С судьбой не поспоришь

Меня разбудило ровное гудение мотора и этот звук оглушающим страхом парализовал тело. Мы в воздухе? Значит, вчерашний кошмар не сон, а реальность, и зря я надеялся, что Райнер отпустит меня перед отлетом на все четыре... Куда везут меня прочь от дома, что ждет меня в далекой и чужой стране? Осторожно приоткрыл глаза - шикарный салон частного самолета, месяц назад мы летали с Энгелем на таком, мягкие комфортабельные кресла, приятный прохладный воздух. Отчетливый запах "моего" альфы, немедленно отозвавшийся внутри меня странным волнением. Напротив - тот самый бета по имени Лаен, который оглушил меня вчера вечером точным ударом в область шеи. Сейчас он мирно дремал, опустив сиденье почти в горизонтальное положение. Райнер расположился слева, через небольшой проход. Он не спал, устремив пристальный взгляд в овальный иллюминатор, словно увидел там что-то интересное. - Проснулся? - заметив, что я зашевелился, осведомился он. - Позавтракать не желаешь? Будничные вопросы неприятно шокировали меня, заставив болезненно сжаться сердце. Он что, совсем ненормальный? Похитил, везет неизвестно куда, и спрашивает, не хочу ли я набить желудок? - Куда мы летим, господин Райнер? - с трудом разлепив пересохшие губы, выдавил я самый животрепещущий для себя вопрос. Вряд ли он ответит честно, но отчего бы не попытаться? - В рай! - насмешливо сощурился он. - Не веришь? Скоро сам убедишься. Тебе понравится, вот увидишь, через неделю и думать забудешь о вспыльчивом молокососе Энгеле. Он не стоит тебя, а кроме того, он плохо обращался с тобой, разве не так? - Зачем вы увезли меня? Я не представлял для вас никакой угрозы. - Ты веришь в волю случая, Корин? Я верю. Последние несколько дней я всерьез подумывал, как бы умыкнуть тебя из-под носа у братишки, но совесть удерживала меня на краю рокового решения, я все-таки не настолько ужасен, как обрисовали тебе дьявола Райнера мои дражайшие родственники. И вдруг ты сам, по доброй воле влетел в мои сети, грех не воспользоваться, как ты считаешь? - Я не влетал в ваши сети, - хмуро возразил я. - И я почти ничего не слышал из вашего разговора, а кроме того, у меня и в мыслях не было мешать вам и лезть не в свои дела. Теперь же вы стали преступником и вам светит солидный срок за похищение человека. Не думайте, что мой свекор и мой муж спустят вам это с рук. Они обязательно доберутся до вашего острова и освободят меня, а вас сдадут полиции. - А ты забавный малыш, Корин, - Райнер весело расхохотался, сдернул меня с места и усадил рядом с собой, - если действительно полагаешь, что эта прогнившая изнутри семейка будет тебя искать. Как я понял, отец не в восторге от вашего брака и будет лишь рад избавиться от нежеланного зятя, а Энгель... Ты уверен, что хорошо знаешь своего так горячо любимого супруга? - Зачем я вам? - не отвечая на бестактный вопрос, прошептал я. - Что вы собираетесь со мной делать? - Мне было стыдно признавать, но его близость снова действовала на меня самым невыносимым образом, тело предало и задрожало, руки похолодели, дыхание сбилось с ритма и понеслось рваными скачками, учащая сердцебиение. - Я хочу тебя, - с наглой усмешкой заявил он. - Ты притягиваешь меня, а почему, не знаю. В истинные пары я не верю, бредовая выдумка глупых омег, но твой запах действительно необычен. Я почувствовал его в первые же минуты, когда подошел к тебе в свадебном зале да и потом, когда братец не нашел в себе мужества запретить мне полапать тебя в танце. Да ты и сам не против покувыркаться со мной в постели, разве не так? Ты и сейчас весь дрожишь, Корин, и не можешь отрицать это. А если я сделаю сейчас вот так... - он развернул меня лицом к себе и вплотную приблизил ко мне губы. Я зажмурился и сжался, испытывая смешанное чувство сумасшедшего волнения и столь же сильной, отчаянной паники. - Нет, нет... вы не можете... - упираясь руками ему в плечи, слабо сопротивлялся я. - Отпустите меня, господин Райнер. - Не бойся, я не собирался тебя целовать, просто проверил твою реакцию, - насмешливо фыркнул он. - Видишь ли, Кори, я довольно брезглив, так что прежде, чем удостоить моего мальчика ласк и поцелуев, я должен сначала отмыть его, отчистить от грязи мерзких рук братца Энгеля, и только потом, когда это нежное гибкое тельце будет скрипеть первозданной чистотой, только тогда ты станешь моим, мой сладкий. А сделать это сейчас нельзя, надо подождать, когда мы доберемся до моего острова, там, где я господин и хозяин, нет, даже больше, где я бог и властелин всего, в том числе и твоей жизни, малыш. Захочу - приласкаю, захочу - брошу в море на съедение акулам, так что прими это к сведению и не делай глупостей. Я сжал зубы и отвернулся, не желая продолжать беспредметный разговор с сумасшедшим маньяком. Перспективы на будущее вырисовывались в голове совсем не радужные, но почему же тело продолжало ныть и жаждать этого насильника, почему грудь волновалась и дыхание никак не желало выравниваться? Может, я и сам ненормальный, если чувствую неистребимое влечение к своему похитителю, если весь дрожу и замираю от предчувствия обещанных им "водных" процедур? В аэропорту нас уже ждали две машины: роскошный черный лимузин и большой синий фургон. В лимузин сел Райнер (водитель угодливо открыл перед ним двери), в фургон Лаен затолкал меня. Там оказалось десятка полтора крепких здоровых бет, в полумасках и камуфляже, вооруженных автоматами. Кто они? Личная охрана, или почетный эскорт? Похоже, мой похититель не врал, в этом месте он действительно царь и бог, а я мелкая букашка, принадлежащая ему душой и телом. Мне стало по-настоящему страшно, и я покорно сел, куда приказали, до боли сжимая руки и стараясь унять мелкую предательскую дрожь, колотившую меня отнюдь не от холода. Ехали мы недолго, и фургон вскоре остановился. Один из бет завязал мне глаза черной повязкой, потом грубо схватил за локоть и вытащил наружу. Меня молча куда-то повели, я ничего не видел и спотыкался, а провожатый слегка подпинывал коленом сзади, до боли сжимая мне правое предплечье. Твердое покрытие сменилось чем-то ребристым, потом пол подо мной зашатался, в нос ударил морской запах. Большой катер или яхта? Меня усадили на жесткое сидение и завязали руки сзади, наверно из опасения, чтобы я не попытался сорвать повязку. Пленник. Да, я действительно жалкий пленник. Как неожиданно и резко повернулась вдруг моя судьба. Всего лишь десять дней назад я был счастливейшим на земле человеком, а сегодня превратился в бесправного раба. Где я сейчас, в какой стране, как далеко от дома? Море, остров, жара, - значит, где-то на юге. Попытался вспомнить географическую карту. Тайвань? Таиланд? Или Индонезия? Где может быть сеть казино и жемчужный промысел? А впрочем - какая, на хрен, разница? Пленник - он и в Африке пленник. Сделать я ничего не мог. Оставалось смириться. Мелькнула мысль - как там сейчас Энгель, ищет ли меня? Мелькнула - и тут же пропала, сменившись другой, - а действительно ли хорошо я его знаю? Чертов Райнер, посеял зерна сомнения. Плевать, не о том думаю. А о чем надо думать пленнику, которого везут в неволю? Солнце грело лицо, катер качало. Воздух чист и свеж, и я вдыхал его полной грудью. Лучше не думать, ни о чем не думать. *** Меня грубо втолкнули в комнату и только тогда сняли повязку. В двери щелкнул замок. Ладно, ничего иного мы и не ждали. Большое светлое помещение, изысканная стильная обстановка. Шикарная тюрьма, жаловаться не приходится. Подошел к окну, с интересом посмотрел наружу. Бескрайний водный простор, а на переднем плане - экзотический сад, белоснежная беседка, фонтан слева, мраморная статуя, искусственный бассейн. Красиво, в лучших традициях южных миллиардеров, видел в каком-то фильме про колумбийских наркобаронов. Обошел выделенное мне пристанище. Огромная кровать, светлая мебель и много солнца. В доме у Энгеля было богато, но как-то безвкусно, здесь же все дышало гармонией. Дизайн продуман до мелочей, я и сам предложил бы что-то подобное, если бы мне довелось работать над отделкой такой комнаты. Усмехнувшись невовремя проснувшемуся во мне профессионалу, перешел в ванную. Вот здесь бы я кое-что переделал, слишком уж вычурно, хотя в глаза ничего не бросается. Материалы высшего качества, редкие и очень дорогие оттенки мрамора, изумительной красоты плитка на полу. Такую я видел только в каталогах, и цены на нее баснословные. Хотел принять душ, но потом раздумал, решив не упрощать господину Райнеру задачу. Он сказал, что ему надо отмыть меня от грязи Энгеля, вот пусть сам и старается, да и не факт, что мое самостоятельное мытье ему понравится. Буду плыть по течению, все равно вариантов никаких нет и сбежать не получится, даже нечего об этом думать. До позднего вечера меня никто не побеспокоил, не считая слуги, который принес мне обед. Объявлять голодовку я посчитал детской глупостью, поэтому съел все, что дали, и повалился на постель. Что еще делать пленнику? Никаких развлечений мне не предоставили, - ни телевизора, ни ноута, ни цветного глянцевого журнальчика с рекламой и голыми красавчиками. Время тянулось мучительно медленно, пока, наконец, дверь не открылась, явив моему взору господина Райнера.