Сирота

      Что она здесь делает?       Вайпер и сама не заметила, как чуть было не вляпалась в чьё-то дерьмо на полу. «Хотя, кто бы говорил?» - мысленно понукает себя варийский офицер и единственная женщина на весь коллектив конченных наёмных убийц, - «Уж кто бы говорил?!» ... Крутилось у неё в голове, пока она с нарастающим негодованием оглядывала тощую фигуру в дальнем углу барной стойки… Она только что с задания: чертовски уставшая и злая, как чёрт. И уж поверьте, если бы она хоть на секунду перестала подсчитывать возможные потери, пока соглашалась на эту авантюру, то, возможно, ей бы не пришло в голову брать с собой на задание эту кучу бесполезного ленивого дерьма, под именем Фран.       -Ну что? напился-наелся?! – Прорычала женщина, лихо отвешивая парню неслабый подзатыльник. – Может, теперь пойдём по-хорошему на ковёр к босу и, если он также пьян, как и ты, у тебя ещё останется шанс на выживание.       И ехидно добавила: - Надеюсь, ты не облюёшься там…       Ух-ты, он даже голову поднял и теперь невидящими глазами буравил полку с немаленьким ликёро-водочным составом.       -Короче! Говорить буду я. – Вайпер поплотнее закуталась и натянула капюшон чуть ли не до носа, ловя случайные любопытные взгляды здешних головорезов. - Просто пойдём уже, пока…       -А что такого-то, МАМУЛЯ?! Или я тебя смущаю? - Пьяно отзывается эта жертва неудачного аборта, ковыряя вилкой в салатике, который лишь отчасти таковым являлся и служил только одной цели - вытянуть лишние чаевые из посетителей.       -Бери выше, родной. Ты меня позоришь! - Вайпер дёрнулась от запашка перегара, клубившегося вокруг её «недорогого» чада. И если бы не потенциал парнишки, который очень даже вероятно стал бы офицером Варии ей на замену, то она бы и пальцем о палец не ударила и не стояла бы сейчас здесь, сгорая от гнева.       Мысленно женщина уже сошлась на том, что это мелкое недоразумение нужно было утопить в детстве, пока оно не разжирело и не свесило ножки с её шеи. Вайпер была прочно уверена: всем этим дерьмом должен был, по-хорошему, заниматься отец этого чудовища. Ну никак не Маммон, Аркобалено Тумана, носитель n-ого числа колец Ада, и да (безусловно), сильнейший иллюзионист своего поколения!       Про соображения Верде на сей счёт она и не думала...       Наплодил делов, так пусть и выкручивается сам!       И уж конечно, не следовало отдавать Франю его дундучной бабушке, ой, как не следовало…. Но об этом после…       -Кончай нажираться, я – вообще-то задаром – нашла тебе работу, дом и неплохой заработок на ближайшие пару лет! - Проскрипела женщина, красноречиво поиграв рукой – дескать: тебе крупно обломиться с деньгами, сынок.       Вот только, проклятая ведьма, так и не поняла, ЧТО ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ВАЖНО ДЛЯ ЕЁ СОБСТВЕННОГО СЫНА.       И это Франческо ненавидел в ней больше всего. Её неприкрытый ничем эгоизм сводил его пошатнувшуюся тяжёлым детством психику к той черте, за которой обретались насильники, воры и бандиты мирового класса. Он бы не покривил душой, сказав, что убил бы свою мать, выпади ему такая возможность. И эта женщина, его мать, которая стоит и жмётся сейчас перед ним, вызывала в нём дикую волну убийства.       -Ты бросила меня там! Мама! Ты бросила меня, даже спустя столько лет…. ! – Сокрушённо изрёк парень, чуть ли не вырывая волосы на голове от бессильной обиды.       Ну вот! Самое ужасное, что только можно было сделать, Фран. Молодчина!!! Позор тебе, ведь ты опять облажался! Ну как? Кааак можно было позволить себе заплакать в двадцать лет?!       «Какой же он всё-таки жалкий»       «И сопливый, как девка» – добавила про себя Вайпер, поморщившись. Варийский офицер ещё здорово сдерживалась, чуть ли не силком ведя парня на открытый воздух, проветриться.       А то, кажись, алкоголь вышиб ему последние мозги.       Временами Вайпер даже сомневалась; а не была ли она вдрызг пьяной, когда они зачали это недоразумение? Верде, отнюдь, дураком не являлся. Да это же просто абсурд! Себя она тоже недотёпой не видела. Так в чём загвоздка?       ***       -Успокоился? - Издевательски пропел голос сверху, пока мальчишка выблёвывал остатки того, что здесь называется салатом Цезарь на асфальт. Щёки горели от слёз. А татуировки – единственное доказательство родства этой сопли зелёной и величайшего иллюзиониста всех времён, – казалось, стали ещё длиннее.       -Мама. – Парень схватился за подол её плаща, прямо как заблудшая овечка за обноски пастуха.       -Не мамкай мне тут! Ты бесишь меня! - Раздражённо пресекла его жалкие попытки оправдаться Вайпер, закипая от гнева и сбрасывая мешавшийся капюшон. - Боже! Не прошло и недели, как я познакомилась со своей плотью и кровью, а она уже вселяет в меня отвращение! - Вайпер не по-дамски сплюнула в траву.       Смести прицел она чуть левее попала бы прямо в ненавистный мятный оттенок волос мальчишки.       -Отвращение? - Франа как током шибануло. Тонкие брови сошлись на переносице, а взгляд потерял всякий блеск. - Так вот, что ты чувствуешь, прикасаясь ко мне? Общаясь со мной? – Фран упал на колени перед женщиной, которую боготворил в душе почти пятнадцать лет своей неразумной детской жизни.       Женщиной, с которой ему наконец удалось по-настоящему встретиться и которая, как он полагал, любила его. Ведь должна же она была любить его, хоть капельку? Она ведь оставила его; не это ли тому подтверждение? Она не отдала его в приют или другим людям, а оставила у родственницы.       Она присылала ему подарки,       точно…       -Те подарки…- Вайпер приподняла в удивлении брови. Хотя Фран и без этого увидел всё что требовалось в её взгляде. В её таких холодных и спокойных синих глазах…       -От кого были те подарки: на Дни Рождения, на Новый год, на Пасху…?!       -Ну явно не от меня. Я просила Луссурию заняться этим…, ну, в смысле, доплачивала. А он вроде бы и рад был, идиот. - Буркнула иллюзионист, отвернувшись.       Подтвердилось! Его мать, оказывается не только безответственная жадная эгоистка, но и абсолютно бессердечная тварь.       Неужели он мог на что-то надеяться?