Во имя дружбы

Капитано крутил в руках странное устройство, названное фотокамерой. Тарталья привёз "это" ему в подарок из Фонтейна буквально на днях, а теперь валялся на его кровати, скинув рубашку – потому как "жарко тут у тебя, чудовище". – Камеру, кстати, не в Фонтейне придумали. Чайльд – просто кладезь всякой бесполезной информации. – Где же? – без всякого интереса спросил Капитано. Знал, что рыжий придурок всё равно расскажет – только ещё и обидится, а расстраивать Тарталью в планы Капитано никогда не входило. – Прототип был в Сумеру. Ученые сделали дырку в темной коробке и падающий сквозь нее свет отпечатался на задней стенке. Только картинка перевернулась. Как же она называлась, дай-ка вспомнить… – Чайльд наморщил лоб и закинул руки за голову, откинув подушку в сторону. На пол. – Камера ап... аб... обкура? Не, не то. Обскура, точно. – Будь здоров, – кивнул Капитано, не поведя бровью – метафорической, разумеется. – Надо было им сделать дырку в темном тебе, – недовольно проворчал Тарталья. – Вдруг бы у тебя на задней стенке тоже что-то отпечаталось. Старший предвестник не среагировал – зато навёл фотокамеру на лежащего друга и нажал на кнопку. Затем критически оглядел снимок. Чайльд достаточно хорошо знал Капитано, чтобы предполагать, что сейчас он своего рода поморщился. – Какой-то ты смазанный, Тарталья, – немного погодя произнёс Капитано. – Долго готовился? На то, чтобы понять подтекст, у Тартальи ушло секунды три. – Для тебя, детка, я всегда готов, – издевательским тоном сказал Чайльд. Но всё равно слегка покраснел. – Там колёсико сверху, его крутить надо. Ну, чтобы сузить отверстие. – А так бывает? – усомнился Капитано. – В Фонтейне какой только ерунды не видел. Я бы не удивился. А так, чем шире дыра, тем ровнее надо держать прибор. И тем светлее получается результат. Они называют это "выдержкой". – Моя выдержка сейчас закончится, если я не пойму, как использовать эту штуку. – Да я сам не до конца понял, Кэп. У них там никто особо не заморачивается с объяснениями. Считают, что там и без руководства всё "интуитивно понятно", – передразнил чьи-то слова Тарталья, а потом всё-таки соизволил слезть с кровати и поднять упавшую подушку. – Ладно, пойду я. Чайльд вышел за дверь, так и оставив свою рубашку у Капитано. Пошёл щеголять по Заполярному с голым торсом. Впрочем, не в первый раз – слухи вокруг них крутились примерно с тех пор, как однажды их отправили на совместную миссию. И, пожалуй, даже Её Величество Царица успела об этом пожалеть.