О потеряном в самолётах.

      Мусутафу не встретил его по-особенному: солнышко светит, не очень холодно. Пассажиров с его рейса обходили стороной, оно и понятно, если честно.       Взяв свой старенький рюкзак с вещами, Изуку, в первую очередь, отправился на поиски ответов на вопросы годовалой давности. Он надеется, что Бакуго не будут против неожиданных гостей.       По пути Изуку по привычке, выработанной от некоторой бесполезности телефона за последний год, отмечает несколько зданий, прежде чем вспоминает, что теперь может воспользоваться интернетом и навигатором. Какое счастье! Хотя позвонить он все так же не может, теперь Изуку доступен интернет. Случайно он набредает на какой-то торговый центр, который помнил, и останавливается рядом с курилкой, чтобы сориентироваться. От торгового центра до дома Бакуго пешком идти ещё полчаса, если не больше, но ровно посередине между ними расположился неплохой хостел, где можно будет обустроиться, с учётом ограниченного бюджета.       Всегда можно было рассчитывать, что Бакуго позволят ему переночевать у себя, помня о прошлых днях. Но, только задумавшись об этом, Изуку вспоминает, что его, как прибывшего из UA, в аэропорту обходили за метр. Чему Изуку и научил прошедший год, так это прозорливости.       Рядом начались разборки по поводу курения, и Изуку, расслаблявшийся от запаха, поспешил уйти. По чистой случайности, он натыкается на Каччана.       Чувства, разумеется, никуда не ушли. Изуку рад видеть старого друга, и это выливается в его, старую, давно забытую привычку не стоять на одном месте, постоянно то раскачиваясь, то пружиня на носках. — Каччан? — Пошёл нахер.       Оу.       Видимо, Каччан ещё не отошёл от обиды. Или теперь он обижается на то, что не смог приехать? Разве это не Изуку должен обижаться?       Ещё одна полезная вещь, которой научился Изуку за последний год — способность сохранять лицо. — Я понимаю, что Каччан обижен на меня. Прости. — Ты ебанутый, да?       Какие-то вещи остаются неизменными. Изуку действительно скучал. — Ну… Да? Каччан часто меня так называет.       К ним подходит незнакомое лицо. Парень, их одногодка, пускай есть мускулы, опасным не кажется. Наоборот, походка у него расслабленная и быстрая, парень в приподнятом настроении, как всегда, скорее всего. Выражение лица быстро сменяется, когда парень замечает, что с Каччаном есть ещё и Изуку, эмоциональный тип. Одет в простые штаны, лёгкую ветровку на футболке. Такие обычно добрые и простодушные.       Он друг Каччана? Это хорошо, на самом деле! Наконец-то у Каччана появились настоящие друзья!       Пока Изуку рассматривал подошедшего парня, Каччан ушел. Изуку хотел догнать его и даже сделал несколько шагов, но не стал. Это выглядело как побег. Совсем не в духе Каччана. Может, не только Изуку изменился за последний год.       Изуку решил сначала зайти к Бакуго, уж очень хотелось проведать тётю с дядей. Оставалось надеяться, что они не сменили адрес.       Изуку счастлив видеть тётю и дядю. Действительно счастлив, но как же это утомительно — постоянно следить за их движениями и словами.       Нет, Изуку знает, что Бакуго не причинят ему вреда, что бы ни произошло. Изуку видит, что тётя и дядя чувствуют его недоверие к ним, и Изуку от этого тоже плохо, но по-другому он сейчас просто не может: слишком отвык от семьи. Может, со временем всё вернётся в норму. Время исцеляет даже такие раны.       Очень горько осознавать, что Изуку особо нечего рассказывать про свои студенческие дни. Тётя и дядя, как простые граждане, достаточно далёкие от политики, чтобы ничего не знать о том, что творилось за закрытыми дверями. Но они стараются поддерживать беседу, даже если Изуку иногда даёт слишком расплывчатые ответы или резко обрывает тему. Изуку благодарен им, что они не давят на больные раны.       Изуку старается вспомнить немногие счастливые деньки, которые у него были в академии UA, иногда придумывает, что-то на ходу, стараясь не повторяться.       А что ему ещё рассказывать?       Как Тойя и Тенко ловко обсчитывали клиентов в их скромном комбини?       Как однажды Шиндо-семпай попытался спрятать в их комнате в общежитии полутруп его друга-должника? Как Изуку отмывал кровь, когда их обоих выволокли из комнаты?       Как он однажды случайно сломал руку вора, который к ним заявился с одной погнутой арматурой, и ему пришлось связать несчастного воришку до конца дня и притвориться, что он не слышит звуков из кладовки?       В конце дня Изуку сжалился над ним и опустил, сунув пару черствых булочек, которых они уже не смогут продать. Арматуру Изуку оставил лежать под прилавком, вдруг пригодилась бы.       Зато для тёти и дяди большинство бед обошли его стороной. Изуку не стал бы им рассказывать, какую изнанку мира заключённые в изоляции люди в тот год повидали.                    Открылась входная дверь. — Эй, Карга, я дома!       Тётя мягко забрала на себя разговор, Изуку против не был. — Чего так долго, сопляк?!       Спустя несколько дежурных фраз, наверняка повторявшихся только за этот разговор не один раз, тётя решила ещё раз попытаться уговорить Изуку остаться у них дома: — Изуку, может быть, ты всё-таки останешься погостить у нас? Мы тебе всегда рады.       Изуку бы с радостью остался, если бы не чувствовал, что его и семью Бакуго разделяет целый год лжи. Изуку не хотел лгать близким людям. Хотя бы не больше, чем уже наплел. Каччан под боком только заставляет нервничать. — Не стоит, тётушка. Я не хочу создавать вам неприятности.       Изуку вздрагивает, когда тётя вдруг хватает его за руки. — Не говори так!       Изуку отказывается и, незаметно вытащив ладони из рук Мицуки, уводит разговор в другое русло. Подальше от вопроса о его жилье. Желательно, подальше от Изуку.       Остальной разговор как в тумане, Изуку интересуется вещами, которые смогли бы разговорить тётушку о своей жизни, не поднимая тему Изуку. Это не всегда работало, как нужно, но позволило Изуку немного расслабиться.       Может, теперь он готов снова встретиться с Каччаном лицом к лицу. Сомнительное заявление, учитывая, что они сидят на соседних стульях, чуть ли не соприкасаясь плечами.       Из-за восстановления отношений между академией UA и правительством, в качестве доказательства их дружелюбных намерений друг к другу, на главном новостном телеканале страны будут демонстрировать небольшой сюжет об их академи, её выпускников и самой церемонии выпуска. — У семпая выпуск будет в этом году. И я тоже там буду, приду поддержать его. Это будут показывать по телевизору. Не хотите… Не хотите посмотреть?       Интересно, как отреагирует Каччан, узнав, что Изуку тоже завел себе друзей? Раньше он относился к новым знакомствам довольно ревностно, не важно, что между ними происходило в тот момент.       Каччан, наверняка пропустивший все мимо ушей, кивнул.       Что ж, это похоже на него.       Изуку ожидал, что Каччан останется с ним до вечера и они смогут поговорить наедине впервые за день, но вскоре он засобирался куда-то, быстро выскочив в коридор. Изуку только и успел выбежать в коридор проводить его. — Каччан, осторожней. Рюкзак на полу. Не споткнись.       На улице стоял тот парень, которого раньше Изуку встретил у торгового центра. Он улыбнулся, и Изуку в ответ помахал рукой. Это у друга Каччана такие острые зубы? Напоминают акульи. Как интересно!       Уходя, Каччан не закрыл дверь, так что Изуку сделал это за него.       Если Каччан заранее договорился о встрече со своим акульим другом, то понятно, почему он так скоро ушел. Наверняка ещё и задержался, чтобы побыть здесь подольше, но почему прямо не сказал?       Ещё и так быстро убежал. Каччан же не любит гулять тет-а-тет, ему нужна большая компания, но за дверью был только один человек. Может Изуку себе все просто выдумывает? Это больше похоже на правду. Что же так не даёт покоя.       Помня, что нельзя оставаться сутками даже возле близких людей, ближе к ночи Изуку идёт в хостел и берет койку на эту и следующую ночь.       В субботу, девятнадцатого числа, тётя просила сходить с ней в магазин, помочь донести продукты. Изуку было только в радость помочь ей. По пути тётя рассказывает о том, как изменился город. Возле супермаркета, в который они идут, например, обновили краску на пешеходном переходе.       Приятно знать, что в мире что-то меняется и без Изуку.       Спеша попасть в Мусутафу, Изуку скорее основывался на собственном страхе, который он ощутил, оказавшись в изоляции на острове, но со стороны мамы, Каччана, тёти, дяди всё было не так. Они просто потеряли связь с небольшим клочком земли в океане. Ведь те, кто стоят выше, легко разберутся с этим маленьким казусом, не так ли? Для Изуку же наоборот — исчез целый мир.       Природа чужого страха исходила из другого источника, может, поэтому мама и Бакуго восприняли возвращение Изуку спокойнее, чем он представлял? Может, это потому что они, словно напуганные студенты с острова, спустя время смирились, что ничего не могут сделать?       Вернувшись, тётя и Изуку наблюдают, как Каччан сбегает от них наверх. Тётя хочет его окликнуть, но Изуку вовремя останавливает её.       Сегодня Каччан ведёт себя так же, как в их первую встречу. Это до жути пугает, потому что Изуку перестает узнавать того задиристого Кацуки Бакуго из своего детства.       Надо бы выяснить, что случилось, и срочно.       Но сначала надо позаботиться о Каччане.       Изуку заносит пакеты с продуктами на кухню и поднимается наверх. На самом деле, с чего он взял, что Каччану хочется, чтобы Изуку был рядом. Каччан всегда был самодостаточнным и редко когда нуждался в помощи. Тем не менее, Изуку всегда хотел поддерживать его, несмотря на величину проблемы.       Изуку обнаруживает себя перед дверью в комнату Каччана. Уже поздно отступать, не так ли?       Сначала нужно сообщить, кто пришёл. — Каччан, это я.       После — убедиться, что Каччану нужна помощь. — Ты в порядке? — Иди нахуй, Деку!       Это звучало обиженно. Каччан снова пытался оттолкнуть Изуку от себя? Они столько раз проходили это в детстве. Время идёт, а Каччан нисколечко не меняется.       Изуку сдержанно хихикнул в кулак. — Нет.       Изуку не стал врываться к Каччану в комнату, раз Каччан не стал открывать дверь. Иногда Кацуки нужно личное пространство, и Изуку уважает это.       Так что Изуку просто сел рядом с дверью, чтобы в любой момент дать Каччану знак, что он рядом. Как всегда.       Его будит удар по голове.       Изуку притворяется оглушенным, чтобы атаковать противника, когда тот не будет этого ожидать. — Ты ебанутый?       Изуку узнает этот голос! Каччан. Что он делает в UA?       Ах, точно. Это Изуку больше не в академии.       Изуку посмеивается над собственной глупостью, чтобы притворится, что все в порядке. Выходит жалко. Нервные отрывистые смешки грозятся выйти из-под контроля.       Пока все не стало хуже, Изуку вспоминает как дышать и убегает подальше, чтобы никто не воспользовался этим.       Не то, чтобы кто-то из Бакуго действительно мог так поступить. Просто Изуку, кажется, ещё живёт в прошлом.       Чтобы отвлечься, Изуку вмешивается в разговор между тётей и дядей. Может это было не слишком вежливо, но сейчас это Изуку не волнует. Он извинится позже. Тётя и дядя, по крайней мере, ничего не сказали, так что это и не было важным разговором.       К ним даже присоединяется Каччан! Хотя он все ещё дуется и предпочитает молчать. Изуку надеялся, что они хотя бы раз поговорят друг с другом, но Каччан упорствует. — Я отойду, — Сообщает Каччан.       …Прямо посреди предложения? Нет, Каччан и раньше мог делать, что взбредёт в голову, но он хотя бы прерывал разговор в логической паузе. Это что-то новенькое.       И вообще, куда Каччан так спешит? Почему будто мечется между домом и чем-то ещё? — Каччан, — Жалобно выдаёт Изуку. Они ведь так давно не виделись. Раньше могли сутки напролет вместе проводить, а тут за два дня не больше часа. — Деку, — Недовольно отзывается Каччан. — Кацуки! Я сколько раз говорила тебе не называть так Изуку-куна! — В первый раз слышу.       Что, простите? Не Каччан ли в любой удобный для себя момент жаловался, что тётя Мицуки не разрешает называть его никак иначе, кроме как по имени.       Что.       Изуку даже не замечает, как Каччан уходит. В кухне идеальная тишина. В отдалении хлопает входная дверь. — Что? — Сломленным голосом выдавливает Изуку из себя, надеясь получить ответ у тёти и дяди.       Они молчат. Они отводят взгляд и виновато мнутся, не решаясь сказать и слова.       Изуку вспоминает, что в аэропорту его так и не встретили. Вспоминает, что первое, что сказал ему его дорогой Каччан – уходить.       Так Изуку здесь... никто не ждал?