A Poppy & A Prayer

Она выглядит совсем как настоящая

      И на вкус тоже как настоящая,

      Моя фальшивая пластмассовая любовь.

Radiohead, Fake Plastic Trees

________________________________

      Ведьмы Великобритании!       Из-за вас искусные волшебники отказываются браться за палочки и сражаться на стороне света.       Разве вы не хотите доказать свою преданность делу и уговорить их присоединиться к войскам?       Займите правильную сторону истории.       Сделайте первый шаг.       *Агитационный плакат для набора новых солдат, одобренный Г. Поттером*

________________________________

      Дорогая Поппи,       Жизнь забавная штука.       После нашей встречи на поле боя я зарёкся снова писать тебе, и не потому, во что тебе хотелось бы верить (у меня свои причины, но я не хочу вдаваться в подробности).       Однако не заблуждайся. Я всё ещё планирую придерживаться данного себе слова ПОСЛЕ того, как выскажу свои мысли насчёт листовки Поттера.       Правильная сторона истории?       Он же шутит, да?       Особенно учитывая, что он только вчера организовал публичную казнь восьми Пожирателей в Хогсмиде.       Им было всего шестнадцать.       Подписано:       Элтанин

________________________________

      Дорогой Элтанин,       Он казнил только шестерых. Те двое, кого мне удалось спасти, уже на пути в ваш лагерь. Я избавила их от болезненных воспоминаний, но они всё равно до ужаса напуганы.       Не спрашивай, как мне удалось, потому что в письме это слишком трудно объяснить, а у меня мало времени.       Надеюсь, они в порядке. Прикладываю к этому посланию два пузырька снотворного и экстракта бадьяна.       Твоя Поппи

________________________________

      Дорогая Поппи,       С момента получения твоего последнего письма прошла неделя, шесть часов и двадцать три минуты.       Я это знаю, потому что считал.       Помнишь, мы говорили о банках с червями, которые не стоит открывать? Так вот, увидев тебя в тот день, я обнаружил ещё больше таких банок, доверху наполненных червями. А самое кошмарное, что все они невероятно старые и ржавые, отчего вот-вот взорвутся. Мне кажется, я таскал их с собой с третьего курса, когда ты ударила меня по лицу.       Поэтому, чтобы сохранить рассудок, получив твоё письмо, я положил руку на грудь и сказал: «Хватит». Хватит писем, хватит высматривать тебя и хватит думать, всё ли с тобой хорошо.       И я держался всё это время, пока не понял, что игнорирование огромного количества червивых банок ещё больше ухудшает моё состояние.       Я пытаюсь сказать, что хочу встретиться.       Мы можем увидеться, Поппи?       Элтанин

________________________________

      Дорогой Элтанин,       Сейчас я помогаю ордену с большой партией крововосполняющего зелья, так что они заметят мою пропажу.       Поппи       P. S. Ты недооцениваешь то количество банок, что запасла я.

________________________________

      Поппи,       Южнее фермы, где вы сейчас остановились, есть домик на озере. Если у тебя получится выкроить немного времени прямо перед рассветом, я буду ждать тебя на крыльце.       Прикладываю карту, которая приведёт тебя сюда.       K5 III       P. S. Если ты принесёшь свои банки, то я принесу свои.

________________________________

      Дорогой Элтанин,       Мы ведь даже на задумались о том, чтобы открыть эти банки.       Мы встретились лицом к лицу четыре ночи назад — неожиданное появление, долгожданный враг. Ты не сказал ни слова, просто протянул руку, пока я на полпути не дотронулась до тебя. До сих пор вспоминаю мурашки от первого прикосновения. Я почти убедила себя, что ты — плод моего воображения, потому что я просто соскучилась по человеческому теплу.       Наши ладони зависли в воздухе, пока ты не переплёл пальцы. Я ничего такого не ожидала, но ты прижал меня к груди, отчего я ударилась о неё щекой. Но затем я услышала ровное стаккато твоего сердца. Именно тогда я позволила себе расслабиться.       Именно тогда я позволила себе поверить, что всё это по-настоящему, что ты настоящий, и, хотя в этом нет никакого смысла, ты пророс во мне, словно золотистый плющ.       Ты положил подбородок мне на затылок, и я не смогла сдержать слёз, намочив лацкан твоего пальто.       Головой я понимаю, что мне следовало побольше расспросить тебя, провести расследование и собрать информацию, следовало отомстить за павших. Но я пошла на поводу эгоизма, не желая портить момент.       Когда в далёком будущем я буду воскрешать эту встречу в памяти, я хочу вспомнить аромат дождя от твоего пальто, ощущение магии на твоей коже, вкус твоих губ, прижавшихся к моим лишь на краткий миг, опасный и сладкий, как грех.       Возможно, однажды мы обсудим наше прошлое.       Возможно, однажды, когда всё это кончится, мы сядем и действительно вытащим всё, что так долго носили с собой, отделив хорошее от плохого.       Но сейчас, что бы из этого ни вышло, придётся смириться.       Спустя девяносто один день я могу сказать, что наконец дышу.       Твоя Поппи

________________________________

      Дорогой ядовитый цветок,       Я не знаю, что творится между нами.       Можешь называть меня эгоистом, сумасшедшим или как угодно ещё, потому что мне нравится происходящее.       Мне нравятся, как оно согревает мои продрогшие кости и как заставляет сердце бешено биться о рёбра, так как это служит мне слабым напоминанием, что я здесь, я жив и я всё ещё человек. Даже после всех тех смертей и разрушений, которые я принёс.       Возможно, это безумие, быть может, эгоизм, но я хочу встретиться снова.       Подписано:       Элтанин

________________________________

      Дорогой Элтанин,       Да. Это безумие.       Ещё, возможно, оно заразно, потому что я тоже хочу опять тебя увидеть.       Твоя Поппи

________________________________

      Дорогой ядовитый цветок,       Две недели.       Словно запертый в клетку голубь, я не мог обрести покой целых две недели.       Мне нравится думать, что прекрасно обращаюсь с пером и словом. Но я пребываю в агонии с того самого дня у озёрного домика. Так что, Поппи, тебе придётся довольствоваться моим бессвязным бредом.       Если ты хотела забраться мне под кожу и пустить корни, думаю, тебе это удалось.       Мои стены дрогнули, грудь распахнулась, и, если подойдёшь достаточно близко, увидишь, как трепещет сердце. Если желаешь, можешь нанести смертельный удар прямо сейчас. Я не стану уворачиваться.       Я поцеловал тебя, когда знал, что не должен, а ты поцеловала в ответ, понимая, что не стоит.       И что нам теперь делать?       Как бы всё сложилось, окажись у нас больше времени?       Ты сочтёшь меня сумасшедшим, если я скажу, что хотел бы это выяснить?       Твой Элтанин

________________________________

      Дорогой Элтанин,       Извини, что мне потребовалось столько времени на ответ. Крововосполняющие зелья оказались невероятно непростой задачкой. И я не подумала, где нам их все хранить.       Мне нравится считать, что в большинстве случаев я скорее очень организованный и инициативный человек. Так что отсутствие конкретного плана по размещению новых зелий приводит меня в ужас.       Не буду вдаваться в детали, как мне удалось расставить всё, но теперь поручение выполнено. Участники моего отряда приступили к переезду.       Находясь в самом центре этой неразберихи, я смогла выкроить пару дней для себя и теперь собираюсь вернуться на ферму, чтобы подвести кое-какие итоги.       Смогу встретиться с тобой в озёрном домике завтра утром, если у тебя есть время.       Твоя Поппи

________________________________

      Дорогой Драко,       Вот я и написала его.       Твоё имя.       Меня окружает грязно-зелёная вода. Цветы лотоса, покоящиеся на широких восковых листьях, покрывают всё озеро, а я сижу на берегу и собираю ничем не примечательные для меня растения в корзинку. При каждом тихом щелчке отломанного стебелька я восхищаюсь яркими оттенками и насыщенными ароматами.       Каждый раз поднимая глаза навстречу проступающим сквозь листву лучам солнца, которые согревают лицо, я хочу просто улыбаться в пустоту. Просто так, оттого, как мне хорошо здесь, в озёрном домике, будто бы всё в порядке.       По пути внутрь я снова буду выискивать взглядом четырёхлистный клевер на удачу. Покажу его тебе, когда вернёшься, и с упоением понаблюдаю, как ты откинешь голову и заразительно рассмеёшься. Я наклонюсь и сцелую этот смех с твоего лица, закупорив его глубоко в себе на чёрный день, когда полевые цветы увянут.       Да, однажды мы сравнили любовь с банкой червей, но, думаю, лейкопластырь был бы уместнее. Нужно просто его сорвать и дать себе исцелиться.       Две ночи назад я призналась себе, что люблю тебя, и больше не оглядывалась. До сих пор не могу понять, когда или как это произошло, но ощущение невидимости, которое последовало за этим откровением, напугало меня. Не претендую на звание эксперта, но, полагаю, именно это любовь и делает с людьми. Она словно болезнь, что заставляет замечать маленькие странности природы. Искать клевер и загадывать желания, сдувая пушистые головы одуванчиков. И это до чёртиков меня пугает.       Я годами запрещала себе надеяться. Годами я не позволяла этому чувству просачиваться в трещины моей истерзанной души. Когда не видишь ничего, кроме измен и предательства, когда за всю жизнь не держал ничего, кроме кинжалов и ножей, ты учишься яростно себя защищать. Спишь с открытыми глазами и готовишься к худшему.       Когда вернусь в домик, то налью в глиняный горшок воду и поставлю туда собранные растения. Я упаду на кровать, вжимаясь в изголовье, и буду нетерпеливо ждать твоего возвращения. Я буду ждать привычного поцелуя в лоб, куда ты всегда меня чмокаешь по приходе, и смеха, что щекочет кожу.       Как и прошлой ночью, ты скажешь мне отдохнуть, и на этот раз я не стану спорить. Просто дам холодной и успокаивающей тьме поглотить меня. И, даже засыпая, я буду прислушиваться к мерному стуку твоего сердца, Драко. Буду слушать, пока он не убаюкает меня.       Вечно твоя       Гермиона (как ты назвал меня ночью)

________________________________

      Моя милая Грейнджер,       Говорят, в начале девятнадцатого века красные маки расцвели вокруг тел павших в наполеоновских войнах солдат.       Ты крепко спишь, посапывая сквозь приоткрытые губы. Люди, как правило, занимаются хобби в свободное время, и это должно приносить удовольствие. Так что считаю, сон — отличное хобби. Во сне ты выглядишь красивой.       Сейчас я пишу это письмо, но буквально минуту назад я читал тебе вслух «Пикник у Висячей скалы». Ты слишком устала, чтобы следить за ходом повествования, однако поцеловала меня в плечо и попросила продолжать.       Я не могу не думать: так ли всё могло бы сложиться? Так ли всё бы выглядело, выбери мы другие дороги судьбы? У нас было бы больше времени вдвоём. Трёх украденных дней просто недостаточно.       Несмотря ни на что и вопреки тому, что наши действия неправильны во всех смыслах, мы продолжаем притворяться. Мы делаем вид, будто произошёл какой-то временной сбой и целый мир вокруг нас замер.       Я Драко, а ты Гермиона, и мы влюблены.       Утром я перебирал белые клавиши рояля, а ты танцевала в одной моей мятой рубашке. В какой-то момент между песнями я остановился, чтобы просто посмотреть на тебя, и ты прервала своё очаровательно неуклюжий танец, чтобы в ответ взглянуть на меня сквозь прилившие к потному лицу волосы.       «Ты выглядишь нелепо, — сказал я, рассмеявшись так громко, что послышалось эхо. — Боже, я безумно тебя люблю».       Моё беззаботное признание, похоже, застало тебя врасплох, потому что твоё лицо посерьёзнело. Я всё ещё помню тот самый оттенок карего, которые приобрели твои глаза, когда ты бросилась в мои объятья. Я так сильно хочу запечатлеть это мгновение в памяти, что мне физически больно от осознания — нельзя. Это слишком рискованно.       «Я люблю тебя. Люблю. Люблю…» — ты столько раз шептала мне в шею, что я подумал, будто тебе известно, как же мне хочется слышать эти слова снова и снова. В конце концов, ты — моя Поппи, мой мак, мой ядовитый цветок, зеркало моей души.       Мы пошли плавать в озере и до конца дня притворялись, что это наш домик. Мы лежали на солнце, я выводил рисунки на гладкой коже твоей спины, а ты смеялась, потому что под лопаткой было щекотно.       Позже, пока я готовил аррабьяту, ты отжимала и развешивала нашу свежевыстиранную одежду. Когда я закончил накрывать на стол, ты вошла через заднюю дверь с корзиной для белья, заполненной гортензиями.       Ты набрала воды в вазу, а я обнял тебя за талию и поцеловал за ухом. От твоего нежного стона мне пришлось приложить все усилия, чтобы не переборщить с реакцией. У меня ничего не получилось. Я понял, что ты всё поняла, потому что стала тереться о меня бёдрами.       «Сначала ужин», — я прочистил горло, напоминая себе, что нас ждёт паста. Должен признаться, я бы лучше наложил на неё согревающие чары и попробовал сначала тебя, если бы мы уже не занимались сексом в тот день, жёстко, на мраморной столешнице.       У нас нет бокалов, поэтому мы пили из кружек, которые нашли в одном из шкафчиков. Мы сели напротив друг друга и чокнулись.       Во время еды мы говорили и говорили, обсуждая всё, что приходило в голову. Ты рассказала о сомнительной теории внеземного заговора, которую недавно вычитала в книге, и я опроверг её, просто чтобы позлить тебя.       После трапезы я предложил убрать со стола маггловским способом. Пока я мыл посуду, ты вытирала её и оставляла на специальной подставке. В соседней комнате играла песня Radiohead (я же говорил, что слушаю, когда ты бубнила про маггловские группы), слабый гул «Fake Plastic Trees» проникал в кухню, солнце близилось к заходу, и крики возвращающихся домой птиц, смешивающиеся со звуком текущей воды, казались такими красивыми и приземлёнными, что к глазам подступили слёзы.       Ты сразу заметила смену моего настроения и спросила, что случилось, а я соврал тебе прямо в лицо, поскольку не хотел возвращаться к реальности, которую мы весь день избегали.       Вот что я должен был тебе сказать:       Я хочу остаться с тобой в озёрном домике навсегда, Грейнджер. Хочу, чтобы всё осталось таким навсегда.       А вот что я на самом деле тебе сказал:       «Хочу остаться здесь с тобой ещё на три дня».       «Но у нас кончилось вино», — с улыбкой ответила ты, однако от меня не укрылся прозвучавший надлом.       «Зато есть бурбон». Ты снова улыбнулась и хлопнула в ладоши.       У нас ещё есть бурбон, Поппи, у нас ещё есть время.       Твой Драко (именно так, как это имя слетает с твоих губ)

________________________________

      Моя дражайшая Поппи,       Хочу сделать особый акцент на слове «моя», потому что ты принадлежишь мне, Поппи.       Ты принадлежишь мне, когда сидишь со мной у озера и тихо плачешь, обняв колени.       Ты принадлежишь мне, даже когда, будто вздорная девчонка, уговариваешь меня загадать желание и подуть на одуванчик. Ты принадлежишь мне, когда смеёшься. Ты принадлежишь мне, когда спишь. Принадлежишь мне, когда ты рядом. И принадлежишь мне, когда нет.       Оказывается, я довольно часто прихожу в озёрный домик. Он совершенно опустел и выглядит заброшенным, точно в таком же состоянии, каким ты его оставила. Знаю, ты сейчас, наверное, на песчаном берегу далеко в Австралии, куда отправилась проведать родителей с безопасного расстояния, но я ощущаю твоё присутствие внутри этих бетонных стен. Я смотрю на кухонную столешницу и вспоминаю твоё тело, прижатое к ней. Когда я гляжу на увядающие в глиняном горшке полевые цветы, то до сих пор слышу, как ты тихо напевала, меняя им воду.       Единственное физическое напоминание, что мы вообще когда-то были тут вместе, — крошечные следы от твоих ногтей на изголовье кровати. Я стараюсь меньше размышлять об этом, потому что знаю — я рвану за портключом и окажусь в южном полушарии, где в середине июля царит зима. Возможно, нам бы даже удалось своими глазами увидеть Висячую скалу.       Не ругай меня. Справляться с новообретёнными чувствами и без того довольно тяжело. Мне не нужно, чтобы ты вздыхала мне в шею, напоминая, как это неправильно. И прежде чем ты скажешь, что мы до сих пор находимся по разные стороны баррикад в войне, конца которой уже давно не видно, я всё равно решительно отвергну твоё предложение убить друг друга, если снова встретимся на поле боя. Должен быть другой путь (хотя, думаю, что не имею ничего против того, чтобы ты повздыхала мне в шею. По этому я тоже скучаю).       Ещё слишком рано спрашивать, когда ты снова сможешь вырваться? Не будет ли это чересчур опрометчиво? Я ненасытен?       Твой во всех смыслах и под любым именем       Элтанин, Бен, Бенедикт (ха-ха), K5 III, Драко

________________________________

      .--. --- -.. ... --- .-.. -. ..- .... / -....- / ..-.. - --- / -- --- .--- / -.-. .-- . - --- -.-

________________________________

      Дорогая Поппи,       «Подсолнух — это мой цветок».       Только ты могла заморочиться и прислать мне цитату Ван Гога азбукой Морзе. Моё сердце наполняется облегчением от осознания, что ты ещё где-то там, в этом мире, живая и сражающаяся.       Твой K5 III

________________________________

      .-.- / - . -... .-.- / .-.. ..-- -... .-.. ..--

________________________________

      Я тоже люблю тебя, мой ядовитый цветок.

________________________________

      Дорогой Элтанин,       За последние полгода я побывала везде, так и не побывав нигде. Было время, когда кочевой образ жизни меня не беспокоил. Я следовала за ветром, всегда первой вызывалась на миссии, которые требовали долгие месяцы скитаний, но сейчас я хочу остановиться. Я хочу стабильности. Хочу обрести место, куда могу приползти, когда болят даже кости, закрыть глаза и отдохнуть. Я хочу дом. Я хочу тебя.       Два письма за целых шесть месяцев — просто недопустимо, и я прошу прощения. Я просто старалась быть более осторожной, потому что надо мной с Австралии будто нависло облако паранойи.       В последнее время подозрительно спокойно. Ярко-голубое небо, никаких Пожирателей на улицах, в маггловских новостях фигурируют только вооружённые ограбления и бульварные сплетни о светских львицах — всё это похоже на затишье перед бурей. Скажи, что я излишне пессимистична, скажи, что я слишком осторожна. Скажи, что ты в порядке и всё хорошо.       Твоя Поппи