Верный

26 мая. Сильный солнцепёк заставлял туристов и мирных жителей Анкара почти половину дня проводить на пляжах или в номерах отелей. Но тем не менее сильная жара не мешала людям посещать достопримечательности Турции, ведь большинство мест и заведений работали почти до поздней ночи. По пустому шоссе, вдоль леса, на большой скорости летел чёрный матовый автомобиль. Парень, сидящий за рулём, периодически потягивался, в попытке привести затёкшие в сидячем положении мышцы в тонус. Зазвонивший в бардачке телефон отвлёк парня от пристального внимания на дорогу. Потянувшись к бардачку, молодой человек начал откидывать бумажки и блокноты, в попытке раскопать рабочий телефон. Резкий и громкий сигнал машины заставил парня поднять взгляд на дорогу, но не успев ничего сообразить, почувствовался сильный толчок и в глазах сразу потемнело... - Боже мой, Антон! Антон, очнись пожалуйста! - Парень, ты живой? Простите меня Бога ради! Я не хотел! Я не сразу сообразил и не увидел его! - Как можно было не увидеть машину при свете дня, объясни мне?! Женский и мужской голос раздавались в голове с неким эхо. Антон лежал на асфальте и видел размытые силуэты, сидящие над его телом. Он не мог понять жив он, или же ему просто всё мерещится перед смертью. В любом случае Антон не соображал, что, где и даже кто он. Голоса продолжали что-то настойчиво кричать, а затем он почувствовал, как его тело подняло несколько рук, куда-то положили и уже через пару секунд он оказался между белыми стенами. Ощущение у Антона было такое, будто он находится под наркотическим веществом. В голове стоял звон и одновременно гул, от которого у Антона периодически возникали приступы головной боли... Следующий день. Как только парень открыл глаза, он сразу увидел сидящую в его ногах на кровати мать, а в коридоре он мельком видел маячещего парня в белой водолазке. - Мам... Мама... Женщина резко подскочила с места, и через несколько секунд к изголовью кровати подбежал парень. - Антон, боже мой! Ты очнулся! - Я позову врача! Парень вновь скрылся за дверью палаты, и женщина начала нежно гладить волосы Антона. - Тоша, я так испугалась за тебя! - Мам, тише... Спустя пару секунд в палату забежал врач в белом халате и начал осматривать Антона. - Молодой человек, Вы меня слышите? - Ага... - еле слышно протянул Антон. Мужчина начал осматривать парня, начиная с глаз и заканчивая проверкой подключённых к нему аппаратов жизнеобеспечения. Женщина встала и начала наблюдать за процедурой со стороны, вытирая всё также лившееся слёзы. - Дама, Вам лучше выйти из палаты на время. - Да, конечно... Подошедший к женщине невысокий паренёк положил на её плечо руку, но женщина грубо отмахнулась и в слезах вышла из палаты, задев парня плечом. - Молодой человек, у Вас болит что-нибудь? - Голова... И в ушах звон стоит. - Так, понятно... Лёшка, давай зови Ирину, будем осматривать более подробно. - Понял, пап... Паренёк выбежал из палаты, а голова у Антона болела всё больше и больше. В какой-то момент он почувствовал, как в ушах начало сильнее звенеть... Через пару минут Антон вновь проснулся. Только уже перед ним никто не сидел, в палате он был один. Тяжко вздохнув, Антон почувствовал боль в рёбрах, словно ему вонзили нож в позвоночник и боль пошла от шеи и по всем костяшкам его тела. Он проронил жалобный, болезненный стон и попытался позвать мать. Но из-за слабости у него этого не получилось. Белая дверь медленно открылась и на пороге появился невысокого роста парень с тёмно-русыми волосами. Он также медленно закрыл дверь, положил на тумбу сетчатый мешок с фруктами и присел рядом. - Ну, привет... - тихо произнёс парень и вздохнул, отведя взгляд в сторону. Антон рассматривал его ещё пару минут, затем тихо произнёс: - Это ты...? Ты меня сбил? Парень посмотрел на Антона и его взгляд забегал по всей палате. - Да, это я. Прости... Я отвлёкся, пока ехал. То шоссе, где мы столкнулись, почти всегда пустует, ну и привычке я отвлёкся, так как я на том шоссе почти никогда не вижу других машин. Дослушав до конца, Антон на пару минут почувствовал некое отвращение к парню, но затем его лицо сменилось на более спокойное. - У меня есть какие-либо сломанные конечности? - Слава Богу нет, отделался только сильным ушибом головы и руки. Антон усмехнулся. - То-то я чувствую, что у меня беспрерывно болит и голова и локоть. - Прости меня... Парень опустил глаза в пол, а Антон посмотрел на него с неким чувством жалости. Спустя пару секунд молчания Антон улыбнулся. - Ну. Как хоть зовут тебя, гонщик? Парень поднял глаза на Антона и медленно растянул губы в улыбке. - Дима. А тебя? - Я Антон. Приятно познакомиться. - Взаимно. Парни пожали друг другу руки и затем между ними повисло небольшое молчание. Спустя пару минут в палату вошёл врач со упаковкой шприцов. - Ну что ж, молодой человек. Давайте, будем делать Вам уколы. Лёша? Парень посмотрел на мужчину, молча кивнул, затем посмотрел на Антона, улыбнулся и вышел из палаты. Спустя две недели Антона уже выписывали из больницы. В субботнее утро он уже стоял и собирал вещи. На его голове по-прежнему находилась бинтовая повязка, и локоть также был обмотан плотным медицинским бинтом. Пока он собирал оставшиеся вещи, он и не услышал, как в палату вошла его мать. - Тоша? Антон обернулся и перед ним стояла невысокая черноволосая женщина в лёгком синем платьице. - Антон, сынок, ты как? - Мам, я в порядке. Ты сама как? Отец не объявлялся? - Нет, он не приезжал всё то время, что ты лежал в больнице. Я хотела другое спросить... Антон вопросительно поднял бровь. - Тот парень, из-за которого ты попал в аварию... он хоть извинился? - Да, конечно. Мы даже познакомиться успели. Женщина долго молчала, но затем выдавила: - Раз он водит машину, логично предположить, что ему 18 и больше. Поэтому... Женщина сделала небольшую паузу. - Я хочу его засудить. Антон моментально обронил вещи из рук и обернулся на мать. - Что..? Да ты... Ты с ума сошла что-ли?! За что?! Он же не умышленно подстроил аварию! - А может умышленно, откуда тебе знать? - Знаешь мам, по-моему, ты уже окончательно спятила с этим своим криминалом в нашем городе. Я ещё не видел ни одной новости об убийстве, или пропажи какого-либо человека. Бред это всё собачий. - Антон, ты просто ещё молод, ты мало чего знаешь о нынешних людях. Есть такие, которые ведут себя максимально хорошо, но на деле оказываются сволочами! - Нет! Я не хочу больше этого слушать! Прости. Давай просто вызовем такси и уедем домой. - Хорошо...

***

Наступил июнь. Неимоверная жара становилась всё сильнее, но горожан это не останавливало ни на секунду при посещении пляжей и кафе. Все общественные транспорты были забиты пассажирами, что спешили до конца своего отпуска успеть изучить и посетить все прекрасные места Турции, и это доставляло немалый дискомфорт водителям в такую жару, да и к тому же пробки для такого летнего разгара были обычным делом. Дом, в котором жил Антон, находился на возвышенности, стоя на краю которой можно было увидеть всё море, весь пляж и огромные толпы отдыхающих людей. Большое движение и суета отдыхающих здесь начиналась уже с шести утра и заканчивалась почти в десять вечера. Являясь ранней пташкой, Антон просыпался уже в пять утра, даже несмотря на то, что он приехал сюда с матерью отдыхать. - Антон, что за дела? Почему ты снова сегодня встал так рано? Мы же отдыхаем, можно спать и спать! - провопила женщина, ударив ладошкой по закрытой двери ванной комнаты. - Мама, родной ты мой человек, ну не начинай, пожалуйста! - послышался за дверью недовольный голос Антона. Развалившись в кресле-мешке в гостиной, загорелый до бронзового цвета кожи парень наблюдал за дискуссией между другом и его матерью. Женщина бегала по дому от кухни до ванной комнаты и назад, возмущаясь на сына за ранний подъём, и вообще за неумение отдыхать с его стороны. В очередной раз усмехнувшись, парень пронаблюдал следующую картину: когда шатен вышел из ванной комнаты, женщина не выдержала и легонько ударила его по ляжке кухонным полотенцем. - Ай, больно! - Да что ты? Какой неженка! Брюнет сидел и тихо хихикал, периодически утыкаясь носом в кресло. - Никит, ну чего она? Скажи ей что-нибудь! - А что я могу сказать твоей маме? Она правильно делает. Пора тебе на некоторое время отучиться рано вставать, а то, глядишь, тебя потом вообще никогда не уложишь спать. Антон вздохнул и закатил глаза. - Я вполне высыпаюсь, и заметь - даже не выгляжу, как мумия! - Ну это же хорошо. А то пойдём на пляж и будешь там девчонок пугать. Этого ещё не хватало! - Никита, ну каких девчонок? Ты опять за старое? Так говоришь, будто ты не будущий ветеринар, а местный казанова! - Антон! - строго крикнула женщина с кухни, явно слышавшая весь разговор друзей. - Что Антон? - грубо отозвался парень. - Да ладно Вам, Людмила Юрьевна, всё хорошо. Немного попыхтит и привыкнет к новому ритму жизни. - сказал женщине Никита и повернул голову к Антону. - И да, дружок, привыкай: нам здесь ещё целых три недели тусоваться, возможно даже больше. - Знаешь, по поводу девчонок я вот что тебе скажу: после расставания с Кристиной я не желаю больше иметь отношений. Это были мои первые и последние отношения. Разговор закрыт раз и навсегда, уж изволь. А сюда я приехал не только отдыхать, но и на заработки тоже. - Будешь портреты девушек на пляже рисовать? - спросил Никита и улыбнулся. Антон, вздохнув, хмуро взглянул на друга. Поняв, что лучше этот разговор не продолжать, Никита грустно переглянулся с Людмилой и вздохнул. - Ладно, я пойду посмотрю, как там погодка, может сходим всё же прогуляться. Никита схватил с тумбочки чёрную кепку и вышел из дома, негромко хлопнув дверью. Людмила посмотрела на Антона. - Тош. - Что? - Ну в чём дело? У вас же эти два года с Кристиной всё было великолепно. Что произошло? - Мам! Я тебе уже сто раз говорил: она меня не любит. Она променяла меня на Макса и его бабло! Всё! Разговор по поводу той стервы закрыт, даже больше слышать о ней ничего не хочу! Она мне больше никто и никогда никем не станет, ясно? Людмила разочарованно вздохнула. - Антон. Я же вижу, что после аварии ты изменился. Ты стал более холодным к людям, и даже по отношению ко мне. Антон вдруг замер. Он медленно повернулся к матери и посмотрел на неё непонимающим взглядом. - Я? К тебе остыл? Ты что такое говоришь, мам? Ты моя мать, я просто не посмею портить с тобой отношения, слышишь? Антон вздохнул, сделал несколько шагов к матери и обнял её так, как обнимал в раннем детстве. В голове начали воспроизводиться картинки прошлого, когда они с матерью вместе дурачились на кухне, обсыпая друг-друга мукой во время приготовления пирога. Спустя пару секунд объятий, мать Людмила отстранилась от Антона. - Тош, а ты уверен, что сможешь прилично заработать на рисовании портретов? Может тебе стоит подыскать подработку получше? Антон промолчал. Тяжко вздохнув, он сделал шаг назад и присев на спинку дивана, упал головой вниз на сиденье, оставив ноги болтаться на спинке. - Я сам уже об этом задумался. - Ладно, если хочешь, можем пойти на пляж. - Да нет мам, я не хочу никуда выходить. Давай ты сама, а я тебя потом встречу. - Ну, как хочешь. Если что, присоединяйся. Взяв со спинки белую тканевую сумку, наполненную почти до края вещами, Людмила ещё раз взглянула на всё также лежащего вверх ногами на диване сына, и глубоко вздохнув, покинула квартиру.