Top Secret

Добираются до дома Хоста спустя полчаса в полной тишине. В последнюю очередь сейчас хотелось говорить. Каждый был погружён в свои мысли, боясь озвучивать их вслух. Сами того не подозревая, коллективно решили оставить трудный разговор для более подходящей обстановки. За один день пришлось многое пережить и чтобы прийти в себя потребуется немало времени. Астор вырулил на уже знакомую каменистую дорогу, ведущую к дому. Глава семейства высадил пассажиров у тропинки, а сам объехал двор с другой стороны и заехал в гараж. Арсений вышел из машины и направился к дому вслед за Иветой. Позади него медленно плёлся Антон. Энергия, благодаря которой он рвался в «бой» спасать Арсения, понемногу угасала, и в сознание начали пробираться неприятные воспоминания о проведённых наедине с Андреем часах. Раны и повреждения на теле стали давать о себе знать, ибо выброс адреналина временно притупил боль, но как только всё более-менее улеглось, боль вступила в свои законные права. Поскольку сейчас Арсений и он сам в относительной безопасности, организм требует передышку. Однако войдя внутрь, парни не спешили подниматься в свои временные комнаты, понимая, что необходимо объясниться перед людьми, которые рисковали ради них своей жизнью. Ивета прошла на кухню и начала усердно растирать свои руки под горячей водой. В какой-то момент Антону показалось, что хозяйка дома сотрёт до крови свои миниатюрные ладони. К счастью, благоразумие её не покинуло, и Ивета закрыла кран, приглашая парней проделать ту же процедуру и направляясь к холодильнику. Антон с Арсением поочерёдно вымыли руки без особого фанатизма, к тому же Антону было больно не только от своих движений, но и от соприкосновения воспалённой и обожжённой кожи с горячей водой. Слегка промокнув кисти рук кухонным полотенцем, парни уселись за обеденный стол, так как в это время Ивета уже поставила к их местам по стакану, наполненному виски. Потом вновь отошла к холодильнику, чем-то зашуршала и вернулась к парням, протягивая им пакетики со льдом. Антон поблагодарил хозяйку и, вытерев засыхающую кровь под носом тыльной стороной руки, приложил лёд к переносице. Арсений же приложил лёд сразу. Сама хозяйка не садилась до прихода своего мужа. Астор вошёл в дом спустя несколько минут и присоединился к ним. Женщина присела на соседний стул, крепко ухватившись руками в прозрачный стакан и смотря в одну точку на столе. Какое-то время они сидели в тишине, пока глава семейства не нарушил затянувшееся молчание. — Ну рассказывайте, кто вы такие, и за что вас хотели убить? — залпом выпив содержимое стакана, мужчина устремил серьёзный взгляд на парней. Антон уже хотел было открыть рот и приготовился рассказывать придуманную на ходу историю, но Арсений его перебил: — Мы... — однако его самого оборвали на полуслове. — Русская мафия? — торопливо произнёс мужчина, слегка постукивая пальцами по деревянному столу. Парни в удивлении одновременно распахнули уставшие глаза. Но спустя мгновение удивление сменилось недоумением от абсурдности и стереотипности ситуации. — Что? Нет! Я руководитель крупной производственной компании в России, а это были, так скажем, конкуренты... — увидев на лицах немцев возникающие вопросы, Арсений добавил, — мы не занимаемся чем-то незаконным, всё легально. Астор нахмурился и, подумав минуту, продолжил: — И что тогда им от вас нужно? — Забрать предприятие себе, предварительно устранив руководство. — Мне ожидать в ближайшее время чего-то подобного? — подразумевая случившееся несколькими часами ранее, спросил хозяин дома. — Думаю, нет. Вам не о чем сейчас беспокоиться. К тому же, в скором времени мы уедем, и к вам они не посмеют сунуться. — сделав паузу, Арсений продолжил, подняв серьёзный взгляд, — Я не могу об этом просить, но...буду признателен, если вы постараетесь забыть всё, что сегодня вам пришлось испытать из-за меня. Я обещаю, такого больше не повторится. И то, что вы сделали для нас сегодня — просто неоценимо. Спасибо. И если вам нужна будет даже минимальная помощь, только скажите. Астор внимательно слушал, задумчиво смотря на свои руки, лежащие на столе перед ним, бросил взгляд на парней, а через минуту шумно вздохнул и заключил: — Идите поспите. Вам нужно набираться сил. Позже поговорим. Антон с Арсением, не сговариваясь, хотели встать, но неожиданно подала голос Ивета: — Постойте! Это надо обработать, — женщина указала на раны парней и поднялась со стула, направляясь к шкафчикам. Достав небольшой белый чемоданчик с красным крестом с одной стороны, она обошла стол и остановилась напротив Арсения. Ивета открыла его, доставая из аптечки необходимые средства, но Арсений её остановил: — Не нужно, спасибо. — увидев недоверие в янтарных глазах, он произнёс уже убедительнее, — Мы сами. Правда. Вы итак многое сделали для нас. — Но... — Ничего страшного, это пустяки. Можно мы возьмём аптечку с собой и в комнате всё обработаем? Ивета лишь неодобрительно покачала головой, но сложила средства обратно и оставила перед ними чемоданчик первой помощи. Антон с Арсением поблагодарили хозяев за гостеприимство и понимание, пожелали доброй ночи и удалились наверх. Молча они подошли к ближней двери, Арсений открыл её и пропустил Антона внутрь своей временной комнаты. Только за закрытыми дверями они смогли наконец выдохнуть и не стараться изо всех сил делать вид, что всё хорошо. Арсений прошёл в центр комнаты и сел на диван, открывая аптечку. Антон же не спешил подходить ближе, неуверенно топчась у двери. С момента их короткого диалога в заброшенном здании друг с другом они не обмолвились и словом. Когда на диване слева от Арсения уже лежали необходимые материалы, Антон заговорил: — Слушай, я, наверное, пойду к себе. Я заберу это, когда закончишь, — парень указал на медикаменты. — Принеси, пожалуйста, воды. — Арсений будто пропустил мимо ушей прошлую реплику, продолжая невозмутимо рассматривать флакон йода. Антон кивнул, откладывая разговор на потом, и направился в общую ванную. Набрав в стакан воды, он вышел в комнату и передал его Арсению. Тот выдавил на свою ладонь таблетку и, быстро закинув её в рот, осушил содержимое стакана. После этого отставил воду подальше и начал выкладывать на журнальный стол средства для обработки ран. Приглашающим жестом Арсений похлопал рукой по правую сторону от себя, предлагая Антону сесть рядом. Антон не сдвинулся с места, пребывая в сомнениях. — Арс, давай я сам. — Антон. — Он поднял взгляд и посмотрел на парня, — Мне нужно увидеть, что он с тобой сделал. И я хочу помочь тебе. Это минимальное, что я могу сейчас сделать. Антон смотрел в глаза Арсению, пытаясь найти весомый повод отказаться кроме единственного — необъяснимого чувства стеснения. Закрыв на мгновение глаза, он всё же сел на диван по другую сторону от Арсения, ожидая своей участи. Арсений осторожно коснулся рукавов толстовки и потянул их выше, открывая руки до предплечий. Он до последнего отказывался верить в то, что представлял в своих мыслях, но реальность оказалась ещё хуже. Вместо круглых ожогов, таких же как на кистях и пальцах рук парня, от запястья и до локтя тянулись тёмно-бордовые раны от тонкого лезвия ножа. Кровь на порезах и та, что стекала из них ниже по руке, уже засохла. Резали вдоль, чтобы было больше простора для «творчества» или же в расчёте на то, что так будет более болезненно. Арсений ужаснулся, увидев исполосованные худые руки, и добавил в список своей вины новый пункт. Он посмотрел Антону в глаза и с сожалением в голосе произнёс: — Антон, прости. Это всё из-за меня. — Арсений потупил взгляд, — Я уже говорил это за столом Ивете с Астором, скажу и тебе. Такого больше не повторится. Тебе не придётся снова переживать подобное. Антон кивнул и хотел спустить рукава обратно, но Арсений перехватил его руку, убирая в сторону и начиная обрабатывать каждую ранку. Касания его пальцев ощущались легко, практически невесомо. Он старался делать всё аккуратно, вкладывать в свои действия всю заботу, на которую он когда-либо был способен, чтобы не причинять боли. — Сними толстовку. Парень устремил на друга непонимающий взгляд, не собираясь выполнять его просьбу. — Нужно продезинфицировать все раны, Антон. Тем более, что прошло уже много времени, и добраться до них нужно как можно скорее. Давай. — Арсений хотел ухватиться за край толстовки и снять её с Антона самостоятельно, но тот быстро спохватился и нервно снял её с себя, представ перед Арсением в одной футболке. К облегчению Арсения, до плеча преступники едва добрались, на левой руке была единственная кривая полоса, будто в момент её «создания» кто-то отвлёкся. — Расскажешь? — Арсений в надежде посмотрел на парня, но Антон покачал головой в стороны. Промокнув открытые участки кожи антисептиком, Арсений ушёл в ванную комнату и вернулся с влажным полотенцем в руках. Он осторожно принялся смывать с рук и лица Антона следы крови и грязи. Сам Антон, пока Арсений возился с его ранами, неотрывно наблюдал за лицом друга. Оно не выражало каких-либо эмоций, Арсений слегка нахмурился и сосредоточенно продолжал свои манипуляции. Когда он закончил, Антон поблагодарил друга и задался вопросом: — Не проще было бы сначала принять душ, а потом обработать раны? — Нет. Теперь, когда всё обработано и обеззараженно, можно заняться всем телом, но сами раны при этом промывать водой нельзя. Я сейчас. — Арсений вышел из комнаты, а вернулся спустя десять минут с целлофановыми пакетами в руках. — Вот, возьми. Оберни в них руки перед купанием. Вставая с дивана, Антон принял из рук Арсения пакеты: — Хорошо. — чуть помедлив, он продолжил, — Спасибо, Арс. Арсений лишь отмахнулся от него, мол о какой благодарности может идти речь, если в итоге Антон пострадал из-за него. Это ему следовало бы сказать «спасибо» за то что Антон всё ещё с ним, а не уехал при первой возможности. И ведь именно с этим решением Арсений был бы полностью согласен. Подходя к двери, Антон замедлил шаг, колеблясь и не решаясь взяться за ручку. Обернувшись, он спросил: — А тебе не нужна помощь? — Нет, спасибо. — ответил Арсений, прибирая со стола. «Ты даже сейчас, просто стоя в этой комнате, уже очень помогаешь. О большем просить я не имею права» — параллельно словам появилось в мыслях. — Хорошо. Спокойной ночи. Антон закрыл за собой дверь и пошёл к себе.

***

Антон не помнил, как принял душ, как расправил постель и как заснул. Но проснулся он почему-то в темноте, видимо, всё ещё была глубокая ночь. Он не спеша поднялся с кровати и поплёлся в ванную. Протянул руку к двери, открывая её, и понял, что стоит в незнакомом тёмном помещении, лишь вдалеке виднелась старая тусклая лампа, свисающая с потолка на дряхлом проводе. Сделав шаг, он тут же оказывается привязанным к стулу, руки за спиной скованы тяжёлой цепью так, что невозможно пошевелить и пальцем. Спустя мгновение в темноту прорывается слабый свет противно-жёлтого цвета, освещающий склонившегося над Антоном человека. Снова он. Как он здесь оказался? Разве не должен был уехать как можно дальше? Что опять ему нужно от Антона? Андрей стоял над ним, криво усмехаясь и демонстрируя начищенное до блеска лезвие ножа. Парень часто задышал, но старался не показывать этому психу, насколько это всё жутко выглядит. Их также окружала тьма, скрывающая в себе потенциальную опасность, не слышно было ни единого постороннего звука. А Андрей так и стоял, возвышаясь над парнем и безумно улыбаясь. Но неожиданно улыбка исчезает с его лица, как и нож в поле зрения Антона, в тот же момент Андрей резко замахивается и исчезает в темноте. В темноте комнаты, в которой заснул Антон. Парень подорвался с кровати, тяжело дыша, пока не нашёл глазами окно, являющееся единственным источником света в такое позднее время. Антон подошёл ближе, опираясь руками в письменный стол и вглядываясь в ночной пейзаж в попытке отогнать дурное видение. Антон открыл окно шире, впуская в комнату такой необходимый сейчас прохладный ветер, выбивающий из головы всё ненужное. Пару раз глубоко вдохнув напоследок, парень отошёл от окна, усаживаясь на кровати. Часы на стене отсчитывали третий час ночи, успокаивающе щёлкая старыми стрелками. Антон улёгся с другого края кровати и медленно погрузился в новый сон. Антона кто-то трогает. Его кто-то настойчиво трогает. Настолько настойчиво, что его получается наконец разбудить. Открыв один глаз, он видит сидящего на краю кровати Арсения, который и стал причиной его пробуждения. — Наконец-то! Антон, где телефон? — Какой телефон? — парень ещё не проснулся полностью, а тут ещё и сразу вопросы. — Мой телефон, Антон. Ты же ездил за ним. Промычав что-то нечленораздельное, Антон вытянулся в кровати во весь рост, напрягая и расслабляя все мышцы и тут же хмурясь от боли. Потом всё же удостоил Арсения взглядом и неосознанно улыбнулся. Принял сидячее положение, так и не выпутавшись из одеяла, и ответил: — Он был у Иветы. У меня его нет. — Как? Ты его не забрал? — Забрал. Но перед выходом забыл, а Ивета вызвалась помочь, вернулась домой и решила меня заодно проводить. Про телефон я вспомнил уже у Андрея. Но достать его там не было возможности. — Так, ну значит, либо он в той заброшке, либо здесь. — Арсений задумчиво потёр пальцами подбородок. — Ладно, пойду узнаю. — произнёс он, вставая с кровати, и продолжил, — Кстати, полдня уже прошло, вставай, если хочешь застать солнечный свет. С этими словами Арсений вышел из его комнаты, а Антон широко зевнул. После ночного кошмара его крепко вырубило, что он не заметил как проспал большое количество времени. Нехотя он поднялся с кровати и решил последовать совету Арсения, направляясь в ванную. Только что выйдя из душа, парень услышал Арсения в своей комнате. Он снова его звал. «Блять. Только не додумайся сюда зайти» — судорожно проносилось в голове Антона, пока он спешно натягивал на себя одежду. — Антон! — снова донеслось из комнаты. — Да что? Сам сказал: «иди посмотри свет белый». Вот я и в процессе. Чего орёшь-то? — Как оказалось, дома никого нет. Следовательно, спросить мне не у кого. Антон непонимающе ждал продолжения, но не дождался и спросил сам: — И? Арсений шумно вздохнул. — Никого нет, кроме нас. — пояснил он, но получив в ответ изогнутую в непонимании бровь, добавил, — Я хочу посмотреть его в комнате Хоста. У Антона в голове наконец сложился пазл. Арсений решил пробраться в чужую спальню в отсутствие её жильцов. Во-первых, незаконно, во-вторых, некрасиво по отношению к ним. Но Антон прекрасно понимал, зачем Арсений пришёл к нему, а не занялся реализацией своего плана. — Ты хотел сказать: «Мы хотим посмотреть его в комнате Хоста»? Арсений едва сдержал улыбку. — Встречаемся через 10 минут. — и вышел из комнаты. «И как тебе это удаётся? Находить приключения на свою задницу там, где это невозможно сделать. Но ты смог. И хочешь впутать в это меня. Хорошо, я согласен. Только ради того, чтобы ты, хренов обалдуй, ничего не испортил» В назначенное время Антон вышел из комнаты и увидел ожидающего его Арсения. — Я проверил, дверь не заперта, так что мы можем остаться незамеченными. — Ага, а исчезнувший сам по себе телефон их не натолкнёт на то, что в их комнате кто-то был? — Да ну, ерунда. Я уверен, они им даже не интересовались и уже забыли, как он выглядит, а Ивета просто положила его куда-нибудь в ящик. — сказал Арсений и пошёл к лестнице. Антон покачал головой в неодобрительном жесте и последовал вниз за другом. Дверь открывали и закрывали аккуратно, будто дома всё-таки кто-то мог их услышать. Сама комната, на удивление парней, не отличалась от всех остальных в доме. Тот же стиль, те же оттенки обоев и полов, мебель не отличалась более дорогой стоимостью, нежели в гостевых спальнях. Широкая кровать расположилась у левой стены и открывалась взору сразу, как только входишь внутрь. По обеим сторонам у изголовья стояли невысокие прикроватные тумбочки с двумя ящичками в каждой. У противоположной стены возвышался деревянный шкаф. У смежной же, был письменный стол с надстройкой с множеством полок, а внизу слева несколько выдвижных ящиков, которые и привлекли внимание Арсения. Он тихо подошёл к столу, присел на корточки, дабы лучше рассмотреть содержимое ящиков, и принялся по очереди бесшумно выдвигать их. Антон в это время осматривал картины, висящие по периметру комнаты. Через несколько минут послышался недовольный вздох. — Здесь нет. Здесь нигде его нет. — разочарованно сделал вывод Арсений, вставая в полный рост. — И что будем делать? Возвращаться? — Не знаю. Точнее, нет. То есть, мы можем... — не договорив, он прислушивается, — Тихо. — шёпотом. С момента их нахождения в чужой комнате прошло около двадцати минут, но так как в общей сложности уже прошло больше половины дня и парням было неизвестно, когда вернутся хозяева, сейчас они могли попасть в очень неловкую ситуацию. За дверью послышались приближающиеся шаги, а Арсений с Антоном стояли, как вкопанные, испуганно глядя друг на друга. Первым опомнился Арсений, быстрым, но тихим шагом подходя к Антону и несильно толкая его в сторону шкафа. Им сегодня везёт как никогда — дверца шкафа ни разу не скрипнула, и они замерли теперь уже внутри шкафа. Активно шевелиться не давала не только непростая ситуация, но и ограниченное пространство. Настолько ограниченное, что парни стояли вплотную друг к другу — Антон перед дверцей, Арсений позади него. — Блять! Если нас найдут вот так, то двусмысленных взглядов в нашу сторону станет в два раза больше и тогда... Но Арсений быстро среагировал, не давая ему договорить, встал ещё плотнее к Антону, затыкая рот своей ладонью, прижимая её к его губам и осторожно выглядывая в щелку между дверцами, контролируя ситуацию. Антон выдохнул от неожиданности. А от такого близкого присутствия Арсения его бросило в жар и он наверняка покраснел, благо этого было не видно в темноте за дверцами шкафа. Антон покорно стоял во власти рук Арсения, не шевелясь и едва дыша. В комнату кто-то тихо вошёл. По звукам Антон разобрал, что человек выдвинул шкафчик тумбы или же письменного стола и чем-то шуршит внутри. В какой-то момент ему показалось, что вся эта ситуация ему нравится, несмотря на возникающие из ниоткуда мысли-паразиты. Нравится быть в тесном шкафу, скрываясь от хозяев дома будто нашкодившие мальчишки, нравится чувствовать азарт и проникающий в кровь адреналин, заставляющий сердце биться всё чаще, нравится как Арсений прижимает его к себе, взяв контроль в свои руки и не давая совершить ошибку и выдать своё присутствие. С ужасом осознав это, Антон только сейчас понял, почему Арсению так нравится влипать в подобные истории, даже если это получалось ненамеренно. И если так произошло, не нужно опускать руки, а стоит взглянуть на всё с другой стороны, постараться найти плюсы и не терять оптимизма, и тогда, какой бы сложной не казалась ситуация, и для неё найдётся разрешение. Антона вырвал из мыслей Арсений, неожиданно оказавшийся прямо у его лица, но взгляд его всё также был сосредоточен на том, что происходило в комнате. Антон даже не заметил, когда Попов убрал свою руку с его рта. Он так и стоял, не отодвинувшись ни на миллиметр, завороженно пялясь на профиль друга, по-художественному обрамлённый в полумраке. Сглотнув накопившуюся слюну, он еле слышно позвал: — Арс... Арсений отрывается от «слежки» и резко поворачивается к другу, оказываясь с ним лицом к лицу так, что кончики их носов на мгновение соприкоснулись. Арсения это вовсе не смутило, он лишь молча смотрел на Антона, ожидая продолжения реплики, но тот больше не издал ни звука, замерев и боясь сделать вообще что-либо. Антон вновь почувствовал как к лицу хлынула кровь, а в мыслях осталось только одно слово, описывающее всё, что творилось у него в голове: «Блять» Арсений не стал дожидаться, когда Антон скажет то, что хотел, и, быстро окинув взглядом его лицо, отвернулся обратно.