Что-то про чувства.

— Джонни! — доносится из гостинной, и парень встаёт из-за стола, направляясь туда. — Что такое? Рома, сидящий на диване, оборачивается на него, смотрит, слегка наклонив голову, и так чарующе улыбается.. — Да ничего. Я просто соскучился. Джонни хмыкает, — И что ты хочешь, что б я сделал? — Да просто иди сюда, — Рома тянет к нему руки. Колбая подходит, и Рома, садясь ровно, обхватывает его талию своими руками и утыкается лицом в живот, плавно вдыхая и выдыхая запах домашней футболки. Джонни правой рукой начинает медленно перебирать чужие кудрявые волосы, и его губы трогает лёгкая улыбка. — Ну что? — усмехается он. — Ну что-что.. — нехотя мямлит Рома в ответ и тычется носом в живот лишь сильнее. — Не задавай лишних вопросов. За это время должен был и привыкнуть. Джонни усмехается, — И правда. И правда. Фильченков был очень тактильным по сравнению с Джонни. Всегда, когда они сидят вместе, занимаясь каждый своими делами, или же просто ковыряются в телефонах, Рома лезет ему под бок, устраивая свою голову тому на грудь или бёдра. Джонни кладёт левую руку Роме на шею, наклоняется к его лицу и нежно прикасается своими губами к чужим, немного сминает их, чувствуя кофейный привкус, и сам Рома весь такой уютный в этом дурацком старом свитере и пижамных штанах, что сердце Джонни немного плавится, насколько же ему комфортно рядом с этим человеком. Рома отстраняется, — У тебя сейчас там что-то важное? — спрашивает, имея в виду недавнюю работу Джонни за компьютером. — Да, но можно отложить. Ролик монтирую. — А ты..? — Хочешь вместе посидеть? — Ага. — Слушай.. У меня там на ноуте есть проект, который доделать нужно. Давай я сейчас на него переключусь, и мы сможем с тобой побыть вместе. Идёт? Рома благодарно улыбается, — Я пойду пока фруктов нарежу. Спустя минуту они вновь появляются в гостинной. Оба с ноутбуками, — такие деловые, ей-богу — и у Фильченкова в руках большая тарелка, на которой нарезанными лежат зелёные яблоки (Джонни мысленно морщится, когда думает о том, какие они кислые), манго, нарезанный кубиками, и несколько клубничек. — Вот эт наборчик. Ну разве это всё сочетается? — Любые фрукты, нравящиеся тебе, будут сочетаться, — с умным видом заключает Рома. — Ну, по факту, — соглашается Джонни, плюхаясь на мягкую обивку; Рома следует его примеру. Из-за того, что они оба собираются сейчас работать, сидеть рядом будет не очень удобно, поэтому они садятся по разные стороны дивана, облокачиваясь на подлокотники по бокам, и прикасаются ногами к ногам. Рома иногда начинает шатать ими, и Джонни успокаивает его лёгкими поглаживаниями по случайно оголённой щиколотке. Рома периодически тянется к тарелке с фруктами, Джонни в эти моменты наблюдает за ним краем глаза. Сидят так долгое время, не проронив ни слова. Время подходит к пяти, и у Джонни в этот день подработка, смена которой начинается в шесть. — Ром, я пойду в душ, а потом к айтишникам. У меня сегодня работа, помнишь? — Помню, конечно. Джонни ничего не говорит, подходит к нему, целует в макушку, только после отправляясь в ванную.