квартире. Альфа видит, как омега разворачивается и прислоняется грудью к стене, давая понять Гуку, что он тоже этого хочет. Альфа видит, как разводит две половинки шикарной задницы Мина и вставляет свой член в его анус. Альфа видит, как он держит Юнги за живот одной рукой, активно трахая его, а второй рукой, точнее двумя пальцами второй руки, кажется, даже чувствует, как омега принимает эти его пальцы в свой рот и сосёт их, накидывая на брюнета новые ощущения. Юнги стонет от того, что Чон его трахает, и от того, что сосёт его пальцы. Чонгук тяжело дышит и понимает, что уже несколько минут дрочит, находясь у себя в душе на омегу, в которого влюбился. В этот момент он кончает, сжав левую руку в кулак, что опиралась о стену, и громко и протяжно стонет, слегка согнувшись. Чувствует, как всё тело трясёт от оргазма, но продолжает медленно надрачивать, пока вся сперма не выльется на пол душа, чтобы сразу исчезнуть в сливе. Тяжело дыша, альфа машинально продолжает надрачивать свой член и он чувствует, что хочет ещё. Точнее, он хочет по-настоящему вкусить омегу. От этого сильного желания Чон продолжает водить рукой по члену то вверх, то вниз. Он вновь видит, как омега сидит на нём и то, как они целуются. Следом идёт вспышка, и альфа видит то, как Юнги сам насаживается на его член. Видит, как он двигается, как стонет, как прекрасно открывается вид на его сексуальную грудь и сладкие соски. Замечает и то, как капли пота стекают по красивому телу, а самое главное, как омега наслаждается альфой. Чонгук открывает глаза, его член так твёрд, будто он и не кончал пару минут назад. Альфа то шумно охает, то также шумно стонет, его колени трясутся, руки тоже, но сцена, где Юнги облизывает губы и открывает свои глаза, припадая к губам альфы, продолжая насаживаться на его член, становится финальной, и Гук очень громко и протяжно стонет, кончая на стену в два раза больше, чем в первый раз, хотя должно было быть наоборот, и как так получилось - альфа сам не понимает. — Видимо, Юни так на меня действует, — тяжело дыша, еле выговаривает он. — Юни, — повторяет в слух альфа, понимая, как он назвал омегу, и улыбается сам себе, продолжая тяжело дышать. Он смывает со стены свою сперму, даже моет её, чтобы не осталось белёсых следов. Сам быстро моется и, натянув на себя чистые серые боксёры, ложится спать, поругав себя за то, что не взял у Юнги его номер. — Уж очень хочется услышать этот мурчащий голос перед сном, а лучше сопение под боком, но это чуть позже, просто надо немного подождать и не давить и… — и поток мыслей остановился, ведь альфа уснул, лёжа на спине, с правой ладонью под затылком и левой, мирно лежащей на груди. Так альфа и проспит до пяти утра, пока его не разбудит будильник. Утром он, как всегда, займётся пробежкой. Два с половиной километра до спортивной площадки, на которой минут двадцать он будет боксировать, потом будут пять кругов по пятнадцать подтягиваний, также и на брусьях, далее сто отжиманий, по пол минуты отдыха между кругами, и после всех упражнений вновь два с половиной километра до дома. Душ, завтрак и поход к Юнги, чтобы договориться о свидании и, конечно же, взять номер его телефона.

***