Пески

– Иллан! – Едва увидев его, Кадай буквально повис на Иллане. – Когда ты вернулся? А Цви где? – Здесь. – Иллан отцепил дракона от одежды и протянул Кадаю. После того, как он ушел из палатки, прошло не больше часа. Иллан не хотел мешать Ангмару, тем более – смущать или раздражать его советника. Они нашли Храм и источник; с кошмарами, как он надеялся, было покончено, а так далеко Иллан старался не загадывать и теперь весьма смутно представлял себе место, которое должен занять подле Ангмара. Некоторое время главной задачей айшира будет возвращение Эшвара, а потом… – Я скучал. – Кадай гладил Цви по шее и не сводил глаз с Иллана. – Ты так внезапно ушел. И айшир... – Так было нужно, но теперь все… – Иллан подумал, что, учитывая войну с кланами, говорить о «хорошо» пока рано. – Скоро все наладится. Скажи, ты… доволен своей жизнью? С Шухавом? – Да. – Кадай отчего-то смутился и покраснел. Раньше за ним такого не водилось. – Здесь все по-другому, но я привык. Шухав очень внимательный, иногда даже слишком. – Кадай улыбнулся. – Идем, покажу нашу палатку. Все палатки под стенами города походили одна на другую, но Иллан не возразил – ему все равно было нечем заняться. Кадай показал Иллану все свои немногочисленные вещи. Он рассказывал о каждой из них, стараясь не пропустить ни одной детали, потом вдруг замолчал и спросил: – Ты, наверное, голоден? Иллан возразил, но Кадай, видимо, хотел показать, какой из него хороший хозяин. Пришлось поблагодарить и разделить с ним еду. Цви тоже досталось немного фруктов, чему дракон был несказанно рад – в последние дни ему приходилось охотиться каждую ночь. – Айшир вернулся вместе с тобой? – спросил Кадай и удовлетворенно кивнул, когда Иллан подтвердил его догадки. – Хорошо, потому что Сафира никто не слушается. – Так уж и никто? – усмехнулся Иллан. – Я слышал о предателях. – Да. Я не знаю подробностей – Шухав не рассказывает, но все случилось ночью. Шум, крики... Он сказал, чтобы я не высовывался из дома, а потом солдаты вывели нас из города через подземные туннели. – Хорошо, что ты в безопасности, – улыбнулся Иллан. Он убедился, что у Кадая теперь есть настоящий дом и Шухав, способный защитить его. Этого было достаточно, чтобы Иллан не беспокоился. Чуть позже их разговор прервал сам Шухав. Он явно не ожидал увидеть Иллана в своей палатке, но быстро взял себя в руки. – Вы уже увиделись. – Шухав кивнул Иллану. – Тебя разыскивает айшир. – Что-то случилось? – Иллан поднялся с ковра. – Нет, встреча с главами кланов закончилась благополучно. – Это значит, что все остались живы? – Да. – Шухав виновато улыбнулся. – Однако айшир не в духе. Этого следовало ждать. Вряд ли Ангмар обрадовался, когда узнал, что кланы отказались поддержать законную власть Айша. Иллан оставил Цви Кадаю и вернулся к палатке айшира. Ангмар и правда выглядел разозленным – он сидел на коврах и пил, мрачно смотря на карту окрестных земель. – Ты посылал за мной? – Иллан подошел ближе. – Где ты бродишь весь день? – резко спросил Ангмар. – Здесь небезопасно. – В твоем лагере? По-моему, безопаснее места сейчас не найти. – Я не уверен, что меня не предадут снова, поэтому будь осторожен. Ангмар осушил кубок и вновь наполнил его до краев. – А я-то надеялся, что пришло время отменить казнь, – хмыкнул он. – Предатели жестоко поплатятся, их смерть станет всем уроком. – Ты знаешь, кто они? – спросил Иллан, сев рядом. – Кланы Тарфы всегда считали себя ущемленными. – Ангмар протянул ему бутылку, приглашая присоединиться. – Несмотря на то, что я дал почти полную свободу провинции. Они сами устанавливали налоги, имели разрешения держать собственные отряды... Знаю, это моя ошибка, но у меня не было времени разбираться с Тарфой, потому что было полно других забот. Они воспользовались моментом, чтобы ударить в спину. – Он усмехнулся. – И ведь не только они. Некоторые присоединились к ним, и даже совет жрецов раскололся. Первый, этот трусливый старик... – Жрецы решились отдать им Эшвар? – Да, они были уверены, что я мертв. – Но есть твои дети… – Которые слишком малы, чтобы что-то решать. Мы в Айше, Иллан, меня хотел убить собственный дядя, чтобы получить власть. Думаешь, кого-то остановит то, что они дети? Иллан не ответил. Он мало что знал о жизни наследников престола. – Ты виделся с Кадаем? – Ангмар вдруг сменил тему. – Он с Шухавом и, кажется, полностью доволен своей жизнью. – Я рад за мальчишку. Было видно, что его тяготит ваш образ жизни. – Потому что он не Проводник. Я знал, что рано или поздно он захочет иметь свой собственный дом. – Иллан замолчал, потом взглянул на Ангмара и спросил: – Ты виделся с семьей? – Нет, сейчас не время. – Будет война? – Вряд ли мне просто так вернут Эшвар. – Ангмар пожал плечами. – Хотя... Они должны понимать, что долго им столицу не удержать. – Возможно, они знали, что тебя не будет в Эшваре, и воспользовались моментом. – Так и было. Стоило разойтись слухам, что айшир пропал... – Прости. – Нет. – Ангмар сказал это таким тоном, что на мгновение стало даже страшно. Он отставил бокал и протянул Иллану ладонь. – Не прощу, если не подойдешь и не поцелуешь. – Думаешь, сейчас подходящее для этого время? – Иллан все же подвинулся ближе и сжал его руку. Ангмар тут же привлек его к себе и обнял. – Уже вечер, я отдал все распоряжения. – Слишком многие хотят твоего внимания, Ангмар, а ты тратишь его на какого-то Проводника… – Свое время я трачу на кого хочу, – возразил Ангмар. – Всем придется смириться. Вздохнув, Иллан провел пальцем по его щеке, затем поцеловал. Казалось, что нет никакой войны, что они могут отдохнуть, но это было не так, и Иллан понимал – айшир лишь отчасти может следовать своим желаниям. – Ты все еще намерен сделать это? – Иллан надеялся, что Ангмар поймет, о чем он спрашивает. – Если ты о том, что я хочу видеть тебя своим мужем, да. Иллан, я никогда не отказываюсь от своих слов. – Это все осложнит, ты ведь знаешь. Тебя и так предали, а когда Проводник – демон – так возвысится… – Теперь, когда совет расколот, мнение Первого ничего не значит. Я объявлю его предателем, а остальные меня поддержат из страха разделить его участь. Чего ты так боишься? – Не хочу стать помехой твоей власти, – признался Иллан. – Ты мог бы обойтись без меня… – Конечно. Повалив Иллана на спину, Ангмар поцеловал его, с силой раздвигая губы языком. Ни капли нежности не было в этом поцелуе, скорее Ангмар без лишних слов показывал, чего хочет и чего ждет от Иллана. – Не хочу больше этого слышать. – Ангмар сжал его так, что стало трудно дышать. – Ты нужен мне. – Хорошо, – выдохнул Иллан. Иного он и не ждал, но должен был убедиться, что Ангмар не передумал и не пожалел о своем решении. Чуть позже стало не до разговоров и посторонних мыслей. Ангмар заставил Иллана сосредоточиться лишь на ощущениях. Ему удавалось быть напористым, властным и нежным одновременно. Сильные огрубевшие под солнцем пустыни ладони ласкали осторожно, словно он опасался причинить боль. Иллюзия развеивалась в следующий миг, когда Ангмар с силой вжимал Иллана в постель. На мгновение можно было представить, что они все еще одни, в пустыне, а не в айширском шатре посреди лагеря. Обняв Ангмара, Иллан провел ладонями по его спине, и отпустил, чтобы налить им вина. – Надеюсь, – сказал он, протягивая Ангмару кубок, – кому-нибудь из твоих людей не придет в голову тревожить айшира. – Только если случится что-то серьезное. – Ангмар усмехнулся, взглянув на Иллана. – Мой Проводник стесняется? – Это было бы некстати. – Иллан ответил улыбкой. – Ты прав. – Ангмар на минуту о чем-то задумался. – Через два дня мы выступаем, – спокойно, будто речь шла о погоде, сказал он, – но я хочу, чтобы ты остался здесь. Я пришлю за тобой, как только город будет взят. – Я бы предпочел отправиться с тобой. – И мы опять вернулись к этому спору. – Ангмар вздохнул. – Иллан, это будет сражение, а ты не солдат. – Я сказал, что предпочел бы поехать с тобой, но если ты так хочешь, я останусь. – Спасибо. – Ангмар допил вино и отставил кубок. – А теперь я хочу спать, надеюсь, ты не против согреть меня? Улыбнувшись, Иллан лег рядом и обнял его. Не хотелось снова начинать споры, тем более Иллан когда-то решил, что не будет вмешиваться в дела Айша – пусть так оно и останется. В конце концов, Ангмар прав – он не воин, и его присутствие будет только мешать. Два дня пролетели слишком быстро, и все время Ангмара занимали разговоры с командирами отрядов и главами кланов. Иллан старался быть как можно менее заметным и проводил эти часы с Кадаем. Несмотря на близость к айширу, было заметно, что оба они – Иллан и Кадай – чужие здесь. Они отличались от солдат, отличались от слуг и жителей Таэс-Эр. Возможно, это не особо бросалось в глаза, но все же люди сторонились их. Впрочем, Кадая, кажется, это мало волновало. У него было все, о чем он только мог бы мечтать. Иллан все еще не представлял себе жизни во дворце и не знал, как объяснить Ангмару эти сомнения. Споры ни к чему не приводили, оставляя лишь неприятный осадок на душе. Когда Ангмар повел солдат на Эшвар, Иллан остался ждать под стенами Таэс-Эр. Обуреваемый странными, незнакомыми доселе переживаниями он старался приободрить загрустившего Кадая. Конечно, он и сам волновался за Ангмара, но это было знакомое чувство, и почему-то Иллан знал, что все будет хорошо. Что-то другое не давало ему покоя, подтачивая изо дня в день. Может, он был не создан, чтобы сидеть на одном месте, или не мог смириться с мыслью, что его оставили дожидаться, будто примерную жену уехавшего на войну мужа? К чему ворошить эти мысли, словно гнездо диких ос? И все же Иллан хотел, чтобы вести от Ангмара пришли как можно быстрее. Первая записка от Ангмара пришла лишь через четыре дня. Ангмар был немногословен, в нескольких фразах он сообщил о положении дел. Они были на подступах к Эшвару и готовились к штурму. Айшир не намерен был терять время на долгую осаду и собирался отвоевать свою столицу самое большее за несколько дней. Это не удивило Иллана – Ангмар никогда не отличался терпением. Кадай также ждал вестей от Шухава, но не получил их, из-за чего очень расстроился. Иллан старался отвлечь его от грустных мыслей, однако это ему плохо удавалось. Кадай строил догадки – одна страшней другой; он боялся, что с Шухавом что-то произошло. Ранен или погиб – Кадаю просто не приходило в голову, что Шухав слишком занят поручениями Ангмара. Он смог успокоиться только когда получил долгожданные вести от самого Шухава. Ангмар так же написал Иллану и сообщил, что ему выдали предателей. Все обошлось малой кровью. Иллан и Кадай не стали дожидаться, пока весь лагерь направится к Эшвару – они поехали налегке вместе с небольшим отрядом солдат. Почти у самых стен Эшвара готовили виселицы – Ангмар собирался наказать предателей. Городские ворота были наполовину разрушены, и солдаты еще не восстановили их, в остальном же столица не пострадала. Ангмар нашелся на дворцовой площади. Увидев Иллана, он сам подошел к нему. – Эшвар снова мой, – улыбнулся он вместо приветствия. – Я рад, что все обошлось без лишнего кровопролития. – Скоро состоится суд. – Ангмар помог Иллану спешиться, чем наверняка вызвал пересуды среди солдат. – Я решил, что он будет открытым. – Ты уверен? – Да. Чтобы подобное не повторилось. Иллану не хотелось говорить на глазах у всех, хотя слухи разносятся быстро, и, несомненно, об их отношениях уже и так знали слишком многие. – Ты отослал Шухава с поручением? – Иллан покосился на Кадая, которому явно не терпелось увидеть его, но он сдерживался. – Да. – Ангмар тоже посмотрел на мальчишку. – Кадай, тебе придется дождаться вечера – Шухав сейчас занят. – Я понимаю, господин. – Кадай улыбнулся. – Хорошо, что вы не пострадали. Кивнув, Ангмар сказал: – Теперь отправляйся домой, тебя проводят. Ангмар жестом подозвал солдат и приказал им сопроводить Кадая. – Ты тоже, наверное, хочешь отдохнуть? – спросил Ангмар у Иллана, когда они остались вдвоем. Иллан покачал головой – он, конечно, устал, пока ехал без остановок в Эшвар, но хотелось поговорить с Ангмаром и просто – побыть рядом. – Тогда предлагаю прогуляться. Не дожидаясь ответа, Ангмар взял Иллана под руку и повел в сторону сада, разбитого у дворцовой площади. – Отвоевать Эшвар оказалось не так сложно, – начал рассказывать Ангмар. – Они не ожидали, что я вернусь, а без меня кланы не поддержали бы Сафира. Айш бы погряз в межклановых склоках, а власть оказалась бы у них в руках – у них и у части совета. – Ты ведь и сам доволен таким оборотом? – предположил Иллан. – Ты хотел ограничить власть жрецов и теперь у тебя есть повод. – Признаться, не только это... Сами не зная того, мои враги оказали мне большую услугу. – Ангмар усмехнулся. – Проблема с Тарфой наконец разрешится. Кроме того, я собираюсь забрать у кланов право иметь собственных солдат. Армия станет регулярной, будет охранять границы, следить за порядком в провинциях и подчиняться айширу. – Ты весьма ловко воспользовался ситуацией, – усмехнулся Иллан. – Ты меня не осуждаешь? – Ангмар взглянул на него с интересом. – Это на тебя не похоже, мой Проводник. – Я не айшир, – Иллан пожал плечами, – и мало что понимаю в управлении государством и удержании власти. – Но ты не был сторонником жестких мер, – заметил Ангмар. – Однако я все равно рад, что ты поддерживаешь мое решение, для меня это важно. – В самом деле? – Иллан не знал, зачем сказал это – просто вырвалось. – Ты мой будущий муж, не забывай. – Такое сложно забыть. – Наверное, тебе стоит познакомиться с моими детьми. Иллан помнил их давний разговор о сыновьях Ангмара, но тогда важнее было другое. – Полагаю, мне придется с ними познакомиться, – сказал Иллан. – А скоро у тебя родится еще один ребенок. – Да. – Ангмар вздохнул. – И Элишева вряд ли мной довольна. Иллан не знал, что ответить ему. Надо ли сказать, что Ангмар – хороший отец? Или что он поступил правильно, потому что не было выбора? – Я не понимаю этой традиции, – вместо того, что собирался, выпалил Иллан. – Какой? – Ангмар остановился и посмотрел на него. – У тебя есть жена, есть дети – наследники. Ты избавился от жрецов, так зачем… – Если ты о себе, то мы это уже обсуждали, Иллан. – Тогда обсудим еще раз. – Иллан и сам не знал, откуда взялось это упрямство. Однако для Ангмара ничего бы не изменилось, а жизнь Иллана стала бы совершенно другой, и он не мог так просто с этим смириться. – Если ты помнишь, я не давал согласия. – Помню, и что же? Теперь я здоров и ты с чистой совестью можешь избавиться от меня и вернуться в Пески, правильно? – Нет. Это не то, чего я хотел. – Тогда что? Я айшир, Иллан, но не умею читать мыслей. – Ты думаешь, я смогу делить тебя… – Иллан замолчал. Его упреки смешны, ведь – Ангмар правильно сказал – он айшир. – Я… прости. – За что ты просишь прощения? – Ангмар взял его руку и сжал пальцы. – Просто скажи обо всем, что тебе не нравится. И тебе не придется меня ни с кем делить, разве что – с Айшем. – Я не могу просить о таком. – Можешь. Откуда эта неуверенность, разве я никогда не прислушивался к тебе и твоим желаниям? Для меня они важны, Иллан, просто о них нужно говорить вслух. – Это будет неправильно – не только по отношению к тебе. Я Проводник, такие обязательства… они не для меня. – Иллан пытался найти нужные слова, но вряд ли Ангмар понимал его. – Ты прав, ради Проводника я не обязан ничем жертвовать. – Ангмар пожал плечами. – Но для мужа и любимого человека? И что мне делать, если я не хочу спать ни с кем кроме тебя? – Ты айшир и не можешь так поступить. – Не могу не спать с другими? – Ангмар улыбнулся. – Иллан, скажи, не оглядываясь на то, что я айшир, чего ты хочешь? – Ты знаешь, чего я хочу. – Я буду хранить верность своему мужу. – Ангмар усмехнулся. – Но он должен делать то же самое. – Но у тебя есть жена, сераль… Ты айшир, и это все меняет. – Иллан, – раздраженно сказал Ангмар, – если ты не прекратишь, я сейчас же пойду в сераль и пересплю со всеми, кого найду! Иллан не смог удержаться от смеха – до того глупо это прозвучало. – Ты угрожаешь мне? – еле выдавил он сквозь смех. – Я не хочу больше слышать это, – фыркнул Ангмар. – Говори прямо о своих желаниях. Если они выполнимы, я все сделаю. – Хорошо, тогда я скажу прямо. – Иллан вздохнул, решаясь сказать о том, что имело для него по-настоящему большое значение. – Если я дам свое согласие, мне придется сидеть во дворце до конца своей жизни? Об этом мы тоже говорили, но ты не дал мне четкого ответа. – Ты хочешь и дальше ходить по Пескам? – Да. Он знал, как Ангмар относился к этому, но Иллан был Проводником, его место в Песках, и если он не может вести такую же жизнь как раньше, то хоть изредка… – Я думал об этом. – Ангмар какое-то время молчал. – Айширу тоже приходилось отпускать своего Проводника. Видимо, это такая расплата. – Он усмехнулся. – Я не буду запрещать тебе покидать Эшвар. – Но звучит это так, словно ты переступаешь через себя. – Я буду переживать за тебя – это естественно. – Ты айшир и солдат, думаешь, мне не о чем переживать? Ангмар, я просто хочу понять, на что я соглашаюсь. – Тебе знакомо понятие «брак»? Ничего ужасного я не предлагаю и не собираюсь ущемлять тебя. В какие-то моменты ты должен будешь находиться рядом, и я не позволю тебе пропадать в Песках по несколько лет, просто потому что не смогу столько ждать... Во всем остальном я тебя не ограничиваю. – Хорошо. – И это все? – Ангмар внимательно на него посмотрел, словно не ожидал подобного завершения разговора. – Ты хотел бы спорить вечно? – улыбнулся Иллан. – Я не ожидал, что у тебя больше не окажется возражений. – Мы уже говорили об этом и не раз, просто… мне тяжело было принять решение. – Все просто, когда любишь, – задумчиво сказал Ангмар и тут же спохватился: – Тебе лучше отправиться во дворец, я пока не могу пойти с тобой. – Я предпочту болтаться рядом, мешать не буду – не волнуйся. Иллану не хотелось во дворец, тем более одному. – Хорошо, только будь неподалеку. Ангмар обходил своих командиров и солдат, останавливаясь и беседуя с некоторыми, затем шел дальше. Иллан держался в стороне, наблюдая за горожанами и Ангмаром – тот был серьезен и даже хмур; не все его люди удостоились похвалы, а многие так и вовсе получили выговор. Иллан пытался представить, каково это – быть мужем айшира, находиться при нем и давать советы. Какие советы он мог дать Ангмару? Что он вообще знал об Айше и управлении страной? Иллан подавил непрошеные сомнения – они были неуместны теперь, когда он дал свое согласие. Рабочие справились быстро, и уже к обеду были готовы помосты и виселицы; на площадь начали стекаться жители Эшвара. Вскоре от шума было негде спрятаться. Все обсуждали последние события и вернувшегося айшира, делились тем, что пережили и высказывали предположения о судьбе изменников. Настроение толпы было однозначным – помилования никто не ждал. Ангмар непрерывно наблюдал за происходящим, уйдя лишь тогда, когда привели заключенных. Слово взял главный судья, потом Сафир, в самом конце к подданным вышел и Ангмар. Он говорил о чести, судьбе Айша, доверии и предательстве. Он ловко играл словами, подводя людей к нужным выводам. Когда казнили зачинщиков, никто не издал возгласа неодобрения. И даже когда перед людьми предстал Первый, никто не вступился за жреца. Картина казалась однозначной – айшира предали, предали Айш и его народ. Проступок должен искупиться кровью. Иллан тоже был там, все еще держась в стороне. Ему не нравилась казнь, как и пытки с истязаниями, но его место было теперь рядом с айширом – подле Ангмара. Свои взгляды пришлось изменить не сегодня – Иллан понял еще тогда, в пустыне, когда помог Ангмару допрашивать солдата из Тарфы; понял, что его мировоззрение подходит лишь для него одного, Айшу же нужны подчас жестокие и решительные действия. Ангмар казался сосредоточенным на делах, но он давал Иллану знать, что помнит о нем – жестом или взглядом, но Иллан чувствовал, что не один. – Как ты? – Получив передышку, Ангмар первым делом подошел к нему. – Учусь быть невидимкой, – усмехнулся Иллан. – Нет необходимости. – Ангмар коснулся его щеки в мимолетной ласке. – Я не собираюсь прятать тебя в серале. – Твои слуги надорвали бы животы от смеха. – Не думаю, хотя даже представлять не хочу. Потерпи немного, скоро все это закончится и можно будет отдохнуть. – Твои дети наверняка хотят увидеть отца, – напомнил Иллан. – Я знаю. Сегодня за ужином я тебя представлю. – Ты уверен? – Да. Иллан не был так уверен, но рано или поздно ему бы все равно пришлось познакомиться с семьей Ангмара. И лучше не тянуть – тут он прав. Однако дела не сразу позволили Ангмару освободиться. К концу дня Иллан почувствовал себя таким усталым, будто ехал по пустыне двое суток, а не всего лишь ходил следом за айширом. Впрочем, и сам Ангмар выглядел раздраженным – его движения стали резкими, он все чаще отмахивался даже от Сафира, чем внимательно слушал. Наконец, он отослал советника и слуг и приказал не беспокоить его до самого утра. Иллан совсем забыл об ужине «в кругу семьи», но деваться было некуда. Пришлось для начала посетить купальни и переодеться. Когда Ангмар появился на половине Элишевы вместе с Илланом, дети и она сама притихли, уставившись на них во все глаза. – Кто же так встречает айшира? – хмыкнул Ангмар. Спохватившись, Элишева встала и подтолкнула детей. – Приветствую, мой айшир, – сказала она, кинув на Иллана быстрый взгляд. Оба сына Ангмара встали и поклонились. Иллану сразу стало не по себе – от общей официальной обстановки и такого пристального внимания. Собираясь встретиться с семьей Ангмара, он думал, что это будет выглядеть совсем иначе. На деле же все походило скорее на дворцовый прием, чем ужин с семьей. – И почему все такие хмурые? – Ангмар посмотрел на Элишеву. – Что-то произошло? – Ничего такого, что стоило бы внимания айшира. – Ну тогда... – Ангмар показал сверток, который принес с собой. – Кто первым поцелует меня, получит подарок. Дети словно по команде подбежали к Ангмару, пытаясь опередить друг друга. Младший все-таки успел влезть первым и был очень доволен, когда Ангмар подхватил его на руки и вручил сверток. Впрочем, подарок достался и старшему сыну, и жене Ангмара. – Хочу вас познакомить с Илланом, – сказал Ангмар чуть позже, когда дети удовлетворили любопытство и, рассмотрев подарки, успокоились. – Скоро он станет частью нашей семьи. Иллан, это Раим. – Ангмар показал на старшего мальчика. – Это Самир, – сказал он, указывая на младшего, – и Элишева, моя жена. Иллан улыбнулся им, стараясь не показать, что не знает, как себя вести. Элишева посмотрела на него без всякого выражения, как могла бы смотреть на слугу. Дети, напротив, буквально впились взглядами. – Очень рада, – сказала Элишева. – Иллан. – Я много слышал о вас от Ангмара. – Иллан сомневался, что Элишеве нужна его вежливость, но что еще сказать, попросту не знал. – Интересно было бы услышать, что вам рассказывал Ангмар. От ответа Иллана избавил Самир. – Это и есть Проводник? – спросил он. – Выглядит как человек. – Потому что он и есть человек. – Ангмар потрепал сына по волосам. – Помнишь, мы говорили о нем? Самир кивнул, продолжая разглядывать Иллана, и тот улыбнулся мальчику. Слуги принесли еду, на некоторое время избавив его от необходимости поддерживать беседу. Элишева вела себя так, будто ничего особенного не случилось, и за столом с ними не сидел не Проводник, а обычный человек. Дети, казалось, удовлетворили первое любопытство и обратили внимание на свои тарелки. Иллан совсем забыл о Цви, а тот, привлеченный запахом еды, выпутался из складок одежды и выбежал на середину стола. Несколько секунд дети настороженно наблюдали за ним. Первым очнулся Самир – он протянул руку и тронул Цви за хвост. Дракон извернулся и застыл, смотря на Самира в ожидании подачки. – Он любит фрукты и ягоды, – сказал Иллан, – и ждет, что ему что-нибудь дадут. Самир тут же схватил с подноса самые вкусные ягоды и протянул их Цви на открытой ладони. – А можно мне такого же? – спросил он, заворожено разглядывая яркие чешуйки на теле дракона. – Вряд ли мы найдем такого же, – отозвался Ангмар. – И потом, дракон не игрушка. – Что такое доракон? – спросил Раим. – Это ведь ящерица. – Необычная ящерица, – поправил Ангмар. – Дракон – сказочное существо. – Иллан посмотрел на Элишеву, но она словно и не заметила появление Цви. Почему-то было неловко говорить о чем-то в ее присутствии. Цви взял одну из ягод с ладони Самира и утащил ее за кувшин – подальше ото всех. – Сказки – это истории, которые рассказывает Самиру кормилица, – заявил Раим. – Они ненастоящие. – Настоящие! – возразил его брат. – Этот доракон же настоящий! – Его зовут Цви, – усмехнулся Ангмар. – Раим, в мире много такого, во что трудно поверить. – И дом Цви в Песках, – добавил Иллан, забавляясь потрясенным видом детей. – Тогда я сам пойду в Пески и найду для себя такого же доракона, – заявил Самир. – В Пески ходит только отребье, – вмешалась Элишева. – Тебе, как сыну айшира, там нечего делать. – Тогда твой муж – тоже отребье, потому что не чурается Песков. – Ангмар жестко на нее посмотрел, и Элишева опустила глаза. – Я не хочу слышать от тебя ничего подобного. Не забывай, что и в твоем роду не все были благородных кровей. Иллану невольно стало жаль ее. Самого его не могло оскорбить низкое происхождение – это то, кем он был. Элишева просто озвучила мысли всех, кроме, пожалуй, Ангмара. – Прошу прощения, мой айшир, – сказала она. – Пожалуйста, будь сдержанна и не прививай детям нетерпимость – они наследники Айша. После этого наступило тягостное молчание, точнее молчали лишь взрослые, дети же были полностью заняты Цви. Ангмар не ругал их, хотя, судя по всему, обычно придерживался строгих правил. Наверное, он хотел, чтобы дети приняли Иллана, пусть и через его дракона. Только вряд ли подобное пройдет с Элишевой. Иллану было жаль ее, но лучшее, что он смог придумать, это не затрагивать определенные темы. Он прекрасно понимал чувства Элишевы и не хотел унижать ее. Именно по этой причине он не пытался как-то заслужить любовь ее детей, хотя следовало так и поступить, раз Иллан теперь – часть семьи айшира. Скорее всего, это причинило бы ей боль, так что он решил дать ей время свыкнуться с его присутствием. Остаток вечера прошел спокойно. Элишева больше ничем не выдала свое отношение к Иллану. Однако он был рад, когда ужин закончился, и они с Ангмаром оказались в покоях. – Ты так строг с ними. – Иллан опустил Цви на перила балкона и посмотрел на бухту Эшвара. Ангмар долго молчал. Иллану даже показалось, что он не хочет говорить на эту тему, но он все же заговорил: – Элишева отчаянно балует детей, это и понятно, она же женщина. Слуги и учителя боятся гнева айшира, поэтому всячески потакают им. Я хочу, чтобы они понимали, что не все могут получить лишь по праву рождения, что уважение нужно заслужить. Я не знаю, правильно ли воспитываю их, Иллан, но от того, какими они вырастут, зависит будущее Айша. – Я понимаю, но пока они всего лишь дети. – Иллан и сам не поверил этому. Он слишком рано лишился семьи, чтобы давать такие оценки. – В Айше много детей, которым приходится куда тяжелее, чем им. Мои дети знают, что я их люблю, и потом… – Ангмар усмехнулся. – Иногда я их балую. Но почему тебя это так взволновало? – Не знаю. Дети, которым суждено стать Проводниками, совсем другие. – В айширских семьях не рождалось Проводников. – Ангмар гладил Цви, но сам смотрел на горизонт и словно не замечал никого. – Или их успешно скрывали. Ведь это печать проклятия – так большинство считает до сих пор. Прости. – Он перевел взгляд на Иллана. – Надеюсь, это скоро изменится. – Мы давно привыкли к такому отношению, – отозвался Иллан. – Это как песок или небо – оно есть и будет, и нельзя просто приказать людям перестать бояться или ненавидеть. Страх живет внутри. – Страх от незнания – если его не будет, не будет и ненависти. О вас ничего толком не знают, поэтому и рождаются страшные истории. Возможно, именно ты станешь тем, кто изменит мнение людей. – Ангмар обнял Иллана и коснулся губ в легком поцелуе. – Я так устал, – тихо, словно боясь, что его услышат, сказал он. – Может, в постель? Правда, сегодня я ни на что не годен. – Извинения приняты, – усмехнулся Иллан. – Ложись, я недолго побуду здесь, с Цви. Ангмар оставил его одного. Иллан погладил Цви по спине. – Как думаешь, ты бы смог жить во дворце? – тихо спросил он дракона. Прикрыв глаза, Цви вытянул шею и замер. Иногда Иллан жалел, что тот не может ответить. * * * Ангмар откинулся на подушки и помассировал виски. На сегодня с него было достаточно визитов и проблем. Дел за время его отсутствия накопилось слишком много, чтобы решить их быстро. После возвращения в Эшвар прошло целых шесть недель, а он до сих пор не мог со всем разобраться. Восстание было подавлено, мир в Айше восстановлен, но последствия все еще давали о себе знать. Виновных казнили, Первым стал нужный Ангмару человек, так что совет не возражал против Иллана в качестве мужа айшира. Конечно, они не одобряли выбор Ангмара, но и сказать против ничего не могли – особенно те члены, которые, как и Первый, остались в Эшваре; однако Ангмар их пощадил. С кланами оказалось сложнее. Ангмару пришлось набраться терпения, чтобы воплотить в жизнь идею о регулярной армии. Мир сейчас был слишком шатким, чтобы вызывать недовольство кланов. Радовало одно – с Тарфой было покончено. Ангмар отправил туда Шухава в качестве наместника. Решиться на этот шаг оказалось сложнее, чем он думал – Шухав был нужен Ангмару здесь, в столице, однако такого поступка требовали интересы Айша. Ангмару пришлось пожертвовать собственным удобством, но взамен он получил гораздо больше – за провинцию можно было не беспокоиться. В последние дни пришлось думать еще и об Иллане – все чаще он заговаривал о Песках. Ангмар не мог не заметить, что он рвется туда. Дело времени, когда Проводник, а теперь его муж, скажет, что хочет уйти. Ангмару придется его отпустить – он дал слово. Пока Ангмар старался делать вид, что не замечает намеков Иллана. Он каждый раз прикрывался делами – хорошо, что тут ему не приходилось ничего выдумывать. Он осознавал, что поступает в угоду собственным желаниям, но ничего не мог с собой поделать. Он слишком привязался к Иллану, привык засыпать, чувствуя его тепло. В дверь постучали, так что пришлось открыть глаза. Это был слуга, доложивший о приходе Иллана. – Сколько раз тебе говорить – ты можешь свободно входить сюда, не оповещая о своем появлении через слуг. Ангмар все понимал – Иллан не любил привлекать внимание, ему были чужды нравы столицы, но хотелось, чтобы он хоть немного раскрепостился, почувствовал себя законным супругом айшира. – Как бы я выглядел, приди без предупреждения и помешав тебе и совету? – Приблизившись, Иллан замер подле Ангмара. – Уже поздний вечер. – Ты имеешь полное право приходить сюда, когда захочешь. – Ангмару было важно, чтобы Иллан понял это. – В крайнем случае, просто узнай у слуг, один ли я. – Мне все равно придется обращаться к слугам. – Иллан пожал плечами. – Хорошо. – Ангмар устало махнул рукой. – Поступай, как удобно тебе. – Стоит отдохнуть несколько дней, Ангмар. – Я отдыхал, пока мы бродили в Песках. Ангмар не мог снова все бросить. Его предыдущая отлучка едва не лишила его всего. – Мы делали это не просто так, – напомнил Иллан. – Ты выглядишь слишком уставшим. Поправь, если я ошибаюсь, но разве такой айшир на пользу своей стране? – Предлагаешь все бросить? – Ангмар погладил Иллана по руке. Он был благодарен за заботу, но сейчас не мог позволить себе отлучиться даже на день. – Со мной все хорошо, я мужчина – усталость пройдет, как только высплюсь. – Поэтому ты сидишь здесь, а не в своей спальне? – Я разбирался с приказами. – Ангмар кивнул на свитки, в беспорядке лежавшие по столу. – Уже собирался идти. Прости, что заставил ждать. – Я так и подумал. Иллан отошел к балкону. Окна кабинета выходили на дворцовый сад, но Ангмар уже не помнил, когда в последний раз любовался зеленью, раскинувшейся внизу. – Кажется, Цви решил поселиться в саду, – сказал Иллан, не оборачиваясь. – Еще немного и он совсем одичает. – Но в Песках он ведь тоже бегал на воле. – Ангмар замолчал. Как бы он ни старался, но их разговор в очередной раз вернулся к пустыне. – Идем спать. Засыпая, Ангмар в очередной раз думал о том, что поступает бесчестно. Увиливать от разговоров в угоду собственным желаниям было несправедливо по отношению к Иллану. Тот сделал для него слишком много, Ангмар не мог не считаться с этим. Он видел, что Иллану становится тяжелее день ото дня, он был похож на зверя, заточенного в клетку. Не имея возможности выбраться, он словно смирялся со своей участью и постепенно угасал. Ангмар не мог этого допустить – Иллан был слишком дорог ему. Разговор дался тяжело, однако после долгих уверений, клятв и обещаний, он отпустил Иллана. – Помни – ты обещал, что с тобой ничего не случится. Лучи восходящего солнца едва озаряли небо. Краски все еще были бледны и размыты. Мир только просыпался, а ночная свежесть холодила кожу. Ангмар был спокоен. Время раздумий и сомнений прошло, решение принято – теперь оставалось лишь ждать. Он волновался за судьбу Иллана, беспокоился о его безопасности, но от охраны тот отказался. Пришлось уступить и в этом. Ангмар лишь надеялся на его осторожность и большой опыт хождения по Пескам. Кивнув, Иллан улыбнулся. – Я знаю, что ты ждешь, – сказал он. – Не задерживайся надолго, иначе... – Обняв его, Ангмар провел ладонями по крепкой спине и усмехнулся. – Тебе придется несладко. Он прижал Иллана к себе, давая понять, о чем идет речь. Серьезных разговоров сейчас не хотелось, они с Илланом уже все сказали друг другу. – Я понимаю, чего это тебе стоило, – тихо сказал Иллан и отстранился. – Я вернусь. К тому времени ты в третий раз станешь отцом. – Я буду ждать. Ангмар быстро поцеловал Иллана и выпустил из объятий. Казалось, еще немного и он передумает, но Ангмар просто достал несколько ягод и протянул Цви, сидевшему на плече Иллана. Он не мог не вспомнить подсмотренную сцену, когда Айшир, так же как и он сам, прощался со своим Проводником. Сам того не желая, Ангмар узнал много страниц из их жизни. Через время и Пески он прочувствовал их боль и их чувства, он узнал о любви и потере. Как бы ни были похожи узоры судеб, у него с Илланом своя жизнь, они сделали свой выбор. Ангмар был уверен – что бы ни случилось, он не повторит чужих ошибок. Конец