По-научному

— Ну и параша это ваше среднее образование... — Плетётся следом за Макаровым Гречкин, недовольно щурясь на солнце и периодически спотыкаясь на камнях, хотя казалось бы, каким образом он может споткнуться? Лёша молчит. Идёт, низко опустив голову, заткнув уши наушниками и не смотря по сторонам, двигаясь в общем потоке и замирая в нём же на пешеходных переходах. — Эй, малой, что по графику развлечений? Или ты так и будешь комната-школа меня таскать. Ау?! Я не со стенкой разговариваю. — Но Лёша упорно шёл в сторону дома, полностью игнорируя активную жестикуляцию Гречкина где-то на краю сознания. Лёша должен сделать уроки на завтра. Перечитать всё то, что не услышал сегодня из-за «Мы забрались в камыши, наебались от души, нахера нам эти ландыши...» в исполнении Кирилла Гречкина, которому на ухо наступил не слон, а, как минимум, мамонт, к тому же он ещё и проголодался. — Ты реально ботан... — Глядя на то, как Лёша расскладывает на столе тетради, ставит учебник на подставку для книг и затачивает карандаши в точилке, Кирилл почти чувствует брезгливость. Когда то же самое делает Лёшин сосед по комнате - Кирилл почти воет от безысходности. — Я начну с математики. — Я тоже. — Кивает Лёша и снимает наушники. — Лёш, а хочешь стриптиз? Давай я для тебя разденусь, а ты вместо этой параши сгоняешь в бар? Меня ж тут тоска сожрёт... — Но Лёша старательно считал логарифмы и старался не обращать внимания на Гречкина, которого не мог потрогать, проходя рукой на сквозь, и который не мог навредить ему, не обладая физической формой. — Исчезни из моей жизни... Мудила. — Едва слышно шипит Лёша, гипнотизируя учебник с упражнениями. Учебник гипнотизироваться не желал. — Ну что ты, Сопля, как я могу тебя оставить? Ты ж без меня заскучаешь. — Кирилл садится на край стола и болтает ногами в воздухе. — А вообще, ты и сам мне не упёрся никуда. Понятия не имею, почему не могу уйти. — Ты мёртв! Мёртвые должны оставаться мёртвыми! — Едва слышно шипит Лёша, боясь, что сосед по комнате его услышит, но тот натянул наушники. С музыкой ему, в отличие от Лёши, сосредоточиться было куда проще. — Но ты не смог бы говорить с мёртвым. Не так ли? Значит кто-то из нас проебался. Я вот не считаю себя мёртвым. — У тебя явные проблемы со счётом. — Теряет терпение Макаров. — Завали своё лицо и не мешай! Кирилл тоскливо смотрит на то, как тетрадь на столе постепенно заполняется эльфийскими иероглифами, которые Макаров упорно продолжал называть уравнениями, и почти бьётся головой об стену, пролетая её насквозь. Лёша бы не обратил на это внимание, если б Гречкин так и не замер, наполовину скрывшись в соседней комнате и даже перестав дрыгать ногами. — Слыш, Сопляк. А соседки у тебя ничего такие... — На секунду вынырнув из стены, пошло ухмыляется Гречкин, тут же падая обратно. — Им бы кружевное бельё и юбки покороче... Ммм, конфетка просто. Пойду полапаю.. Или, хотя бы, сделаю вид, что получилось. — Лёша изо всех сил держит себя в руках. В конце концов, будет очень странно, если он начнёт выяснять отношения с мёртвым человеком при свидетелях, по причине «он сталкерит за девушками, живущими за стенкой». Наоборот, Макаров пытается как можно быстрее выполнить все задания, пока Гречкин не вернулся к своим попыткам его отвлечь. — Я не совсем уверен, что напишу завтра химию. Ну нахера мне эта химия, если я хочу поступать в музыкалку? Зря я, что ли, всю сознательную жизнь убил на скрипку? — Стягивает наушники сосед Лёши по комнате и откидывается на спинку стула. — Я в химии ещё больший ноль, чем ты. — Качает головой Макаров, даже глядя в учебник и конспекты, не понимая там ни буквы. — Я в химии хорош. Что с чем смешать надо и для какой массы? — Тут же высовывается из стенки Гречкин, заставляя Лёшу вздрогнуть. — Шпоры есть смысл делать? — Какие? Таблицу Менделеева? Она и так на стене висит. — Сосед по комнате печально кивает в знак согласия. — Пойду у наших поспрашиваю. Может кто что понимает. — Он уходит, а Лёша переводит злобный взгляд на Кирилла. — Гречкин! — Тот отвлекается от изучения лежащего на соседской кровати выпуска плейбоя, оборачивается к Лёше и улыбается. — Исчезни из моей жизни! Что тебе надо?! — Да ничего мне не надо! — Он разваливается на чужой кровати, облизывается и закидывает руки за голову. Он не знал, что ему сказать. Сказать, что застрял? Что помнит каждую секунду того, как плавилась его кожа, а потом открыв глаза в темноте пугался, что его закопали живьём? Что поднявшись над собственной могилой ещё несколько часов истерически хохотал и пытался "проснуться"? Что за два дня дошёл до своего дома, игнорируя проезжающие сквозь собственную плоть автомобили, но отец его так и не увидел? Что его словно магнитом тянуло к Радуге, и с каждым днём расстояние начинало причинять всё больше боли? Учёные дали этому название: Пиздец Ну, когда ты всю сознательную жизнь прожигаешь отцовские деньги на развлечения, меняешь девок как перчатки, покупаешь всё и всех, а потом за непреднамеренное убийство одного неправильного человека тебя сжигают заживо. Когда ты просыпаешься глубоко под землёй, всё ещё чувствуешь фантомный жар по всему телу, почти час пытаешься понять как тебе выбраться наружу, а потом понимаешь, что жёсткая крышка гроба тебе не преграда и деревья на кладбище не преграда, и ты проходишь сквозь них, и ни один листочек с ветки не падает. Когда приходишь домой, а твой отец сидит в трауре, напивается и абсолютно не слышит твоего отчаянного «Пап, я здесь!». Когда под волной накатившего осознания ты скатываешься по стенке на пол, захлёбываясь слезами и не веря, что эта хуйня действительно происходит именно с тобой. Когда тебя тянет словно пса за поводок к Детскому Дому, ты идёшь, ведомый неизвестной силой, по коридорам, замираешь у кровати непонятного ребёнка, только по фотографии на столе понимая, как же ты, сука, влип. Когда он просыпается и, вот же удивление, видит тебя. Учёные дали этому название: Пиздец Так и запишите. Лёша с сомнением смотрит на Гречкина, качает головой, словно проверяя, остались ли в ней мозги, а потом берёт полотенце и направляется в душ. Пожалуй, ему надо немного погреться и расслабить мозги. А потом, возможно, поискать психиатра. Одежду ровной стопочкой Лёша кладёт на свою полку, берёт шампунь, заходит в душевую кабину, сразу выкручивая вентиль. Тёплая вода, недостаточно горячая, чтобы обжечь, но и недостаточно холодная, чтобы вызвать дрожь, моментально выбила из головы лишние мысли. Лёша просто устал. Это нормально, что уставший мозг творит херню. — Хм... А ты ничего, большой мальчик... — Лёша едва не поскальзывается, тут же открывая глаза и нос к носу сталкиваясь с Гречкиным, расслабленно опирающимся на стенку душевой и с интересом разглядывающего стоящего перед ним Лёшу. — Хотя может тебе татуировку на груди набить? А лучше под грудью. Меч, там, или... — Какого хрена ты тут стоишь?! — Шипит Макаров, надеясь, что у его дружеской беседы с самим собой не будет свидетелей. — Так а где мне быть, я не могу отойти от тебя слишком далеко, а сидеть в коридоре ждать, так я тебе не собака. Слушай, а ты в стрип-пластику не планировал пойти? Такое тело пропадает... Или в стриптиз. О, ты бы был самым прибыльным... — Выйди отсюда! — Лёша перенаправляет поток воды на Гречкина, но тот, не испытывая абсолютно никаких затруднений по этому поводу, лишь довольно облизывается. — Честное слово, я б тебе за приват не меньше сотки отвалил. Учёные дали этому название. Ну, когда тебя после смерти притягивает к человеку, из-за убийства сестры которого ты, собственно говоря, и умер, но вместо того, чтобы попытаться убить его, ты думаешь, как бы, блять, в него не влюбиться. Когда смотришь на его невинное личико, зная, на что он способен в гневе, но видишь в нем того, кого хочется защитить. Когда будучи призраком не можешь испытывать голод, холод, тепло, но испытываешь дичайшее возбуждение, видя это обнажённое тело и не можешь найти в себе силы отвести взгляд. Учёные дали этому название: Пиздец Так и запишите