Клуб убийц композиторов

— Серьёзно, за портьерой? — сказал Сальери, нервно оправляя ворот сюртука. — Ты хочешь этого прямо сейчас? Вольфганг беспечно рассмеялся, обвил его шею руками и поцеловал в губы. Все возражения выдуло из головы вместе с аргументацией, еще недавно такой стройной, почему заниматься любовью во дворце никак нельзя. В зале стоял обычный шум голосов. Люди ходили и переговаривались возле их укрытия, едва не задевая их плечами. — …не может быть и речи, пока Австрия участвует в этом… как не может быть речи и о том, чтобы Австрия могла остаться в стороне… — внятно прозвучало совсем рядом. Сальери невольно вздрогнул и сильнее вжал Моцарта в стену. Моцарт, беспечный, как дитя, принял этот жест за новую ласку и, опустив руки на бедра Сальери, погладил его через кюлоты. — Поцелуй меня в шею… — скомандовал он, горячо дыша в ухо и щекотно задевая щеку локонами своего парика. — Пожалуйста, Антонио… Покорный его шепоту как приказу, Сальери склонился к нему. Внешний мир сразу будто исчез. Они остались вдвоем. Сумрак тяжелых портьер скрывал их убежище. С губ Вольфганга сорвался легкий стон. — Уедем ко мне… сейчас… Вольфганг… — умоляюще попросил Сальери, понимая, что уже едва может сдерживать растекающийся по всему телу тяжёлый, мутный жар. Пальцы Вольфганга на миг замерли на его бедрах, а потом впились сильнее. — Уедем, — согласился он царственно — только ему одному удавалось впустить эти ноты даже в едва слышный шепот. — Послушанием ты заслужил отсрочку. Но уж в следующий раз, обещай мне, останемся до конца обеденного марша. И посмотрим, кто из нас продержится дольше!