Портупея

      Амала долгое время не могла уснуть. В голове, как заезженная пластинка, крутилось последнее яркое воспоминание: поцелуй. Страстный, животный, мокрый, но в тоже время чувственный. Укусы Киллиана на губах щипали, но почему-то ей было приятно. Случайный секс перерос в интерес. Он был ей интересен. Загадочный капитан из Лондона, который во время их миссии выполнял роль военного атташе, защищал. Так почему он не защитил ее от самого себя? Лайтвуд был ее идеалом: высокий, статный, сильный, умный и… старше ее. Она не знала почему, но ее никоим образом не привлекали парни-одногодки. Она не чувствовал в них опору. А в капитане увидела сразу. Нет, она не увидела, она почувствовала. Девушка просто кинула взгляд на барную стойку, увидела его и всё. Она стала мотыльком, который летел на свет. Как оказалось свет был от огня, который передался ей и зажег сердце.       Девушка помнила слова Киллиана перед тем, как уехала из отеля: «Я против служебных романов». Она готова была кричать на него. Он буквально трахнул ее рот одним лишь поцелуем, он сам готов был в том чертов коридоре одежду с нее срывать, она знала, что он был возбужден не меньше ее… Но Лайтвуд был слишком правильным. Нельзя то, нельзя это…       Именно этой ночью Кхан решила взять кувалду и разрушить эту стену. Разрушить его принципы. Она никогда не была шулером в играх, но здесь другого выбора нет. Их интерес, а может быть и симпатия, были взаимны, поэтому она сделает все, чтобы он это признал. Любыми способами. Даже самыми коварными.

***

      Стук в дверь вырвал последние минуты сна у Киллиана. Он тяжело вздохнул, но все же встал с кровати и накинул на себя одежду, мало-ли кто пришел. Как оказалось, сделал он это зря. На пороге его номера стояла Лима. Правда выглядела она нервно.       — Капитан Лайтвуд! Нашли труп возле нашего посольства, — мужчина тут же сорвался с места. Ему понадобилось около трех минут, чтобы привести себя в приемлемый вид.       — Мистер Роуз в курсе?       — Да, он уже на месте, — Лима и Киллиан шли быстрым шагом по ковровому коридору.       — Позвоните мисс Кхан, сообщите ей об этом, — Берг кивнула и тут же кинулась к ближайшему телефону, сообщая индологу шокирующую новость. Капитан понимал, что Амале лучше не появляться на месте преступления, потому что она была молодой девушкой, не связанной с преступным миром. Но с другой стороны она была частью оперативной группы, а также владела местным языком, что могло значительно облегчить их работу. Все же профессиональная сторона взяла вверх, поэтому мужчина дал приказ сообщить ей новость.       Пока он шел до Британского посольства, то старался выкинуть все мысли об Амале куда подальше. Сейчас нужна профессиональная этика, а не его загоны по поводу чувств. Да, он не смог вчера себя сдержать и поцеловал ее. Но и Кхан не оттолкнула его. Киллиан понимал, что сам не сможет сдержать себя, он сорвется и нарушит все свои принципы. Именно поэтому он сказала Амале те самые слова. Мужчина надеялся, что она, как и все девушки, сочтет это за оскорбление и из гордости больше не предпримет никаких попыток сближения. Так будет лучше для них обоих.       — Капитан Лайтвуд! — Эмметт заметил приближающихся атташе и криминолога, он тут же позвал их.       Запах разложений вперемешку с кровью тут же ударил в нос, вызывая рвотные позывы. Как бы Лайтвуд не твердил себе, что он привык к этим «ароматам», каждый раз его одолевало желание уйти от места, источавшего смерть, куда подальше.       — Это наш дипломат? — Не хотелось ходить вокруг да около, поэтому капитан задал вопрос в лоб. Эммет отрицательно помотал головой. Никто из них не знал, радоваться этому факту или огорчаться. Их расследование не закончилось, наоборот, к нему прибавилось еще больше проблем.       Только Лима хотела что-то сказать, как из-за поворота появилась знакомая фигура. Амала Кхан.       — А она что… — Мистер Роуз не успел договорить предложение, наполненное призрением, потому что индолог подошла слишком близко. Она тут же побледнела и скривила лицо от ужасного запаха, которым был пропитан воздух, окружающий их.       — Всем здравствуйте, — девушка с неловкостью смотрела на коллег. Она не знала, что говорить в подобных ситуациях. Амала впервые была на месте убийства, впервые видела труп.       — Мисс Кхан, если вам станет плохо, скажите мне, — она встретилась с его взглядом. Грозовое небо. Она знала, что сейчас он был полностью сконцентрирован на работе.       — Хорошо, капитан.       Блять.       Каждый раз, когда она обращалась к нему при помощи его звания, Лайтвуду хотелось курить. Потому что только она могла внести в это слово столько смысла. Только Амала, и больше никто. Она любила подчиняться, он командовать… черт, черт, черт! Мысли идут вообще не в ту сторону. В нескольких метрах от них лежит обезглавленный труп, а он снова думает об индологе. Так нельзя. Нужно собрать все свое самообладание и сконцентрироваться на деле.       Но прелестный вид задницы Кхан, которую так хорошо обтягивали ее шорты, не хотел этого делать.       Лайтвуд влип. Влип в сети Амалы.

***

      По итогам обсуждений команда пришла к выводу, что было совершено ритуальное убийство. Данный труп был не первым в серии. И этот факт придавал делу другой уровень. Они набрели на темную сторону Калькутты, и именно им придется разбираться с этой чертовщиной.       Киллиан готов был говорить только матами. Он надеялся уже поскорее вернуться в любимый серый Лондон, но судьба решила иначе. Ситуацию не улучшала Кхан, которая все время была в его зоне видимости. То она разговаривала с Лимой, то с местной полицией, то с ним… стоп, что?       — Капитан Лайтвуд, Вы меня слышите? — Когда взгляд все же соизволил сфокусироваться, то мужчина увидел перед собой коллегу. Она с неким переживанием смотрела на него.       — Да-да, извините. Что вы говорили?       — Мы завтра поедем в архив, чтобы найти похожие дела, а мисс Берг и Мистер Роуз будут связываться с Лондоном, чтобы сообщить новости. — Чёрт. Почему именно он?       — Да, конечно, — Лайтвуд постарался изобразить подобие улыбки, чтобы не выдать своих истинных эмоций.       Вдвоем с Амалой. О Боже, дай ему стальную выдержку.       Девушка видела, что мужчина заметно напрягся после ее слов. Отлично. Они будут вдвоем, не нужно будет не перед кем скрываться. Кхан будет претворять свой план в жизнь. Она сломает его выдержку. Сожжет. Испепелит. Сделает всё, чтобы он увидел ее.       Они вышли из того злополучного переулка и сделали глубокий вдох, наполняя легкие свежим воздухом. Это было прекрасное ощущение. Именно в такие моменты начинаешь ценить мелочи.       — На удивление, вы очень хорошо держались, — Лайтвуд не знал, почему он это сказал. Слова вырвались сами по себе.       — Это было не легко, но я должна выполнять свою работу по максимуму.       — Да, это хорошая мысль. Вас проводить? — После заданного вопроса индолог с какой-то хитрецой в глазах посмотрела на атташе. Он старался показаться невозмутимым, будто это не было чем-то странным. Сам же Киллиан не понимал, кто управлял его телом и разумом в данный момент. Он точно был не при делах.       — Я не против, — одна часть Лайтвуда радовалась такому ответу, другая же —проклинала. Но ему ничего не оставалось делать, выполнять свой долг.

***

      Перед походом в архив Амала очень тщательно выбирала образ. Во-первых, он должен был быть удобным, во-вторых, он должен зацепить Лайтвуда. Вчера она так и не смогла разговорить его. Капитан был молчалив и слишком серьезен. Она решила, что его мысли были в работе, поэтому не стала тревожить, потому что они все были в командировке. И каждому их них хотелось как можно быстрее найти дипломата и оказаться дома. Кхан сама долго думала, к какой религии относятся такие жестокие ритуалы. Но ей нужно было понять, была ли это систематика или же это совершил психически нездоровый человек, прикрываясь религиозными мотивами. Именно поэтому она выпросила разрешение на просмотр дел в архиве за такие короткие сроки.       — Госпожа, вас ждут, — служанка вырвала Амалу из пучины мыслей. Девушка кивнула, схватила небольшой рюкзак и понеслась к выходу. Не нужно было быть вундеркиндом, чтобы знать, кто ожидал ее.       Возле калитки стоял капитан. В черной футболке, поверх которой была надета портупея. Черт. Она снова увидела его татуировки. Благодаря свету она теперь могла их разглядеть детальней. Правая рука до локтя была забита. Различные цветы, незамысловатые узоры и… тигр.       — Доброе утро, мисс Кхан, — мужчина знал, куда был устремлен ее взгляд. На губах появилась ухмылка. Но она быстро пропала, когда он разглядел образ девушки. Топ, не скрывавший ее подтянутого живота и джинсовые шорты. Все это в совокупности давало большой простор для фантазии. Но думать об этом не было времени.       — Пойдёмте, нас уже ждут, — Киллиан не стал больше ничего говорить. Потому что открой он рот ещё раз, то его будет не остановить.

***

      В архиве было невыносимо душно. Маленькое окошко не спасало от спертого и пыльного воздуха, который тяжёлым грузом оседал в легких. Все тело покрылось потом, а одежда нещадно прилипла, отзываясь неприятным ощущением от каждого движения. А их было много.       — Черт, это отвратительно, — Киллиан старался вести себя прилично, но на языке были самые разные маты. Он знал, что местная полиция ненавидит англичан, но чтобы настолько…       — Пока никаких схожих дел не нашла, — Амала, с печальным выражением лица, присела на еле стоящую табуретку и жадно начала глотать воду из бутылки. Ей настолько было плевать, что некоторые струйки покатились по ее подбородку, падая на белый топ.       Лайтвуд следил за их путём. Кадык нещадно дёрнулся. Только этого сейчас не хватало.       — Мисс Кхан, почему вы не работаете по своей специальности? — Ему нужно было срочно на что-то отвлечься.       — После университета в семье случились трудности, мне нужно было управлять нашим магазином, на работу не хватало времени. Я до сих пор не могу понять, почему именно меня выбрали индологом, — Амала наконец отпрянула от бутылки и посмотрела на мужчину.       — Вы одна тащили на себе всю семью? — Ему не верилось, что такая, с виду хрупкая девушка, смогла вести семейный бизнес одна. Лайтвуд был восхищён.       — Да, а что мне ещё оставалось делать? Бабуля болеет, а брат только в средней школе, — она пожала плечами, будто это была обыденная вещь. Будто каждая молодая девушка, только окончившая университет, готова бросить все свои труды и встать у прилавка магазина, лишь бы спасти семью.       — А вы, капитан Лайтвуд, почему пошли в военную структуру?       — Само как-то получилось, — мужчина пожал плечами, не зная что и ответить. Большое стечение, о которых он не готов был вспоминать, обстоятельств привело его в департамент.       — Врете и не краснеете, — Кхан усмехнулась. Она прекрасно видела, что он не хотел говорить на эту тему. Мучить его она не стала. Они не близкие люди, чтобы говорить о таких вещах.       — Вам нравится Калькутта? — Чтобы скоротать время поисков, они разговаривали.       — Очень противоречивые чувства, несмотря на то, что это моя родина. Мои мама и бабушка родом отсюда, но по каким-то причинам переехали в Лондон, — после этих слов Амала замолкла. Атташе посмотрел на нее.       Индолог держала у себя в руках очередную папку и что-то увлеченно читала, прикусывая нижнюю губу. В этот момент она казалась ему очень… милой? Он не знал, как описать эти чувства. Но ему хотелось почаще видеть Кхан, увлеченной каким-то делом.       — Капитан, кажется, я что-то нашла, — мужчина в два шага оказался позади девушки. Он не знал местный язык, но зрение у него было отличное. На фотографиях был тот же неясный символ, нарисованный кровью, отсеченная голова и голый труп.       — Блять, это не первое убийство, — констатировал факт Киллиан. Это дело начинало его нервировать не на шутку. Легким требовалось воздуха больше обычного.       Он делал глубокие вдохи и выдохи. Горячий воздух опалял шею Амалы, потому что мужчина стоял сзади нее. Она чувствовала, как его тело напряглось, она знала, что его губы растянулись в тонкую нить. Она не понимала откуда могла это знать, она просто знала.       Девушка развернулась к нему. Посмотрела на его лицо и поняла, что попала в точку. Пришлось немного приподнять голову, чтобы получше рассмотреть капитана. Его желваки ходили ходуном, глаза метали молнии. Он был в раздумьях, но эмоции были не самые лучшие.       — Киллиан, — маленькая ладошка коснулась его широкой груди в районе сердца. Оно бешено колотилось. — Мы разберёмся с этим делом.       Неожиданное касание Амалы вывело Лайтвуда из размышлений. Он смотрел на нее, слыша то, что она говорит. И почему-то этой девушке хотелось верить. Всеми фибрами души.       — Разберемся. — Она не убирала руку с его груди. Капитан перевел взгляд на место их соприкосновения.       «А разберемся ли мы с нашими чувствами?», — они оба задали этот вопрос у себя в голове. И если Амала верила, что все решаемо, то Киллиан не понимал, что ему делать. Расследование приобретало все больше вопросов, а его неожиданная симпатия к индологу не давали стопроцентной работоспособности. Они встретились не в то время, не в том месте, но чувствам было плевать.

***

      Сидя у себя в номере, Лайтвуд прокручивал в голове все моменты с Кхан. Он был взрослым мужчиной, он видел, что не был безразличен девушке. Амала нравилась ему, он нравился ей. Аргумент «работа превыше всего» с каждым воспоминанием ее глаз терял свою значимость. Ему тридцать лет, почему он должен стыдиться своих чувств и прикрывать их такой глупой отговоркой? Атташе и сам не знал.       В один момент Киллиан подорвался с кровати и начал собираться. Он отбросил все свои сомнения, решив, что тоже имеет право на счастье. Имеет право испытывать чувства и не стыдиться этого.       Он не был романтиком, но точно знал, что этот подарок уж очень сильно понравится Кхан.       Портупея.