Пески

Ангмара ожидали на жилой половине дворца. Он обещал детям, что придет, и теперь жалел о поспешно данном слове. Дела не терпели отлагательств, но и менять решение было нельзя – не следовало подавать детям дурной пример. В свое время отец не уделял ему должного внимания, Ангмаром занимались наставники и учителя, но образ айшира всегда стоял перед ним заветной мечтой. Непоколебимый и суровый, на отца хотелось походить, его расположение хотелось заслужить. Ангмар делал для этого все и теперь старался, чтобы его собственные дети, будущие правители Айша, учились быть достойными уготованной им судьбы. Элишева поклонилась, как только Ангмар вошел в обеденный зал, а дети угомонились, правда, ненадолго. Каждый из них хотел чем-то похвастаться, о чем-то рассказать, но Ангмар не дал им такой возможности. – Сначала обед, – сказал он и кивнул Элишеве, разрешая ей сесть. Сам Ангмар расположился во главе стола. Слуги подали еду, и какое-то время было тихо. Дети о чем-то переговаривались, но, ловя неодобрительные взгляды Ангмара, замолкали. – Завтра вы должны быть на празднике, – сказал Ангмар, когда с обедом было покончено. – Если айшир этого хочет, – кивнула Элишева. – Этого требуют обстоятельства. Мы открываем храм, и людям необходимо напомнить, что в Айше чтят семейные ценности. – Отец, – сказал Раим, старший сын Ангмара, – когда мы увидим твоего мужа? Элишева недовольно посмотрела на сына, но промолчала. Ангмар понимал любопытство детей, так что не стал скрывать от них правды. – Не скоро. – Он усмехнулся, увидев их удивленные лица. – У меня есть жена – ваша мать, и вы. Поэтому я не хочу, чтобы вы говорили на эту тему с кем-либо еще, понятно? – Да, отец. Дети боялись сказать или сделать в его присутствии что-то не то. Ангмар не считал это неправильным, но в том, чтобы сидеть с собственной семьей в полной тишине было мало приятного. – Раим, ты должен был разучить новый прием, который я тебе показал. Готов? Мальчик кивнул с явным нетерпением. – Тогда идем, расскажешь, как продвигаются тренировки. Ангмар поднялся и протянул сыну руку, за которую тот ухватился спустя несколько секунд колебаний. Элишева с младшим ребенком осталась в зале. Ангмар и Раим прошли во внутренний двор, где обычно занимался мальчик. – Сколько часов ты тренируешься? – поинтересовался Ангмар, глядя, как уверенно держит меч его сын. – Пять часов каждый день, отец. – А что с остальными занятиями? Твои наставники жаловались, что ты не уделяешь должного внимания другим наукам. Это неправильно, главное оружие воина не меч, Раим, а голова. Ангмар не собирался его ругать, потому что и сам когда-то был таким. Все приходит с опытом, Раим поймет это, но в силах Ангмара сделать так, чтобы это не произошло слишком поздно. – Я буду стараться, отец! – выпалил мальчик, крепче сжимая меч. – Хорошо, приступай. Раим подошел к деревянным брусьям, исполняющим роль противника, и начал наносить удары. Ангмар изредка говорил ему не торопиться, бить точнее, но Раим и сам неплохо справлялся. Было видно, что ему нравилось это занятие, и он упорно тренировался. – Молодец. – Ангмар потрепал его волосам, когда Раим опустил оружие. – Ты делаешь успехи. Если так пойдет и дальше, через месяц я подарю тебе новую саблю или ятаган. – Правда? – Глаза Раима лучились восторгом. – Все в твоих руках, – кивнул Ангмар, забирая у него тренировочный меч. – А теперь, иди, поиграй с братом. К ним спешил Сафир и, судя по озабоченному выражению лица, у него было, что сообщить. – Мой айшир. – Сафир поклонился. – Мы напали на след. – И где мой несостоявшийся муж? – Слухи идут из Культы, что за Песками… Ангмар сжал губы. Отношения с Сарасом, чьей провинцией была Культа, складывались непростые еще с тех пор, как он объединил кланы вашалов. От войны две страны удерживала лишь естественная преграда – Пески. Обход через горные перевалы занимал много месяцев и был слишком тяжел для войска, а пролив тщательно охранялся, так что и по морю до Культы было не добраться. – Хочешь сказать, что наместник объявил нам войну? – Я не знаю, мой айшир. Ничего неизвестно о планах наместника, его людей также никто не видел. Они не проходили через Пески. Или… – Сафир запнулся, но все-таки продолжил: – Или мне об этом неизвестно. Ангмар кивнул, приказывая Сафиру следовать за ним. Новости оказались не самыми лучшими, но теперь появилась хоть какая-то определенность. Ангмар хотел бы ничего не предпринимать, но на него давили долг и семья Алима, он не мог закрыть глаза на похищение жениха. Если бы в этом был замешан какой-нибудь из противоборствующих кланов, Ангмар бы немедля объявил войну, но нельзя действовать так же с Сарасом. Сафир следовал за Ангмаром молчаливой тенью и терпеливо ожидал, пока он все обдумает. – С наместником нужно что-то решать, – сказал Ангмар. – Приготовь отряд, после праздника я отправлюсь в Сарас. – Но, мой айшир, вам не следует… – В мое отсутствие ты будешь исполнять мои обязанности, – продолжил Ангмар, пресекая возражения. – И самое главное: мне нужен опытный Проводник. Справишься? – С Проводниками всегда хлопотно вести дела, – улыбнулся Сафир. – Но я бы предпочел отправиться с тобой. – Он нарушил дворцовый этикет, обратившись к Ангмару без официального статуса. – Помню, ты всегда мечтал путешествовать через Пески. – Ангмар усмехнулся, его нисколько не разозлила вольность Сафира. Они были молочными братьями и росли вместе, не разлучаясь дольше, чем на пару дней. Желание Сафира отправиться с Ангмаром было понятно, но он должен остаться в столице. Сафир единственный, кому он мог доверять как самому себе. – В следующий раз, Сафир. Сейчас ты нужен мне здесь. – Да, мой айшир. Мне отобрать воинов? – Выбери лучших, я не могу взять больше одного отряда. Дела отняли у Ангмара весь остаток дня, а вечер он провел с наложниками. Ужин, расслабляющая ванна, а позже массаж, сделанный умелыми руками Минаша, главного наложника, жемчужины сераля любого айшира, подняли настроение. Минаш оказался в серале всего год назад, но быстро завоевал симпатию Ангмара. Его внешность разительно отличалась от той, что встречалась в Айше. У Минаша были длинные белокурые волосы, светлая, почти бледная кожа, которую он прятал от палящего солнца, и голубые глаза. Мальчику было всего шестнадцать, когда его привезли в Эшвар на корабле, но уже тогда по части умений он мог обойти даже Элишеву. Ангмар прикрыл глаза от удовольствия и протянул Минашу другую ногу. Ее тут же облили пахучим маслом и начали массировать. – Я очень доволен тобой, – одобрительно пробормотал Ангмар. Минаш улыбнулся, не поднимая глаз. – Жаль, я не могу поехать с моим айширом, – тихо сказал он, чем вызвал смех. – Ты? – Ангмар поймал его за руку и притянул к себе. Пальцы коснулись скулы, губ, он провел ладонью по обнаженной груди наложника. – В твоих покоях всегда наглухо задернуты шторы, как ты собираешься идти по пустыне? – Рядом с моим господином не страшно даже солнце. – Я ведь могу передумать и взять тебя с собой, – хмыкнул Ангмар, отмечая тень сомнения в глазах Минаша. – Если айшир захочет… – Айшир хочет, чтобы ты занимался своими делами и... – Он раздвинул губы Минаша, просовывая в рот палец. – Не лги мне, этим ты не добьешься ничего хорошего. Наложник понял все правильно. Сверкнув хитрым взглядом из-под волны длинных волос, он обвел палец языком и принялся посасывать. Ангмар какое-то время любовался им, потом не выдержал и усадил к себе на колени. Минаш воспринял это как позволение, и в ход пошли не только поцелуи. Он касался тела Ангмара, распаляя его, проводил ладонями по груди и бедрам то с силой, то напротив, едва ощутимо. Умелые руки заставляли терять контроль. Ангмар не выдержал, когда на его плоти сомкнулись мягкие губы. Он толкнул Минаша на постель и навалился сверху. Он был резок и нетерпелив, но именно этого добивался Минаш и теперь, получив желаемое, стонал и стискивал пальцы на плечах Ангмара. – Господин! – жарко шептал Минаш, подаваясь навстречу. – Ангмар!.. В его стонах не было фальши. Ангмар давно научился различать, когда ему отдаются со всем желанием, а когда просто играют. Последние никогда не задерживались в постели айшира. Минаш любил близость как никто другой в серале, он отдавался неторопливо и нежно, бывал необузданным и нетерпеливым, покорным, иногда даже властным. Ангмар ценил его за смелость чувств и чаще всего проводил ночи в постели белокурого наложника. Они излились одновременно. Минаш расположился под боком у Ангмара и закинул на него ногу. – Я... – Ангмар перевел дыхание. – Я не хочу, чтобы ты прикасался к себе до моего возвращения. – Господин?.. – Не удовлетворяй себя, пока меня здесь не будет, – пояснил Ангмар. – Это мое желание. Минаш моргнул, затем покраснел. – Да, господин. – Справишься? – чуть насмешливо спросил Ангмар, сжимая ладонь на его ягодицах. Минаш прогнулся и выставил зад, нагло ухмыляясь. – Это будет непросто, мой айшир. – Постарайся, и я найду, чем тебя наградить. – Интересно, что там, за пустыней? – Минаш посмотрел на слегка покачивающиеся от ветерка складки балдахина и мечтательно улыбнулся. – Вы пойдете через Пески, господин? – Вряд ли земли за пустыней сильно отличаются от наших. То же солнце, та же пустыня, только Первый называл жителей Сараса неверными. Они верили не в того бога, их уклад отличался от принятого в Айше. Даже правитель избирался на время – немыслимо по эту сторону Великой Пустыни. – Сафир должен найти опытного Проводника, иначе придется идти через горы, – сказал Ангмар. – Это опасно? – Минаш погладил его ладонь. – Да. Отрицать ни к чему. Ангмар не знал, что ожидало его на затерянных путях, но отказываться от поездки не собирался. Рискованная, возможно, безумная затея, но он засиделся в Эшваре, изнывая от скуки. – Если что-то случится, Сафир о вас позаботится. – Я верю, что Небо защитит моего айшира. – Улыбнувшись, Минаш поцеловал его пальцы. – Можешь молиться за своего айшира, – разрешил Ангмар. – И не забудь о моем приказе. – Он шлепнул Минаша по ягодицам. – Я узнаю, если решишь солгать. – Как я могу лгать моему господину? – промурлыкал Минаш, перевернувшись на живот и скосив глаза на Ангмара. – Не можешь. – Они оба знали это. – А теперь дай мне отдохнуть и разбуди утром пораньше. – Господин останется до утра? – Минаш устроился под боком у Ангмара, но не прикоснулся, послушно исполняя его волю. – Да. Ангмар закрыл глаза, пресекая дальнейшие разговоры. * * * У главных ворот Эшвара толпились люди. Паломники, торговцы и пастухи, даже иностранцы – все они приехали или пришли на праздник. У айшира уже была жена, поэтому его подданные спешили использовать последнюю возможность – повеселиться на свадьбе правителя. Иллан крепко держал Кадая за руку. Людской поток двигался, как одно живое существо, было легко потерять друг друга среди пестроты праздничных одеяний. – Интересно, как долго эти стены выдержат осаду? – Пока они дожидались своей очереди, Кадай не скучал. Он с любопытством озирался вокруг, рассматривая других людей, стражу и крепостные стены. – Не стоит озвучивать подобные мысли в городе. – Иллан чуть усмехнулся. – Или думаешь, нас побрезгуют бросить в темницу? – Мы с тобой довольно милые, – улыбнулся Кадай. – И мухи не обидим, за что нас в темницу? Мне просто интересно... Я никогда не видел таких строений. – Ты ведь ни разу не был в городе? – Иллан и так знал ответ на свой вопрос. – За последние годы Эшвар сильно разросся. Я помню его другим. – Ты был в Эшваре? Ты никогда об этом не рассказывал! Ты видел дворец айшира? – на одном дыхании выпалил Кадай. – Тогда я был твоего возраста. Дворец только начинали строить, раньше него появились стены. Иллан тоже удивился, увидев, во что превратился небольшой город. Перед ними лежала настоящая столица. Там, в пустыне, среди разрозненных стойбищ вашалов не возникало даже мысли, что в Айше могут быть такие города. – Скорее бы пройти. – Кадай вздохнул, кинув нетерпеливый взгляд на стражу у ворот. – Мы стоим здесь уже несколько часов. – Поэтому я и не люблю города. Цви заерзал, цепляясь за складки одежды Иллана. Дракон тоже устал от жары и гомона вокруг. Он весь подобрался, перебирал лапами; хвост подрагивал. Погладив Цви, Иллан прикинул, что до ворот еще не меньше двух часов. Он уже пожалел, что поддался на уговоры Кадая, но мальчишка так просил… «Посмотрим праздник и уберемся», – решил Иллан. Здесь слишком много людей, желающих повеселиться за счет казны айшира. Много шума, запахов и духоты. Правда, в городе всегда проще – Проводников узнавали редко и почти не сторонились. Но доставало и жрецов. Проводников терпели, но в любую минуту могли объявить еретиками или пособниками Низвергнутого. Иллан слышал про страны, где за подозрение в колдовстве людей сжигали на кострах, вешали и четвертовали. Например, в Сарасе. Пока существуют Пески, Айшу нужны Проводники, но все менялось. Когда бразды правления перешли к нынешнему правителю, наставник боялся, что его религиозный пыл поставит под удар само существование Проводников, однако этого не произошло. Тем не менее, Иллан предпочитал не заходить в города, особенно в столицу. Стражник у ворот потребовал, чтобы они сообщили имена и ремесло, которым занимаются. Рядом на стуле с низкими ножками сидел писец и, придерживая испачканными в мастике пальцами свиток, старательно выводил каждое имя. Раньше в Эшваре царили другие порядки, но лгать не имело смысла. Иллан назвал все, что от них хотели. При слове «Проводники» все глаза мигом обратились на них с Кадаем. Впрочем, смотрели как на диковинку, без отвращения или брезгливости, к которым Иллан давно привык. Задерживать их тоже не стали. Иллан подождал, пока писец занес их в свой список, и двинулся дальше. Они пересекли границы города. В стенах Эшвара в силу вступали иные, отличные от пустынных, законы. – Не хлопай ушами, – предупредил Иллан. – Тут полно карманников, особенно на рынке. – Иллан, – фыркнул Кадай, – у нас ведь нечего брать. – Ты удивишься, узнав, что свою цену имеет любая вещь. – Иллан покосился на него. – В том числе ты сам. Он не запугивал мальчишку. В Айше процветала торговля людьми. Угодить в рабство можно было разными способами – за неуплату долгов или преступления перед кланом. Айшир упразднил многие жестокие законы, но кое-что осталось неизменным. В случае Кадая Иллан беспокоился из-за его внешности. Не красавец, конечно, но мальчишка был достаточно смазливым, чтобы стать жертвой похищения. Возможно, он переживал зря; подобное чаще происходило на востоке страны, но кто знает. В пустыне они были дома, а здесь – Иллан пытался, но не мог отделаться от чувства, – будто в стане врага. – И сколько я могу стоить? – Кадай улыбнулся, но, тем не менее, придвинулся поближе к Иллану. – Ты не хочешь этого знать, поверь. – Я просто так сказал. Идем к дворцу? Я не хочу все пропустить. Они едва успели на праздник. Иллан не хотел задерживаться в городе дольше необходимого, одна ночь и все. К тому же вряд ли им бы хватило денег на приличную комнату, разве что угол в недорогой гостинице. У дворца их ждало разочарование: людей разворачивали и направляли к храму. Там стояли накрытые столы – что-то праздновали, вот только, что именно? – Разве сегодня не день свадьбы айшира? – спросил Иллан у безобидного на вид старика. – Свадьбу отменили, но милостивый айшир, да продлит Небо его годы, объявил праздник по всему Эшвару! – Отменили? – Кадай выглядел разочарованным. – Иллан, такое возможно? – С приказами айшира не спорят. Раз уж мы проделали весь этот путь, хотя бы поедим. Кадай не возражал, и они подошли к одному из столов, где было меньше людей. Айшир не поскупился на угощения. Слуги сновали с подносами, то и дело поднося еду, которую тут же расхватывали. Мясо, рыба, сладости и, конечно же, питье – всего было в достатке. Кадай первым делом завернул несколько кусков мяса и хлебных лепешек, спрятал их в мешок и только потом принялся есть. – Вкусно, – пробормотал он с набитым ртом и потянулся к глиняной чаше, чтобы налить вина. Иллан отщипнул мяса и предложил Цви. Дракон не слишком любил его, но тоже проголодался, поэтому с жадностью заглотил кусок, чуть не подавившись. – Осторожно, Цви, – рассмеялся Кадай. – Я возьму для нас еще немного еды. Надеюсь, это не посчитают за кражу. Он ловко припрятал что-то со стола, выглядя при этом вполне счастливым. – Жаль, что не увидим свадьбу, но пришли мы все равно не зря. – Ты, кажется, считаешь себя ловким вором? – улыбнулся Иллан. – Это праздник. Неважно, сколько ты съешь, айшир не обеднеет. – Я... – Кадай замолчал, когда на его плечо опустилась чужая ладонь. – Почему такой прекрасный юноша ходит в обносках? – Незнакомый мужчина растянул губы в ухмылке и провел ладонью по бороде. – Идем со мной. Иллан окинул его взглядом. Солдат или наемник – ничего интересного. Такие люди особенно подвержены суевериям. – Хочешь пройти через Пески? – спросил Иллан. Мужчина на секунду напрягся, но тут же расслабился. – А ты кто такой? – Мой хозяин. – Кадай пришел в себя и, вывернувшись из-под его руки, отошел к Иллану. – И Проводник. Иллан недовольно на него посмотрел. Зачем нужна эта ложь? Достаточно было упомянуть об их ремесле. – Ты сказал, что не хочешь, чтобы о нас узнали, – хмыкнул Кадай, провожая взглядом наемника, который ушел после его слов, разве что не плюнув через плечо. – Об этом не нужно знать всему городу. Я не хочу неприятностей. Кадай вернулся к еде, будто надеялся наесться впрок на год вперед. Иллан только усмехнулся, украдкой наблюдая за ним. Они жили в пустыне слишком долго. Мальчишке нужны другие люди, он не одиночка, не такой как Иллан. Иногда думалось, что надо оставить его, пристроить куда-нибудь, но… Кому доверить жизнь Кадая? У Иллана не было друзей, хоть одного человека, на которого он мог бы положиться. Да и зачем лгать себе, он привык, даже привязался к мальчишке. Иногда с ним было неплохо – не так одиноко. – Все. – Кадай с трудом отошел от стола. – У меня сейчас живот лопнет. Знал бы я, что в городах так кормят… – Еду нужно сначала заработать, – осадил его Иллан. – Сегодня особенный день, хоть свадьбы мы и не дождались. Солнце почти скрылось за городской стеной. Они могли бы уйти прямо сейчас, но Иллан сжалился над Кадаем. Тот стонал, пыхтел и всячески показывал, как тяжело ему идти с набитым животом. Немного поспорив, они решили переночевать в Эшваре. * * * Церемонию провели рано утром. Стража у крепостной стены намеренно задерживала людей, чтобы они не наводнили улицы Эшвара, но площадь перед новым храмом все равно была заполнена до отказа. Высшие чины, знать, простые горожане – пришли все, кто узнал о переносе места проведения «праздника». Ангмар ехал во главе процессии в сопровождении свиты, позади рабы несли паланкин с Элишевой и детьми. Подданные приветствовали айшира, бросая цветы под когтистые лапы его илу. Из толпы что-то кричали, голоса сливались в гул. Все походило на какое-то безумие, и Ангмару предстояло его обуздать. Он произнес короткую речь, понимая нетерпение подданных. Элишева стояла рядом, укутанная в покрывало, с опущенной головой, и являла собой образец покорной жены. Его сыновья также были здесь, приковывая к себе внимание любопытствующих. Когда жрецы и Первый закончили приготовления, Ангмар освятил стены храма и в сопровождении некоторых подданных вошел внутрь. Пришло время молитвы. Те, кому не нашлось места в зале, возносили хвалу Небу, вставая на колени прямо на улице. Ангмар придирчиво осматривал фрески и мозаику, но остался доволен. Над храмом работали лучшие мастера и художники, им можно было гордиться. Он отражал величие нового Айша и милость айшира. При храме открылся приют для бедняков, где их кормили и давали ночлег. Желающим могли помочь с работой. Это было нововведение Ангмара, раньше приютов в Айше не существовало. Молитва была долгой, но люди на площади не расходились. Они ожидали своего айшира, чтобы еще раз ему поклониться. Ангмар смотрел перед собой и видел сотни склоненных к земле голов – привычная картина для правителя, но это не приносило удовлетворения. Он помнил отца, знал историю своего клана и судьбы других айширов. Он не хотел, чтобы забвение постигло и его, не хотел, чтобы подданные склоняли головы только из страха их потерять. За прошедшие годы Ангмар прочно утвердил свою власть над Айшем, теперь пришло время воплощать его задумки. Горожане, вашалы и даже Проводники боялись воли айшира, но Ангмар не сомневался, что покорность закончится, как только они получат надежду избавиться от причины своего страха. Он собирался сделать так, чтобы почтение было неподдельным, чтобы ему поклонялись не из боязни последствий, а потому что считали это истинно правильным. До правления Ангмара власть айширов опиралась на верхушки приближенных кланов. Теперь же он рассчитывал на поддержку простых людей, и этого было не так сложно добиться, достаточно лишь учитывать их интересы. Приюты для бедняков – первый шаг, но у него в запасе имелось достаточно времени, чтобы добиться желаемого. Перед величием Айша будут благоговеть, а его самого помнить до скончания времен. Откуда-то сбоку раздался шум и чьи-то окрики. Ангмар повернул голову и увидел ребенка, вырвавшегося у побледневшего отца. Стража кинулась, чтобы поймать мальчика, но Ангмар дал знак остановиться. Он сам подошел к перепуганному ребенку и взял его на руки. – Не бойся, – шепнул Ангмар и вновь повернулся к толпе. – Это наше будущее, – громко сказал он, поднимая мальчика над головой. – Мы должны сделать его счастливым, и да поможет нам Основатель! Под одобрительные возгласы толпы он поцеловал ребенка и, дав ему один из перстней со своей руки, вернул отцу. Недоразумение обернулось удачей, теперь на площади стало еще оживленней. Люди любили зрелища, но еще больше они любили еду и развлечения. Ангмар кивнул Первому, показывая, что можно начинать праздник, и вместе с семьей удалился. Дворец встретил Ангмара непривычной тишиной. Всегда оживленные переходы и коридоры сейчас пустовали. Почти всех слуг отпустили на праздник, осталась лишь стража и те, кто не мог бросить работу. Сафир куда-то ушел. Ангмар напрасно о нем спрашивал и приказывал найти. Советник словно растворился в воздухе и не появился даже вечером. Ангмар начал терять терпение, он хотел знать, все ли готово для путешествия, но был вынужден оставаться в неведении. Спать он лег в своих покоях – один, отказавшись от ежевечернего расслабляющего массажа. Шелковая постель приняла его в свои объятия, но сон не шел. Ангмара одолевали смутные сомнения, причины которых он не знал. Сафир никогда раньше не отлучался без предупреждения так надолго. Возможно, он боялся сказать, что не нашел Проводника, но в это верилось с трудом. Сафир никогда не уходил от ответа. Промаявшись до поздней ночи, Ангмар смог уснуть, но утром его одолевала головная боль, отчего он сделался раздражительным. Отослав слуг, он не спешил одеваться и устроился в смежном с покоями кабинете. Обычно он не принимал здесь никого. Читал, работал или отдыхал от любопытных глаз вездесущих слуг. Даже Сафир заглядывал сюда редко, но сейчас явился. – Я ждал тебя вчера, – сказал Ангмар, не дожидаясь извинений. – Мне сообщили, что в городе появились Проводники. – Сафир слегка поклонился, приветствуя господина. – Чтобы найти, где они остановились, понадобилась вся ночь. – Ты должен был предупредить меня. – Ангмара не интересовали причины. – Ты мой советник и обязан быть рядом, когда нужен. – Мой айшир, Ангмар… – Вчера ты забыл о том, что я твой айшир. – Ангмар в раздражении бросил на пол книгу, которую листал. – Что с Проводником? Только попробуй после всего сказать, что ты не нашел достойного. – Достойного? – Сафир, несмотря на то, что провинился, презрительно скривился. – Найти хоть какого-нибудь. Не знаю, почему, но Проводники обходят города стороной, тем более Эшвар. Но двое прошли вчера через главные ворота. Хорошо, что один из стражников узнал их. Ангмар знал, что Проводники сторонятся городов, но раньше у него не было в них нужды, а теперь, по словам Сафира, он должен довериться первому встречному. Предстояло подумать, что предпринять, чтобы люди Песков не опасались появляться хотя бы в Эшваре. – Ты хоть что-то о нем знаешь? – Их двое. Я знаю только то, что они сами о себе рассказали. Они здесь, но… – Сафиру явно не хотелось продолжать. – Старший Проводник не хочет вести вас через Пески. – Значит, ты хочешь вверить жизнь айшира в руки неизвестно кого? Тому, кто даже не желает на меня работать? – Нет, мой айшир. Я всего лишь хочу сказать, что в противном случае поиски Проводника могут затянуться… Ангмар поморщился. Не такого ответа он ожидал. – Почему Проводник не хочет помочь, ты сказал ему кто я? Интересно посмотреть на человека, который рискнул отказать айширу. – Да. Он отказался, когда узнал, что должен будет вести самого айшира, – сказал Сафир. – Я привел их во дворец, они ждут. – Приведи их сюда. Ангмар нарушил свои же принципы, но он не хотел терять время, к тому же ему не терпелось увидеть Проводников. Сафир вышел из кабинета и через несколько минут вернулся в сопровождении охраны, которая вела под руки Проводников. Ангмар сделал солдатам знак отпустить «пленников» и удалиться. Те на секунду замешкались, но обсуждать приказ айшира не рискнули, и, выполнив то, что от них требовалось, скрылись за дверью. Теперь Ангмар получил возможность внимательно рассмотреть гостей. Оба Проводника были облачены в одинаковые одежды. Широкие шаровары и балахоны, головы обмотаны темной тканью, свободный конец которой перекинут через плечо. Он предназначался, чтобы закрывать нижнюю часть лица и предохранять его от солнца. Ничего необычного, они походили на вашалов-кочевников, но в то же время притягивали взгляд. Ангмар всматривался в их глаза, пытаясь определить возраст и характер. Один был младше, он смотрел немного испуганно, но в то же время с долей любопытства, а второй... Тут Ангмар терялся в догадках. – Проводники не хотят поприветствовать своего айшира? – Ангмар первым нарушил молчание. Несколько секунд они, похоже, не понимали, чего от них хотят. Затем старший Проводник едва наклонил голову – так приветствуют соседей, а не правителя. Впрочем, младший склонился ниже. Становилось все интересней, Ангмару еще не выказывали непочтительности. Проводники всегда были обособленной кастой, но даже они не позволяли себе подобную дерзость. – Вы так почтительны. – Ангмар чуть усмехнулся. – Могу я узнать, почему вы не желаете провести меня через Пески? – У нас свои правила, – сказал старший Проводник, смотря ему прямо в глаза. – Мы можем отказать. – Я сказал назвать причину, – с нажимом повторил Ангмар. Ему были чужды суеверия вашалов, но он был готов признать стоящего перед собой Проводника демоном. Что-то опасное крылось в его взгляде, вызывая противоречивые желания. Отпустить с миром или же... Сафир прав, на поиски другого Проводника может уйти много времени, легче заставить этого повиноваться. – Я не хочу, – ответил Проводник. Это озадачивало. Если бы Ангмар был уверен, что сможет заставить его, он незамедлительно сделал бы это. Однако если Сафир не решил эту проблему, значит, нужно придумать что-то другое. – Хорошо, – сказал Ангмар минутой позже. – Иди. – Нас отпустят? – Тебя отпустят, – поправил его Ангмар. – Сафир, проследи, чтобы Проводник смог покинуть город. – Меня одного? – Проводник загородил своего спутника. – Ты можешь сейчас же покинуть дворец. Ангмар не знал, что связывает этих двоих, но рассчитывал, что они не захотят оставлять друг друга в беде. В любом случае он останется в выигрыше, мальчишка довольно мил, даже несмотря на грязную одежду. – Подойди. – Ангмар поманил младшего пальцем. – Я думал, наш айшир милосерден, – прищурился старший Проводник. – Теперь вижу, что это не так. Он способен только угрожать тем, кто не может ответить. – Непохоже, что ты не можешь ответить, – оборвал его Ангмар. Он и так позволил Проводнику слишком много. – Сафир, приведи мне младшего. – Ангмар не собирался дожидаться, пока мальчишка сделает это сам. – Для чего? – спросил Проводник. Ангмар не ответил. Сафир подошел к младшему, но когда старший Проводник не дал ему пройти, достал из ножен кинжал. Оружие в Айше носили все, у кого только была такая возможность. Как только мальчик достигал определенного возраста, ему дарили кинжал, который он всегда носил на поясе. Это означало, что он уже способен защитить себя и своего правителя. Повисло напряженное молчание, казалось, что завяжется драка, но Сафир позвал охрану. Солдаты быстро успокоили старшего Проводника, а сам Сафир подвел к Ангмару младшего. – Не хочешь сменить тряпье и нищету на сытую жизнь во дворце? – спросил Ангмар, рассматривая мальчишку. Он не ошибся, тот, и правда, оказался хорошеньким – достойное пополнение сераля. Мальчишка обернулся на своего спутника. В глазах Проводника отражалось настоящее бешенство. Было видно, что он едва сдерживается, и только кинжал у горла не дает ему вмешаться. – Я… – неуверенно сказал мальчишка. В тишине кабинета раздалось громкое шипение. Из-под одежд Проводника на пол выскользнуло какое-то животное. Ангмару показалось, что это ящерица, но необычного окраса. – Убери его, – кинул Ангмар. – Если не хочешь, чтобы его передали на кухню. – Цви. Угрожающе подергивая крыльями, ящерица попятилась назад к Проводнику и прижалась к его ноге. – Мы не хотели ничего плохого, – сказал мальчишка, переминаясь перед Ангмаром с ноги на ногу. Ангмар с трудом оторвал взгляд от необычного животного. – Я тоже, – ответил он мальчишке. – Мне нужно пройти через Пески, это срочно, поэтому я щедро заплачу. – Плата не важна. – Мальчишка снова посмотрел на старшего Проводника. – Иллан все равно не возьмет больше, чем ему причитается. Господин. – Он встал на колени. – Я хотел посмотреть на вашу свадьбу, это я виноват. Если бы не я, Иллан бы не пошел в Эшвар. Ангмар был озадачен. Впервые в жизни он не знал, как поступить. – С ним ничего не сделают, – пообещал Ангмар. – С тобой тоже, не бойся. Он протянул руку и погладил мальчишку по лицу. – Как тебя зовут? – Кадай, господин. – Ты тоже Проводник, Кадай? Мальчишка не успел ответить. – Оставь его в покое! – сказал старший, Иллан. – Не повышай голос, – предупредил Ангмар. – Если не хочешь лишиться языка. Я предлагаю вам работу: проведете меня через Пески, а я заплачу вам и больше не трону. – Иными словами – мы не получим ничего. – Иллан посмотрел на стражу. – Уберите свои ножи, я не солдат. – С радостью, если не станешь бушевать. – Ангмар кивнул страже, и те отпустили его, правда, остались стоять у двери. – Вы ничего не теряете, вам в любом случае нужны дураки, желающие пойти с вами в пустыню. – Нелестные слова, – сказал Иллан, потирая шею, к которой секунду назад был приставлен кинжал. – Мы не заставляем людей идти через Пески, они всегда находят нас сами. Потому что это нужно им, – с нажимом добавил он. – Это нужно мне, – уступил Ангмар. – Но ты мне по-прежнему отказываешь? Иллан молчал, поглядывая на Ангмара и Кадая. Вдруг стало заметно, как ему не по себе во дворце. – Я этого не хочу, – повторил он. – Упрямец, – поморщился Ангмар. Он уже не находил в этом споре ничего забавного. – Если хочешь благ для себя и своего мальчишки, ты сделаешь это. Подумай. Уведите их, – обратился он к страже. – Выделить комнату и накормить. Стража повиновалась, Проводников тотчас же увели. – Приготовь все, – сказал Ангмар Сафиру. – Мы выступаем завтра. – Но они не согласились… Это же Проводники. Говорят, их нельзя заставить. – Они согласятся, остальное не должно тебя волновать. Иди. Сафир поклонился и вышел. Ангмар походил по комнате, бездумно вертя в руках различные предметы и вновь возвращая их на место. Странная, неправильная встреча взбудоражила мысли. Он впервые столкнулся с Проводниками и не знал, как себя вести. Дерзкие, не признающие над собой власти, загадочные. Оказалось, при всей нищете им не нужны деньги, им также нечего терять и бояться. Ангмар нащупал лишь одно слабое место – привязанность друг к другу, но пока не знал, как далеко можно зайти. С Проводниками не принято шутить, и сколько бы Ангмар ни отрицал старые суеверия, он ни в чем не был уверен наверняка. Несостоявшийся жених не стоил проклятия от слуг Низвергнутого, но... Ангмар ясно понимал, что не сможет отпустить их просто так и забыть об этой встрече. * * * Когда за стражей закрылись двери, Иллан первым делом проверил балкон. К его разочарованию на стенах дворца не было выступов, сбежать этим путем не получилось бы. Утром их растолкал хозяин дома, где они ночевали, и сказал, что внизу стражники, ищут кого-то, похожего на Иллана и Кадая. Пришлось идти с ним. Закон они не нарушали, поэтому дело могло быть только в том, что кому-то потребовались Проводники. Иллан хотел согласиться, но ровно до той минуты, когда узнал, что вести придется самого айшира и его убийц. Он отказался, и тогда Сафир, советник айшира, повел их во дворец. Стража шла по бокам, словно они были преступниками. Стоило увидеть айшира, как Иллан понял, что не хочет браться за эту работу. Можно назвать как угодно – чутье или обычное предчувствие, но ему не понравился человек, правивший Айшем. Возможно, он отвечал слишком неучтиво, даже был груб, однако никто не мог заставить Проводника подчиняться своим приказам. Иллан только не подумал, что отвечает еще и за Кадая, и айшир сразу смекнул, где нажать посильнее. Он бы не оставил мальчишку, пусть его самого бросили бы в темницу. Айшир объединил кланы Айша, так что же понадобилось ему по ту сторону Песков? Иллан повел бы его одного, но не вооруженных людей. Он не простит себе, если поможет им напасть на мирные города. Где-то там, за Песками, лежала родная страна самого Иллана. Он уже давно не называл это место домом, почти не помнил его, но привести врагов?.. Что за человек айшир, Иллан не знал, да и не хотел знать. Он читал по лицам, глазам, доверяя инстинктам Проводника. Айшир был воином и не раз убивал. Верить правителю? Иллан помнил сказки наставника слишком хорошо. Доверишься один раз – тебя используют ради своих целей и не отпустят уже никогда. Кадай связывал его по рукам и ногам. Зачем он айширу, поиграть и выбросить? Мальчишка наивен и хочет легкой жизни, но отдать его правителю? Иллан не знал, что делать, и жалел, что они пришли сюда. Однако поздно, ошибок не исправить, теперь главное не наделать новых. И еще то темное чувство, которое рождалось в груди, когда айшир смотрел на Иллана. Опасный человек, жестокий человек. Проводники не должны помогать таким, иначе… Не хотелось верить детским суевериям, но Небо наказывало за нарушение заветов, лишало дара. Иллан знал, что если такова его судьба, он поступит как наставник – уйдет в Пески. Но Кадай… Иллан посмотрел на него, притихшего и понурого, словно тот был виноват в их невезении. – Ты хочешь этого? – спросил Иллан. – Вести айшира? – Я не знаю... – отозвался тот. – Я хочу быть с тобой. – Он не оставит нас в покое. – Иллан заходил по комнате. – Поэтому я не люблю города. – Прости, это я во всем виноват, но я только хотел посмотреть, как живут другие и... – Кадай подошел к Иллану и уткнулся ему в грудь. – Если нужно, оставь меня, я это заслужил. Иллан неловко обнял его, но промолчал. Цви завозился на плече, что-то недовольно шипя, – дракону не нравились суета и громкие звуки. – Выбора он мне не оставил, – сказал Иллан. – Ты уверен? Мы никак не можем?.. Помнишь, как мы сбежали от вашалов? – Это дворец, а не пустыня, повсюду стража, которую учили убивать. – Иллан не сказал, что будь он один, ушел бы, не раздумывая. Но у Кадая почти не было дара, он не сможет последовать за Илланом. Кадай отстранился и подошел к окну. Какое-то время он молча смотрел перед собой. – Я думал, это будет лучшее наше путешествие, – вздохнул он и обернулся к Иллану. – Почему нам нельзя вести айшира через Пески? – Мне не нравится этот человек. Я чувствую, что, согласившись, нарушу что-то. – И все? – удивился Кадай. – Я думал, у тебя есть причины и... Иллан, мы водили разных людей, не всегда даже знали, кто они и зачем пришли в пустыню. – Я доверяю своему чутью, Кадай. Привык доверять, и сейчас… Я не водил правителей и не хочу этого делать. – Иллан помолчал, но все же добавил: – Я не считаю их достойными Путей. – Тогда не веди. Я останусь здесь, не станет же он меня убивать. – Ты так уверен, что нужен ему? – Я понравился ему, – улыбнулся Кадай, но вновь стал серьезным: – Он сказал, ты сможешь уйти, если я останусь. – Айшир сказал это, чтобы надавить на меня. – Иллан взял его за плечи, посмотрел в глаза. – Понимаешь? Он использует тебя. Только на это правители и годятся. – Я не знаю, Иллан, я сделаю то, что ты скажешь. Иллан отпустил Кадая и отошел. Вскоре явились слуги и принесли еду, но у него кусок не лез в горло. Отойдя к окну, Иллан смотрел на Эшвар, пока Кадай пробовал фрукты и сладости, которых раньше никогда даже не видел. – Они насильно нас держат, почему бы не попробовать их еду, – пояснил он. – Не подавись. Кадай тут же закашлялся. – Иллан! – просипел он, глотая воду. – Не думаю, что еда отравлена, – продолжил Иллан. – Отравлена? – Кадай с сомнением покосился на поднос, потом отодвинул его подальше. – Я больше не буду, – неохотно сказал он. Иллан спустил Цви на стол. Дракон повел головой, разглядывая еду, затем подбежал к тарелке с ярко-красными фруктами и вцепился в один из них. – Нет, не отравлена. За ними не приходили, но Иллан все равно не мог упокоиться. Это место, дворец, странно на него влияло – хотелось сбежать отсюда как можно быстрее. Комната обставлена слишком роскошно: резная мебель, шелк на постели, ковры. Иллан не мог отделаться от мысли, что все это ненастоящее – еще один красочный мираж пустыни. Сколько таких он видел в Песках? Кадай напротив, чувствовал себя свободно, будто родился для такой жизни. Скоро он спал, свернувшись на кровати под балдахином. Иллан не возражал, но к нему сон не шел. Выйдя на балкон, он сел на плиты и прислонился к стене. Солнце почти зашло, было прохладно, но Иллан только плотнее закутался в балахон. Здесь он был не на своем месте, дворец пугал его, словно живое существо, которое могло нанести им вред. Иллан жалел, что так глупо выдал себя перед айширом. Согласись он вести правителя через Пески, их бы отпустили на время, появился бы шанс сбежать из города. Теперь же за ними наблюдали. Кадай крепко спал. Что плохого в хорошей еде и мягкой постели? Все дело в руке, что протягивает эту еду. Цви шуршал в темноте, исследуя комнату, изредка задевал статуэтки и вазы. Иллан наблюдал за ним, – он хорошо видел в темноте, – и надеялся, что выход найдется. * * * Утром слуги принесли завтрак. На этот раз Иллан немного поел – умереть с голода он не хотел. Пока Кадай радовался возможности помыться горячей водой, явился Сафир и предложил Иллану следовать за ним. Он ждал этого. Айшир остался недоволен и все еще надеялся перетянуть Иллана на свою сторону. – Мальчику ничего не грозит, – сказал Сафир, заметив колебания Иллана. – Он подождет здесь. И все же Иллан, предупредив Кадая, оставил ему Цви. Его провели в тот же кабинет, где он встречался с айширом накануне. Потом Сафир вышел, оставив их наедине. – Опустим церемонии. – Айшир кивнул на кресло перед собой. – Садись. Кланяться Иллан все равно не стал бы. Он сел и посмотрел на айшира. – Буду говорить откровенно, – начал тот. – Мне срочно нужно в Сарас – нет времени искать кого-то другого, но и враждовать с Проводниками я не хочу. Назови причину, по которой ты не хочешь меня вести, это связано с вашим... – Айшир сделал паузу, видимо, подбирал подходящее слово. – Даром? – Связано, – подтвердил Иллан. Он почти не лгал, ведь почувствовал что-то при встрече с айширом. – И я не вожу правителей – ни Айша, ни других. – Я хочу знать почему. Иллан невольно усмехнулся. Айшир уже понял, как заставить его выполнять приказы, но все равно хотел узнать причины отказа. Что ж, возможно, он заслужил немного честности. – У меня есть правила. Одно из них: не связываться с людьми, наделенными властью, – медленно проговорил Иллан и посмотрел прямо на айшира. – И еще мне не нравятся твои глаза. В темных глазах айшира промелькнуло недоумение. Он долго молчал, прежде чем заговорить вновь. – Ты знаешь, что за подобную дерзость можешь лишиться языка? – Догадываюсь. Не врать себе – еще одно мое правило. – Для того, кому не нравятся мои глаза, ты слишком долго в них смотришь. Иллан моргнул и тут же разозлился за эту оплошность – что на самом деле смотрел на айшира и что показал ему свою растерянность. Он не так часто разговаривал с другими людьми, кроме Кадая, чтобы уметь хорошо лгать. К тому же… Иллан не понимал этого, но его тянуло смотреть в глазу айширу. – Итак, – продолжил тот, усмехнувшись, – раз у тебя нет причин для отказа, ты проведешь меня через Пески. Какую плату ты берешь за работу? Как и думал Иллан, его согласия и не ждали. Тогда зачем вопросы о причинах, когда можно просто заставить его? – Одна монета за каждого человека. – Обычная плата, ее брал каждый Проводник. – Так мало? – Казалось, Иллану вновь удалось удивить айшира. – Значит, десять монет... Из ящика стола он вытащил мешочек и, отсчитав нужное количество монет, протянул Иллану. – А в глаза мне можешь не смотреть, – усмехнулся он, глядя на Иллана. – Платят в конце. – Он не притронулся к деньгам и не обратил внимания на слова айшира. – Ведь я могу завести вас к демонам… – Думаешь, я в это поверю? Проводники не могут намеренно вредить людям, к тому же... Ты ведь беспокоишься о мальчишке? Кто он, твой сын? – Он мой друг. – Иллана немного обидело это замечание. Он был не так стар, чтобы иметь пятнадцатилетнего сына. – У Проводников не бывает детей, иначе они уже не Проводники. – Просто друг? По всей видимости, айшир ему не поверил, но развивать эту тему не стал. – Я хочу выйти сегодня, это возможно? – Я хочу знать зачем, – мстительно сказал Иллан. – Не боишься, что мне за это придется тебя убить? – Ангмар прищурился, его губ коснулась улыбка. – Моя свадьба не состоялась, потому что жениха похитили. Я должен разобраться с этим и вернуть его семье. Удовлетворен, Проводник? Это было неожиданно. Иллан не думал, что дело в личных привязанностях айшира. – Вернуть его? Значит, по ту сторону Песков вы найдете другого Проводника? – В случае, если ты не захочешь вести нас обратно. – Брошу вас. – Иллан улыбнулся. – И упустишь возможность заработать. Впрочем, решать тебе, Проводник. Скажи, сколько дней займет путь до Сараса? – Две недели до Песков. Дальше, – Иллан посмотрел на айшира, – не знает никто. Вам придется доверять мне как себе. Ты способен на такое, айшир? – Я доверяю только своему мечу, – отозвался тот. – Но пока ты честно выполняешь свою работу, тебе ничто не угрожает, Иллан. Айшир впервые назвал его по имени, отчего по телу Иллана побежали мурашки. Он сжал подлокотники кресла. – Если бы я боялся, не разговаривал бы так. – Не сомневаюсь. Когда ты готов отправиться в путь? – Мне не нравится дворец. – Иллан обвел взглядом кабинет. – Сегодня? – Чем тебе не угодил мой дворец? Ты бы неплохо в нем смотрелся, Проводник. Конечно, сначала тебя нужно хорошенько отмыть. – Придется привыкнуть к грязи, – усмехнулся Иллан. – В пустыне нет лишней воды даже для айшира. – Айшир это переживет. – Он поднялся. – Довольно шуток, мои люди готовы. Если тебе что-то нужно, скажи стражникам, мы выходим через час. Сафир отвел Иллана обратно. Кадай ждал его – чистый и в новой одежде. Стоило признать, что так мальчишка выглядел куда лучше. – Отправляемся через час, – сказал Иллан, погладив подбежавшего Цви. – Вы обо всем договорились? Что сказал айшир? – Кадай накинулся на него с расспросами. – Иллан, все хорошо? – Пришлось, – коротко ответил Иллан. Его что-то беспокоило – слова айшира, брошенные невзначай… – Мне стоит помыться? – вдруг спросил он у Кадая. Тот кивнул. – Ты не представляешь, сколько грязи с меня сошло! Теперь я еще симпатичней, чем раньше. – Кадай улыбнулся. – Помойся, к тому же, для тебя принесли новую одежду. Сначала он не хотел принимать что-либо, исходящее от айшира, но в конце концов решил, что это глупо. К тому же презрение, пусть из уст правителя – все равно. Иллан не задумывался о своей внешности, и его задело замечание айшира о его облике. До того, как за ними пришли, он успел вымыться, сбрить щетину и переодеться. – Ты такой красивый! – На лице Кадая отразился веселый восторг, стоило ему вновь увидеть Иллана. – Не относился бы я к тебе как к брату, влюбился бы. – Что за глупости ты говоришь? – Иллан посадил Цви на плечо. – Я знаю, о чем говорю, а вот ты себя недооцениваешь. – Я не думаю об этом. – А зря. – Кадай улыбнулся и провел ладонью по щеке Иллана. – Любой айшир упал бы к твоим ногам. – Скорее к твоим. Как бы то ни было, я бы такому подарочку не обрадовался. – Иллан невольно представил айшира у своих ног и улыбнулся. – А теперь – хватит мечтать, за нами уже пришли. Стражники вывели их на улицу, где ожидали солдаты айшира верхом на илу. Об этом Иллан не подумал – он плохо ездил верхом, да и Кадай тоже. Так они быстрее пересекут пустыню, но… Иллан не доверял большим животным, на чьей спине придется ехать много часов. Делать нечего, придется им с Кадаем смириться на время.