Разные

В последнее время в Конохе часто шли дожди. Небо постоянно хмурилось, предвещая наступление поздней осени. Деревня тем временем постепенно налаживала свой быт. Большую половину разрушенных зданий отстроили, парки и скверы восстановили.  Сакура уже несколько месяцев активно занималась изучением психологии, благодаря протекции своей наставницы – госпожи Цунаде, она смогла объехать почти все скрытые деревни, обмениваясь опытом с другими врачами. Эта идея пришла к ней в голову почти сразу, как Саске вновь ушел из деревни. Анализируя всё произошедшее, девушка пришла к выводу, что большинство проблем, которые приводят шиноби к ненависти и абсолютной агрессии, идут из детства. Новая война также принесла множество боли и страданий –родители многих детей не вернулись домой. И Сакура не хотела, чтобы эти дети озлобились, затаили обиду и страх, и в будущем выплеснули это всё в новую войну. Куноичи понимала, что психическое здоровье так же важно, как и физическое.   Наруто смог изменить Саске, и победить его ненависть – цена была не столь высока. Ребята просто лишились одной руки. Сакура усмехнулась, разглядывая мрачные тучи. Она помнила то удивление, когда к ним спустился Мудрец Шести путей – он с грустью наблюдал, как его перерождённые дети вновь сражаются друг с другом. Долго размышляя на тему философии и дружбы, Мудрец принял решение оставить господина Первого Хокаге в этом мире, дабы он вновь мог послужить своей деревне и всему миру, а также поддержать Наруто и Саске. По правде сказать, Сакура помнила не всё, был момент, когда Саске наложил на неё гендзюцу, и девушка пребывала в бессознательном состоянии. Придя в себя, она обнаружила, что его уже не было. Какаши доверительно сообщил, что тело Мадары забрал спец. отряд, и что оно будет припрятано так, чтобы никто не сумел добраться до его секретов. На что Сакура посмеялась, что Орочимару это не остановило. Ей было жаль, что у Мадары даже не будет нормальной могилы. Потому что девушка могла бы приходить к нему, всё-таки он спас жизнь Саске. А так, как жил одиноко, так и после смерти будет один...Интересно, может его перерождение будет счастливым, и в следующей жизни он не совершит ошибок? — Он обязательно вернётся, — голос Наруто вернул девушку в реальность.  — Кто? — не сразу сообразила Сакура. — Саске, конечно. Ты же о нём думаешь.   — Что? — девушка покраснела, одновременно возмущаясь, — с чего ты так решил?!   Наруто хитро заулыбался: — У тебя всё такое же мечтательное выражение лица, когда ты думаешь о Саске, Сакура-чааан! — Дурак! — девушка замахнулась, чтобы дать Узумаки в ухо.  Жизнь текла своим чередом. Осень сменила зима, за зимой пришла весна. Сакура отпраздновала своё семнадцатилетие. Хотя все пережитые события сделали её гораздо старше, это отмечали все, как её товарищи, так и учителя. От Саске известий не было, хотя Наруто утверждал, что с сокомандником всё в порядке. А девушка тем временем получила первичную учёную степень по психологии, хотя она понимала, что врачебной психологии в мире шиноби не было. Оставалось довольствоваться только военной, и то на базовом уровне. Работы предстояло много. Был тёплый летний вечер, Сакура устало возвращалась из детского приюта. Долгие обсуждения новых методик работы с детьми окончательно её вымотали. Кабуто был заботливым медиком, но абсолютно лишённым творческого подхода. А с ребятами, особенно с малышами, это было необходимо. У старого парка, сразу за воротами в Коноху, она заметила тень человека, с которым уже давным-давно хотела поговорить. Хаширама Сенджу сидел на берегу небольшой речушки, и, с лицом, полным умиротворения, созерцал вечерних светлячков.   — Господин Первый! — неуверенно позвала его Харуно, делая несколько шагов в его сторону.  — А, Сакура! — глава Сенджу приветственно помахал ей рукой, — Давно тебя не видел, проходи, садись. Сегодня прекрасный вечер, не так ли? Девушка кивнула, осторожно присаживаясь на берег реки.   — Вода уносит все воспоминания, — продолжил Хаширама, — в детстве я любил это место. Часто приходил сюда. — Вместе с ним? — первый Хокаге кивнул. Наступила пауза.   — Я недавно узнал о твоих задумках в области психологии, ты большая молодец! Этот центр психологической поддержки и больница – невероятно нужная вещь для Конохи!   — Спасибо. — Улыбнулась куноичи. Очередная неловкая пауза. — Скучаете по нему?   Сакура наконец-то решилась поговорить о Мадаре. Она знала, что Первый Хокаге единственный человек, который выслушал бы её без подозрений и удивления. Она знала, что может довериться только ему. А поговорить о Мадаре хотелось, очень хотелось. Сакура так часто размышляла о судьбе этого человека, что незаметно для себя стала оправдывать его, и даже прониклась некоторой симпатией.    Хаширама улыбнулся:   — Уже нет. Но когда Мадара ушёл от нас в первый раз, да. Это было сложно. — Понимаю, вы же были парой...то есть, ой... — девушка покраснела, запнувшись на словах, — я...не это хотела сказать...боже, что я несу? Как глупо... Первый Хокаге посмотрел на неё, еле сдерживая смех, ещё немного, и из его глаз потекли бы слезы: — Ну, учитывая современную литературу, которая частенько попадается мне, я не удивлён тому, что молодые девушки считают нас парой.  — Я...извините. — Еле выдавила из себя Харуно. — Всё в порядке, Сакура. Ты повеселила меня от души. Так о чём ты хотела поговорить со мной?   — От вас ничего не утаить, верно? — девушка продолжала краснеть, —знаете, изучая психологию, я стала думать над всей ситуацией, которая произошла, и мне кажется, он хотел счастья не для нас, он хотел счастья для себя. Я уже немного имела возможность пообщаться с Учихами, и они все такие...такие...в сущности ранимые. И по правде сказать, очень добрые, даже себе во вред. И ещё постоянно впадают в крайности.  Хаширама кивнул.  — Ты очень умная девушка, Сакура. —Мягко проговорил он, — и говоришь правильные вещи..Жаль только, я сам догадался об этом слишком поздно. Возможно, я сумел бы что-то изменить тогда.   Куноичи смущённо отвела глаза, прижимая ноги к груди:  — Простите, но Учиха Мадара произвёл на меня большое впечатление, и я не могу заставить себя перестать размышлять о том, что если бы обстоятельства были иными, возможно, мы могли бы подружиться.   Хаширама хитро улыбнулся.   — Да, Мадара всегда имел определённую харизму. И в отношении женщин тоже. Первые красавицы страны Огня заглядывались на него, а он был холоден, вечно чего-то искал...Они с Саске похожи, не так ли?   Сакура нервно выдохнула:   — Да...очень похожи... — Говоря подружиться, что ты имела в виду?   Девушка вновь вспыхнула:   — Господин Первый, конечно, ничего такого...Просто я имела ввиду общение, поддержку, может, это очень наивно, но у всех людей есть друзья, понимаете? — Понимаю.  — Я, конечно, не про навязывание себя, т.е. люди должны хотеть общаться обоюдно, и если бы он хотел... — Достаточно, Сакура. — Твёрдо проговорил Хаширама, вставая на ноги, — я всё понял. Приходи на рассвете на гору Хокаге.  — Зачем?   Но ответа девушка не получила, Глава Сенджу с тихим хлопком растворился в вечерней тишине. Всю ночь девушка не могла сомкнуть глаз. Было в интонации Первого Хокаге что-то загадочное и интригующее. Что же он хотел ей показать? Идей было много: от плана нового полигона, который решили назвать в честь Мадары, до чего-то крайне тайного, в которое могли посвятить только Сакуру. А может, её научат новой технике?   До рассвета оставалось полчаса, а девушка уже топталась у подножия горы.  — А ты нетерпеливая.    Первый Хокаге практически беззвучно появился возле Сакуры, чем довольно сильно напугал девушку.   Харуно вскрикнула – Хаширама рассмеялся. Снова настала пауза, в которую Сенджу сверил свои часы с часами на резиденции Хокаге. После небольших манипуляций шиноби кивнул головой: “следуй за мной,” и они резво поднялись на вершину горы.   «Хорошо, что для туристов сделали лестницу», — подумала Сакура, перепрыгивая со ступеньки на твёрдое плато скалы.      — Всё-таки потрясающее место, правда? — Хаширама, с чувством полного удовлетворения, оглядел разрастающуюся Коноху. В нём было столько спокойствия и мудрости, что Сакура подумала, что из него получился бы неплохой священнослужитель.   — Да, господин Первый, — кивнула Харуно, разглядывая парящего в небе сокола, — и всё-таки, зачем вы меня сюда позвали?   — Подожди-подожди. Мы слишком рано пришли, а он всегда пунктуален.   «Он?!» — сознание Сакуры забило тревогу, и она почувствовала, как пульс ускоряется. Солнце потихоньку поднималось из-за горизонта, окрашивая в нежно-розовые тона крыши Конохи.  Тихие шаги раздались позади девушки. Сердце забилось как бешеное. Харуно напряженно развернулась, вглядываясь в темноту леса.  На самом деле она знала, она догадывалась, но всеми силами задвигала эту мысль подальше, в дебри сознания.  Высокая фигура приобрела более чёткие очертания: раздвигая ветки деревьев, Учиха Мадара неспешно шёл к ним навстречу.   — Ками-сама...— прошептала Сакура. Она смотрела на него, как заворожённая – живой.   Кажется, эта ситуация так же слегка удивила Учиху.   — Зачем ты привел её сюда, Хаширама? — почти недовольно спросил он.   Первый Хокаге пожал плечами: — Твои друзья пришли тебя проводить, что в этом такого?   Учиха изогнул бровь, оценивающе посмотрев на Сакуру:  — Друзья?   — Не удивляйся, Мадара. — Хаширама вновь заулыбался, — эта девочка считает тебя своим другом.   — Что? — воскликнула Сакура, уже жалея, что во всё это вписалась, — Я...да, то есть нет. Что вообще здесь происходит? — она обернулась к Мадаре, только сейчас замечая, что оба его глаза были на месте, и отливали стандартным ониксом. — Вы призрак Учих?   Мужчина странно покосился на неё и довольно сухо ответил:   — Уже нет.   — Эй, Мадара, — Хаширама лениво откинулся на железное ограждение, — Я бы не привёл её сюда, не спроси ты про неё.   Теперь была очередь Мадары возмущаться. Да, Сакура отчётливо видела, как он стиснул зубы, бросая уничтожающие взгляды на Хашираму. — «Спрашивал про неё?…», — с любопытством подумала куноичи.   — Хорошо. — Мадара наклонил голову в бок, обращаясь к Харуно, — чем обязан такому хорошему отношению к себе, Сакура?  От такого вопроса девушка на секунду растерялась, но ей совершенно не хотелось, чтобы её посчитали глупой:   — Я так решила. — Гордо вскинув голову, сообщила она.  Учиха бросил на Харуно довольно ироничный взгляд: — Потрясающая черта характера. — Констатировал он.  Сакура начала отчаянно краснеть, ощущая, как выражение лица Учихи сменилось с ироничного на оценивающе-внимательное. Она ненавидела свою стеснительность в подобные моменты. А что она ещё могла сказать? “Простите, господин Учиха, я прониклась к Вам симпатией и поэтому я здесь”?  — А еще...Вы....Саске спасли. — Отчаянно краснея, и запинаясь на каждом слове, проговорила куноичи.   — Ах, это...— выдохнул Мадара, скрещивая руки на груди, — не так давно я видел этого мальчика в окрестностях Конохи. Он почти не изменился.  — Отличные новости, — прошептала Харуно, собирая все силы, чтобы посмотреть Учихе в глаза. Новость о Саске вошла в сознание и тут же вышла из него. Девушка подняла глаза, так же внимательно вглядываясь в его оникс.   Мадара изменился. По-прежнему сдержанный и горделивый взгляд, но теперь она не чувствовала в нём скрытой угрозы:   — Как Вы выжили? — еле шевеля губами проговорила она. Мадара вскинул брови:   — Так же, как и Хаширама, только в отличие от него мне пришлось несколько месяцев провести в тюрьме.     — Значит, многие знали...—прошептала девушка. — Только Хокаге, его помощник, и некоторые элитные шиноби из АНБУ.  — И теперь вас отпустили...? Мадара переглянулся с Хаширамой, будто бы решая для себя, рассказывать Сакуре или нет. Нежное солнце коснулось его задумчивого лица, и Сакура невольно залюбовалась мужчиной. С грустью принимая тот факт, что все Учихи были потрясающе хороши собой, и это ужасно привлекало куноичи. И если Саске был юным мальчиком, то здесь, перед Сакурой, стоял взрослый мужчина. А весь его жизненный опыт отражался в суровом и одновременно мягком выражении лица. Конечно, ведь ему...а сколько ему? Сто, сто двадцать лет? На вид – не больше сорока. Сорока против ее семнадцати...!  — «Нет, нет, нет, Сакура, ты должна прекратить думать об этом!», — завопило сознание, понимая, на какую зыбкую почву оно попало.  — Я ухожу на длительную миссию по обучению элитных шиноби на границах страны Огня. — Наконец отозвался Мадара, упирая руки в бока. — С вашей стороны было крайне любезно проводить меня. — Нет проблем, Мадара, — отозвался Хаширама, задумчиво разглядывая облака. — Когда ты вернёшься, мы уже подготовим все необходимые для тебя полигоны.   Учиха кивнул. Поправил свой гунбай, и направился в сторону леса, но на полпути он остановился: — Да, Сакура, — через плечо бросил он, — то, что ты делаешь, действительно крайне важно для Листа.  Куноичи изумлённо вскинула брови:  — Спасибо за поддержку! — крикнула она, наблюдая за уходящим Учихой. Удивление сменилось лёгким раздражением, и девушка на каблуках развернулась к Хашираме:   — При всём уважении, господин Первый, — прошипела она, — это было ужасно! Как вы могли? Мужчина звонко рассмеялся:   — Боже, Сакура, сейчас ты мне напомнила мою жену, Мито. — Он понизил голос, — в гневе она была страшна... В ответ Харуно упёрла руки в бока: — Вам никто не говорил, господин Хаширама, что Вы похожи на Наруто? На что Сенджу добродушно улыбнулся: — Нет, но я не удивлён твоему предположению. Он же моё перерождение. — Прекрасно. Тогда у меня к Вам очень много вопросов!