Спустя года.

      Чон неверяще смотрит в проем открытой двери, где отчётливо видит знакомую фигуру. Кто же знал, что после больничного, идя по коридору учебного заведения, Чон увидит того, кого не видел со времен своего выпуска из этой школы.       — Извините за опоздание, можно войти? — Чонгук облокачивается плечом о дверной косяк, наблюдая прекрасную картину перед собой: омега удивлённо распахивает глаза, не обращая внимание на второклашек, которые приветливо машут учителю физкультуры рукой.       Парень не помнил когда это точно началось. Кажется, когда в третьем классе, напротив него сидел первоклассник, который заинтересовано смотрел в окно экскурсионного автобуса. А может, когда они двумя классами ставили новогоднюю сценку. Или когда в восьмом классе нес омегу на руках, когда на уроке физкультуры тот сломал ногу.       Кто же знал, что его предмет воздыхания с третьего класса, окажется опять в этой школе, только в роли учителя.       — Доброе утро, — Юнги смотрит на молодого парня, что так бессовестно прервал урок, и который стал первой влюбленностью омеги. Кто же знал, что альфа, который проявил к нему внимание, для молодого сердца окажет такой эффект, и не важно, что он просто нес его к машине скорой помощи, когда он сломал ногу. — Мы же с Вами учились в этой школе. Вы были на два класса старше, — подходя к Чонгуку, произносит Мин.       Чону пищать, как омеге на которую обратил внимание крутой парень, хочется. А перед глазами красная строчка мигает: Юнги меня знает, он меня помнит. Но выдает совершенно другое:       — Да, все верно.       — Наши классы всегда ездили вместе на экскурсии, и также Вы мне помогли, когда я сломал ногу, — Мин положительно кивает головой, больше для себя самого, чем напомнить альфе. — У меня сейчас урок, и не очень хорошо, что сейчас он прерван.       — Да, конечно, я зайду за ребятами на четвертом уроке. Надеюсь никто не забыл форму, а то будете сидеть на лавочке и смотреть как другие играют, — уже обращается к детям, которые на перебой кричат, что хотят играть. — Вот и отлично, а сейчас будьте паиньками, слушайте учителя, я потом спрошу как вы себя вели. — Хотелось еще постоять там; как следует рассмотреть похорошевшего омегу. Он помнит его, еще немного угловатым, с мягкими щечками, которые и сейчас сохранились, и к которым так и хочется прикоснуться губами, чтобы убедиться в их мягкости, но Чонгук машет детям рукой и все-таки уходит, желая, чтобы три следующих урока прошли быстро.

***

      Время тянулось неимоверно долго. Первый урок сменился вторым, на котором восьмиклассники носились с мячом по футбольному полю. Второй урок сменился третьим, где четвероклассники играли в баскетбол. Мелодия окончания урока раздается в коридорах учебного заведения, когда Чон заводит детей в здание школы, а дальше провожает в нужный класс.       Не теряя времени, парень движется к другому кабинету, где глазами ищет светлую макушку, и находит ее в конце кабинета, где омега сидит на корточках, помогая девчушке завязать шнурки.       — Тебе помочь? — альфа видит, как Мин испуганно дёргается и резко поднимает голову, растерянно смотря на него.       Цыпленок. Такой же крохотный и милый, в этом голубом пушистом свитере и слегка растрепанными волосами, смотрит на него снизу вверх. Омегу хочется заключить в медвежьи объятия, уткнуться носом в макушку и наслаждаться мягким запахом миндаля от которого хочется урчать. И пять лет назад Чону хотелось утянуть Мина в свои объятия, но этого не случилось. Может получится в этот раз?       — Я уже справился, но спасибо Вам, — поднимаясь с корточек, Юнги поправляет кофту, слыша сбоку слова благодарности и громкий топот ног, что движется к другим девочкам.       — Перестань «выкать», так будешь обращаться к тем старым клушам, которые здесь еще работают, а я старше тебя на два года, к тому же, мы все таки не незнакомые друг другу.       — Вообще-то, эти старые клуши тебя знают, и были твоими учителями. Да и не такие они старые, — закатывая глаза на такое обращение к старшим, Мин направляется к рабочему столу, а за ним, как хвостик, плетется альфа.       — Когда я пришел сюда на практику, меня был рад видеть только учитель Им, и если я не ошибаюсь, он также вел физкультуру у вашего класса.       — Да, мне нравилось, что он ставил мне хорошие оценки за то, что я просто заполнял журнал.       — Так ты отлынивал от занятий, не стыдно было?       — Ни капли. Зато от меня не воняло потом за километр и я мог отдохнуть, пока остальные трудятся, к тому же, после перелома, желание заниматься физкультурой внезапно пропало, — пожимая плечами, парень обводит взглядом класс, где все ребята переоделись и сейчас занимаются своими делами. — Тяжело работать?       — Да, — тяжелый вздох слетает с губ Чона. — Все носятся, орут, бывает страшно, что убьются. Если сравнивать младших и старших, то наверное тяжелее со вторыми, когда гормоны бушуют, хочется показать, что учителя им никто, и можно делать, что угодно.       — Поэтому я не пошел на предметника. Особенно тяжело, когда ты сам только пришел из универа и тебе дают класс, где ребята младше тебя на лет пять. Страшно представить, что было бы, если сейчас я преподавал какой-нибудь предмет у старшеклассников.       — Вот и не представляй, — хотелось обхватить руками щёчки омеги и расцеловать их, оставляя последний поцелуй на губах, перед тем, как начнётся урок, но Чонгук во время себя одергивает, убирая руки в карманы спортивных штанов. — Ладно, мы пойдем, постараюсь вернуть их в целости и сохранности.

***

      В коридоре на удивление тихо, не слышно топот ног и громкие крики детей, что отскакивают от стен. Но на этаже все же стоят два учителя, которые должны следить за ребятами, чтобы с ними ничего не случилось.       Вот и сегодня Чона поставили дежурить на этаж начальных классов. Пока все тихо, он не упускает возможность прислониться к стене и бросить взгляд в открытую дверь кабинета, где видно, как омега собирает детей около доски, чтобы отвести их родителям.       Идет вторая неделя, как альфа вышел с больничного и как случайно встретил Мина. За это время им удалось поговорить от силы раза три, когда у второклассников была физкультура, и больше такой возможности не появлялось.       — Чонгук, ты как был дураком, когда учился, так и остался им, — произносит учитель физкультуры, разочаровано вздыхая. — Вместо того, чтобы стоять и пялиться на Юнги, уже давно мог начать действовать. Вон, старшеклассники умнее тебя и уже действуют, — кивая в сторону, мужчина похлопывает молодого альфу по плечу и направляется в кабинет.       А Чон непонимающе переводит взгляд в сторону, куда ранее кивнул учитель, недовольно поджимая губы: рядом с Юнги стоит старшеклассник, что-то бурно рассказывая, а за спиной держит плитку шоколада. Где-то в груди неприятно все сдавливает, а разум кричит, что он должен стоять рядом с омегой, а не этот старшеклассник.       — Дасом, чего ошиваешься на этаже начальных классов? Скоро урок начнётся, а учителю Мину надо учеников провожать, — произносит альфа, подходя ближе к паре.       — Ах, да, простите, это Вам, учитель Мин, — ученик впихивает шоколад в руки омеге, и пока тот не стал возражать быстро удаляется, на прощание махая рукой.       — Горький, — огорченно произносит младший, морща носик, и даже не подозревает в какую лужицу превращает Чона. — Надо будет отдать Хосоку, он такое любит.       — Не любишь горький шоколад? — Гука радует, что Хосок - учитель истории, так еще и практически замужний омега, поэтому еще одного потенциального кавалера на горизонте не будет.       — Больше предпочитаю молочный или белый, ну или с орехами.       Чонгук на это кивает головой, а в уме делает пометку, что после работы надо зайти в магазин. Он готов скупить весь любимый шоколад омеги, чтобы на его лице чаще появлялась улыбка.

***

      — Кажется меня кто-то настолько ненавидит, что хочет, чтобы я умер от сладкого, — вздыхает Юнги, ставя чайник и шурша по полкам в учительской.       — Почему ты так думаешь? — интересуется Хосок, садясь в кресло и открывая плитку шоколада, которые Мин приносит каждый день.       — Каждый день, в течение недели, мне оставляют плитку шоколада, мне им питаться три раза в день? Ладно если это были небольшие батончики, а то я не успеваю их съедать, — закидывая чайный пакетик в кружку и заливая кипятком, омега сам садится рядом с другом.       Юнги с Хосоком сдружились довольно быстро, когда они еще учились в одном университете. Чон был на последнем курсе, а младший на первом. Обменявшись номерами стали общаться вне стен университета, а дальше начали чаще встречаться и устраивать ночевки у старшего омеги.       — Кажется, у тебя появилось несколько поклонников, — смеется Чон, обводя кабинет взглядом: недалеко сидели учителя физкультуры, обсуждая грядущее соревнование по футболу, а за столом около окна, обложившись тетрадями сидела пожилая учительница математики.       — Или один не особо умный, — вклинивается учитель Им, а Чон только рот открыл, не ожидая такой подставы.       — Учитель Им, как вы могли? А если бы он все понял? — шепча на ухо учителю, Чонгук поглядывает на двух омег, которые на реплику мужчины тихо засмеялись.       — Юнги и раньше был сообразительным мальчиком, так что, если сейчас он еще не догадался, то позже наверняка поймёт, кто каждый день оставляет небольшие подарки. — также шепчет учитель, повернувшись к младшему коллеге. — Да и ты смени пластинку: дари что-то другое, пригласи на свидание — заметив поджатые губы, и опущенные глаза, Им тяжело вздохнув продолжил,— хорошо, тогда больше общайся в школе, чтобы хоть как-то сдвинуться с мертвой точки. И да, шоколад конечно прекрасно, но такими темпами у мальца скоро кариес будет. Или ты таким образом хочешь сводить его на свидание к дантисту? — рассмеявшись, учитель похлопывает Чона по плечу и направляется к выходу из кабинета, оставляя парня со своими мыслями.

***

      — Так ты был в него влюблен! И мне не сказал, — возмущенно произносит Хосок, когда они остаются в кабинете одни.       — Было дело, но потом это прошло. Я не плакал от неразделенной любви, не истерил и тому подобное. Просто в какой-то момент понял, что мир не крутится вокруг этого человека. — пожимая плечами и бросая взгляд в окно, где сейчас проходит урок физкультуры. Мин ждёт, когда друг сложит все вещи в сумку, и они отправятся домой, — Мы не в каком-нибудь сериале, где крутой старшеклассник влюбляется в обычного парня, а потом они начинают встречаться, женятся и заводят детей.       — И то верно. Но как я понял, Чонгук не был крутым старшеклассником.       — Не цепляйся к словам. И только попробуй рассказать это ему.       — Так ты же сказал, что влюбленность прошла, — щурится Хосок, надеясь подловить друга.       — Не хочу, чтобы потом мы друг друга обходили за километр.       — Мне кажется, ты все таки что-то не договариваешь.       — Просто как-то странно. Мы встретились с ним в этой школе, где раньше учились, только сейчас мы не ученики, а учителя.       — Может это знак?       — Знак минус или знак плюс?       — Юнги! — возмущенно прикрикивает старший, — знак того, что может вам суждено быть вместе. Только посмотри какой Чон красавчик. Разве тебе не хочется попробовать с ним встречаться?       — Ни за что. Я помню, когда меня на экскурсии стошнило, и он это видел. Никогда не забуду этот позор.       — Так ты все же… — начинает Чон, но его резко перебивают.       — Нет, это просто принцип - не встречаться с теми, перед кем я опозорился, — Мин закидывает лямку рюкзака на плечо и направляется к выходу из кабинета, тем самым показывая, что больше эту тему он не хочет обсуждать.

***

      Время летит незаметно, дни сменяются неделями и на улице листья окрашиваются в золотистые цвета. Остается неизменно только то, что каждое утро на столе омеги лежит подарок, будь это небольшое комнатное растение, которое Юнги обязательно принесет домой и поставит на подоконник или книга, которая окажется на его стеллаже.       Догадаться от кого такие подарки не составило труда, ибо слишком часто, что обсуждалось с Чонгуком оказывалось на его столе. Нравилось ли ему такое? Да. Понимал ли он что это значит? Да. Знал ли он, как с этим быть? Нет.       Рабочий день Мина подходит к концу, домашнее задание детей проверено в школе, чтобы дома посвятить время себе, а не погрязнуть в работе. В дверь стучат и в кабинет заглядывает Чонгук, приветливо махая рукой.       — Уже заканчиваешь? — интересуется Чон, наблюдая за омегой, который опустил голову на рабочий стол и смотрит на него усталым взглядом.       — Да, потихоньку домой буду собираться, сам чего ещё тут, у тебя вроде тоже все закончилось?       — У средних классов осеннее мероприятие, поэтому надо нарядить актовый зал. Может ты хочешь поучаствовать в таком прекрасном мероприятии? — садясь на край парты, альфа выжидающе смотрит на Юнги, надеясь на его положительный ответ.       — У меня освобождение от физкультуры.       — Оно давно закончилось, — цокает Чон. — И все твои прогулы за красивые глазки надо отработать.       — Ты считаешь, что у меня не красивые глаза? — выгибая бровь, удивлённо произносит Мин, а альфа в этот момент готов все что у него есть отдать за эти глаза.       — Мне соврать или сказать правду? — смеется парень, уворачиваясь от летящего в него ластика. — Хорошо-хорошо, если честно, то я бы также закрывал глаза на твои пропуски.       — С чем помощь нужна?       — Я знал, что ты согласишься, — вскакивая на ноги, Гук протягивает руку младшему и когда тот ее берет, тянет его за собой. — Надо на веревку нанизывать листья. Листья подготовили дети, а наша работа заключается в том, чтобы все это повесить. К тому же в начале этого урока подойдут старшеклассники и также помогут.       — Вы им оценки пообещали?       — Да, но если ты хочешь вдвоём этим заниматься и уйти к закрытию школы, то могу сказать, что их помощь не нужна, — резко останавливаясь в коридоре, Чонгук прищуриваясь склоняется к Юнги. — Ну так что?       Мин бегает взглядом по чужому лицу, чувствуя как сердце начинает стучать сильнее, а щеки предательски печет. Нельзя так поступать с человеком, у которого каждый вечер мысли только о том, что делать с тем, что улыбка непроизвольно появляется на лице, когда утром на столе лежит подарок; когда хочется задержаться в чужих объятиях, наслаждаясь теплом и запахом чужого тела; когда сердце готово проломить грудную клетку от лишнего соприкосновения. Кажется, он вернулся в свой восьмой класс.       — Это прекрасно, когда учителя ставят хорошие оценки, — кивая, Юнги подталкивает парня идти дальше.

***

      — Криво висит, немного вниз опустите, — кричит Чонгук двум ученикам.       — Ты хочешь, чтобы я оглох? — театрально закрывая ухо, бурчит Мин.       — Прости, не хотел оглушить тебя, но до них надо было донести информацию, а вставать я не особо хочу, — вытягивая ноги, альфа забирает с колен Юнги веревку и продолжает нанизывать цветные листья.       — А как же «спорт - это жизнь»?       — Дай почувствовать себя тут главным, а то сколько лет я сам лазал по этим лестницам.       — Хорошо, господин, — опуская голову, младший всеми силами сдерживает улыбку. — Чего изволите, господин?       — Да перестань, на тебя это не распространяется.       — Спасибо за ваше великодушие, господин, — не сдерживаясь, младший громко смеется, совершенно не замечая, как на него смотрит Чон. А тот хочет постоянно видеть эту десневую улыбку, и делать все возможное, чтобы эти глаза были наполнены счастьем. — Ладно, пойду отдам ребятам ещё готовых лент, — тараторит Мин и прихватив ленты, направляется на сцену к ученикам.       В украшение актового зала осталась только сцена, которая на половину была закончена и оставалось совсем немного украсить. Девочки прекрасно справлялись со своей задачей, пока альфы разбирались, кто полезет на лестницу, а кто будет ее держать.       Проходя мимо альф, Мин не успевает отскочить, когда замечает, как ученик спиной налетает на него; не понимает, как оказались внизу сцены, но чувствует, как ногу пронзает острая боль, из-за чего омега шипит, прикусывая губу, чтобы не выругаться.       — Учитель Мин, простите пожалуйста, мы не хотели, — тараторит ученик, сбегая со ступенек и помогает другу вставать с ноги учителя.       — Ты как? — Чонгук подбегает к пострадавшему в считанные секунды, кидая злой взгляд на двух альф, что щебечут слова извинения. — Вам напомнить правила безопасности в школе? — садясь на корточки Чон аккуратно ощупывает ногу младшего, на что получает по своим ладоням.       — Больно!       — Хорошо-хорошо, не трогаю ногу, но давай съездим в травмпункт, — альфа думал, что получит отрицательный ответ, но на его удивление получает положительный кивок и глаза, в которых застыли слезы. Подняв на руки Юнги, Чонгук выходит из актового зала, где старшеклассники виновато смотрят им в след.       Чон чувствует, как младший хватается за его одежду, шумно втягивает воздух и словно становится ещё меньше.       — Никогда бы не подумал, что такое может случиться снова, — усмехается альфа, опуская Мина на лавочку, попутно вытягивая смартфон из кармана штанов, чтобы вызвать такси до травмпункта. — Годы идут, а ситуация особо не изменилась: все та же пострадавшая нога, я так же несу тебя на руках, и я так же тебя безумно люблю.       — Что? — омега резко поднимает голову. Боль в ноге по щелчку пальцев проходит, а на первом месте становится последняя фраза Чонгука.       — Что? — переспрашивает Чон, широко улыбаясь. — Я люблю тебя так же, как и несколько лет назад.       Юнги смотрит на парня широко раскрытыми глазами, не зная, как прокомментировать эту ситуацию, а его бедное сердце готово проломить грудную клетку.       — Не надо сейчас отвечать на это, я прекрасно понимаю, что ты можешь мне не поверить, ведь сколько лет прошло, а я не удосужился с тобой наладить связь, поэтому давай я расскажу об этом немного позже, хорошо? — получив положительный кивок, Чонгук следит за времением прибытия такси, и через пару минут берет омегу на руки, выходя за территорию школы, где ожидала нужная машина.

***

      — Я не знаю, когда это началось, то ли в третьем классе, когда мы ездили на экскурсию, а может, когда ставили новогоднюю сценку или когда нес тебя на руках, когда ты сломал ногу на физкультуре, — Чонгук смотрит, как омеге накладывают гипс, а сам он смотрит прямо на него. — Я не пытался связаться с тобой, из-за того, что боялся, что тебе это не надо, что ты меня отошьешь.       — Что же произошло в этот раз? — тихо произносит младший, теребя край кофты.       — Посчитал, что это судьба, которая вовсю кричала, чтобы я не профукал такой момент.       — Ваш больничный открыт в электронной карте. Костыли отдаю на три дня, потом их надо будет привезти обратно. И все, можете быть свободными, — врач протягивает костыли омеге, и прощается с парой, напоминая о повторном визите.       Выйдя на улицу, Юнги медленно направляется к лавочке, предварительно отказавшись от помощи Чона в его передвижение. Все-таки, ему придется передвигаться самостоятельно по квартире.       — Хорошо, давай попробуем поддаться этой судьбе, — сидя на лавочке произносит Мин, чувствуя, как его загребают в объятия и гладят по голове. Может Хосок прав - это знак, что они встретились спустя года в этой школе.