Джентльмен никуда не спешит

Джентльмен никуда не спешит. Его движения неторопливы, а взгляд исполнен благостного спокойствия. Он властитель мира и своей судьбы. Пират всегда спешит. Его движения отрывисты и хаотичны, а взгляд исполнен неутолимой жажды. Он никогда не был хозяином своей судьбы, но отчаянно желает им стать. Стид размешал сахар в чае и посмотрел в окно. Ложка звякнула о хрупкие стенки чашки, вызвав в памяти воспоминания о недавнем бое. Эд был еще на палубе. Судя по характерным крикам, допрашивал пленников. Стид улыбнулся. Таким он его помнил, когда они еще только познакомились: диким, порывистым и немногословным. Кто бы мог подумать, что у этого грубого пирата такое нежное сердце? Сердце, которое Стид так неосторожно умудрился разбить. После его возвращения все изменилось, и Стид это чувствовал. Об этом напоминали пустые книжные полки, язвительные комментарии Иззи и кашель простывшего Люциуса. Со всем этим Стид вполне мог смириться… если бы не Эд. Стид был готов к тому, что он попытается его убить, накричит или скажет, что не хочет видеть, но Эд молчал. Лишь в его глазах появилось какое-то новое выражение, название которому Стид никак не мог подобрать. Он больше не улыбался его шуткам и не касался ненароком. Лишь вечером, осушив за ужином бутылку рома, он как бы невзначай утыкался носом ему в плечо, а Стид замирал, боясь его спугнуть. В конечном итоге Эд всегда просыпался и уходил спать к матросам, на рубку — да хоть на мачту, но только не к нему. В глубине души зрело неудовлетворение. Все было не так, и Стид вознамерился это исправить. Зачем ждать удобного случая, когда можно придумать его самому? Погрузившись в свои мысли, Стид не услышал, как хлопнула входная дверь. — Все готово, сэр. Он скоро придет, и я как бы случайно закрою дверь. Стид обернулся и рассеянно посмотрел на Люцика. Затем его взгляд скользнул по накрытому столу, темной бутылке вина и зажженным свечам. — Да-да можешь идти, — пробормотал Стид и снова уставился в окно. Неужели это скоро произойдет? Дверь за Люциком закрылась, и Стид снова принялся поправлять столовые приборы, не замечая, что чай давно остыл. Нельзя было упустить ни одной детали. Его план был безупречен, но волнение никак не желало стихать. Он сразу узнал шаги Эда. Сердце пропустило удар. Стид откашлялся и заговорил, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно. — Эд, это ты? Хорошо, что ты зашел. Я тут нашел столетнюю бутылку du vin rouge и подумал, что ты захочешь его попробовать. Эд оглядел накрытый стол и с опаской покосился на столовые приборы, предназначение которых так и не смог запомнить. — Вино? Да, можно. Они сели рядом. Одно неосторожное движение, и можно было бы коснуться друг друга рукой. Это небольшое расстояние причиняло Стиду почти физическую боль. Взяв себя в руки, Стид непринужденно продолжил. — Помнишь, как мы искали сокровище? Уверен, с вином та змея была бы еще вкуснее. Эд отхлебнул из своего бокала, и на его лице появилась мечтательная улыбка. — Да, славная была змейка. — А у тебя опять что-то застряло, — сказал Стид и поднял руку, чтобы убрать несуществующую соринку на щетине Эда. Эд чуть подался вперед, коснувшись коленом его колена. — Ты на меня больше не обижаешься? — пробормотал Стид, гладя его по щеке. Во взгляде Эда полыхнули искры. Отбросив его руку, он вскочил, перевернув стол. — Обижаюсь? Обижаюсь?! — голос Эда напомнил рык зверя. — Ты бросил меня, удрал к своей жене… — Я думал, так будет лучше. Думал, что я все ломаю. И тебя я тоже сломаю… Оправдания Стида звучали слабым писком, но он никак не мог подобрать нужных слов. — Я думал, так будет лучше, — пробормотал он, отступая к двери. Нож, просвистевший в миллиметре от его уха, воткнулся в деревянную обшивку корабля. Стид вскрикнул и закрыл лицо рукой, но Эд прошел мимо него и решительно дернул за ручку двери. Однако, та и не думала поддаваться. Покрутив ручку в разные стороны и для верности пнув дверь ногой, Эд окончательно убедился, что та была закрыта. — Видимо, замок заело. Я кого-нибудь позову… — сказал Стид. — Не надо. Буду спать здесь. Стид поднял голову. С чего бы? Стараясь не смотреть ему в глаза, Эд принялся расправлять плед на диване, но на деле комкал его еще больше. Когда борьба с пледом была безнадежно проиграна, Эд раздраженно фыркнул и, опустившись на диван, принялся стягивать ботинки. Понимая, что после такой выходки он вполне может стать покойником, Стид все же подошел к нему. Опустившись на колени, он помог Эду снять ботинки, с неудовольствием отметив, что те совсем вымокли — так и простудиться недолго. Эд замер, внимательно наблюдая за каждым его действием. — Скоро зима, тебе надо одеваться теплее. Эд попытался возразить, но быстро притих, когда Стид со все той же невозмутимостью принялся снимать с него штаны. Как бы невзначай погладив внутреннюю сторону бедра, Стид склонился ниже и оставил легкий поцелуй на разгоряченной коже. Услышав тихий стон, он улыбнулся и продолжил коварное дело по соблазнению пирата. Приподняв рубашку, он оставил несколько поцелуев на испещренном шрамами животе. Эд задышал чаще. Не давая ему опомниться, Стид скользнул выше и впился губами в его шею, почувствовав, как сильные руки Эда сжали его в объятиях. — Ты правда больше не уйдешь? Ком в горле не дал ему ответить, и Стид просто кивнул.